Наперекор судьбе

Темная дубовая дверь, изящно украшенная резьбой, приятно холодила тонкие женские пальцы. Сердцевина двери представляла собой розу, инкрустированную различными породами дерева. Девушка наизусть выучила каждый узор на деревянной поверхности за то время, что собиралась с мыслями. Прошло две недели с тех пор, как они с Канаме-сэмпаем переехали в особняк Куран. Две недели она не могла найти себе место и не знала, как общаться с Канаме-сама. Его отношение к ней не изменилось, он по-прежнему обращался с ней бережно и заботливо, словно она хрупкий цветок, который может погибнуть от его неосторожного прикосновения. Он поселил ее в чудесной комнате, отделанной в бежевых тонах, большую часть которой занимала прекрасная кровать с балдахином. Себе же выбрал комнату, дверь в которую девушка вот уже несколько минут гипнотизировала взглядом, не решаясь войти. Даже в школе, где все казалось до невозможного странным, было просто. Он был ее рыцарем, ее лучшим другом, ее Канаме-сэмпаем. При виде него, звуке его голоса ее сердце трепетало, а дыхание перехватывало. Он всегда присутствовал в ее мыслях и был непосредственной частью ее жизни. Когда она осознала, что они слишком разные, то пыталась отдалиться, но несчастное сердце не желало воспринимать доводы разума и тайно надеялось на ответные чувства. Теперь правда открылась, и они оказались нареченными братом и сестрой. Ее разум противился этому, но сердце, глупое сердце даже не оставило тому шансов. Один взгляд его грустных глаз насыщенного винного цвета, и она была готова пойти ради него на все. Сердце радовалось, ведь теперь Канаме-сэмпай принадлежал только ей. Ее любимый братик, который всегда был рядом, заботился о ней и защищал. Ее любимый рыцарь, появление которого всегда было для нее маленьким праздником. Только он мог вызвать у нее искреннюю улыбку. Тогда было просто – он был ее идеалом, недосягаемой мечтой, а теперь… Кто она для Канаме-сама? Любимая сестра, наивный ребенок или… возлюбленная? Почему он ни разу ее не поцеловал с момента пробуждения? Вопросы снедали девушку изнутри, а желание прикоснуться к нему, запустить руки в волосы и украсть поцелуй превращалось в нужду, которая по своей интенсивности могла сравниться только с жаждой крови. — Юуки, — раздался из-за двери голос, заставив девушку вздрогнуть, — ты так и будешь там стоять? Чертыхнувшись про себя, Юуки надавила на ручку и, распахнув дверь, вошла в темную комнату. Несмотря на то, что было позднее утро и солнце с самого рассвета освещало большую часть особняка, в его комнате царил полумрак. Плотные синие портьеры мешали проникновению солнечных лучей. К счастью, тьма больше не мешала ей видеть краски яркими, очертания предметов не теряли своей резкости. Юуки на секунду замерла, все еще не привыкшая к своим новым способностям. Движение слева заставило ее обратить внимание на большую кровать, устеленную синим шелком. Отбросив одеяло, вампир поднялся, направляясь в сторону девушки. Он был одет в белую полурасстёгнутую рубашку с замысловатым черным узором на воротнике и пижамные штаны. — Юуки, ты не спишь. Почему? — Я хотела задать вопрос, Канаме-сама, — не зная, как объяснить свои чувства, начала девушка. Глава клана с любопытством осмотрел девушку, одетую в длинную сиреневую сорочку, и неодобрительно нахмурился, глядя на ее босые ступни. Подойдя к ней, он бережно прижал ее к себе и отнес на кровать. — Ты можешь спрашивать меня о чем угодно, Юуки. Девушка еще больше смутилась, под взглядом этих томных проницательных глаз. — В последнее время я чувствую себя потеряно, — прошептала она. — Ты жалеешь, что ушла со мной? — печально склонил голову мужчина. — Вовсе нет! Как вы могли такое подумать? — возмутилась девушка. — Просто, я не знаю…кто мы теперь друг другу. Вы сказали, что любите меня, но до сих пор ни разу ко мне… не прикоснулись, — Юуки отвела взгляд и сжала в рубашку на его груди. — Что вы ко мне чувствуете? Кем вы хотите видеть меня возле себя, Канаме-сэмпай? — Юуки, — нежно обхватив ее щеку, он заставил ее посмотреть на него, — я не прикасался к тебе, потому что не хотел на тебя давить. Мои чувства не изменились, я люблю тебя и хочу видеть своей женой. Мы нареченные, но я не хочу, чтобы ты была со мной только из-за чувства долга. Ты вольна сама выбирать своего супруга. — Канаме-сама, — Юуки обхватила лицо вампира, — вы единственный мужчина, которого я всегда любила. — А как же Кирию? — Зеро, — Юуки печально вздохнула, — он мне как брат. Мы четыре года были вместе, и я беспокоюсь о нем, но он никогда не вызывал у меня подобных желаний. — Каких желаний, Юуки? — с улыбкой поинтересовался Канаме. Девушка несмело опустила руку ему на грудь, часть которой была обнажена под рубашкой. — Быть поглощённой вами без остатка. Мужчина прикусил губу, подавляя порыв воплотить ее желание в жизнь. Кровь выступила из-под клыка, стекая тонкой струйкой по подбородку. Девушка как загипнотизированная проследила ее путь. Чуть дрогнув, она потянулась, чтобы слизать алую дорожку. Канаме задержал дыхание, когда ее нежный язычок добрался до его губ. Чудом сдержавшись, чтобы не наброситься на нее, он позволил ей отстраниться. Что же ты делаешь со мной, моя любимая девочка? Канаме положил руки на плечи девушке и мягко опустил ее на подушки. Нависнув над ней, он вгляделся в ее большие теплые глаза, которые всегда смотрели на него с таким восхищением. Все эти годы он грелся в редких лучах ее внимания, не имея возможности находиться рядом. Теперь она здесь, снова вампир и вся в его власти. Он знал, что все так закончится, знал, что она вернется к нему. Он так долго жил мыслями об этом. Опустив голову, он прижался к ее груди, слушая учащённый стук сердца. — Юуки, готова ли ты провести со мной вечность? — Да, — еле слышно прошептала под ним девушка. — Если ты станешь моей женой, то я уже не смогу отпустить тебя, — предупредил он, покрывая поцелуями ее шею. — Я жажду этого всем сердцем, — сказала Юуки, подставляя его клыкам свое горло. Больше не в силах сдерживаться, он проткнул клыками ее тонкую кожу, наполняя рот густой, теплой кровью, жадно глотая, упиваясь ее чувствами к нему. Впервые за тысячи лет ощущая себя настолько нужным и важным для кого-то. Опираясь одной рукой на кровать, другой он все крепче вжимал ее в себя. Ее аромат и вкус кружил ему голову. Сколько раз он мечтал погрузить клыки в ее тонкую шею, завидуя этому глупому мальчишке-охотнику, ненавидя его за то, что тот был рядом с Юуки. Каждый раз метки от его клыков на ее коже вызывали в нем неподдельную ярость и желание обратить Кирию в пыль, и только мысли о мести Ридо удерживали первородного от убийства Зеро. Отстранившись, он потянулся к ее губам, вовлекая в глубокий поцелуй, давая почувствовать вкус собственной крови. Ее мягкие губы, податливое чувственное тело под ним, заставляли терять голову. Оторвавшись от ее рта, он еще раз попытался вразумить ее. — Ты же знаешь, что я убил Хио Шизуку? — дождавшись ее кивка, он продолжил. — Чистокровного испившего крови другого чистокровного ждет страшная судьба, на моем пути не будет ничего кроме тьмы. Согласна ли ты жить с таким монстром? — Я не позволю тьме поглотить вас, Канаме-сама. Он обнял ее. — Так и есть. Ты мой свет Юуки, мое единственное счастье в жизни, — признал мужчина. Его грустные глаза с такой нежностью смотрели на нее, что сердце щемило в груди. Приподнявшись, девушка в порыве чувств сама накрыла губы вампира, которые мгновенно отозвались на ее ласку, перенимая инициативу на себя. Запустив руку ему в волосы, Юуки поглаживала шелковистые длинные пряди. Выгнувшись, она прижалась к его телу в немой просьбе, тяжело дыша и сжимая в руке его сорочку. Его рука неторопливо прошлась вдоль ее тела и замерла возле колена, сминая тонкую ткань платья, приподнимая ее выше, пока его ладонь не коснулась обнажившейся кожи. Он невесомо пробежался пальцами вдоль ноги, чем вызвал дрожь девушки. Ее грудь часто вздымалась и опускалась, привлекая к себе внимание вампира. Подтянув подол до талии, Канаме присел между разведенных ног Юуки. Из-под полуопущенных век на девушку смотрели горящие алым голодные глаза. Потянувшись, Канаме неторопливо стянул бретельки сорочки на плечи Юуки, обнажая вершины грудей. Смутившись, девушка отвела взгляд и вздрогнула, вцепившись в одеяло, когда на ее соске сомкнулись теплые губы. Посасывая и облизывая, мужчина наслаждался вкусом нежной кожи, ее сдержанными стонами, которые иногда срывались с плотно сомкнутых губ. Уделив внимание и другой вершине, он повернул ее голову, проводя языком по губам, дожидаясь ее высунутого язычка, чтобы обхватить его кончик губами, играя с ее ртом. — Мм… Канаме... — выдохнула девушка. — Просто Канаме? Впервые ты ко мне так обратилась, Юуки, — улыбнулся вампир. Девушка попыталась возразить, но он приложил палец к ее губам. — Мне нравится. Я хочу, чтобы впредь ты обращалась ко мне только так, — он легко коснулся губами ее рта и стал спускаться поцелуями вдоль шеи, слегка царапая кожу клыками. Его руки тем временем скользнули к талии, дотягиваясь до тонкой ткани трусиков. Не желая менять положение между ног Юуки, чтобы помочь ей избавиться от них, он с треском порвал ненужную материю. — Канаме! — воскликнула девушка. Ее руки с беспокойством попытались прикрыть обнажившуюся плоть, но были мгновенно им перехвачены и придавлены по обеим сторонам матраса. — Никогда не прячься от меня, Юуки. Я так долго тебя ждал. Отпустив ее руки, он сдвинулся на кровати, обхватывая рукой ее ногу, оставляя поцелуи на внутренней стороне бедра. Не позволяя ей одуматься, он накрыл ртом ее плоть. Юуки вскрикнула, ощутив горячий язык у себя на клиторе и опалившее ее дыхание. Она попыталась свести ноги, но сильные руки надавили ей на колени, разводя ноги еще шире. Девушка сильно напряглась и выгнула спину, когда он начал лизать ее быстрыми и протяжными движениями. Слишком сильные и непонятные ощущения жаром проносились через ее тело. Запустив одну руку ему в волосы, другой она прикрыла себе рот, чтобы не закричать. Закрыв в смущении глаза, она часто дышала, пока он посасывал ее плоть, осторожно касаясь клыками. Нарастающий жар уже готов был достигнуть кульминации, но Канаме отстранился, глядя на нее пылающими алыми глазами. Обхватив ее ногу, он, не отрывая взгляда, впился во внутреннюю поверхность бедра клыками, глотая горячую кровь. Как бы она ни хотела, не могла оторваться от этих пылающих жаждой глаз. Не тогда, когда Канаме наконец-то позволил своей страсти вырваться из плена собственных рамок и ограничений. Отстранившись, он стер тыльной стороной ладони потеки крови с губ и был притянут за рубашку цепкими пальцами Юуки. Припав к его шее, она вдохнула чарующий запах Канаме-сэмпая. В этом запахе ей раскрывалась вся его страстная натура. Смесь силы, власти и мужественности. Потянувшись к его рубашке, она неловко расстегнула оставшиеся пуговицы. Стянув с себя рубашку, мужчина бросил ее на пол, ловя на себе изучающий взгляд Юуки. Взяв ее руку, он положил ее себе на грудь, приучая ее не бояться касаться его, и едва сдержал стон, когда ее губы несмело коснулись его соска, в то время как рука все ниже исследовала его тело. Член в штанах дернулся, отзываясь на близкое присутствие столь желанного тела. Сколько раз он удовлетворял себя, представляя этот момент. С тех пор, как Юуки стала формироваться из ребенка в девушку, вампир потерял покой. Его отношение к ней изменилось в ту ночь, когда он нашел ее спящей на ступенях лунного общежития и едва удержался от того, чтобы не испить ее крови. Решив избавить их от последней преграды, он сбросил пижамные штаны, представая перед Юуки обнаженным. Девушка с трепетом осмотрела своего рыцаря. Его тело выглядело сильным и поджарым, но не таким накаченным как у Зеро. Аристократично бледная кожа светилась в темноте комнаты. Она задрожала от предвкушения, когда Канаме легко толкнул ее на подушки. Ее влажное лоно все еще пульсировало, нуждаясь в его плоти. Он устроился у нее между ног, скрещивая ее лодыжки у себя за спиной. Уткнувшись ей в шею, он толкнулся в нее, вызвав в ее теле резкую боль. Накрыв ее губы рукой, приглушая стоны, он медленно и размеренно двигался в ней, не позволяя концентрироваться на боли. Постепенно неприятные ощущения проходили, сменяясь осознанием того, что теперь между ними нет преград. Это вызывало эйфорию внутри девушки, как и дарящие неземное наслаждение движения его члена глубоко внутри нее. Убрав руку с ее губ, мужчина поцеловал слезинки скопившееся в уголках ее глаз. Он не верил, что наконец-то завладел Юуки целиком и полностью. Она, отвечая на каждое прикосновение, стонала его имя, умоляя о большем. Тихий скрип старой кровати вторил его толчкам. Опустив руку между их тел, он тер ее клитор, наблюдая как ее голова беспокойно металась по подушкам, а раскрасневшееся лицо было искажено в гримасе наслаждения. Вскрикнув, она кончила, обхватывая его член своими узкими стенками. Остановившись и задержав дыхание, он попытался продлить свое удовольствие, не позволяя себе кончать следом за ней. Звук рвущейся ткани удивил его, и он обратил взгляд на подушку, которую, сжав, порвал ногтями. Юуки, отойдя от оргазма, обхватила его лицо и недовольно спросила. — Почему ты остановился? Ты ведь еще не кончил. — Я.. Она толкнула его в грудь, перевернув на спину и оседлав бедра. Обхватив его напряженный член, она смело направила его в себя. Зашипев, мужчина дернулся под ней, не ожидавший такого от своей нежной принцессы. — Юуки, — простонал мужчина, — что ты со мной делаешь? Он откинулся на подушках, позволяя девушке управлять процессом. Его руки блуждали по ее телу, с неудовольствием обнаружив на талии болтающийся смятый клочок ткани, гордо именуемый сорочкой и стащил его через голову. Отбросив ненужную вещь, мужчина принялся ласкать пальцами грудь, изящную линию спины, припухший от его внимания клитор. Раз за разом опускаясь на бедра Канаме, Юки наслаждалась его стонами и ощущением его твердой длины, приносящей ей столько удовольствия. Склонившись, девушка провела губами по шее мужчины, слыша, как по венам стремится насыщенная страстью кровь. — Давай, Юуки, — прошептал вампир, — я знаю, чего ты хочешь. Не раздумывая, девушка погрузила клыки в манящую артерию. Вкус Канаме экстазом прошелся по ее рецепторам, вызывая новый оргазм. От насыщенности чувств, своих и его из глаз Юуки хлынули слезы. Она никогда не чувствовала себя такой цельной, как в этот момент, который разделила с ним. От ощущения ее клыков в своей шее и плотно обхватывающего член лона Канаме не выдержал, мощно изливаясь в Юуки, сжимая пальцы на ее теле до синяков на коже. Он задыхался от пережитых эмоций, которые в разы превосходили все то, о чем он мечтал. — Юуки, — с благоговением произнес он. Приподнявшись, она прикусила его нижнюю губу. — Теперь ты моя, девочка, я никуда тебя не отпущу, — прошептал он ей в губы. Улыбнувшись, она слезла с него, устраиваясь под боком. Уткнувшись носом ему в ключицу, она прикрыла глаза от умиротворения, накрывшего ее с головой. Канаме прижал ее к себе, гладя шоколадные пряди волос, которые теперь доходили до поясницы. Это было так правильно и естественно, держать ее в своих объятиях, что относило его мысленно в те дни, когда еще были живы их родители. Тогда они были по-настоящему счастливы и безмятежны. Хоть он и не являлся настоящим сыном Харуки и Джури, они приняли его, как родного, и он был безгранично благодарен за их любовь. Глубоко в душе, он был даже благодарен Ридо за то, что он воскресил его именно в этом теле. Пусть и на короткое время, но он был счастлив стать частью этой семьи. Десять лет одиночества, поисков защиты их с Юуки от Ридо, борьбы с нападками псов из Совета, которые готовы были использовать оставшегося без родителей мальчика в своих целях, изменили Канаме. На протяжении десяти лет ему приходилось держать свои эмоции в себе, чтобы не выдать противнику своих планов. Он окружил свое сердце тьмой, не позволяя никому приблизиться. Лишь перед ней он мог быть настоящим, только ей доверить свои чувства. Она единственная могла понять его, даже будучи человеком. Он был удивлен, когда после всего она пошла за ним, да и не только она. Вампиры, которых он планировал использовать в качестве пешек, приятно удивили его, оставшись преданными до конца. Теперь он обрел новую семью, которая поселилась в особняке Куран и периодически выводила его из себя своими выходками. Но он лишь игнорировал перепалки Айдо и Луки, в тайне от них улыбаясь, обнимая свою драгоценную принцессу. Размеренное дыхание рядом подсказало ему, что девушка уснула. Поцеловав ее влажные волосы, он улыбнулся. Завтра будет новая ночь и он с радостью объявит своим друзьям, что женится.