loneliness

Годовой академический отпуск подошел к концу. Но Юнги не был готов возвращаться в университет. Единственный друг, который за этот год про него не забыл, сейчас без остановки стучался в дверь. В это время, все еще сонный Юнги, пытался спать. Однако, в один момент, Мин подумал о том, что лишится двери, если сейчас же к ней не подойдет. Как только она отворилась, в квартиру влетел разъяренный Чонгук. — Ты че, блин, издеваешься? Я тарабанил в дверь целых двадцать минут и за это время ты не успел одеться? Ты хотя бы зубы почистил? Хен, ты вообще знаешь какое сегодня число? Юнги совсем не соображал. Он готов был свалиться на пол и уснуть. Чонгук заметил это и уверенно направился в сторону кухни, налил в стакан холодной воды, и вылил Юнги в лицо. Сонливость исчезла моментально. — Мелкий, ты совсем охренел? — Прости, хен. Это единственный способ привести тебя в чувство, — он улыбнулся, а затем обнял Мина. Юнги заметил, как младший возмужал. Он явно прибавил в росте и подкачался. Похоже, и стиль в одежде изменил. Год назад он бы явно не надел облегающие кожаные штаны с тонкой черной футболкой, которая оголяла ключицы. Так же Юнги заметил две серебряные серьги в правом ухе. Раньше, он тоже носил серьги, но за год проколы заросли. Надо снова их пробить. — Как ты? — голос под ухом был таким спокойным и родным. Сейчас Юнги узнавал того прежнего Чонгука, от которого, он думал, не осталось ни следа. Юнги молчал. Он не хотел говорить Чону, что рана не затянулась, что больно так же, как и год назад. Может только немного меньше. Чонгук обвел взглядом квартиру, в которой Юнги проводил каждый день на протяжении 365-ти суток. Он никого сюда не пускал, даже Чона. Они не провели вместе Рождество и Дни рождения друг друга. Раньше, это было традицией. Чонгук понимал, что Юнги тяжело и давал ему время, но прошел год и он больше не намерен терпеть это состояние лучшего друга. — Можешь не отвечать, все ясно по твоей квартире. Одежда была разбросала по полу, немного было на диване. Под столом валялась пара носков. Возле телевизора покоились две, недоеденные непонятно когда, пачки чипсов. В коридоре стояло два пакета с мусором, которые Юнги не спешил выносить. Возле кровати валялось несколько пар боксеров. И запах. Складывалось ощущение, будто помещение не проветривали на протяжении всего года. — Юнги, ты окна вообще открывал? — Чонгук направился к окну, чтобы отвестить шторы и открыть его, по пути собирая мусор и поднимая одежду. — Ну, вот. Так-то лучше, — он открыл окно и повернулся в сторону Юнги. — А ты чего стоишь? Иди в душ, пары скоро начнутся. Юнги быстро помылся, оделся и вышел к Чонгуку. — Хен, ты действительно хочешь пойти в универ в этом? На Юнги была серая водолазка и бесформенные черные штаны. — Да. Чонгук подошел к большому шкафу и открыл его. Две минуты он рылся в вещах Мина, затем кинул ему то, что выбрал и сказал: — На, переоденься. Рваные светлые джинсы и белая футболка куда лучше смотрелись на Юнги. Любой бы превратился в лужицу, увидев его в этом. — Совсем другое дело. А теперь пошли на занятия. Вечером я приду к тебе и мы вместе тут приберемся. Оба парня покинули квартиру.