loneliness

Юнги понимал, что не в состоянии высидеть оставшиеся пары, поэтому просто поехал домой. Свалившись на кровать в одежде, он думал о сегодняшнем дне. Начинался он просто замечательно. Чимин, кладовка, поцелуй. А закончился до жути странными слухами и дрочущим Хончолем. Вот это да. И все же, что с Чимином не так? Почему вокруг него происходит такая херня? Хончоль на него дрочил не просто так. Чимин ему нравится?! — Блять! Юнги сжал кулак и ударил им по кровати. Чимин рассказывал, что Хончоль постоянно звал его в свою компанию. Но, кто в нее входил? Точно Инхо, но ведь не только он один. Должен быть кто-то еще. И Юнги казалось, что именно этот кто-то поможет ему во всем разобраться. События последних дней не давали Юнги покоя. Он даже и не заметил, как пролежал на кровати до самого вечера. Только, когда в комнате стало достаточно темно, Юнги наконец встал. Взяв телефон, он обнаружил несколько смс, но не успел их прочитать — кто-то стучался в дверь. Чонгук? Юнги подошел к ней и заглянул в глазок. Чимин? Мин быстро открыл дверь и парень без приглашения вошел в квартиру, снял обувь, и сел на диван. Мин проследовал за ним и присел на край кровати. — Во-первых, хочу извиниться за свое поведение, но это не значит, что я признал свою гейскую натуру, — заговорил брюнет. Юнги улыбнулся. Мог бы уже и признать. — Во-вторых, Юнги, почему ты ушел с занятий? Я писал тебе, но ты не отвечал, поэтому я приехал сюда, чтобы убедиться, что ты в порядке. Все ведь хорошо? Улыбка моментально исчезла с лица. Хотелось прямо напрямую задать Паку все волнующие его душу вопросы. Вроде, у тебя было что-нибудь с Инхо? Почему Хончоль на тебя дрочит? Кто я для тебя, Пак Чимин? И что вообще происходит?! Вместо всего этого, Юнги кратко ответил: — Да, все нормально. — Отлично. Теперь, давай я покажу тебе, что успел собрать для нашего совместного проекта? — Ладно, — Юнги вовсе не хотелось этим заниматься, однако, хотелось, чтобы Чимин был здесь. Рядом. Мин еще не разобрался в том, что происходит, но был уверен, что этот милый пирожочек не при чем. Чимин говорил быстро. Юнги ничего не понимал. Он лишь рассматривал своего партнера. Губы, которые он сегодня впервые испробовал на вкус. Глаза, которые горели так ярко, что Юнги заметил это даже в темной кладовке. Волосы, которые приятно щекотали кожу Мина и насильно заставляли вдыхать приятный аромат; которые настолько мягкие на ощупь, что кажется, будто держишь в руках кучу перьев. Это чувство. Его невозможно преодолеть. Когда хочешь, и предмет твоего желания находится прямо перед тобой. Всего в паре сантиметров. Чимин все еще усердно объяснял совершенно далекий для Юнги материал и, похоже, его губы пересохли, из-за чего он их облизнул. Он, что, специально издевается, зная, что я на пределе?! Пак прикусил губу. Да что он творит? Затем парень приоткрыл рот и выдохнул. Это не было похоже на обычный выдох. Или просто Юнги так казалось? В любом случае, он больше не был в силах себя сдерживать. Так как диван находился достаточно близко к кровати, Юнги взял Чимина за запястье и резко потянул на себя, из-за чего у того из рук выпали все бумаги и рассыпались по полу, а тело парня оказалось на теле Юнги. Все, что успел успел увидеть Чимин — довольную ухмылку на лице Юнги. Затем Мин подмял тело под себя и жадно впился в губы. Пак, поначалу, сопротивлялся и бился руками в грудь, но через некоторое время обвил его бедра ногами и даже отвечал на поцелуи. — Ты — гей, — тихо сказал Мин, целую шею, под еле слышные стоны, которые Чимин пытался подавить. — Да, я гей. Теперь тебе лучше? — прошептал Чимин. — Лучше, — довольная ухмылка, не сходившая с лица, мешала целовать шею, но отлично помогала ее кусать. Пришло время получить настоящее наслаждение, Чиминни. Юнги кусал ключицы от переизбытка чувств и одной рукой медленно подбирался к джинсам Пака. Расстегнув пуговицу и молнию, Мин быстро стянул джинсы вниз, затем проник рукой под ткань боксеров. Юнги поднял взгляд на Чимина и собирался смотреть на него до самого конца, пока тот не кончит. Стоило Юнги просто дотронутся до его члена, как тело парня поддалось вперед, а сам он застонал иначе, чем раньше. Мин водил большим пальцем от основания до головки, слегка надавливая на нее. Юнги думал, что кончит просто из-за того, что наблюдает за тем, как Чимин получает наслаждение. Это было вполне возможным. Чимин без конца кусал свои пухлые губы, что жутко заводило Юнги. Глаза были прикрыты. А как выглядел его рот, когда он стонал… Слегка приоткрытые губы издавали сладостные звуки, которые разливались по всей квартире, а главное — в каждой клеточке мозга Юнги. И вот, он снова кусает нижнюю губу, а из горла рвется стон. Когда он ее отпустил, Мин заметил струящуюся струйку крови, поэтому прильнул к ней и начал посасывать, набирая темп под боксерами Чимина. Тело Пака извивалось и подрагивало, Юнги нравилась такая реакция на его ласки. Юнги отпустил нижнюю губу Пака и вновь принялся наблюдать. Руки Чимина пытались найти себе место на постели и без конца сжимали одеяло, подушку, простыню. И наконец, одна из них забрела туда, куда нужно. Правая рука Чимина пробралась под джинсы и боксеры Юнги, и начала поглаживать ягодицу. Теперь в квартире звучали стоны не только одного Пака, но еще и Мина. Они переплетались в тишине квартиры. Каждый громче предыдущего. Юнги снова прильнул к губам Чимина и начал жадно кусать и целовать, не зная, как выразить свою чувства. Всего пара дней вместе, а он уже так много чувствовал к этому парнишке. Он понимал, что даже, если вдруг окажется, что Чимин не тот ангелочек, за которого себя выдает, Юнги все равно будет любить его.