Царица Египтуса

Отдышавшись, я тихо постучала в дверь класса. Снова опоздала на половину урока. Что говорить, тренировки в Египтусе берут свое. Но, к счастью, в классе были только ученики.  — Фух, хорошо, что миссис «будильник» куда-то ушла, — с облегчением вздохнула я.  — Кхм, кхм, — прокашлялся кто-то в стороне. — Вы имеете, что-то против будильников, Скайуолкер? Дверца шкафа закрылась и из-за нее показалась миниатюрная учительница. Я не растерялась:  — Конечно, же нет, миссис Нолан. Вдруг из колонок послышался голос директора:  — Леа Скайуолкер, немедленно зайдите в кабинет директора. Глубоко взодхнув, я вышла из класса, лихорадочно гадая, что нужно директору. Вроде ничего серьезного не совершала. Хотя, по правде говоря, могут очитать за бесконечные опоздания, а если еще и родителей вызовут… В этой школе дисциплина всегда была на первом месте. Директор ждал перед дверью в кабинет, что уже не предвещало ничего хорошего. Это был мужчина лет пятидесяти с приличной лысиной на затылке, но, несмотря на это, остающийся бодрым, энергичным и в меру добрым. Хотя мало кто о нем так отзовется, увидев впервые.  — Здравствуйте, — поздоровалась я. Получив приветствие в ответ, я замолчала, не зная, что говорить в таких случаях. Может, я и не была самой примерной ученицей, но и в кабинет мистера Понда меня не вызывали.  — Итак, вы ничего не хотите сказать? — спокойно спросил он. Я промолчала.  — И ничего необычного не замечаете? Я отрицательно покачала головой. С грустной улыбкой директор вздохнул, приглашая в кабинет. Комната была чуть меньше обычного класса, в интерьере преобладали пастельные тона. Огромные окна были слегка задернуты тяжелыми бордовыми занавесками, в воздухе витал какой-то странный, но приятный аромат корицы. Подойдя к новому компьютеру, мистер Понд указал рукой на монитор. Я посмотрела туда и застыла, испуганно округлив глаза. Это была обычная запись с камер видеонаблюдения. Но то, что происходило, судя по времени в уголке, буквально пятнадцать минут назад, выходило за рамки нормального. Школьный коридор. Девушка, лет пятнадцати, взяв в руки биту, ломала школьные шкафчики. Причем не подряд, а выбирая именно те, которые принадлежали недругам. Потом в ход пошел небольшой баллончик черной краски. Быстрыми и чересчур уверенными движениями руки девушки вырисовывали один и тот же узор: кинжал в кругу. Незнакомка повернулась к камере и, усмехнувшись, помахала рукой. Это была я.  — Твоя успеваемость за последние два месяца резко снизилась, а теперь еще и порча имущества. Но меня волнуют не шкафчики, а тот знак, который ты рисовала. Леа, скажи мне, куда ты ввязалась, и я помогу.  — Мистер Понд, я не делала этого! — ошарашенно воскликнула я, совершенно не понимая что происходит.  — Леа, прошу, просто расскажи. Мы тебя не накажем, а поможем. Я посмотрела на него, желая что-то сказать, но вдруг резко накрыла рот ладонью. Внезапная догадка огорошила еще больше, чем вся ситуация, подорвав самоконтроль. Кто-то, приняв мой облик, выставил в плохом свете. Кто-то, обладающей магией. В Египтусе, а именно оттуда был незваный гость, в этом нет никаких сомнений, жили только два представителя с такой способностью. Рамзес однозначно не мог такое сделать. Он друг. Значит, это Анубис… Слезы сами потекли по щекам как из ведра. Почему он не может оставить меня в покое хотя бы здесь?!  От злости и обиды пальцы с силой впились в кожу. — Леа?.. — обеспокоенно спросил директор. Может, прикинуться сумасшедшей с раздвоением личности? В дурдоме это шакал меня не достанет. Хотя кого я обманываю… — Леа! — громче позвал мужчина. — Извините, такое больше не повторится, — быстро проговорила я, стараясь скрыть трясущуюся губу. Мистер Понд выразительно вскинул бровь, наблюдая за ее еле сдерживаемыми всхлипами. — Сколько денег понадобится на ремонт? — возможно, мне хватит карманных денег покрыть ущерб. — Немного. Ты сломала всего пару шкафчиков, краску-то стереть можно. Предлагаю так: ты отрабатываешь их стоимость после уроков в субботу до конца четверти, а твоим родителям я скажу, что ты изрисовала шкафчики обидевшей тебя группе девочек. Фактически так и есть, пострадали шкафчики только тех ребят, с которыми ты плохо общалась. — А может, вообще обойдемся без родителей? Мистер Понд опять грустно улыбнулся и, вздохнув, ответил: — Прости, но ситуация слишком серьезна. Я кивнула. И так повезло с директором, другой давно бы вышвырнул из школы, не задумываясь, но мистер Понд, не имея детей, заботился о школьниках как о своих. Все-таки он замечательный человек. Я поднялась и уже подошла к двери, но услышала мрачный голос мужчины: — Плохо только, что ты не поделилась причиной своего поступка и источником этого символа. Если не хочешь говорить об этом со мной или родителями… Попытайся уйти сама оттуда, только осторожно. Я рассеяно кивнула и, попрощавшись, вышла. В коридоре никого не было, все еще шел урок. Вдруг, в мужскую раздевалку прошмыгнула тень Каина, но ведь он сейчас должен был быть у мисс «будильник». Неужели опять? Что на этот раз приготовил Темный Ф.? Я нахмурилась, полная решимости. — Нет, на этот раз не уйдешь, — я тихо последовала за лже-Каином. В раздевалке было относительно прохладно и свежо, но это пока. Когда прозвенит звонок и сюда прибегут потные подростки, начнется ад. Поправив темно-синюю юбку, я настороженно пошла между рядов шкафчиков и скамеек. Краем глаза заметив какое-то едва уловимое движение справа, я резко развернулась и оказалась в нескольких метрах от… себя. Точная моя копия смотрела, нагло ухмыляясь и разминая пальцы. — Оставь меня в покое хотя бы здесь! Девушка напротив преувеличено погрустнела и покачала головой: мол, с радостью, да не получится. И тут же вновь мерзко заулыбалась. По телу прошла холодная, нервная дрожь, казалось, я готова бросится на Анубиса с голыми руками. — Знал бы ты, как я тебя ненавижу, — процедила я и, опомнившись, трансформировалась. Привычный металл охладил кожу, но не разум. В Анубиса полетели огненные шары, но он лишь тихо засмеялся, уворачиваясь. Я подняла кусок пола на метра полтора, ударила молодого парня в живот, и тот отлетел, припечатанный к стене. Он сразу же стал собой и одним движением разбил на мелкие кусочки камень, вставая. Красные глаза смотрели с гневным прищуром, Анубис зажег на ладони черный огонь, который словно поглощал свет, и направил его мне в грудь. Припав к полу, я увернулась от огненного шара и отправила воздушный поток в шакала, очередной раз отбросив его к стене. Шакал вновь встал и яростно зарычал, отчего я замерла всего на миг. Мы вцепились друг в друга, пытаясь сбить с ног, но сила была равна. Неожиданно Анубис принял человеческий облик, на его месте теперь стоял Алекс, намного слабее в трансформации, отчего мне пришлось ослабить хватку, но, не рассчитав силы, я упала на пол спиной, а парень свалился на сверху, мигом замерев. Доспехи в полете исчезли, и теперь спина болела так, будто кожу сдернули живьем — очевидно, там будет огромный синяк. Еще и юноша сверху упал! Наши взгляды встретились, и, внезапно, я поняла, что глаза шакала были темными, почти черными, и не горели тем адским пламенем, они были с еле заметными крапинками золота. Анубис оперся на руки и колени, приподнявшись на сантиметров семь, но переглядку не разорвал. Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как мы посмотрели друг другу в глаза. Неожиданно я вспомнила, с кем и насколько близко нахожусь. В груди защемило — не понятно, приятно или наоборот, ладони вспотели, а в теле появилась какая-то непонятная усталость. Шакал посмотрел в первую секунду чуть повернув голову в сторону, словно спрашивая, что со мной, но через мгновение прочитал мысли, очевидно написанные у меня на лице, и уже открыл рот, чтобы что-то сказать, как вдруг его отбросило в сторону двери в душевую, тут же треснувшую. Рядом стоял Рамзес в сверкающих доспехах и протягивал мне руку, на которую я с облегчением оперлась. Помощник фараона позволил обнять себя за шею и повиснуть на нем, приобняв рукой. Гора обломков разлетелась в стороны, и из-под нее буквально вынырнул взбешенный бывший Бог Похорон. Я тихо вскрикнула и обмякла еще сильнее, а Рамзес схватил меня крепче, не отрывая взгляда от врага, и, стоит отметить, Анубис тоже злобно прищурился, глядя в его сторону. Дыхание шакала стало яростным и резким, мышцы рук напряглись, вспыхивая черным огнем, который он направил на нас. Рамзес чуть расставил ноги для лучшей опоры, готовый к защите, но Анубис, оглушительно зарычав, прочертил черным пламенем дорожку в душевой, то есть в совершено противоположном направлении, где все, что могло, загорелось, а сам парень исчез в вихре песка. — Что?.. — ошарашенно спросил у пустоты Рамзес. Потом, рассеянно моргнув, посмотрел на руку, которой ощутил что-то липкое, и ужаснулся: в моем боку торчал острый обломок двери, от которого красным пятном расходилась кровь, я уже была почти без сознания, темнота поглощала все вокруг. Рамзес выругался и вошел со мной в портал, оставляя пламя бушевать в раздевалке.