Царица Египтуса

Я вышла из машины, аккуратно, чтобы не стукнуть, закрыв дверь. Глаза сразу же ослепил яркий свет солнца от которого я тут же закрылась перекинутой через руку курткой, подняв руку на уровень лица. Здесь было теплее, чем у нас. Да и зелени значительно больше. Рядом потягивалась Ксюша, устав от долгой поездки, хотя мы останавливались четыре раза. Взяв по чемодану, мы зашли через кованые ворота и пошли по мощенной узкой дорожке. Это было очень красивое место, я не ожидала, что тетя Люси настолько богата. Конечно, это не вилла, но у двухэтажного домика, тонущего в бесподобном саду было собственное очарование. Стены дома были белые, а оконные рамы цвета светлого дерева, и поэтому ярко контрастировали с пестрыми цветами. Еще во дворе был маленький прудик с огненными рыбками кои, но больше всего меня поразило необычное здание. Состояло оно из металлического каркаса с привязанной сверху мелкой зеленой сеткой, на половину была накинута водоотталкивающая ткань, тоже сложенная вдвое. Очевидно, она нужна была в случае дождя. А внутри… были бабочки, многообразие бабочек всевозможных цветов. Самая большая была с мою ладонь. — Здравствуйте, девочки, как добрались? — спросила вышедшая на встречу женщина. Я оценила ее завистливым взглядом. Она была старше мамы Люси, а годилась мне в старшие сестры. У нее были длинные, шикарные, густые и идеально прямые светлые волосы и ярко-зеленые глаза. Время не тронуло ее чистую кожу, она светилась энергией и счастьем. — Спасибо хорошо, мисс… — Зовите меня Кэтрин. Люси, а что же твоя мама не идет здороваться с сестрой? Моя подруга застенчиво ответила: — Она возле машины, сейчас должна прийти. Хозяйка дома отмахнулась: — Пока она дойдет ночь наступит. Вы идите в дом и располагаетесь. На втором этаже есть две спальни, так что кое-кому придется потесниться, сами решите. Сказав это, она легкими шагами пролетела к калитке. — Это… это… вау, — не находя слов, проговорила я. Девушка зарделась еще сильнее, поднимаясь по лестнице, и перед тем как открыть дверь, ответила: — Ты еще не видела, что внутри. И она была совершенно права, такой красоты я не видела еще никогда, даже в Египтусе, да простит меня Кефер, не было такого гармоничного сочетания изящества и уюта. Вся мебель была вырезана — я просто уверена, что она ручной работы ― в каком-то промежуточном стиле между классикой и модерном, тут все было в таком стиле. И это было естественным, словно дышало свободой. Совсем не удивительно, что Кэтрин такая счастливая. На первом этаже находилась кухня, столовая, гостиная и просто огромная библиотека. Пообещав себе осмотреть всё поподробнее, я поднялась на второй этаж по широкой винтовой лестнице, где были три спальни, одна явно хозяйская, и ванна. Ксюша, старательно поднимая свою челюсть с пола, увы безуспешно, сразу застолбила первую комнату возле лестнице в пастельных и розовых тонах. Люси, взвизгнув, тут же упала на одну из кроватей в этой комнате, потонув в мягкой перине. Добродушно фыркнув, я вышла и вместе с чемоданом отправилась на встречу приключениям в конце коридора. Остановилась и открыла дверь в своё новое место обитания и не удержалась от долгого «вау…». Комната небольшая, но настолько приятная глазу, что внушает спокойствие, сразу видно интерьером занимался талантливый человек. Тяжелые шторы черного цвета, поверх молочно-белого тюля, из-за чего черный казался теплым и прекрасно сочетался с такого же цвета шкафом и письменным столом. Возле большой кровати, если мне не изменяет память, они называют полутора спальные, приглушенно зеленого цвета со светлой постелью, стояла тумбочка, а на ней — настольная лампа. Ох, как же красиво… Я поставила чемодан и спустилась вниз, спустя полчаса я искренне жалела тех людей в отелях, которые таскают вещи посетителей туда-сюда, но совершенно потрясающим призом был сон до вечера и прогулка после него до школы. Все-таки надо узнать, где мы будем учиться, хорошо еще, что на оформление документов уйдет парочка дней, и можно с чистой совестью поспать. Правда гуляли мы недолго, но это наоборот хорошо, мне пора было возвращаться в Египтус.

***

— Кефер, извини меня, конечно, но… — Не извиняю. — Кефер! — воскликнула Исида, — Она еще ребёнок! — Разве? Тем более я не замуж ее отдаю, а если ты помнишь, у нас девушки в четырнадцать лет считались невестами на выданье. Богиня вытаращила глаза и глубоко вздохнула, закрыв лицо ладонью. — Или ты боишься, что она влюбится в шакала и предаст нас? — провоцируя, спросил Кефер. — Что? Нет, конечно, нет. Просто это опасно, слишком опасно. Мы не можем так рисковать, она — Последний фараон. Я дернулась после этой фразы, поймав сочувственный взгляд Беса, ну почему они видят во мне лишь Хранителя этой железки? — Не волнуйся, Гиксос обещал скоро привезти браслет, с помощью которого я смогу помочь ей в любой момент. Тем более… Почему вы так разволновались? Я же не сказал ей на шею с поцелуями лезть! Я не тиран, просто когда будет возможность, пусть вначале не отмахивается ― заметьте, «вначале» — а наоборот пойдет на встречу. Нечего из меня не понятно кого изображать. Тут зал совета просто взорвался от криков, не в силах вынести это, я вышла, начав бродить по коридорам, и вскоре заметила незнакомую до этого фигуру и вытащила из ножен меч-хопеш. — Стоять! Кто ты? Нисколько не смутившись, на меня посмотрел парень лет двадцати пяти крепкого, но в то же время гибкого телосложения, с довольно приятным, гармоничным лицом, но чуть выше меня. — Меня зовут Гиксос, я изобретатель. Опуская оружие, я удивленно спросила: — А тут такие есть? — Конечно! Ты ведь, Леа, да? Я кивнула, окончательно успокоившись. — Кефер говорил про браслет? Отлично, вот держи, примерь его. С этими словами, это чудо, ибо по-другому не скажешь, не спрашивая, защелкнул металл на моем запястье, и теперь на мне красовалось два браслета. А не привлечет ли это слишком много внимания? Нужно поговорить с Рамзесом, авось что-нибудь придумает, он толковый парень. — Ну, как? Удобно? Сказать по правде, я его вообще не чувствовала, о чем и поведала египетскому гению, отчего у него еще больше заблестели глаза. — Отлично. А теперь проверь его. Он заработает, если ты не захочешь общаться с мужчиной. Я слегка опешила из-за такой формулировки. Кефер, кажется, не имел ввиду ничего такого. — Как? Вдруг парень резко сделал движение вперед, протянув руки, прося объятия. Я, как типичная девушка, застыла в шоке…бы, если БЫ не обучалась у Гора и Аписа. Коротко говоря, парень получил кулаком в лицо и ногой в живот, падая на пол, а в нескольких метрах появился Кефер. — А вы хорошо ее обучили… — кашляя, с трудом выговорил Гиксос. — Дам тебе совет: попадай чаще в беду и изображай слабенькую, тогда у Анубиса будет больше шансов спасти тебя. Они оба посмеялись над этой шуткой, которая показалась мне совершенно не смешной.

***

Задача на сегодня — попасть в беду. Да-да, именно это мне сообщил появившийся с утра Гиксос. То ли у воинов с «ритуалами ухаживания» явные проблемы, хотя об этом речь не шла, то ли в Египтусе это реально работает как-то по-другому. Первый день в новой школе, пусть и с двумя подругами, все равно испытание, причем похуже битвы в Египтусе. Особенно если первый урок будет у учителя, любящего представлять новеньких у доски, заставляя рассказывать интересные моменты своей биографии. Думаю, ясно, что мы как раз попали на такого преподавателя. Вот что им нужно было сказать? «Здравствуйте, я — Последний фараон Земли, моим учителями являются древние Боги и Повелитель Золотых пирамид. Можете не хлопать. Я и так знаю, что со стороны это выглядит круто.» Пришлось поведать более скучную версию, даже про баскетбол умолчала, играть в школьной команде здорово, но у меня еще миссии в Египтусе. Я хоть и мало прожила, но новый класс мне совершенно не понравился. Все эти ухмылки, оскалы, смешки в ладошку и хитрые взгляды настораживали и раздражали, а когда пришлось сесть на третью парту и почувствовать спиной взгляды половины класса… Я им не доверяла, и это было вполне естественно. Я к ним не привыкла и это понятно, но все равно что-то было не так. В таком ключе прошло пять уроков, и вот пришло время последнего — шестого. По расписанию нас ждала спортплощадка, и я бы обязательно порадовалась, но так как мы не знали занятий, форму не принесли, хотя по идее это было даже довольно хорошо. Как показала практика, девятиклассницы не ходят на физкультуру, и это отличное время познакомиться и прогуляться. Вокруг нас троих весело щебетали шестнадцать девушек девятого класса и пара парней, остальные, нас игнорируя, играли в футбол. Не знаю, в какой момент я оказалась одна среди десятка одноклассниц, но факт остается фактом, они нас разделили, продолжая щебетать, не отвечая на вопросы. Вскоре территория школы осталась позади, а я не могла уйти от них, не понимая почему. Нужные слова просто не выговаривались, я ощутила какую-то странную неуверенность, а силу Египтуса использовать среди бела дня на Земле было опасно. Что же делать? Может это уже паранойя? На конце улицы замаячили гаражи, а за ними, если верить рассказу Кэтрин, карьер, куда смывают мусор. Ну, всё, Леа, допрыгалась, вот чую, допрыгалась. Но зачем это делать школьницам, не связанным с Египтусом? Проверка новичков? Тогда тем более не стоит показывать броню и стойко выдержать все без неё. Как я и думала, мы пришли к карьеру, к которому меня подтолкнули девушки, я, кстати, уже мысленно смирилась с перспективой искупаться там, но всё опять (не опять, а снова) пошло не так, как я предположила. По фигурам школьниц пошла рябь, как по воде, и вместо них передо мной оказались мумии Эксатона, страшные, все в бинтах, и намного ароматнее места, где мы находились. Вокруг них был странный золотистый ореол. — Я даже не знаю, что хуже: прыгнуть сюда или рядом с вами постоять, хотя наверное эффект будет тот же, — едко подначила я их, но в ответ последовали лишь недоуменные взгляды и мрачное выражение лица Карнака, который, похоже, считал себя, как и я, единственным умным среди дебилов. — Взять девчонку. Услышав понятную команду, мумии резко дернулись, обступая со всех сторон. Надо не забыть сказать кинорежиссерам, что руки вперед мумии, как зомби, не поднимают, ну это так, если выживу. — Сила Египтуса! — Ну вот теперь всё гораздо проще, — разминая пальцы, произнесла я. Столб огня появился в максимальном скопление мумий и сжег дотла их бинты, закоптив кости, скелеты зашатались и рассыпались. Я уже хотела приступить к другим, как увидела отвратительную, нисколько не смешную картину: тлен поднимался вместе с костями и собирался вновь. Через каких-то пару мгновений противники воскресли. Сделав замысловатое движение рукой, провалила под землю двоих, но они тут же стали выкапывать сами себя. В ход полетели самые сильные заклинания, которые я знала, но безуспешно. Постепенно, как песчинки, уходили силы, и неожиданно я почувствовала, что их не осталось вовсе. И это при том, что пуст браслет, а я по-прежнему бодрая. Я сделала несколько шагов назад, готовясь бежать, но уперлась в спину Карнака, который тут же схватил меня за предплечья. И внезапно… Как бы это банально не звучало, я рада, что всё закончилось именно так. Рядом со мной появилась фигура Золотого воина, тут же повернувшись спиной ко мне. Он держал в руках длинный черный уас и с его помощью уничтожил мумий буквально за несколько ударов. Карнак оттолкнул меня, как назойливую мошку, и бросился на него. Незнакомый мне воин братства повернулся, услышав топот ног, и за долю секунды до удара слуги Эксатона, нанес свой собственный. Карнак на мгновение замер и повалился на землю. Воин остановился передо мной, и я поняла, что это не воин Золотых Пирамид, хотя и имел такие же доспехи, как и у меня. — Спасибо, Анубис… — осторожно пробормотала я, боясь ошибиться. Но стоящий впереди человек дернул плечами, слегка удивившись, и превратился в старшеклассника. До боли привычного и человечного. А потом с ухмылкой спросил: — Что меня выдало? — Ты меня спасаешь каждый раз. Я не уточняла, что догадалась обо всем, но, кажется, он без слов меня понял. И с удивлением я обнаружила, что тоже улыбаюсь в ответ. Мы застыли, молча смотря друг на друга, без понятия, как он, но я не знала, что говорить, хотя наверное слова были излишни. Вдруг его улыбка померкла, и он тихо спросил: — Знаешь почему? По спине от его голоса прошлись мурашки, и я отрицательно помотала головой. И почему-то испугалась. Но это не был леденящий душу страх, нет… — А хочешь узнать? — подходя ближе, вкрадчиво произнес он, не отрывая глаз, подняв мой подбородок своими цепкими и жутко холодными пальцами. Сейчас шакал был в человеческой форме и буквально гипнотизировал, как змея. Но мне это нравилось. — Не знаю… — прошептала я, не в силах ни о чем думать. Анубис склонил слегка голову, а я заметила смешно торчащие уши и улыбнулась краем губ, но увидев его прищуренные очи, напряженно следящие за каждым движением, вновь замерла. Парень вдохнул воздух, прикрыв глаза, и исчез в вихре песка, ответив: — Поговорим тогда, когда поймешь, чего ты хочешь. Я, дрожа, сделала шаг назад и осела на землю, не понимая, что это сейчас было. Как должна стать шпионкой, если он так на меня воздействует? И почему он снова спас от своего хозяина? А что если… если он сам получил аналогичное задание и теперь изображает спасителя?

***

По пути домой я купила горячий пирожок с печенью, надеясь хоть как-то восстановиться, иначе при перемещении браслет меня просто убьёт. Мне казалось странным, что с момента переезда никто из Египтуса, кроме Гиксоса, меня не навестил. Обычно в обед заходил Рамзес, спрашивая, всё ли нормально. Я нахмурилась. С момента получения задания многие стали относится ко мне с опаской, и Рамзес не был исключением. Как только он видел меня, на его лице появлялось хмурое выражение, а ещё он часто злился, срываясь на меня. Поэтому я перестала с ним тренироваться. Теперь моим обучением занялся лично Апис. Я пришла домой и первым делом закинула вещи в комнату, переодевшись. Кэтрин работала в банке на другом конце города, который вопреки ожиданиям оказался довольно большим, и обещала приехать лишь к ужину. Люси и Ксюша же скоро придут, но ждать их нет времени, поэтому я, приняв ванну и окончательно отдохнув, переместилась в Египтус, не забыв написать записку подругам. Египтус, как всегда, встретил меня зноем. На базаре громко торговались жители, покупая незнакомые мне фрукты ярко-голубого цвета. Я прошла мимо, стараясь как можно быстрей попасть в пирамиду. Вскоре мне это удалось и я встретилась с Гиксосом, довольно бледным на вид, и это при темном оттенке кожи. — Что случилось? Парень посмотрел по сторонам, высматривая случайных слуг, которые любят погреть уши, и тихо ответил: — Эксатон похитил Печать Ра, и теперь мы не можем путешествовать на Землю, чтобы защитить ее и тебя. — Да, я это заметила. Воин с заботой оглядел меня и, видимо, заметив уставший вид, предложил: — Я могу дать тебе энергетик, в ближайшие семь часов магия будет буквально переполнять тебя, но после ты обязательно должна поспать часов двенадцать минимум. — Слушаюсь, генерал Гиксос. Он недоуменно посмотрел на меня, а я в ответ лишь махнула рукой и пошла за ним в лабораторию, где выпила вязкую желтую жидкость со сладковатым вкусом. — Рассказывай всё. — Мы нашли предателя, но слишком поздно. Им оказался Каа, один из воинов. Его способностью является необычайная, даже для нас, физическая сила. Он выкрал нашу Печать, напал на Кефера и разрушил зал заседания Совета. Мы восстановили всё разрушенное, но без артефакта никто из нас не в силах попасть в твой мир. — Так чего же мы ждем? Нападем на Темную пирамиду! — ударив по столу, вскрикнула я. Зелье подействовало мгновенно и теперь я чувствовала себя бомбой, которая вот-вот взорвется. — Мы ждали тебя.

***

Два воина и я ползли по вентиляционной шахте, периодически попадая в тупики, главным образом из-за меня. Уж слишком понадеялась на свою память. Путешествовали по территории врага мы уже часа два, поэтому немного устали, но чует моя пятая точка, приключения не за горами. В нашей Вселенной, да и во всех остальных, закон подлости — штука, с которой шутить нельзя, иначе она будет смеяться последней. Я ползла первая и раньше Гора и Кефера поняла, что под ладонями и коленями вибрирует камень, но сказать что-либо не успела, так как эстетично полетела вниз. Хорошо хоть, была в доспехах, падение в песок я-то выдержала бы, а вот приземлившихся сверху воинов — нет. Но это не значит, что я осталась невредимой. Меня будто раздавили, как лимон, и в добавок сверху припечатали чем-то тяжёлым. Краем уха я услышала топот ног, и еще сильнее зарылась лицом в песок, укатываясь с маленького бархана в еще меньшую ямку. Кто-то мерзким голосом прокричал обвинения Гору и Кеферу, а те согласились, сложив оружие. Уверена, будь я в лучшем состоянии — обязательно надавала бы тумаков прихвостням Эксатона просто так, и ещё добавила мужчинам за то, что они сдались. Но я смогла лишь промычать что-то невнятное и упасть в обморок. Очнулась я скоро, по крайней мере мне так кажется. Поднялась и через сотню другой шагов перестала хромать, а через несколько коридоров прошло и головокружение. Вокруг было ни души, даже мумии отсутствовали, и я не сразу поняла почему, а оказалось всё проще некуда: на тренировочной площадке собрались все подчиненные Эксатона и сражались по одному с Гором или Кефером, которые были без браслетов. Жестоко, как и все вокруг. Воины еле держались, бились из последних сил, стараясь победить, но с каждым разом падали все быстрей. Толпа кричала поощрения «своим» и оскорбления «чужим». Но вдруг всё замолкло, и на ринг вышла еще одна фигура в золотых доспехах, огромная, будто гора. Очевидно, это и был Каа — хорошо сложенный мужчина лет тридцати с длинными тонкими косами. В руке он держал Печать Ра. — Я великодушный фараон Египтуса, поэтому если вы заберете артефакт, я вас отпущу, — прокричал Эксатон. Воин спрыгнул на песок ринга и зашагал в сторону избитых мужчин, ускоряясь с каждым шагом. — Каа, я знаю, что твой разум не смогла затуманить эта магия! Очнись! — крикнул Гор и отлетел к стене от удара противника. — Так, так… магия, говоришь.? — с интересом протянула я. Я стояла возле небольшого окна, наблюдая за ними, пытаясь найти того, кто управляет Каа, и вскоре нашла. Это была Сехмет, девушка со львиной головой и отвратительными манерами, хотя должна признать, фигура шикарная, надо и мне начать ходить в спортзал. А то тренировки тренировками, а по сравнению с ней я выгляжу не солидно. В руках у нее была металлическая полусфера с парящим внутри красным кубиком. Как бы ее привлечь? В учебнике по биологии кажется было написано, что у кошек слух намного лучше человеческого, но есть проблема: у Анубиса слух тоже не хуже, а сейчас только его не хватало для полного счастья. Не придумав ничего лучше, я тихо замяукала, причем получился такой этакий мартовский, толстый кот, объевшийся сметаной. Сначала попытки не увенчались успехом, но после нескольких серенад уши Сехмет дернулись в мою сторону, а вскоре и она сама, а я вовремя спряталась за стену, по крайней мере, надеялась на это. Не прошло и пяти минут, как в соседнем коридоре послышался лязг когтей о стену. Стоит отметить, что если бы не это, я ее никогда в жизни не услышала бы, все-таки кошки отличаются бесшумной ходьбой. И Сехмет — живое тому доказательство. — Кис-кис, иди сюда маленькая, человеческая девочка. Я тебя не обижу. Р-мяу! Жалко нет такого понятия как «кошачий акцент», тут он был бы весьма кстати. — Я тебя чую. Мур-маленькая иди сюда, — вновь повторила она. Я застыла возле поворота, пытаясь на слух определить, насколько близко подошла противница. Дождавшись нужного момента, я выпрыгнула из угла, сбив с ног львицу и раздавив рукой ее аппарат. Та яростно взвизгнула, молниеносно вставая, пнув меня когтистой лапой. В этот момент я поблагодарила тех, кто выковал эти доспехи, ибо, отлетев к стене, почти не почувствовала боли. Присев на корточки, со всей дури ударила ногой по икрам, отчего девушка упала, ударившись лицом о пол. Но это задержало её ненадолго, через миг она вцепилась в мои металлические волосы, заставив меня изогнуться. Я ударила ее в грудь огненной сферой. Пока Сехмет стонала от боли, пытаясь сдержать льющуюся из кошачьего носа кровь и прижимая вторую лапу к груди, я встала и ударила с ноги в живот, а потом локтем в спину. Девушка, вскрикнув, упала, потеряв сознание. — Отлично, теперь можно вразумить Каа. Я оттащила тело как можно дальше, оставив в самом темном месте коридора, надеясь, что в ближайшее время никто его не найдет. Вскоре я вышла на тот самый балкон, на котором Эксатон рассказал мне о своей голубой мечте. Словно чувствуя нашу победу, солнце вышло из-за туч, осветив меня теплыми лучами. Мои доспехи блеснули, и все, находящиеся на тренировочном поле, посмотрели на меня, а я, активировав новую способность — полёт, открытую совсем недавно, стрелой кинулась вниз и в паре метров от земли раскрыла огромные золотые крылья как у птицы. Подлетела к друзьям, спрыгнув на песок. — Ну что? Печать у вас? — Да. Эксатон, отдал её мне, чтобы подразнить Кефера и Гора. Кстати, меня зовут Каа, хотя наверное ты уже знаешь, — протянув руку, сказал мускулистый как гора парень, выше меня на добрых две головы. — И все равно рада познакомиться, — протягивая в ответ руку, ответила я. — Думаю нам пора. Леа, хватайся за печать. Я сжала пальцами тонкий посох с голубым, исписанным иероглифами, камнем, заметив, что остальные сделали то же самое. Все вокруг исчезло в ярчайшей вспышке, ослепив меня. Мы перенеслись в сад Исиды, находившийся почти в центре города. К нам подбежала стража, направив пики на Каа, но Кефер поднял высоко руки, торжественно произнеся: — Каа был под заклятием. Он — верный воин Египтуса и будет им всегда. На удивление, подчиненный чуть покраснел. В дворец мы вернулись без лишнего шума, все думали, что целью миссии было спасение Каа, а о Печати Ра никто даже не знал, кроме главной стражи, воинов и Совета. Собравшись в зале, мы подробно рассказали о произошедшем и, естественно, парень снова получил потерянное звание. Позже, оставшись наедине с Кефером, я рассказала о случае на Земле, умолчав о странном артефакте. Фараон удивился, сказав, что у Анубиса будут большие проблемы, так как его магию должны узнать по свойственным только его браслету заклинаниям. — Может, ему дали аналогичное моему задание? — спросила я, развернувшись у самой двери, перед тем как выйти. — И они это специально подстроили. — Я не знаю, но все равно будь осторожна, — мрачно произнес Кефер, задумавшись. Похоже, теперь ему не нравился этот план. Вернувшись домой, я отключилась, проспав почти пятнадцать часов, не обращая внимания на появившиеся сомнения.

***

В темной пирамиде, на самом верхнем этаже в чертоге Эксатона, освещенном несколькими факелами, шло собрание. На таких же тронах, только темного цвета, как в Золотой Пирамиде сидело четверо: Анубис, Тот, Эксатон и Сехмет. Последняя обиженно точила металлические ногти, заостряя как можно сильнее, на ее, и без помощи Леа, хотя и она постаралась, обезображенном лице застыло яростное выражение. Тот и Анубис слушали Эксатона, изредка перекидываясь едкими замечаниями. Казалось, их ненависти друг к другу нет предела, но на самом деле она появлялась только когда ибисоголовый мужчина становился злобным прихвостнем Темного фараона. Иногда в нем оживал Бог Знаний, искренне любящий по божественным меркам молодого проводника мертвых. — Мы вновь проиграли. И так будет всегда, пока Последний фараон остается на их стороне. Нам нужно, чтобы она стала одной из нас. — Леа не станет с нами сотрудничать, — произнес Анубис, понимая, что назвал девушку по имени, а не по титулу, как ранее, но, кажется, кроме него это никто не заметил. — Мне все равно. Найдите тогда альтернативный достаточно мощный источник силы. В зале повисла тишина, но ненадолго, зашел довольно потрепанный, хромающий Карнак. — Повелитель, мы упустили девчонку. — Я догадался. Неужели это она тебя так? — раздраженно поинтересовался Эксатон. — Нет, Повелитель. Это один из воинов Золотой Пирамиды… — Я дал тебе мумий, которых невозможно уничтожить, даже их тлен восстанавливается! А ты умудрился провалить задание! — в ярости, брызжа слюной, крикнул хозяин пирамиды, подскакивая. Анубис слегка улыбнулся, скалясь. — У него был уас вашего разведчика! После его удара мумии не воскресли, Повелитель. Эксатон нахмурился, возвращаясь на свой трон. — Ты уверен? — Абсолютно. Этот артефакт оживил меня, его силу я узнаю всегда. Фараон задумчиво посмотрел на уже серьезного шакала. — Насколько я помню, то заклятие было последним. — Да, Повелитель, после я потерял свою божественную силу, окончательно присягнув вам, о чем не жалею и теперь. Сехмет опасно оскалилась. — Тогда кто мог воспользоваться игрушкой нашего щеночка? Анубис злобно на нее посмотрел, дергая ушами как разозленный шакал, каким он, впрочем, и являлся. — Это мог быть Рамзес, приняв твой прежний облик, хотя даже для него это чересчур, ему пришлось бы подделывать даже ауру двухтысячелетней давности. — Трех, — заметил Анубис. — У Сета есть ещё дети? У шакала передернулось всё лицо, точнее морда. — Наш щенок ещё обижается на папочку? — ехидно спросила львица. — Ещё один раз так меня назовешь, и я за себя не отвечаю, — прорычал он. — ХВАТИТ!!! — словно гром, прокричал Эксатон, и гораздо тише продолжил, хотя стальные нотки в голосе всё ещё остались: — Сехмет, выясни кто воспользовался уасом, Тот, перерой всю информацию, имеющуюся здесь, и найди как можно больше источников магии. Анубис, на тебе девчонка, указания всё те же: следи, мешай, по возможности перемани, но как только Тот найдет что-то стоящее, присоединишься к нему, на эту выскочку терять время я больше не намерен.

***

Спустя пару часов Эксатон сидел в своих покоях, помешивая пальцем масло в чаше, которое поблескивало золотыми всполохами. — Да, я всё сделаю, — произнес он в пустоту, а потом замолчал, слушая ответ. По маслу пошла рябь, Эксатон кивнул. Дверь комнаты отворилась, и в неё легкой походкой зашла Сехмет, поправляя сухие волосы, выжженные солнцем. — Мой фараон, наши предположения оказались верными. Он спас её. По золотистой жидкости вновь прошла рябь, а Эксатон улыбнулся. — Отлично.