Варган

Женщины сюда почти не приходили, а если приходили, с виду мало отличались от мужчин — та же военная выправка, полувоенное обмундирование, жесткий взгляд, короткая уставная стрижка. Эта женщина выделялась. Было непонятно, как она оказалась здесь, на распродаже списанного военного оборудования и снаряжения. Рост сто пятьдесят восемь сантиметров с учетом каблуков, точный вес не определяется из-за свободной одежды, но явно больше физиологической нормы, возраст, судя по состоянию лица и голосу — более пятидесяти лет, вокруг головы обмотан кусок пестрой ткани, длинная юбка в клетку, короткое синее пальто. Неуставные характеристики, гражданская одежда и обувь, ни намека на выправку, ногти накрашены, на пальцах кольца, в ушах длинные серьги с перьями. Она была здесь совершенно неуместна. Киборг заметил ее краем глаза и следил исподтишка, недоумевая, что она здесь делает. Женщина меж тем уверенно прошагала к секции, где продавали киборгов, и принялась их разглядывать, внимательно и вдумчиво. Киборг некоторое время следил за тем, как перья серег шевелит холодный сквозняк в здоровенном ангаре. А потом она посмотрела на него. Глаза у нее были светло-карие, теплые и очень внимательные. Киборг внутренне подобрался. Людей с такими глазами он опасался. Они были слишком наблюдательны и слишком многое понимали. — Этот, — сказала женщина. — Рыжий. — Вы уверены? — спросил продавец — отставной прапорщик из снабженцев. — ТТХ у них у всех более-менее одинаковые, а нравится мне рыжий, — сказала она. — Сколько? Продавец назвал сумму. Киборг стоял неподвижно, сцепив руки за спиной, пока женщина расплачивалась. Потом его отправили в подсобку, где техник в очередной раз почистил ему память, сменил прошивку, убрал лишние программы и прописал нового владельца. Точнее, владелицу. Глафира Артемовна Лобарь, пятьдесят два года, место постоянного проживания — Новый Бобруйск. — Эх, жаль, ириенскую прошивку тебе пришлось снести, — вздохнул техник. — Хотя зуб даю, что эта дамочка ее тебе опять поставит, — он хихикнул. — Под себя. Киборгу очень хотелось взять техника за горло, поднять над полом и сжать пальцы. Но он не стал этого делать. — Кашлять ей пока не вздумай. Пусть считает, что ты у нее простудился. Техник больше не был прописан в хозяевах, и киборг наконец позволил себе мстительно раскашляться, сгибаясь пополам. Дышать уже который день было тяжело и больно, в груди сипело, температура тела к вечеру поднималась до тридцати девяти и девяти десятых градуса по Цельсию, и то, что во время продаж киборгу запрещалось кашлять, ситуацию не улучшало. Система сообщала об усиливающемся воспалительном процессе в обоих легких, о необходимости введения антибиотиков и витаминов, но никому не было до этого дела. Киборг же, не сдохнет. Продать поскорее — и пусть новый хозяин морочится. Техник зло оскалился, саданул киборга кулаком по шее и затряс отшибленной рукой. — Пошел отсюда! — заорал он. Киборг откашлялся, сплюнул под ноги ком мокроты и вышел к новой владелице. Та оплатила прошивку «Телохранитель». Дополнительный софт не ставился. Только основной пакет. — Звать тебя я буду Миша, — объявила хозяйка. — Пойдем. — Они двинулись к выходу из ангара. — Включи программу имитации личности. — Приказ выполнен. — Меня зови Глафира Артемовна, — велела она. — Вместо «приказ выполнен» говори «да». — Да, Глафира Артемовна. — Дефицит массы тела? — Восемнадцать процентов. — Функциональность? — Шестьдесят два процента. Она задавала вопросы, глядя в планшет, киборг, получивший имя Миша, шел за ее левым плечом, отрабатывая программу. Судя по вопросам, в киборгах Глафира Артемовна разбиралась. Значит, она знает, как должен вести себя правильный киборг. Значит, обойти приказ не получится. Интересно, что она будет приказывать? Они вышли из ангара, и киборг тут же понял, как ошибался, считая, что в ангаре холодно. Там было целых пятнадцать градусов. Здесь, снаружи — всего три. А еще — холодный пронизывающий ветер, от которого не защищал поношенный армейский комбинезон, и ледяной дождь. — Нам недалеко, — сказала Глафира Артемовна. — Вон мой флайер. Киборг стиснул зубы и просто шел. Импланты сдерживали дрожь, но у самого флайера он снова сложился в приступе кашля. — Ох ты ж ебаный ты нахуй, — негромко и без особых эмоций в голосе сказала хозяйка, и киборг подумал, что его сейчас вернут продавцу. Но Глафира Артемовна открыла флайер, села на водительское сиденье, велела киборгу сесть на пассажирское и закрыла колпак. Набрала команду для автопилота, а потом повернулась к киборгу и сказала: — Миша, вон бардачок, в нем есть бутылка с морсом. Выпей пока. Дома я тебя накормлю. Когда выпьешь, сбрось подробный отчет о своем состоянии мне на планшет. — Да, Глафира Артемовна. Морс оказался вкусный, кисло-сладкий. Бутылка была большая, целый литр. Хотелось выпить все залпом, но киборг пил медленно и осторожно, подавляя подступающий к горлу кашель. Глафира Артемовна тем временем читала отчет, а потом начала что-то писать в планшете, не обращая внимание на то, куда и как летит флайер. Киборг допил морс, сунул бутылку обратно в бардачок и принялся смотреть вперед. Флайер летел над городом, выше, чем большинство других машин. Киборг кинул быстрый взгляд на приборную панель. Еще пятьдесят два километра. Кажется, это где-то за пределами города. Дышать по-прежнему было больно. Сидеть, опираясь спиной о кресло, — тоже. Время от времени киборг кашлял. Когда вдалеке показалось небольшое озеро, рядом с которым стояло полтора десятка домов и рос лес, флайер начал снижаться. Он сел на площадке у крайнего южного дома, огороженного, как и прочие дома, забором из металлических прутьев. Внутри забора что-то росло — деревья, кусты. Киборг не обратил на это особого внимания. Он собирался с силами, чтобы выйти наружу, на холод. — Пойдем, Миша, — позвала Глафира Артемовна. — Тут недалеко. Здесь, за городом, дождя не было, а близкий лес прикрывал от ветра, но температура воздуха упала почти до нуля. Когда они подошли к двери, за ней кто-то заскребся и заскулил. — Варган, место! — прикрикнула Глафира Артемовна, отпирая папиллярный замок. — Миша, входи. Разувайся вот тут. Сразу за дверью было небольшое — два на два метра — помещение, где стояла обувь, висела на стенах одежда и тихо помаргивало индикаторами незнакомое киборгу устройство. Киборг снял берцы, под которыми не было носков, и выпрямился, ожидая приказа. Здесь было гораздо теплее, чем на улице и в ангаре, и совсем не было ветра. — Идем, — Глафира Артемовна открыла внутреннюю дверь. — Варган, это Миша. Миша, это Варган. Миша, дай Варгану себя обнюхать, но не трогай его. Варганом, как оказалось, звали здоровенного рыже-белого пса с волнистой шерстью, длинной узкой мордой и гнутой спиной. Пес лежал на подстилке и внимательно смотрел на хозяйку и на киборга. — Варган, подойди, — разрешила Глафира Артемовна. Пес вскочил и, возбужденно виляя длинным хвостом, начал тереться об нее мордой, потом подошел к киборгу, обнюхал его руки, комбинезон, и чихнул. Глафира Артемовна велела Варгану лечь на место, а потом взяла киборга за запястье и отвела в небольшую комнату, где было окно, узкая кровать со столиком, стол с терминалом и стулом, шкаф и кресло. Включила свет — за окном уже смеркалось. — Это твоя комната, Миша, — сказала она. — Одежду для тебя привезут чуть позже. Вон за той дверью — ванная, которой ты будешь пользоваться. Тебе нужно в туалет? — Нет, Глафира Артемовна. С момента списания киборга кормили мало, воды тоже давали недостаточно. Банка DEX-эконом на двоих всю последнюю неделю, пока киборг продавался. — Тогда идем на кухню, я тебя покормлю. Большая кухня с двумя окнами, овальным столом и кучей неизвестных киборгу приборов была ярко освещена. Глафира Артемовна велела киборгу сесть за стол, а потом поставила перед ним две банки DEX-maxi, стеклянную банку с завинчивающейся крышкой, наполненную чем-то темным, и принялась заваривать чай. Она вынула откуда-то из шкафчика большой белый чайник, обдала его горячей водой, засыпала заварку, добавила какие-то сухие зеленые листья и залила кипятком. — Ешь, Миша, — велела она, оглянувшись и увидев, что киборг не приступил к еде. — Тебе надо восстанавливаться, поэтому две банки, а в третьей — сливовое варенье, я сама варила. При воспалении легких категорически нельзя голодать, так что даже если тебе не хочется есть, ешь. Есть киборгу хотелось, и очень. Обе банки с DEX-maxi опустели прежде, чем Глафира Артемовна отыскала ложку для варенья. Пока она наливала чай в самую большую чашку и сыпала в него сахар, киборг съел и варенье. Оно оказалось вкусным и сладким, и он решил, что ему нравится варенье. DEX-maxi восторга не вызывал, зато быстро и полностью усваивался, но киборг бы все-таки предпочел человеческую еду. Она ему нравилась больше. — Вот твоя чашка, — Глафира Артемовна поставила чашку перед киборгом. — Пить из нее будешь только ты. Чай был крепкий и ароматный, травы в чае имели легкий седативный эффект. Много сахара. Вкусно. Пока хозяйка неторопливо пила свою чашечку чая, киборг опустошил две. И вскочил, когда раздался резкий переливчатый звук. — Это курьер приехал, — сказала Глафира Артемовна. — Идем, встретим. Киборг встал и его повело. Потерю равновесия скомпенсировали импланты. Хозяйка ничего не должна была заметить. Ему внезапно стало холодно, несмотря на сытость и только что выпитый горячий чай. Очень холодно. Импланты не позволили ему задрожать, но от этого было только холоднее. Идти наружу, встречать курьера, охранять хозяйку не хотелось до крика, но программа не предоставляла выбора. Впрочем, держать курьера и киборга снаружи Глафира Артемовна не стала. Она пригласила курьера с коробками и пакетами в дом, пересчитала привезенное и курьера отпустила. Киборг отнес коробки в свою комнату, как приказали. Коробки были легкие. — Оставь пока, Миша, — сказала Глафира Артемовна. — Я сама потом разберу. Пока разденься. Киборг снял комбинезон и встал перед хозяйкой. — Все ребра наружу, — покачала она головой. И тише добавила: — Крепко же тебе досталось. Воевал? — Информация отсутствует. — Повернись спиной. Матка боска Ченстоховска! Что ж ты молчал?! — Вся информация о состоянии была добавлена в отчет, — сказал киборг. — Угу, ага, — она подошла поближе, но прикасаться не стала. — Тебя резали? Вдоль позвоночника? — Да. — А потом чем-то прижгли разрезы? — Плазменная горелка. — Ублюдки хреновы, чтоб им в аду гореть! Как будто тебе пневмонии мало, еще и вся спина в ожогах и воспалена! Я думала тебя мыться отправить, но какое тебе «мыться» в подобном состоянии? Так, стой здесь. Глафира Артемовна ушла в ванную и тут же вернулась с влажным полотенцем в руках. Киборг ждал холодного прикосновения, но полотенце оказалось горячим. Хозяйка обтерла его всего, обходя только спину. Когда она закончила, голубое полотенце посерело, а киборгу стало еще холоднее. — Температура тела сейчас какая? — спросила хозяйка. — Сорок целых две десятых по Цельсию. — Ешкин кот! Вот, держи пижамные штаны, надевай и ложись. Одеялом укроешься до пояса. Я понимаю, что тебя сейчас знобит, но при такой высокой температуре просто нельзя укрываться, и спину тебе надо обработать. Значит, такое ощущение холода при высокой температуре тела называется «озноб» или «знобит». Раньше киборг этого не знал и не испытывал. Он послушно надел серые свободные брюки из мягкой ткани, лег на живот. Глафира Артемовна сама укрыла его одеялом. Киборг попробовал прислушаться к своим ощущениям от первой в его жизни настоящей кровати с настоящим, как у людей, бельем, но все заглушали озноб и боль в груди и в спине. Хозяйка вернулась с каким-то ящичком, поставила его на столик у кровати, села рядом с киборгом. — Миша, сейчас я обработаю тебе спину противоожоговым спреем, — сказала она, отводя длинные спутанные волосы киборга в сторону. — Когда спрей полностью впитается, можешь накрыться одеялом. Спрей показался киборгу таким холодным, что он едва удержался от крика. Но боль в спине тут же стихла, пригасла, и израненные обожженные мышцы, все это время бывшие в напряжении, расслабились. — А теперь — укол антибиотика. Этот антибиотик применяется для лечения простудных заболеваний именно у киборгов. Если за сутки тебе не станет легче, я постараюсь рассчитать для тебя дозу человеческого антибиотика, она будет выше. Укол болезненный, так что ты уж потерпи. Укол и правда оказался болезненным, но это было лекарство. Киборг чувствовал, как кровь разносит его по всему организму. Хозяйка ушла и вернулась со стаканом воды. Кинула туда несколько таблеток, которые начали с шипением растворяться. — Выпей, Миша, — сказала она. — Это жаропонижающее. Такую высокую температуру надо сбивать. Я принесу тебе еще воды. Сейчас мне нужно пойти и выгулять Варгана, потом я вернусь и зайду к тебе. Если температура не спадет, надо будет принять еще дозу жаропонижающего. Киборг послушно выпил кисловатую, щиплющую язык жидкость. Хозяйка погладила его по голове. — Молодец, — сказала она. — Ага, спрей впитался. — Она укрыла его одеялом. — Все, Миша, спи. Я не буду тебя будить, но если температура снова поднимется, вот жаропонижающее. Четыре таблетки на стакан воды. Отдыхай.