23 октября 2016 г., 02:43
- Что было вчера? - то и дело спрашивал Джейк. - что ты со мной сделал?
- Не понимаю, о чём ты. Мы проживаем этот самый день уже лет сто.
Енох сидел напротив и отвечал как всегда с особой надменностью, не поднимая головы от бесконечной работы над марионетками. Его руки очень быстро двигались, за пальцами невозможно было уследить. Сейчас он сшивал новую куклу из материала, сильно напоминающего человеческую кожу, и был чрезвычайно занят.
Впрочем, Джейк и не стал бы вдаваться в подробности строения кукол. Сейчас его интересовал вчерашний день. День, полностью выпавший из его памяти.
- Я ложился спать вчера вечером, Оливия сказала, что завтра мы пойдём на водопад, - Джейк пытался объяснить кукловоду свою потерянность, хотя они оба прекрасно знали, что не нужно ничего объяснять. Ясность здесь нужна была лишь Джейку. - а потом наступило утро и она сказала, что не нашла меня вчера, - не унимался парень. В его глазах были страх и растерянность, что явно нравилось собеседнику.
- Джейкоб, я занят, - грозным голосом сказал парень за столом. Но в следующую секунду его губы расплылись с фирменной дьявольской улыбке, еле сдерживающей смех.
Портмана на секунду охватило отчаяние. Он хотел знать правду, знал, что Енох как всегда не пойдёт на контакт... И в то же время её боялся. Джейк смотрел на него взглядом, в котором были тонны вопросов, они переплетались в его голове разными незнакомыми голосами, в итоге сливаясь воедино.
Что было вчера?
Лишь один человек мог раскрыть тайну потерянного времени, и он сидел напротив. В серой рубашке, которая хоть и была велика, но не скрывала широких плеч. В слегка рваных джинсах, что явно не свойственно для сорок третьего, и больших коричневых кожаных ботинках. Они придавали образу какой-то особой энергии юности, казалось, в них он мог обойти весь мир. Летнее солнце освещало помещение, переливаясь в каштановых локонах кукловода. Его медового цвета глаза были сосредоточены на работе, а глаза Джейка - на них. В них тоже попадали солнечные лучи, раскрашивая радужку в золотисто-карий. Ах, да. Ещё ресницы. У Еноха были огромные чёрные веера ресниц, и вся эта композиция часто привлекала внимание Джейкоба настолько, что он выглядел довольно глупо. За ужином он мог долго рассматривать лицо Еноха, но, к счастью, этого никто не замечал. Никто, кроме самого кукловода, конечно. Он то и дело отвечал ему ухмылкой, не поднимая глаз. А иногда и вовсе "ловил" взглядом Джейка. Тогда тот быстро отводил глаза, делая вид, что очень и очень внимательно слушает рассказы Фионы о прошедшем дне. - Долго ты ещё тут стоять будешь? - Енох перебил его мысли. Он уже поднял голову и смотрел на Джейкоба, медленно прожигая его лицо. Поняв, что многого от этого диалога не дождешься, Джейк, сжав кулаки, вылетел из комнаты, оставив О'Коннора за работой. День был длинным, клубок мыслей вился в голове Портмана. Ему казалось, что вот-вот его вопросы завьются вокруг шеи и начнут душить. А ведь он не просто так обратился к Еноху. Ему удалось запомнить лицо кукловода, пусть в тумане, зато близко, как никогда. Медовые глаза смотрели на него, чёрные кудри свисали вниз, а губы что-то говорили... Это сон, приснившийся ему пропавшим днём. По крайней мере, Джейк так думал, пока О'Коннор всем своим видом не показал, что это всё же не сон. За обедом парни даже «поменялись ролями» - Енох пристально смотрел на Джейкоба, а тот сидел молча, уткнувшись в тарелку. Ох, не привык он к такому. Конечно, кукловод не собирался проявлять инициативу и принимать роль ведомого, но такое безразличие со стороны Джейка привело его в ярость. Казалось, таким взглядом можно испепелить не хуже Оливии. Но Портману было всё равно. Он был подавлен, разочарован поведением Еноха. «Да, этот парень всегда весь-из-себя хмурый и злой, но неужели так сложно хоть раз не быть таким мудаком? Всего разочек» - думал Джейк. Ещё сильнее помрачнев, О'Коннор встаёт из-за стола. - Эй, ты же ничего не съел, - заботливо заметила мисс Перегрин. - А я не голоден, - произнес юноша. Он отвечал ей, но взгляд по-прежнему был сосредоточен на Джейкобе. Большая озлобленная туча отправилась к себе в мастерскую. Никто, конечно же, не был удивлён его поведением. Портман ещё немного посидел и отправился гулять вокруг дома. Погода была паршивой, лил дождь. Джейк хоть и промок до нитки, но всё же не заметил, как наступил поздний вечер. Нагулявшись, он решил тихо зайти в дом и завалиться спать, просто забыв этот день, как и предыдущий. Аккуратно открыв дверь, парень зашёл в коридор и в ту же секунду сквозняк захлопнул её с особым грохотом. «А я думал, что этот день уже ничем не испортить» Дом спал, и Джейкоб, разнося грязь по лестнице, поднялся наверх и устремился к своей комнате. Он очень устал и мечтал избавиться от всех мыслей, так донимавших его. Но в паре шагов от заветной двери он почувствовал толчок слева, настолько сильный, что Джейкоб упал, очутившись на полу комнаты справа. Кровать, столик, выход на балкон, полки с банками… Он никогда раньше тут не был. Но ему не о чем было волноваться. Это была комната, которую никто из обитателей дома никогда не посещал - спальня Еноха О’Коннора. Обычно парень всё своё время проводил в мастерской, но в какой-то момент она стала настолько заполнена банками и марионетками, что ему ничего не оставалось, кроме как занять ещё и комнату напротив - маленькую спальню с большими окнами и балконом. Он со вкусом обставил новое жилище, но чёртовы банки с сердцами добрались и до неё. Лунный свет тускло освещал помещение. Джейкоб лежал на полу, ожидая, что же будет происходить дальше. Енох вошёл, аккуратно прикрыв за собой дверь. Воцарилось непродолжительное молчание. В сумерках можно было разглядеть глаза кукловода. При таком освещении они казались бездонно чёрными. Взгляд хоть и был устремлён на Джейка, но смотрел сквозь него. Губы были будто выточены скульптором – лицо Еноха не выражало никаких эмоций. Как всегда непоколебимый. Интересно, что скрывается под этой глыбой льда? - Ты узнаёшь это место? - Нет, – растерянно произнёс Джейкоб. - Хочешь знать, что было вчера? – голос кукловода звучал так низко, что Портман почувствовал вибрацию в собственной груди. Непередаваемое ощущение. - Расскажи мне, - с дрожащим оттенком в голосе произнёс он. Енох ухмыльнулся и закрыл дверь изнутри. Джейкоб почувствовал странное щекотание внизу живота, будто по нему бегали сразу все насекомые Хью. О'Коннор сделал шаг навстречу, протянув руку лежащему бедняге. Тот осторожно ухватился за неё. Встав и толком не успев отряхнуться, он снова почувствовал толчок, но уже не такой сильный. На этот раз Джейк оказался прижатым к двери. Такого поворота событий он точно не ожидал. Енох расположил руки на двери по бокам от парня так, что не возможно было бы выбраться даже при сильном желании. Но такого желания у Джейкоба не было. Он не знал, что Енох такой мощный и тяжёлый. Он чувствовал его твердокаменный торс на себе и не проявлял и тени сопротивления. - Ну, слушай, - дыхание кукловода обжигало шею, уши, щеки. - вчера я узнал, что могу иметь власть не только над бездушными марионетками. Пчёлы Хью огромным роем летали в животе Джейкоба на тот момент. Выходит, он весь день был куклой О'Коннора? Парень сейчас был совсем не способен трезво оценить ситуацию. - Вечером я зашел к тебе в комнату и предложил выпить со мной джина, - продолжал Енох, всё сильнее наваливаясь на Портмана. – в твоём стакане кроме джина была моя кровь, смешанная с формальдегидом. Я не знал, получится ли, поэтому очень и очень нервничал. Енох чувствовал в Джейке напряжение и страх, его это дико возбуждало. Казалось, вот-вот и он станет неуправляемым… А всё, что чувствовал Джейкоб – недостаток кислорода и огромный стояк, который через одежду упирался ему в бедро. - Когда ты полностью выпил, ничего не происходило, я уже разочаровался и собирался уходить, но потом взглянул на тебя..., - голос кукловода переходил в мурчащий шепот, вызывая у Портмана дикое желание помочь ему избавиться от силы, что так давила на его бедро. - ..ты так внимательно слушал мои слова, буквально в рот заглядывал. Я сказал «встань на колени», и ты встал, я сказал «ляг на пол», и ты лёг. Ты полностью подчинялся мне, исполнял все мои приказы. Моя власть заполнила каждую клеточку твоего бледного тонкого тела. Енох улыбнулся. Похоже, разговоры о власти и подчинении – его слабость. Или сила? Джейкоб был максимально ограничен в действиях, но с трудом смог повернуться лицом к своему «хозяину». Он смотрел в глубь чёрных глаз и уже совсем не боялся быть побеждённым. Портман вытянул шею в попытке поцеловать Еноха, но тот немного отстранился, дразня свою марионетку. Нахмурившись, Джейкобу всё же удалось резким движением соединить их губы в самый желанный в его жизни поцелуй. У него от всей этой ситуации уже текли слюнки, в прямом смысле этого слова. Кукловод тем временем уже залез кистями под футболку Джейка и гладил его живот и спину, оставляя под своими пальцами кожу, покрытую мурашками. Такие уверенные действия только разжигали огонь между ними. О’Коннор больше и сильнее, да и к тому же он - мастер над куклами-марионетками. Это помогало ему получить абсолютную власть над голубоглазым внуком Эйба. - Встань на колени, - скомандовал он. Это было сказано в максимально железном приказном тоне, но всё же почти шепотом. Джейкоб на секунду замешкался, бросая якобы не понимающий взгляд на партнёра. В ответ Енох ухмыльнулся своей фирменной ухмылкой и с лёгкостью одной рукой опустил его вниз, не оставив выбора. Джейкоб быстро расстегнул ремень, едва дрожащими руками освобождая напряжённый член. Он был действительно огромный, гораздо больше, чем представлял парень. Портман медленно обхватил его ртом и постарался опуститься как можно ниже, вызывая сверху сладостные стоны. Нет, О’Коннор не думал, что будет так тяжело не кончить с первых же секунд. Ведь вчера Джейк был безвольной марионеткой, а сегодня все его действия были мотивированы собственными желаниями. - Стоп, хватит, – простонал он, сев на край кровати, – иди ко мне. Джейкоб сел сверху, попутно стаскивая с себя одежду. Енох целовал его губы, шею, грудь упиваясь каждым прикосновением к белоснежной коже. Казалось, собственное сердце сейчас сломает грудную клетку, и уже никто не сможет его воскресить. Он царапал пальцами бедра, ягодицы, талию Джейка. «Блять, как же это волшебно» - пронеслось в его голове. Однако жажда власти, наверное, никогда не утолится в душе Еноха, даже если его приказы будет исполнять целая армия. Кукловод взял Портмана за щёки, как бы насильно открывая рот. Он смочил его языком свои пальцы и начал прижимать свою марионетку сильнее. Джейкоб напрягся. - Шшш, солнце. Тебе понравится. Вчера тебе очень понравилось, - сказал О’Коннор, успокаивая поцелуем. Медленно и нежно он ввёл сначала один, а через некоторое время и второй палец, не переставая целовать и «случайно» прокусив губу Джейка. Член Джейкоба прижимался к животу Еноха, на который уже успела капнуть кровь с нижней губы. Железно-солёный привкус всё сильнее сносил крышу О’Коннора. Ему следовало бы размерять силы, потому что подбородки одного и второго были измазаны кровью. Он обеими руками поднял Джейка за бёдра и осторожно опустил на свой член. Парень сладко застонал. - Это мы вчера делали? - Джейкоб позволил обхватить свои руки сзади, не оставляя себе право выбора ни в чём. Он полностью осознанно отказывался от собственной свободы в пользу своего кукловода. Енох рассмеялся. - Оу, да, именно это, - с невозмутимым видом сказал он, слегка сводя брови. О’Коннор положил Портмана на живот и резким движением вошел сзади. Одной рукой он держал руки Джейкоба, другой сжимал его задницу. Джейк повернул голову и увидел на себе накаченного парня с размазанной кровью на лице и животе, который всё быстрее и быстрее двигался в нём. Кудри падали на его лоб, вены проступали на напряжённом теле. Портман начал было кричать от наслаждения, но Енох наклонился и зажал его рот рукой, не останавливаясь ни на секунду. Из головы не выходили мысли, что ещё совсем недавно этот кудрявый парень вечно дул губы в его адрес, а теперь он его жёстко трахает в своей спальне. Лунный свет озарял комнату, отбрасывая на стену две не прекращающих двигаться тени. Они были единым целым, сливаясь в энергичном танце. Напряжение росло посекундно. Наконец-то Джейкоб, сильно прогнув спину, застонал в долгожданном оргазме. После этого он совсем растёкся по кровати, словно тесто. О’Коннор, уже не в силах сдерживаться сделал несколько особо жестких фрикций, после чего излился внутрь своей марионетки. Во время процесса он не раз поймал себя на мысли, что его чувства к Джейку не ограничиваются животной жаждой власти, но сейчас он об этом думать не хотел. - Спасибо, что рассказал мне, – отдышавшись, произнёс Джейкоб. Парни залились смехом.
