От автобусной остановки до конца жизни...

Самый длинный урок из всех, какие Тэхену удалось повидать в этой гребаной жизни. Яркий свет режет глаза, которые требуют сна, в классе так же холодно, как и на улице, монотонный голос учителя заставляет засыпать, смешки и косые взгляды новых одноклассников начинают бесить. И та девушка, которая сидит за Тэхеном, называет его психом, фриком и голубым. Так оно, конечно, и есть, но обидно слышать это от какой-то школьницы-малолетки с прыщавым лицом, замазанным тональником, которая возомнила себя популярной девчонкой из-за слишком ярко накрашенных губ и до блевотни сладкими духами. А самое ужасное, что в такой атмосфере хочется думать. Но не об уроках, пунктуации, непонятных графиках и тригонометрической фигне. А о том как ак устроена это чертова вселенная, есть ли жизнь после смерти и есть ли все-таки такой человек, который может лизнуть свой локоть. Ну и еще о том, что в будущем он не хочет никем быть. И Тэ имеет ввиду бесполезную профессию, а не личность. Личностью он быть хочет. Но вот парень не планирует становиться ни лаборантом, ни архитектором, ни спортсменом, ни таксистом. Ни-кем. Ведь тогда придется меняться, подстраиваться под общепринятые рамки, а он не хочет. Ему нравится так, как сейчас. Тэхен думает о настоящем, как о полном тлене, ведь урок физики — полное фуфло. И он задумывается о прошлом, а прошлое для него заключается только в страхе. В нем единственном. Таком хорошем и одновременно плохом советнике, слишком очевидно ассоциирующимся с некогда очень важным для Тэхена человеком. А сейчас уже совсем не важен. Они могли быть до сих пор вместе и любить. Но блять нет. Как же все это ебет Тэхена. И в то же время ему пофиг. И он мог бы продолжать думать о романтике, смысле жизни и Хосоке, но, понимая, что с секунды на секунду из глаз потечет результат его излишней эмоциональности (а может он просто забыл моргать, вот и все), начинает собирать свой портфель, резко вскакивает со своего места и со словами «мы против рабства и крепостного права» направляется к выходу. Но, открыв дверь, оборачивается, чтобы увидеть лицо возмущенного физика и тупые рожи хихикающих одноклассников и высказать свое мнение, обращаясь к той самой блондинке. — Знаешь, я против издевательства над трансвеститами и транссексуалами. Так, что я морально с тобой. И если тебя кто обидит, знай мужик мужика поддержит. — Тэхен сделал наигранно понимающий взгляд и вышел из класса. Все взгляды устремились на бледную девушку и несмелые смешки переросли в ржач. — А я то думаю, че у тебя подбородок квадратный и голос низкий, — сквозь смех подколол какой-то парень. Девушка покраснела от злости, обиды и стыда, понимая, что этот ублюдок слишком жестоко мстит и в следующий раз нужно распускать еще более жестокие слухи, но втихую, аккуратнее. *** В библиотеке так тихо и спокойно. Снова все не так. Снова всякие мысли лезут в голову. Бесит. Тишину нарушает громкий, бьющий по мозгам звонок. Бесит. «Какой сейчас урок по счету был? Кажется на этой перемене в столовую…» Но спать за партой бывает так удобно. И вследствие так лень вставать… но есть тоже очень хочется. Вне библиотеки туда-сюда основала уйма народу, и большинство патоком рвалось, скорее всего на обед. — Столовая, столовая… где же ты. — бормотать себе под нос — фиговая привычка. — Почему здесь нету чего-то вроде карт или навигаторов… Какие-то девчонки, услышавшие бормотание начали хихикать. «Ну хоть на роль шута этой школы я подхожу.» Подойдя к буфету, Тэ понял, что как раньше уже не будет никогда. Ведь тут не еда, а дерьмо. Господи, а он то думал жизнь налаживается. — Э… Спасибо, что ли… — сказал парень буфетчице, что положила комок каши на его тарелку. Взгляд упал на первое попавшееся свободное место. Ну как первое попавшееся… К этому месту прилагался бонус. Знакомый, с черными волосами и неоновой сумкой. — Прам-пам-па-а-ам, — пропел Ким, бухая свой поднос на место рядом с брюнетом. Тот вздрогнул, явно испугавшись внезапности, но проигнорировав. — Ну как тебе каша? Скажу честно мне у вас тут не нравится, и дело именно в еде. — снова молчание. «Да сколько можно?» — Мы типо ролями махнулись, да? Теперь ты меня игнорируешь? — Бинго. — съязвил брюнет. Мол «ты такой тупой, но до этого додумался». Ну что ж. Если они общаются сарказмами то… — Вот как? Приятно познакомиться, а я Тэхен. Стремное имя, поменяй. — Тэ протянул ему руку для рукопожатия, но он видимо не собирался отвечать взаимностью. — Ха-ха-ха. — саркастично протянул он. — Очень смешно. — Ну и ладно. Не очень то и хотелось. Я к нему по-дружески значит… — Уйди, а? Тут занято. — перебил наглец. «Занято? Что-то я не вижу никого.» — Да? Ну познакомь меня с твоими воображаемыми друзьями. — лукаво улыбнулись в ответ. — Тот, что со взглядом плохого парня — НамДжун, а тощий и накаченный сарказмом — Юнги. — произнес брюнет без толики смеха. Сначала Тэхен ничего не понял, но потом достаточно быстро дошло. — Кто это тут тощий? Ты совсем офигел, мелкий? — раздалось из-за спины и рядом приземлились два парня, явно старше их с… с кем? «Как его вообще зовут? Только сейчас понял, что не знаю имени брюнета. Брюнет он и есть брюнет.» — Спасибо, Гук~и, приму за комплимент. — заулыбался парень, у которого действительно взгляд, как у хулигана. «Видимо, это он НамДжун.» Но фразы, посмеем отметить, у него отнюдь не пугающие. — Познакомь нас со своим другом, Гук~и, — попросил «хулиган», обращаясь не столько к мелкому, сколько к Тэхену. — Привет. Я Тэхен. А ты, я так понимаю, НамДжун? — все-таки уточнил Ким, осторожно протягивая руку. А то у второго парня взгляд тоже напрягает. Только он скорее не как у хулигана, а как у убийцы. — Да. — довольно улыбнулся Нам. -Приятно познакомиться. Очень даже. — прозвучало слащаво. Что это за идиотский тон? « Что-то я не понимаю, к чему ведет этот парень…» Тэ вопросительно изогнул брови, мол «изъясняйся четче». И что он заявил? — Я твой одноклассник, вообще-то. Думал, ты меня заметил. А ты, видимо, и внимания не обратил на мою персону. — сделал расстроенный вид НамДжун. «Я что, в первый же день каждого ученика этой андерграундной школы должен знать?» — Да? Извини, я как-то не обращал внимания на этих безликих людей, сидящих за партами. — попытался оправдаться шуткой и поспешил сменить тему. — Знаешь, ты не похож на моего сверстника… — Он оставлен на второй год, -усмехнулся Юнги. — Двоечник, значит? — предположил Тэ самое очевидное. — Нет, — удивил своим ответом Гук. — Он гений. У него по всем предметам высший балл. Специально экзамены завалил, чтобы в школе остаться. Мазохист он у нас. Любит то, как учителя искусно морально унижают. — Эй! Я вообще-то ради вас остался, недоноски. — в шутку разозлился Нам. — Что бы вы без меня делали, а? Кто бы домашку за Гука прорешивал? — Скучные у вас тут уроки, кстати, -вмешался Тэхен в их спор. — Я еще на физике заметил, что тебе не понравилось, — снова заулыбался Джун. Гук вопросительно вскинул голову, отрываясь от своей тарелки, как бы спрашивая «что-то произошло, а я не в курсе?». НамДжун ждал этого немого вопроса. — Ты не поверишь, этот парень не имеет инстинкта самосохранения. — восхищенно начал Джун рассказывать события, произошедшие в классе физики. Конечно, на протяжении всего рассказа их четверка смеялась до слез, и у Джуна не обошлось без своих дополнений и некоторой выдумки, но суть нелепой ситуации он передать смог. — Ну… ты и придурок. — сквозь смех произнес Юнги. — Иногда бывает. Я все-таки и правда против крепостного права, — скоро урок. А он и ложки этой каши не съел. Ну и слава богу, зато отравления не будет. — Да. Назвать СонА трансвеститом? Это как подписать договор о соглашении к роспуску самых грязных сплетен о себе. — уже серьезнее сказал Гук. — О чем ты? — «не понял, он шутит что ли?». — Кто будет слушать эту недоразвитую выскочку? — на усмешку все отреагировали как-то… в общем никак. Никто на нее не отреагировал. «Что, настолько несмешно что ли? А я думал, что умею позитивно оскорблять.» Видимо нет. — Последняя ее жертва — одноклассница нашего Гук~и. — пояснил Юнги и поправил длинную челку. Его волосы были белого цвета. Почему белого? Что за вкус у этого парня? Он же седым выглядит. Если и красить, то в какой-нибудь яркий цвет: рыжий там или блонд. «Ну или в крайность — красные, как у меня.» Из размышлений о белобрысом вывел голос Гука. — Бывшая одноклассница, — угрожающе добавил Гук. — Ага. Она перевелась в другую школу после того, как пошел слух, мол она подхватила венерическую болезнь от частых… Ну, в общем большая часть школы стала над ней издеваться. — усмехнулся белобрысый. — Жалко ее было. Ничего ведь не сделала плохого, а с ней вот так. — сказать это настолько безразлично и в то же время сочувственно… Ни у кого бы так не получилось — слишком уж разные эмоции, чтобы их комбинировать. — Жалко было? Да если бы не слезы нашего Гук~и и его мольбы «хен, не уходи пожалуйста» ты бы за ней поперся на край света. — Какие слезы? — возмутился Гук. — Не плакал я! — Никуда бы я не поперся! С чего это мне бегать за каждым, кто переведется? — возразил покрасневший то ли от злости, то ли от смущения Юнги. Хотя. Пообщавшись с ним всего пять минут, Тэ уже мог сказать, что смущение и Юнги это вещи из разных вселенных. — Ну-ну. Не за каждым, а именно за той девчонкой. Как ее там звали? Ко Шин? Хвон Джи? — Кан Чим, — пробубнил Юнги. — Уродуют чужие имена, как хотят… — бормотал он еще тише. Парень продолжал что-то недовольно бормотать, но совсем неразборчиво. — Чим? — переспросил Тэхен. — Это сокращенно от Чимин. Она считала, что «Кан Чимин» — не звучит, — пояснил Джун. — Я в курсе. Но разве это не мужское имя? Просто у меня друга Чимин зовут…— он не успел закончить, ведь Юнги сразу отреагировал на его замечание по поводу имени. — Нормальное оно! Нормальное! Это не только мужское имя! Если девчонку зовут Чимин, значит так тоже можно! И вообще это унисекс имя! — что за бред несет этот парень? Чего это он так разгорячился? — И парням и девушкам подходит, понял? — он бы и дальше продолжил психовать, но его прервал звонок. Парни так были увлечены, что упустили момент, когда все покинули столовую, поэтому, быстро вскочив со своих мест и даже не убрав за собой, побежали по этажам искать свои кабинеты.