Избранный?! И в этом?! Снова?!!!

Глава 20. Прибытие. Гарри под мантией-невидимкой пролетел насквозь весь состав и, наконец, вывалился на небольшую приступочку последнего вагона, которая образовывала совсем уж крошечный балкончик. И… Неожиданно для себя оказался совсем не в одиночестве, а в компании одного небезызвестного слизеринца, портившего ему жизнь в школе на протяжении всех этих пяти лет, но чей отец, как оказалось, эту самую жизнь старался оберегать. В нос ударил сильный запах полыни. Зверобоя и… мелиссы, но Гарри тут же определил, что запах не совсем принадлежит слизеринцу, он скорее какой-то наносной, но чётко въевшийся, прямо-таки впитавшийся в кожу. А вот собственный запах Драко тянул лесом, хвоей и дождём. Тело Гарри снова взбрыкнуло. Член уже не просто заинтересованно дёрнулся, а прямо встал по стойке смирно. «Твою мать! Да что же это такое?!» Гарри попытался было сдать назад, да только Малфой, резко развернувшийся на звук открывшейся тамбурной двери, стремительным движением пресёк эту попытку. — Стоять, Поттер! Драко и сам не знал, почему именно это имя назвал — рефлекс? — Ма-а-а-алфо-о-ой… — протянул Гарри, снимая мантию и понимая, что уйти он уже не сможет, Драко каким-то неуловимым движением полностью заблокировал проход. Два парня как-то по-звериному потянули носами и уставились друг на друга круглыми глазами. «Вот… баба ёжка! И на что у меня так встало?» — пронеслось у Гарри. «Писец! Яблоки и корица, а ещё моя любимая магнолия и розовое варенье, и чуть-чуть книжной пыли, и старых свитков! Поттер или Грэйнджер?» — так же ошарашенно пытался справиться со своей «проблемой» Драко. — И где твои придурошные друзья, Потти? Предатель крови и грязнокр… Кулак Гарри впечатался в челюсть блондина. — Не называй Гермиону грязнокровкой, хорёк! Она почище тебя будет! — Ах, ты… — начал было Драко и тут же хитро сощурился, потирая отбитое место. — А с предателем крови ты, видимо, согласен?! Гарри, приготовившийся отбивать ответную атаку, удивлённо моргнул. — Неужели, наконец, до тебя дошло? Поттер? — Что? — Придурок! Я говорю, неужели до тебя, шрамолобого, наконец, допёрло, что предатели крови не лучшая компания? Или не стираные носки для тебя вкусно пахнут? Гарри отшатнулся от Малфоя к самым невысоким перильцам. Запах полыни, зверобоя и мелиссы постепенно стал выветриваться, оставляя только собственный запах блондина, и Гаррина «проблема» тоже начала спадать, правда, оставляя после себя чувство неудовлетворённости. Но при упоминании запаха Рона Уизли помимо воли скривился, что не ускользнуло от Малфоя. — Предлагал же я тебе свою дружбу, придурок, а ты… Драко взмахнул рукой. — Да если бы ты именно предлагал дружбу, а не выпендривался, то может и получил бы её, — вдруг признался Гарри. — А то, видишь ли, приходит тут такой мистер я круче всех, а вы все слизни под моими ногами… Драко уставился на Поттера, пытаясь вспомнить детально, что же тогда в поезде произошло, когда он ввалился в купе, где расселись тогда ещё неизвестный ему Поттер и Уизли. А так же припомнил своё состояние шока, когда узнал в мальчишке, что был Поттером, того самого застенчивого и ничего не понимающего паренька из ателье мадам Малкин, одетого в магловскую одежду и совершенно не понимающего, о чём талдычит ему Драко. «Хм-м-м… Если бы ко мне кто подкатил с такими баллонами, я бы тоже, наверное, послал его далеко и надолго. Тактика «быть похожим на отца» тогда себя не оправдала, и не оправдывала в дальнейшем. Да и не могла оправдать с парнишкой, явно не имеющего хоть какого-либо воспитания и незнакомого даже с понятием «этикет». С таким стоило быть проще, как с тем же Ноттом или Забини. Но с ними я веду себя проще, потому что дружим с самого сопливого возраста, а начинать «дружить» с пока ещё незнакомцами надо с…». Но это Драко понял только сейчас, по прошествии уже уймы лет с того инцидента. Столько воды утекло. Но кто ж знал, что Героя, Спасителя, Мальчика-Который-Выжил запихнут на воспитание к маглам? Так что тогда Драко исходил из совсем других столпов своих убеждений, вот и не сориентировался сразу. А потом одно за другое… — Начнём сначала? — вдруг улыбнулся Малфой и протянул руку опешившему брюнету. — Драко Малфой! Если бы этот эпизод случился ещё только на пятом курсе, то у Гарри обязательно были бы сомнения в искренности блондина. Он бы уже напридумывал кучу нелепостей от «хочет подружиться, чтобы сдать Тёмному Лорду», до… в том же духе. Но сейчас, когда Гарри много лучше знал и понимал магический мир, да ещё и знание об отце этого блондина… И он протянул руку в ответ. — Гарри, Гарри Поттер… Всё оставшееся время до Хогсмида парни просто проговорили. Ни о чём конкретном. Не задевая политики и существующего противостояния. И всё-таки у них нашлось немало интересных для обоих тем. Драко вещал о зельеварении, в котором собирается совершенствоваться, и что он всё это лето провёл в лаборатории с крёстным. Про «всё лето» — это он, конечно, загнул, но всё же так, действительно, прошла большая его часть. И с удовольствием отвечал на вопросы Гарри. Гарри же просвещал блондина на предмет магловского мира и что волшебники сильно отстали в своём понимании этого «предмета» и совершенно не ориентируются в современных реалиях маглов. Для примера он приводил услышанные от Гермионы лекции по магловедению, о которых она отзывалась ну очень скептически. А также возмущался, что магловедение для магов, хоть и ущербное, но имеется в программе, а вот маговедения для попавших в волшебный мир маглорожденных, или, как он, магловоспитанных — нет. И перед самым уже Хогсмидом Драко вдруг спросил: — А что это тебя твои друзья не ищут? Гарри невесело рассмеялся. — Уизли сунется меня искать только, если его пнёт Гермиона, а так он «знает», что я вроде как за тобой пошёл следить, а потому не сунется вдвойне. А Герми… Она знает, как мне тяжело находиться в его обществе, и поэтому сейчас, даже если у того и проснётся вдруг такое желание, будет сдерживать его «души прекрасные порывы». — А всё-таки, Поттер… Гарри… С чего такие перемены? — не сдержал любопытства Драко. — А я за это лето слишком много узнал. Не только смысл понятий Предатель крови и грязнокровка. Драко подозрительно знакомым жестом приподнял бровь «вопросительным знаком». — Хроники Рода, — ответил на молчаливый вопрос Гарри, — зелья в крови, блоки на магии, и более сорока обливиэйтов… Добил Гарри всё более шокированного Малфоя. — Фьють! — совсем не аристократично вырвалось из сложенных дудочкой губ. А потом Драко нахмурился. — Зелья, говоришь? — Доверия, дружбы, рассеянного внимания, жидкое империо, куча различных, отвратительно сваренных приворотных, и, наконец, амортенция. Ах, да… ещё зелье ненависти. Драко совсем посмурнел. — Как это возможно? Гарри пожал плечами. — Думаю, уж кто-кто, а ты заметил, что за нашим столом не «прилично» пользоваться распознающими непредвиденные добавки в пищу заклинаниями. А также присутствует просто губительное для здоровья пренебрежительное отношение к подобным, да и вообще ко многим амулетам и артефактам. А я этот момент только в конце пятого курса и отметил, когда заметил, как Невилл ругает первокурсника за то, что тот приступил к еде, не проверив… Гарри отмахнулся рукой. — Офонареть! — снова воскликнул Драко. — Прямо в Хогвартсе! — Не понял… Вы же всегда проверяете, я заметил… Гарри уставился на слизеринца. — Ха. Проверяем, да. Только вот как-то не думали, что на это может пойти директор Хогвартса. От своих же удара ждём. Приворотные и амортенция у нас на факультете тоже в ходу. Не только Уизли желает замуж за богатого. Ещё как. Интриги — это наше всё. Да и братцы Уизли не давали расслабиться. Короче, от детей, шутников, от девчонок, желающих заполучить богатого муженька… Да ждём таких пакостей, но чтобы это исходило вообще непосредственно сверху… Как-то никто об этом не думал. Они помолчали, глядя на приближающиеся огни Хогсмида. — Кстати, ради безопасности, не стоит афишировать, что наши отношения изменились, — снова заговорил Гарри, — по крайней мере пока мистер Дикнес не нароет побольше материала и не подаст иск от моего имени в МКМ на директора. А то взбрыкнёт и ещё чего учудит. Драко подумал и кивнул. Гарри прав, сейчас, по крайней мере, сложно, но можно просчитать действия бородатого долькоеда, а что тот может выкинуть, когда поймёт, что вражды века больше нет? — Тогда оправдаем ожидания. Готов? Гарри повернулся к Малфою и тут же получил в нос, а потом и петрификусом. — Прости, и да, это за челюсть! Заодно посмотришь, кто кинется тебя искать, и как долго будет доходить до некоторых, что тебя ещё нет. Я обязательно прослежу за реакцией твоей подруги… И Драко, накинув на Гарри мантию, покинул остановившийся на станции «Хогсмид» поезд, а Гарри, обездвиженный и накрытый мантией-невидимкой, остался лежать на приступке. Он не сильно волновался. Драко «приласкал» его слабеньким петрификусом, минут на двадцать по воздействию. К тому времени, как Хогвартс-Экспресс тронется в обратный путь, или куда там он уезжает со станции, он сможет самостоятельно его покинуть. Зная, какая реально сила заключена в этом слизеринце, за пять лет их постоянных драк и дуэлей он уже это прекрасно выяснил, сейчас он понимал, что заклинание, действительно, слабое. Его нашли раньше. Кто бы сомневался — Гермиона, в компании с Зовите-меня-просто-Тонкс. Как только кузина сняла с Гарри заклинание и помогла ему встать, Гермиона со всхлипом кинулась ему на грудь, ударяя по ней своими кулачками. — Как ты мог! Я же думала, ты пошёл прогуляться. Зачем?! Ну, зачем тебе понадобилось следить за этим придурком хорьком? Я как только его увидела с его этим самодовольным оскалом, так сразу и догадалась, что что-то случилось… А тебя всё нет и нет… Я же волновалась! Гарри! Тонкс деликатно оставила их немного позади и тихонько направлялась к Хогвартсу. — Тише, Герми. Я тебе потом всё поясню, так было надо. — Гарри? — подняла девушка своё заплаканное лицо. Гарри только глазами указал на Нимфадору и отрицательно покачал головой. Гермиона посмотрела на Тонкс, на Гарри, снова на Тонкс, и опять на Гарри, и медленно кивнула. — Пошли? — Пошли. И они пошли. Гермиона на ходу вытащила палочку и… — Эпискей! Трагрео! Таргео! Кровь из разбитого носа сразу прекратила течь, да и очистилась с лица и одежды. Гарри благодарно кивнул. — Примочку на ночь всё равно поставить надо будет, а то завтра будешь сиять фингалами на весь Хогвартс, — проворчала девушка. — А Рон даже не почесался, что тебя не только так долго нет в купе, но и что в самой школе ты не появился… Сволочь. Друг называется. Гарри тихонько рассмеялся и, приобняв девушку за плечи, уткнулся ей в пушистую макушку. И только сейчас заметил, что за последние три месяца он значительно прибавил в росте, и теперь уже не Гермиона возвышается над ним, а он над ней, хотя она и была довольно высокого роста как для девушки — сто семьдесят пять сантиметров в любимых кроссовках. Целитель, к которому они обратились после проведённых ритуалов и выявленных… хм… злоупотреблениях, что-то такое говорил. Что после снятия блоков и курса восстанавливающих зелий такое может и однозначно случиться, но тогда Гарри как-то не очень обратил на это внимание, а летом и вовсе «запарился» в библиотеке Блэк-Хауса. Да и у Уизли они в основном то сидели, то валялись… Короче, как-то не было особых поводов проверить или обратить внимание, а тут… На пороге Хогвартса, как и в достопамятное начало второго курса, их встретил профессор Снейп. Гарри окутал густой запах полыни, зверобоя и мелиссы, к которым примешивались не слишком приятные запахи химических реагентов и вообще не самых аппетитных ингредиентов, используемых в зельеварении. Гарри застыл столбиком. — Поттер! Всё никак без приключений не можете, да? Переполошили весь Орден. Марш в зал! И фирменно развернувшись на каблуках, взмахнув полами своей неизменной чёрной мантии, профессор стремительно скрылся в дверях замка. А Гарри… Гарри испытывал неимоверные трудности с передвижением. Гермиона проводила профессора взглядом и потащила друга в замок, не замечая его «трудностей», зато обратив внимание на странности поведения профессора. — Странно. Только одно замечание и всё? Ни снятия баллов, ни назначенных отработок… — Баллы… ещё… назначать… не за что… — просипел в ответ Гарри, радуясь тому, что подруга не заметила его состояния, а то бы он со стыда сгорел. — И всё равно странно… Они вошли в Зал. — Хей! Гарри! 'Ди сюда! — как ни в чём не бывало гаркнул Рон. Как будто Гарри и не исчезал на полдня, как будто они вместе поезд покинули, а Гарри просто отстал немного по дороге. Хотя как тут можно отстать, если они бы ехали в одной карете, запряжённой фестралами. Забота «друга» во всей красе! Кивнув Невиллу, Гарри закатил глаза на выходку Уизли и плюхнулся на скамью. — Ну-у-у? Что ты вызнал? — зашептал Рон, вроде как на ухо, но слышали это как минимум ещё несколько гриффиндорцев, оказавшихся по соседству. — А Гермиона тут панику развела!.. Чего это хорёк такой довольный тут прискакал и где ты всё-таки был? Гарри смерил «друга» взглядом и… промолчал. Ему совершенно не хотелось разговаривать. Всё, что ему сейчас хотелось — это поесть и, наконец, укрыться за пологом своей кровати и подумать. Но до этого благословенного момента ещё надо было пережить распределение и сам ужин. *** Северус вышел в Большой зал как раз к моменту, когда кареты стали заполнять внутренний двор замка. Вот и первые студенты уже занимают свои места за столами факультетов. Большой зал неотвратимо наполняется гулом, смехом и разговорами. Северус скользнул по гриффиндорскому столу взглядом. «Странно. Уизли тут, а где Гарри? И Грэйнджер?» Северус внимательнее вгляделся в прибывающих, ожидая что вот-вот в двери ворвётся шебутной, непоседливый, безалаберный Поттер, но… Последним в зал зашёл сверкающий во все тридцать два зуба крестник в сопровождении своей неизменной свиты: Крэбб, Гойл, Нотт, Забини и Паркинсон. А Гарри всё не было. Сердце тревожно застучало, предвещая неприятности. А вот и заполошно ворвалась мисс Грэйнджер и сразу метнулась к декану своего факультета Минерве МакГонагалл, что-то возбуждённо зашептав. «Опять вляпался!» — обречённо подумал Снейп. Минерва обеспокоилась и наклонилась к директору. Тот выслушал и как-то сбледнул с лица. Выметнулся из-за стола со своего троноподобного кресла и рванул… видимо к себе в кабинет. Минерва за ним, с Грэйнджер на прицепе. «Не по плану? Помнится, на втором курсе он себя так не вёл. Хм… Что-то у Драко больно улыбка довольная. Нет у него сейчас поводов для такой радости, разве только… Точно Поттер!» Северус тоже последовал за директором, а в кабинете директора он застал уже чуть ли не половину Ордена Феникса, оживлённо обсуждающих где и как искать пропавшего Поттера. — Ищите в поезде, — выложил свои предположения Снейп. — Северус? — Мальчишка просто опять хочет привлечь к себе внимание. Как будто ему его мало! — делано фыркнул профессор. — Поезд нигде не останавливался, в поезде были авроры… Так что он там. — Нимфадора, девочка моя… — Не называйте меня Нимфадорой! — Девочка моя, проверь, пожалуйста, поезд, пока мы тут… — Я с тобой, Тонкс, — сразу влезла Гермиона. — Мисс Грэйнджер… — Минерва гневно раздула ноздри. — Гарри мой друг, и я беспокоюсь! — Не стоит, Минерва, — «мягко» перебил директор. — Пусть идёт. И блеск очков при взгляде на декана факультета Гриффиндор, мол, пусть идёт, тут ей всё равно не место. Минерва скривилась, но больше протестовать не стала. Северус тоже не стал слушать этот балаган, он вернулся в зал. Ещё некоторое время понаблюдав за Драко, он уверился, что без крестника тут точно не обошлось. Ладно, потом он с ним поговорит, а сейчас… И Северус вышел к воротам. Как раз вовремя. Тонкс, Грэйнджер и пропавший герой уже подходили к замку, пересекая внутренний двор. Метаморф прошмыгнула мимо, видимо, сразу же направившись в директорский кабинет, чтобы доложить, что пропажа нашлась. Как будто патронуса тяжело отправить с сообщением. Неумехи. Хотя, справедливости ради нужно отметить, что девчонка последнее время, действительно, неважно выглядит. Надо же, сохнуть по этому недооборотню! Аа-а-а… вот почему она перестала пользоваться своим патронусом! Он поменял форму! Северус фыркнул и уставился на двух подростков. Ноздри затрепетали и волна самого заманчивого запаха, яблоки с корицей и капелька ванили, чуть не сбила профессора с ног. А чуть погодя до профессора донёсся и слабый запах крови, что исходил от одежды парня. Таргео хорошее заклинание, но вот с запахами не всегда справляется, особенно с такими специфическими. «Что?!» — Поттер! Всё никак без приключений не можете, да? Переполошили весь Орден. Марш в зал! Большего он выдавить из себя не смог и, резко развернувшись, покинул «зону поражения», изо всех сил стараясь приглушить внезапно взыгравшее либидо. «Мой!» И через некоторое время: «Твою Моргану, через коромысло, да по сугробам, за семьдесят миль! За что?! Мерлин!»