Прощение

Ты простишь меня, Елена? Знаю, что нет. Ведь после того, что я сделала с твоей жизнью, мне нет прощенья. Мысли в голове Кэтрин напоминали рой разъяренных пчел, они путались и сменяли одна другую со скоростью света. «Нет. Рано. Слишком рано. У меня не получается. Время еще не пришло! Выжить. Я должна выжить. Прощение. Кэтрин Пирс выживает. Странники. Она близко. Мне надо бежать. Скоро. Я не успею…» Кэтрин резко оборачивается и видит её. Поздно… Она резко открывает глаза и тяжело выдыхает. Сон. Всего лишь сон. — Ого, ты не намерена умирать! — удивленно произносит Елена и в ее голосе сквозят нотки разочарования. — Клянусь, я только что слышала, как твое сердце остановилось. — Где я? — хрипит Кэтрин, озираясь по сторонам. — Все еще жива. — Вздыхает девушка. — К сожалению. — Я думала, что умерла на секунду… — Но у меня есть незавершенное дело. — Устало говорит Пирс. — Как и у меня. — Елена поджимает губы. — Я приготовила целую речь, которую хотела прочесть твоему бессознательному телу. — Дай угадаю, — усмехается женщина. — Ненависть, отвращение, «пошла ты», «умри, стерва» и т.д. — Да. И еще…одно. — Елена медленно поднимает глаза на собеседницу. — Я тебя прощаю. — Ты…что? — Кэтрин удивленно приподнимает брови. — Я прощаю тебя. — Повторяет девушка более уверенно. — Ты не родилась злой, такой тебя сделала жизнь. Ты потеряла всех близких слишком рано, и у тебя не осталось семьи… — Она горько усмехается. — Знакомо звучит? — Хочешь сказать, мы не настолько разные двойники? Потому что я не хочу это слушать. — Кэтрин до конца остается собой. Эгоистичная сука с каменным сердцем. — Оставлю до похорон, которых, скорее всего, не будет. — Вздыхает Гилберт и немного раздраженно ведет плечом, ведь она ничего другого не ожидала от своей злобной копии. — Отлично. — Катерина делает нарочито равнодушный вид, насколько позволяет ее теперешнее положение. — Я просто хотела сказать о прощении. — Елена отворачивается. — Эту часть себя я не хотела терять. — Молодец. — Кэтрин заходится в тяжелом кашле. — Может, поможешь мне, и подашь еще один шприц. — Она бросает красноречивый взгляд в сторону лекарств, беспорядочно разбросанных по тумбочке. — Если кто-то и вонзит в меня последнюю иголку, пусть это будешь ты. Симметрия и все такое… — Она издает смешок, но заметно, что каждое слово дается ей с трудом. Елена не глядя на нее берет шприц и молча настраивает его. Девушка уже начинает жалеть об откровенности, вызванной приливом сострадания к умирающей. В комнате воцаряется тишина. — Елена… — Петрова собирает волю в кулак и наконец, произносит то, что так давно хотела сказать девушке, сидящей теперь у изголовья ее кровати. — Спасибо за прощение. На секунду Гилберт застывает, от неожиданности.  — Пожалуйста, — девушка робко улыбается и подносит шприц с обезболивающим к вене Пирс. «Сейчас», — думает Кэтрин, «Я должна это сделать!» — она пристально смотрит на Елену, склонившуюся над ее рукой. Девушку, которой сломала жизнь. Девушку, которая ей не безразлична. Девушку, которая ее простила. Простила. Но времени мало. « Сейчас или никогда! Я же Кэтрин Пирс, а Кэтрин Пирс всегда выживает!» Она ведь обещала Наде, обещала… Но она устала. Устала бегать. Пора уже остановиться. Елена откладывает пустой шприц и внимательно смотрит ей в глаза. Она будто знает, о чем думает Петрова. «Нет. Она просто ждет ножа в спину». — Проносится в ее голове. Кэтрин закрывает глаза и чувствует, как погружается во тьму. Последнее, что она видит в своей жизни — лицо Елены, крепко сжимающей ее слабую руку, чтобы Катерина знала — она не одна. — Прощай, Кэтрин. — Шепчет Гилберт, когда сердце двойника перестает биться. По щеке скатывается слеза, но Елена смахивает ее прежде, чем она упадёт на еще теплый труп «великой Кэтрин Пирс». Девушка еще долго сидела в той комнате, вспоминая их встречи и всю ту боль, что Петрова ей причинила. Сидела и не могла понять, почему не чувствует облегчения. Почему чувствует лишь пустоту, что разрывает изнутри и заставляет сгибаться пополам, обхватив голову руками. Наверное, виной всему связь. Они как две половины одного целого, похожие и разные одновременно. Половины, ненавидящие, но нуждающиеся друг в друге. «Хочешь сказать, мы не настолько разные двойники? Потому что я не хочу это слушать».