Дом у озера

      POV Стайлз — Итак… — сказал я, пытаясь вникнуть во все происходящее. — Ты состоишь в банде. — Если ты хочешь так это назвать, то да, — ответил Питер. Мы проехали уже шесть часов пути нашего одиннадцати часового путешествия в Аризону. Первые несколько часов над нами нависало неловкое молчание, но затем Питер почувствовал необходимость рассказать о сути нашей поездки. — Я вступил в нее, когда закончил среднюю школу. Я был во многом похож на тебя. Я чувствовал себя подавленным и никому не нужным. Ведь не было того, кто мог бы оплатить мою учебу в колледже. Так что я последовал пути, который мне выпал. — Мы что, правда итальянцы? Дядя рассмеялся. — Ты — нет, я — да. Моя мать была итальянкой. Эта банда не похожа на те, которые ты можешь видеть по телевизору. — Вы убиваете людей. Он даже не стал отрицать. — Я сделал то, что должен был сделать, чтобы жить. — Мама знала? — Да, но она не одобряла этого. — Питер вздохнул. — Помнишь, когда ты был маленьким, ты не так часто видел меня? — Да, и я тогда очень удивился, когда мы переехали в новый дом с тобой, потому что я едва знал тебя. Но мама сказала, что у тебя есть много денег, ведь мы тогда были на грани. Ты был готов принять нас к себе. — Она очень не хотела, чтобы я тогда находился рядом с тобой. Она волновалась, что я оказываю плохое влияние на тебя. — Я слышал неприязнь в его голосе. — Но я пообещал ей, что буду держать тебя подальше от такой стороны моей жизни, пока ты не станешь достаточно взрослым, чтобы принимать решения самостоятельно. — Ты оградил меня от своего мира. Так почему же ты оградил меня и от остального? — Я думаю, это понятно. — Я замолчал и дядя продолжил. — Некоторые люди могли догадываться о моей работе. И если бы у них появился шанс все выяснить, я бы не хотел, чтобы ты был в этом замешан. Я повернулся и посмотрел на мужчину. — Тогда почему ты заставил своих головорезов разгромить дом Лидии? Питер заерзал на своем сидении. — Это была роковая ошибка, я уже извинился. Но ведь он этого не делал. — Она все равно бы любила меня, даже если бы знала. Этот комментарий был проигнорирован. — Ты голоден? Через несколько минут мы можем остановиться и поесть.

***

Мы не остановились в отеле, как я думал изначально. Когда я ездил в Мэн больше года назад с Энтони и Генри, я провел пять дней в маленьком гостиничном номере, пропахшим сигаретами. Раньше я никогда не был в особняке. Снаружи он выглядел как музей с огромным фонтаном на лужайке. Двое мужчин стояли у входной двери. — Вау, — усмехнулся я. Питер ухмыльнулся. — Все это немного драматично, я знаю. Просто будь вежливым, ведь они позволили нам остановиться у них в доме. С крыльца спустился пожилой мужчина, выглядевший вполне хорошо с седеющими волосами и идеально подобранным костюмом. Он больше походил на адвоката нежели на бандита. — Питер, — он поприветствовал моего дядю, будто встретились два лучших друга. – Сколько лет, сколько зим. Мужчины пожали руки друг другу, и на лице Питера появилась улыбка, которой прежде я никогда не видел. — Габби, это мой племянник Стайлз. Он сопровождает меня в этой поездке. Я пожал руку Габби, стараясь не вздрагивать от сильного давления на костяшки пальцев. У него была пугающая хватка, словно он пытался бросить мне вызов своим рукопожатием. — Я слышал о тебе на протяжении многих лет, — сказал Габби. — Я должен похвалить Питера за его ответственность. Когда он стал твоим опекуном, все его внимание сосредоточилось исключительно на тебе, и я всегда уважал его за это. Я бы хотел повернуть время вспять и сделать то же самое и для своей семьи. — У вас есть дети? — спросил я. — Сын, он старше тебя. Живет в Калифорнии. — Габби широко улыбнулся, когда к нему подошла молодая девушка. — А это моя прекрасная падчерица Адриана. — Здравствуйте, — сказала она сладко. Питер обнял ее и подметил, что она достаточно подросла. Габби попросил ее проводить меня в одну из комнат для гостей, и она с энтузиазмом принялась показывать мне особняк. — Дом просто замечательный, — заметил я, таща рюкзак по мраморной лестнице. — Спасибо, этот дом самый красивый, — Адриана хихикнула. — Моя мама сейчас живет в лофте в Нью-Йорке и работает на съемках модной одежды. Я понятия не имею, где сейчас мой брат. Габби всегда в разъездах, а я хожу в колледж прямо за городом. Здесь очень скучно. — И не поспорю. Комната была потрясающей. По размерам она была как четыре моих комнаты. Я никогда прежде не видел такой роскоши. — Гостевая кухня находится прямо по коридору, можешь брать там все, что пожелаешь. Прислуга закупает продукты каждое воскресенье. Они убирают комнаты каждый день, так что они будут здесь завтра утром. — Буду знать, спасибо, — я бросил свои вещи на кровать. Все, что мне было нужно, — это душ и сон. Скорее всего, я не увижу Питера до завтра. Адриана стояла у двери и все еще широко улыбалась. Она выжидающе смотрела на меня, а я понятия не имел, что она от меня хочет. — Эм, поездка была очень долгой, думаю, я сразу же лягу спать. Но спасибо, что приютила меня и показала дом. — Хорошо, — девушка нахмурилась. — Но если тебе что-то понадобиться, я наверху. Увидимся утром? — Да, — ответил я, не отводя взгляда от своих сумок. Я услышал ее вздох, прежде чем она закрыла за собой дверь.

***

— Так ты и твоя мама нормально относитесь к тому, чем занимается Габби? — Я спросил у Адрианы на следующее утро за завтраком. Мы были единственными в доме, кто уже проснулся. Она попросила поваров приготовить мне хороший завтрак, прежде чем я успел сказать девушке об этом. — Думаю, да, — она пожала плечами. — Его первый брак распался из-за этого. Габби и моя мама были уже помолвлены, когда она узнала об этом. Свадьбу пришлось отменить. Я была очень близка со своим сводным братом, поэтому мы поддерживали контакт, даже несмотря на то, что они расстались. Родители были несчастны на протяжении нескольких месяцев, а потом решили опять сойтись. Они женаты уже шесть лет. Они очень сильно любят друг друга, поэтому остальное неважно. Он — наша семья. И это то, что мы делаем для людей, которых любим — мы принимаем их. Я кивнул. — Я понимаю, что ты имеешь в виду. — Итак, теперь расскажи мне о себе. Одна из служанок пошла на кухню, держа в руке маленькую бутылочку. — Питер хотел убедиться, что не забыл их. Каким-то образом они попали в его сумку. Каким-то образом? Я нарочно не взял их. Меня тошнит от этих антидепрессантов, от них я чувствую себя не в своем теле. Конечно же, дядя заходил в мою ванную, прежде чем мы отправились в путь. Я поблагодарил женщину, хотя внутри меня все съежилось. Я не хотел рассказывать о своих проблемах девушке, которую встретил меньше двадцати четырех часов назад. Адриана ничего ни сказала, когда я закинул в рот две таблетки и проглотил их. Она не смотрела на меня с любопытством, она не задавала никаких вопросов. Я взял всю свою смелость в руки и просто начал рассказывать. — У меня депрессия и пограничное расстройство личности, — сказал я. — Моя мама покончила с собой, когда я был маленьким, поэтому мы можем сюда добавить еще и посттравматическое стрессовое расстройство. У меня была девушка в прошлом году. Я очень сильно любил ее, но это были действительно нездоровые отношения. Однажды я угрожал ей, и она позвонила в полицию, поэтому я некоторое время провел в больнице. Я был там все лето. Мне уже лучше. Я все еще не в порядке, но мне правда лучше. Я все еще работаю над собой. Адриана ничего не сказала, а просто начала разрезать свои вафли. — Какой твой любимый цвет? Я ухмыльнулся. — Черный. — Черный — это оттенок, а не цвет. Девушка поморщила нос. Я пожал плечами. — Просто он такой, какой есть, ничего лишнего. Поэтому он мне и нравится. — Справедливо, — сказала Адриана. — Хочешь провести сегодняшний день со мной?

***

Мы пробыли в Аризоне пять дней. Питер все время где-то пропадал, и я ни разу не увидел, чем он занимается. По крайней мере, для меня все прояснилось. Это была дополнительная информация, полученная от него за всю мою жизнь. Я думал, у меня будет больше времени для того, чтобы прочитать больше записей в дневниках. Но я почти все свободное время провел с Адрианой. Мы ходили в кино и боулинг, делали много вещей, которых я никогда не делал с друзьями. Она была очень милой, и она мне понравилась. Но я не смог бы ее полюбить. Мне кажется, что я испорчу любые новые отношения. Потому что я, как дурак, продолжал сравнивать Адриану с тем, чего у меня никогда не будет.

***

      «Я никогда не считала себя красивой или достаточно привлекательной. Даже когда я была маленькой, мама постоянно сравнивала меня со всеми другими маленькими девочками по соседству. Почему я не могу быть такой изящной? Почему я не могу быть такой респектабельной? Почему я не могу просто слушать? Почему моя мать не могла контролировать мои действия? Но Питер сказал мне даже не заикаться об этом. Он сказал мне, что я совершенна. Он сказал, что я красивая и умная, а мама просто не знает многих вещей.       Я бы хотела с ним согласиться.» — Тебе понравилась поездка? — Питер вошел в мою спальню. — А? — Я оторвался от книги. — Да, все в порядке. Спасибо, что взял меня с собой. — Адриана такая милая девушка. — Да, правда. — Ну, спокойной ночи. — Дядя прочистил горло. — Я люблю тебя, Стайлз, никогда не забывай об этом. Я хочу только самое лучшее для тебя. — Да, я знаю, — кивнул я. — Я тоже тебя люблю.       POV Лидия Эйдан и я молчали, когда парень отвозил меня домой после ужина с Нейтом. Я не знаю, почему я решила, что было бы неплохо собраться втроем. Было неловко, поскольку Эйдан не пытался скрывать, что ему не хотелось находиться там. — Можешь сказать хоть что-нибудь? — я вздохнула. Парень барабанил пальцами по рулю в такт приглушенному радио. — Я просто не понимаю, что ты нашла в этом парне. — Он милый. — Ты могла бы найти гораздо лучше. Я рассмеялась. — На самом деле я так не думаю. — Ну же, Лидия, — возмутился Эйдан. — С тобой по соседству живет парень, который сделает все, что ты только попросишь. Я сомневаюсь, что есть кто-то лучше Стайлза. — Я знаю, что нет кого-то лучше его, — призналась я. — В этом-то и проблема. Мне восемнадцать лет, а я зациклилась на одном парне. Я уверена, что он всегда будет волновать меня, поэтому, пожалуйста, не напоминай мне. — Если ты думаешь о нем, то почему ты сейчас не с ним? Почему ты с каким-то парнем, которого ты, откровенно говоря… — Можно закрыть тему, пожалуйста? — я застонала. — Ты не понимаешь, Эйдан. Ты все время приводишь домой разных девушек, делаешь свое дело, а затем прощаешься с ними на следующее утро, даже не задумываясь о чем-либо. Ты ходишь в колледж, ты живешь в удивительной квартире. — я посмотрела на свои скрещенные пальцы. — Я думаю, что мои родители скоро выгонят меня из дома. — Что? Лидия, они не сделают этого. — Мы с отцом все еще не разговариваем. Мелисса очень разочарована. Я слышала, как поздно вечером они разговаривали про съем квартиры. Бабушка пыталась достучаться до нас, но мы такие упрямые. Не могу поверить, что сказала ему, что ненавижу его. — Лидия… — Я хочу съехать, правда. Но я не хочу, чтобы меня выгоняли. Я не хочу переезжать в другое место, зная, что моя семья больше не хочет видеть меня. Эйдан вздохнул. — Послушай, если дела пойдут плохо, ты можешь остаться у меня. Без вопросов, никаких денег. Я даже отдам тебе свою комнату, а сам буду спать на диване. Я усмехнулась, всхлипнув. — Спасибо. Мы остановились возле подъездной дорожки моего дома. — Стайлз не единственный, кто сделает все для тебя, — сказал Эйдан. — Ты моя лучшая подруга, Лидия. А я твой лучший друг. — Парень игриво толкнул меня, а затем обнял одной рукой. Когда я вошла в дом, бабушка сидела на диване и смотрела телевизор. Она посмотрела на меня с улыбкой. — Хороший вечер? — Да, — кивнула я. — Поужинали с Эйданом. — Он был единственным, кто знал о Нейте и о его возрасте. — Они все еще расстроены? — Я думаю, они были бы менее расстроены, если бы ты побольше бывала дома и поговорила с ними. — Женщина вскинула бровь. — Я извинилась перед отцом. — Я думаю, нужно приложить больше усилий, — сказала она. — К тебе гость. Он ждет на заднем крыльце. На улице довольно холодно, но он настоял. Мое сердце начало бешено колотиться, когда я открыла заднюю дверь. Стайлз сидел на одном из стульев, сжимая книгу в руке. Он посмотрел на меня: его глаза были красными и уставшими, как будто он не спал несколько дней. — Я знаю, что уже поздно, — сказал он. — Но нам действительно нужно поговорить. — Что случилось? — я села на стул напротив парня. — Я читал эти дневники как сумасшедший. Это все, что я делал. И я узнал о некоторых действительно удивительных вещах. Такое чувство, будто я заново знакомлюсь с мамой. Но когда я добрался до более поздних дневников, то их содержание становилось все темнее и темнее. — Стайлз пролистал блокнот в зеленой обложке. — Я знал, что она боролась с депрессией, но я даже не предполагал, что все так плохо. И Питер помогал ей пройти через все это. У них были вполне нормальные отношения. Но потом я дошел до этого. — Он положил дневник передо мной. — Ей было пятнадцать, когда она написала это. За год до того, как она встретила моего отца.       «Я знаю, что у Питера было травмирующее воспитание. Его мать значила для него все, и ее отняли у него. Поэтому я понимаю, почему у него могут быть проблемы с привязанностью. Ничего не поделать, моя мать настолько непонимающая и относиться к парню как к мусору. Питер никогда не приводил девушек домой. Он никогда не упоминал о них. Его друзья ходили на свидания, но он… никогда. Толпы девушек в школе сохли по нему, но он никогда не отвечал взаимностью. Думаю, теперь я понимаю почему. Я не хотела, чтобы это произошло, клянусь. Мы просто украшали елку и танцевали под рождественскую музыку. Нам всегда нравилось проводить время в компании друг друга. Я никогда не думала, что это можно испортить. Тогда я позвала его на кухню. Мне нужно было, чтобы достал для меня что-то из верхнего шкафчика, до которого я не дотягивалась. Вот и все. Он склонился надо мной, чтобы взять это, а затем потянулся вниз и поцеловал меня. Я была потрясена. Я совсем не хотела этого. Поэтому, оттолкнув его, я ударила брата по лицу. — Что, черт возьми, ты делаешь? Вы должны были видеть его лицо. Он был полностью в изумлении. — Я давно хотел это сделать. Меня начало подташнивать. — Что? Как ты можешь такое говорить? Я твоя сестра, а ты мой брат. Это неправильно. — Ты единственная, кто понимает меня, Клаудия. Все это время мне было так одиноко. Ты — единственный человек, которому я когда-либо доверял. Меня не волнует то, что это неправильно, ты знаешь меня лучше, чем кто-либо другой. Я никогда не чувтвовал такую привязанность. Я люблю тебя. Тогда я рассердилась. — Ты украл мой чертов первый поцелуй, идиот! — закричала я. — Держись от меня подальше, Питер. — Пожалуйста, просто послушай… — парень потянулся ко мне. — Я серьезно, Питер! — вскрикнула я. — Или я расскажу маме. Уверена, она сделает так, что ты больше не будешь жить в этом доме.       Он был поражен, но отошел. Я побежала наверх. Ночью я слышала, как он ходит возле моей комнаты. Я постаралась придвинуть комод к двери, чтобы он не смог войти.» Я не представляла, какое выражение лица было у меня в тот момент, когда я закончила читать. Я отбросила дневник и посмотрела на Стайлза, который смотрел на землю, опустив голову. Он выглядел рассерженным, и я не винила его. — Итак… — Я потерла руки, пытаясь избавиться от холода, пробегавшего по моему телу. — Питер был влюблен в мою маму, — сказал Стайлз. — Питер был влюблен в свою сестру. — Хотела бы я знать, что тебе сказать, — тихо пробормотала я. — Моя мама была для меня всем. Она была так чиста, хороша и удивительна. И я потратил годы, защищая человека, который воспользовался этим. Меня не волнует, что он был «влюблен в нее», — Стайлз еще больше напрягся. — Я даже не хочу продолжать читать эти вещи, потому что, мне кажется, я не смогу понять все то, что произошло между ними. — Руки парня сжались в кулаки, ударяя ручки стула. — Эй, эй, все в порядке. Ты здесь со мной, с тобой все хорошо. — Я положила ладони на его руку, потирая большой палец парня. — Оставайся здесь, хорошо? Прямо тут, никуда не уходи. Стилински сделал несколько успокаивающих вздохов и откинулся на спинку стула. Я не убрала свою руку. — Я даже не знаю, что делать. Зная то, что он жил рядом со мной и скрывал такое прошлое… Я хочу противостоять ему. Я хочу выбить из него все это дерьмо. — Ты ведь не знаешь всего. Может быть он всего лишь поцеловал ее, не более. — Нет, — Стайлз покачал головой. — Моя мама была не обидчивой. Она бы простила его за это. Но она ненавидела тот факт, что нам придется жить вместе с ним. Должно быть, произошло нечто большее. Я видел его только раз или два до всего этого. Она не хотела, чтобы дядя находился со мной рядом. Но Питер сказал, что это из-за связей с бандой. Я подскочила на месте и наклонилась ближе к парню. — Что? Банда? Стайлз только пожал плечами. — Это долгая история, но разве мы удивлены? Это либо мафия, либо какая-то банда. Всю свою сознательную жизнь я хотел узнать все секреты, которые таили от меня. И теперь, когда они открываются один за другим, я жалею, что не могу вернуться в небытие. — Ты собираешься ему сказать? — Пока нет, — сказал Стайлз. — Сейчас неподходящее время. Он сойдет с катушек, и мне нужно быть готовым, чтобы уйти, когда это произойдет. Я не знаю, как долго я еще смогу жить в этом доме. — Он вздохнул и сдвинул руку так, что она оказалась в моей руке. — Можно тебе кое-что сказать? — Конечно. — Думаю… я ошибался кое в чем. — Парень поднял голову, и наши взгляды встретились. — Я знаю, что мы уже обсуждали это раньше, но я был настолько глупым. — Стайлз… — У меня никого нет, Лидия, никого. Я не хочу ворошить прошлое. Я просто думаю, что многое изменилось, и нам нужно многому научиться. — Ты прав, — сказала я. — Врачи продолжают повторять это дерьмо насчет того, что я поправлюсь, что этот «процесс» займет месяцы. Они пытались сделать меня лучше. Но мне кажется, что в этой системе есть дыра. И эта дыра — это ты. Я оставалась спокойна, хотя у меня начала кружиться голова. Тогда я поняла, что единственная причина, по которой я избегала Стайлза, это мое упрямство. Я больше не злилась. Я не обижалась. Да, было больно, но мне нужно было двигаться дальше. Наверное, мы никогда не будем теми людьми, которые когда-то были вместе. Пришло время вырасти. Я слегка улыбнулась Стайлзу, без единого слова переплетая наши пальцы и бросая взгляд на воду.

***

      POV Стайлз Примирение с Лидией не заставило меня забыть о злости. Я не знал, что помешает мне вернуться в этот дом и просто отпустить это. Я сделал глубокий вдох и открыл дверь. Дом был устрашающе тих, когда я разувался у входной двери. Питера не было ни в гостиной, ни в столовой. Вероятно, он уже лежал в кровати. Я почистил зубы и надел пижамные штаны. В животе все еще неприятно тянуло. Я так много хотел сделать, я чувствовал, что мне нужно это сделать, но в то же время я не мог. Она была мертва. Она замолчала. Если она ничего не смогла сделать, то и я тоже. Я постучал в дверь спальни Питера, чтобы сказать ему, что я дома. Когда ответа не последовало, я постучал сильнее. — Дядя? — Я медленно открыл дверь. Его не было в постели. Дверь в его ванную была открыта, но свет погашен. Я обошел кровать и остановился. — О Боже. Нет, это не может случиться со мной снова. Я чувствовал, что все вокруг меня замирает. Я упал на колени, прямо перед безжизненным телом Питера.