Who Would Love A Beast?

- Мама говорила мне, что если ты хочешь чтобы боль прошла, рану нужно прижечь, - говорит Стайлз тихо. – И я вспомнил, что когда я собрал ей букет из аконитовых цветов, она прижигала мои волдыри. - Наконец-то твои познания помогли, - с фырканьем и сарказмом говорит шериф и выходит из комнаты. - Хэй! – обиженно восклицает Стайлз, подсаживаясь на кровать. От него исходят волны нервозности и неловкости, тщательно скрываемые даже от самого себя. Дерек слышит, как мальчишка сглатывает пару раз, а затем прокашливается. Начав чуть лучше осознавать себя в пространстве, Дерек пытается распознать запахи вокруг. Он давно не мог унюхать столько всего нового. Столько лет взаперти. Столько лет все запахи смешаны с гарью плоти и шерсти. В отличие от проклятого поместья здесь пахнет хвоей, лесом, гелем для душа, зубной мятной пастой, травяным чаем, медикаментами, чистым выстиранным бельем и коричными булочками. Дерек старается унюхать больше, но запахи не такие четкие, и ему приходится напрячься, чтобы распознать их. Еще он чувствует запах Стайлза: цветочный мед, весеннее солнышко и лесные ягоды. По ощущениям это похоже на то, как солнечные лучики будят тебя в одно погожее воскресное утро. Дерек фыркает, а его горло сжимается в сладкой судороге. Он сглатывает и невольно улыбается. Его пальцы двигаются по простыни, иногда сжимая ее, будто он проверяет свои силы, изучает свои новые возможности. Или давно забытые старые. - Дерек. Вставай. Я вижу, что ты не спишь, - по сравнению с разговором с отцом голос Стайлза изменяется. Дерек замечает это: голос становится более мягким, ласковым и… любящим. - Я пытаюсь, - хрипит Дерек, не узнавая своего голоса. Кажется, он все еще улыбается. Его брови удивленно поднимаются, потому что в голосе больше не слышно животного рычания. - Моя очередь кормить тебя завтраками и дарить наряды, - Стайлз фыркает, и Дереку срочно нужно открыть гребаные глаза. Он должен увидеть Стайлза. Сейчас же. Свет в комнате приглушен тучами за окном и полупрозрачным тюлем цвета слоновой кости. Дерек оглядывается, замечая, что его зрение стало другим. Таким, как было раньше. Почти человеческим. Он рвано вдыхает воздух. Этого не может быть. - Как я выгляжу? – спрашивает он хрипом, на выдохе, не смея опустить глаза на свои руки. Он все еще надеется. Спустя семь лет мук, разочарований, страданий и боли, он все еще ждет. - Ты выглядишь заспанным, - говорит Стайлз мягко и ласково. Он отвечает без запинки, и Дерек сдавленно рычит. Он смотрит на Стайлза, и во взгляде того что-то изменилось. Дерек изучает его лицо, оглядывая снова и снова, запоминая таким, будто увидел впервые, но ни за что не хочет забывать. Дерек удивленно поднимает брови, разглядывая лицо парня, и Стайлз смеется и делает шаг вперед, а затем еще парочку уже быстрее и увереннее, после чего садится на кровать. Они смотрят друг другу в глаза, а затем Стайлз осторожно касается лица Дерека, и того пробивает насквозь током. Его зрачки расширяются, а сухие очерченные грубой линией губы приоткрываются. - Посмотри на себя, Дерек, - Стайлз выдыхает это, после чего кусает губу, а Дерек видит за спиной Стайлза зеркало. В нем больше не Зверь. В нем мужчина с отросшей щетиной, густыми бровями, светло-зелеными глазами и потерянным и заспанным видом. Нет алых глаз, нет пахнущего вечной болью и гарью меха, нет острых зубов и волчьих ушей. Дерек замечает на лице мужчины в зеркале – на своем лице – шокированную, но счастливую улыбку. А затем отмечает ее отражение на лице Стайлза. Буквально через секунду взгляд Дерека возвращается к Стайлзу, а тот снова кусает губу, будто дразнит. Дерек замечает покрасневшие щеки и чувствует волну жара, растекающуюся из груди Стайлза к его щекам и низу живота, срывающую его рваный вдох. - Неужели не хочешь поразглядывать себя поближе? – Стайлз старается говорить ровнее, но в его голосе проявляются нервные нотки. Дерек не может оторвать взгляд. - Какая разница, как я выгляжу? Ведь ты полюбил меня Зверем, - Дерек протягивает руку к лицу Стайлза и касается его. Кожа ладони гораздо чувствительнее грубых лап волка, от чего Дерек сжимает зубы, потому что кожа Стайлза мягче шелка и невероятно теплая, почти горячая, и ее хочется коснуться еще и еще, снова и снова. Румянец окончательно покрывает скулы Стайлза, и тот опускает глаза, морщится в смущении, а затем улыбается. - Кто, если не я? – отвечает Стайлз, кладя свою ладонь поверх ладони Дерека, снова пуская теплые разряды по коже оборотня, переплетая их пальцы. – Только вот… - Стайлз кусает губу, на секунду встречается с Дереком своим карамельным взглядом, а затем снова опускает глаза и краснеет еще гуще. – Полюбил ли Зверь меня? – произносит он на быстром выдохе. Ответом ему служит быстрый кивок, а затем уверенный поцелуй, тихое нежное рычание в губы и влюбленный взгляд меняющих оттенок глаз. Спустя тысячи влюбленных поцелуев, неловкий обед с шерифом Стилински, Мелиссой Макколл и Скоттом, Стайлз заходит в свою комнату, пока Дерек в душе, аккуратно расправляет в своем дневнике высушенные лепестки той самой первой розы и улыбается сам себе.