Двадцать пять кадров в секунду

      Эх, люблю я командировки. Многие предпочитают заграничные путешествия, ну а я — разъезды по России. За свою жизнь мне уже удалось посетить города Золотого кольца, многие районы Подмосковья и другие уголки нашей страны. Спросите любого — путешествия всегда вдохновляют. А на съемках и подавно. В каждом городе жизнь течет чуточку по-другому. И я всегда наслаждалась этой сменой впечатлений — новые места дарили новые идеи. И помогали забыть о старых и ненужных.       Первым городом, через который проходил наш маршрут, была Тула. Мы доехали до нее без особых приключений. Правда вот на Попова нашло непонятно что, и он всю дорогу с пеной у рта оспаривал мои задумки относительно видео для «Pozov Rec». Я с не меньшим рвением защищала свое творчество. Как итог — у меня к концу поездки так устала голова от этих разговоров, что, выйдя из автобуса, я первая понеслась в гостиницу регистрироваться. — Вероника, а подождать? — упрекнул меня Шастун, входя в холл отеля в сопровождении остальной команды. — А то вы без меня не справитесь!       Получив ключ от своего номера, я направилась к лифтам, полная предвкушения нормального отдыха — все-таки почти три часа в сидячем положении провела. Так, сейчас у нас есть время разобрать вещи, потом у ребят интервью на радио, а вечером выступление. У меня есть выбор: поехать на радио вместе со всеми, либо остаться в отеле и позаниматься своими делами. Например, порезать видео, подумать о завтрашнем дне — он съемочный, необходимо успеть и город посмотреть, и для видеоотчета материал набрать. На радио мое присутствие не нужно однозначно. Все, решено — не поеду! В принципе, можно и на концерт забить, но ребята обидятся. К тому же, я всегда мечтала увидеть «Импровизацию» из зрительного зала, а не из аппаратной. Думаю, пары часов для того, чтобы расслабиться, мне хватит.       Я неспешно разложила вещи и удовлетворенно оглядела номер. Самая обычная комнатка: кровать, туалетный столик, телевизор, шкаф, мини-холодильник, прихожая и санузел. Большего мне и не нужно. Чем бы заняться? О, накрашу-ка я ногти, а то все-таки мероприятие вечером… Терпеть не могу это делать, потому что ждать нужно долго, пока высохнет лак. Едва я справилась с левой рукой, как в мою дверь постучали. Я нехотя поплелась ко входу в номер и открыла замок пока еще не накрашенной правой рукой. На пороге оказалась Ксюша. — Можно? — спросила она. — Конечно, — посторонилась я, пропуская ее. — Мы собираемся идти на обед в столовую на первом этаже. Пойдешь с нами? — Романова присела на край кровати и принялась наблюдать за мной. — Не, я попозже схожу, идите без меня, — я начала осторожно красить ногти на правой руке. — А ты что, не поедешь с нами на радио? — разочарованно спросила Ксения. — Неа. — Почему? — погрустнела она. — А что я там забыла? — Ничего, но просто парней поддержать. — Я приду вечером на концерт. — Арсений расстроится, если ты не поедешь на интервью. — Ой, этот Арсений меня в автобусе утомил своим трепом. — А что случилось? — Нет, ты прикинь, он полтора часа мне впаривал, что не будет работать по моему сценарию, а потом еще полтора часа впаривал, ПОЧЕМУ он не будет по нему работать! Теперь понимаешь, как я устала от него за эти три часа, что мы были в пути?       Ксюша захихикала, а я даже плечами передернула, вспомнив утреннюю поездку, и продолжила заниматься своими ноготками. Внезапно снова раздался стук в дверь. Подруга пошла открывать. Впустив в номер Диму и Сережу, сама она вышла в коридор. — Вероничка, что у нас по съемкам? — поинтересовался Позов. — На радио с вами поедет один оператор без меня, я ему уже в WhatsApp написала сообщение с подробной инструкцией. Ты на телефон тоже поснимай там что-нибудь интересное от своего лица. Только с умом, а не какую-нибудь хрень. И еще вам задание — сейчас перед отъездом снимите видос. Выберите красивый задний план. Например, это может быть фасад отеля. И на его фоне расскажите о своих первых впечатлениях о городе. И еще на радио напомните оператору обстановку внутри обязательно поснимать. — Это нечестно! — возмутился Сережа. — Все едут пахать, а ты останешься в номере прохлаждаться! — Дорогой мой, а кто тебе сказал, что я буду здесь прохлаждаться? — парировала я. — Я вообще-то на радио быть не обязана, у меня другая задача, и именно к ее осуществлению я и приступлю, пока вы будете давать интервью. На завтра план действий составлю, раскадровку нарисую… Все, валите уже, дайте человеку отдохнуть.       Выгнав их из номера, я прижалась спиной к стене и покачала головой. Вот народ пошел! Взрослые мужики не могут справиться сами. Тем временем в дверь снова постучали, и я не без труда отворила ее, нажав на ручку ребром ладони, после чего строго посмотрела на незваного гостя (правда, для этого мне пришлось задрать голову). — Чего надобно, Шастун? — А Ксюха не у тебя? — Только что здесь была. Я думала, она к тебе пошла, — пожала я плечами. — Значит, у себя. Ладно, спасиб, — он почапал дальше по коридору.       Я закрыла дверь с небольшим хлопком. Достали! Могу я хотя бы полчаса побыть наедине с собой и собраться с мыслями? Только я отошла от двери, как в нее кто-то очень настойчиво забарабанил. Кого там черт опять принес?! — Попов! — рванула я дверь что было силы.       Он бесцеремонно протиснулся в комнату, пихнув меня грудью. — Выйди отсюда! Что вы все ко мне шляетесь? Вам заняться нечем? — я тыкнула пальцем в коридор. — Ребята сказали, что ты не поедешь с нами на радио, и я пришел спросить, по какой причине, — насупился Арс. — Потому что у меня есть более интересные дела. А вашей болтовни я вдоволь наслушалась, пока мы из Москвы в Тулу ехали. Твоей, в частности, — говоря это, я трясла кистями рук, чтобы лак быстрее высох. — Ты чем это тут занимаешься? — прищурился Арсений в непонимании. — Маникюр сделала, не видно разве? — я тоже прищурилась, в упор глядя на него.       За то время, что я болтала с ребятами, он успел переодеться, и сейчас на нем была черная майка с тегом «#япересталволноваться», которая очень ему шла. Я невольно залюбовалась им и прекратила трясти руками. Чтобы как-то скрыть смущение, я сделала вид, что мне дико интересны собственные ногти, и подула на них, хотя они уже успели высохнуть практически полностью. Попов молча подошел ко мне вплотную и осторожно взял меня за ладони, мягко проводя по их внутренней стороне большими пальцами. Я тут же почувствовала, как меня покидает свойственное мне самообладание. — Арс… — выдохнула я и издала нервный смешок. — Единственный момент, когда женщина беспомощна — это пока сохнет ее маникюр, — изрек он и, улыбнувшись, повалился вместе со мной на кровать. — И что ты творишь? — в шоке спросила я, когда он наклонился максимально близко к моему лицу.       Ничего не ответив, он приник своими губами к моим. Оставил невесомый романтический поцелуй и снова слегка приподнялся надо мной. Я с огромным трудом подавила в себе желание снять с него футболку и прикоснуться к мужскому телу, тепло которого я чувствовала даже через одежду. Нельзя, Вероника. Ты — руководитель съемочной группы. Он — участник шоу. Вам вместе еще работать и работать. Ты можешь все испортить. — Арс, мы же договаривались… — я с мольбой посмотрела на него. — Я помню. Но мы хотя бы друзья? — спросил он, заправляя мне прядь волос за ухо. — Да, если хочешь, — я перевела взгляд на его губы, а потом скорчила смешную рожицу. — Хотя за сегодня ты уже успел изрядно мне поднадоесть. — Тогда я еще немного тебе тут понадоедаю? — В каком плане? — я в недоумении нахмурилась. — В таком, Верон…       Не успела я и слова сказать, как он снова меня поцеловал. Хотя еще всего пара лишних секунд — и я бы просто выставила его за дверь. Как он умудряется всегда меня опережать? Это сбивает с толку и не дает контролировать ситуацию. Вот и сейчас я снова забылась и все же, запустив руку ему под футболку, погладила широкую горячую спину. Арс шумно вздохнул и слегка прикусил мне губу. Тормоза были спущены. Разум почти отключился, но в последний момент в моей голове будто прогремел гром, дав вовремя осознать, что если я сейчас же не остановлюсь, то могу натворить дел. — Пожалуйста, уйди… — я поправила ему футболку и отвернулась. — Извини, — он поцеловал меня в щеку и поднялся с кровати. — Ты тоже извини, — мне было жутко стыдно и неловко перед ним из-за того, что я позволила себе подобное и едва не переступила допустимую черту. — Ну, вот, пожалуйста. Снова нацепила свою эмоциональную «броню». Как же с тобой сложно, — с укором произнес он уже в дверях. — Не вздумай кому-либо рассказать об этом, — напомнила я и жестом указала ему в коридор. — Я просто поцеловал подругу по работе. Вряд ли это кому-то интересно, — равнодушно произнес Попов, выходя из моего номера. — Вот и славно. Удачно вам съездить на интервью. Я вас послушаю в прямом эфире. — Спасибо. — Я приеду вечером на выступление. — Буду с нетерпением тебя там ждать. Ведь вы с Ксенией наши главные зрители, — с улыбкой произнес он и зашагал в направлении своей двери.       Я захлопнула дверь и закрыла лицо ладонями. Блин блинский! Для чего он это делает? По-хорошему, следовало бы его как следует отчитать и попросить больше никогда ко мне не приближаться, а то разомлела тут — посмотрите на нее! Когда я была совсем маленькой, то думала, что все взрослые очень мудрые и не совершают ошибок, что они всегда знают, как поступить. Так вот, все это полная туфта — сейчас я сама взрослая, но почему-то совершенно не имею понятия о том, что мне делать в ситуации с Арсом. Кто бы жизни научил? Только вроде бы приняла какое-то решение для себя, так он врывается и переворачивает в моей голове все вверх дном. Сам-то что себе думает?! Нормально вообще вот так заходить и вытворять то, что ему взбредет в голову? Зачем вообще приходил? И я не могу злиться на него, потому что было классно и мне понравилось. Зато могу бесконечно злиться на себя за то, что отвечаю ему и не даю отпор. Со мной что-то происходит, когда я остаюсь с ним наедине. Мы и суток не провели в командировке, а уже чувствуется какой-то накал. Этого еще не хватало. Хотя… По-моему, у меня прилив сил и вдохновения! Срочно нужны бумага и карандаш!..

***

— Все-таки жаль, что ты не поехала с нами на радио, — все еще обижался на меня Сережа. — У меня были дела.       Мы всей компанией сидели в гримерке во Дворце культуры железнодорожников. Ребята приехали сюда после интервью, а мы с операторами прямиком из гостиницы. Сейчас Ксения сосредоточенно гримировала своего Антошу, а я равнодушно наблюдала за остальными. — Неужели тебе не было скучно без нас? — не отставал Матвиенко. — Сережа! Мне НЕ БЫВАЕТ скучно! — заверила я его. — Творческий человек всегда найдет себе занятие. — И что же за занятие такое интересное ты себе нашла, что предпочла остаться ради него в отеле? — Я думала о нашем с вами фильме. А еще раскадровку рисовала. — А что это такое? — подсел ко мне Арсений. — Сейчас покажу, — я вынула блокнот с разрисованными квадратиками. — Режиссер обязан делать раскадровку перед началом съемок, это как план для сочинения или рассказа, только в виде картинок. Он помогает мне не запутаться в мыслях и представить все визуально. И еще таким образом я понимаю, как лучше показать в кадре тот или иной объект, какой должен быть фон и так далее. — Интересно! Дай взглянуть… Хм, прикольно рисуешь, — Попов листал мой блокнот. — Да это же чисто схематически все нарисовано. — Все равно мне нравится. Похоже на комиксы. — В каком-то смысле это комиксы и есть. Между прочим, если наш с вами видеоотчет удастся, я смогу сохранить эти наброски в качестве портфолио и в будущем продать их или заложить в основу какого-нибудь более масштабного проекта. — Зачем ты так сильно заморочилась с этим? — удивился Арсений. — Мы же «Импровизация», нам не нужна такая точная подготовка, иначе теряется суть нашего шоу. — Арс, ты путаешь шоу и репортаж о путешествии. В шоу своем творите, что хотите — я слова против не скажу. Но сейчас речь идет о фильме, который поручили лично мне. И здесь не получится, как ты однажды выразился, две кнопки нажимать. Нужно поснимать город, для вас что-нибудь интересное придумать. Если наш выездной репортаж будет а-ля «Pozov Rec» — это не фильм, извините. Давайте все сделаем красиво. А вот для Димы можете снимать любую лабуду, как мы с вами и договаривались тогда. — Наш репорта-а-аж, наш репорта-а-аж! — радостно завопил сидящий в кресле Шастун. — Антоша! — воскликнула подруга, едва успев закончить с его гримом. — Тотоша… — передразнила я. — Дурак, что ли? Ксюха, научи ты его мирно разговаривать. — Я самый тихий и спокойный человек на Земле, — важно заявил «Тотоша». — Оно и видно — орешь так…       Ксения заливисто засмеялась. Обожаю ее, она такая прямо девочка-девочка. Да и вообще, с командой мне очень повезло, я считаю. И присутствие Арсения вот вдохновило на какие-то идеи. Знал бы, как он меня воодушевляет… — Ну что, пора на сцену! — громко позвал Арс друзей и внезапно резко оттянул мне сзади лифчик, слегка щелкнув тканью по спине. Как еще умудрился через футболку-то нащупать! — Попов, ты в своем уме?! — возмутилась я и хотела дать ему подзатыльник, но он ловко увернулся и отбежал от меня. — Сорян, не удержался! Давно хотел так сделать! — он согнулся пополам от смеха. — Это приколы на уровне первого класса! — Ну, скучно же. А так хоть все поржали. — Отлично. Я вам тут кто? Петрушка?! — нет, все-таки порой я на него очень сильно злюсь.       Парни, смеясь вышли из гримерки и направились за кулисы. Ксюша останется здесь, чтобы в случае чего быть готовой поправить им грим. Мне сначала тоже хотелось понаблюдать за всем происходящим со стороны, но все-таки я же за новыми впечатлениями в эту поездку отправилась. Пойду в зал. Зря, что ли, на первом ряду место просила себе застолбить у руководства?..       …И я ни разу не пожалела о том, что решилась в кои-то веки посмотреть на шоу из зала. Это было что-то непередаваемое! Сидя в аппаратной, я всегда была сосредоточена исключительно на технической стороне программы. Да и с монитора при отсмотре я не воспринимала все это, как нечто живое и эмоциональное, так как при просмотре знала наперед, какая картинка будет следующей, какие слова будут произнесены. Знала четко, до единого кадра. А здесь, в концертном зале все было по-другому. Местное телевидение и наши операторы снимали фрагменты шоу: первые для новостей, вторые для нашего проекта. Я позволила себе наконец-то спокойно вздохнуть и полностью отключила мозг, приготовившись наслаждаться. Моя четверка отжигала на сцене на полную катушку. Когда смотришь на все это, будучи обычным зрителем, а не режиссером, все воспринимается совсем иначе. Я не сводила глаз с Арсения и понимала, что начинаю влюбляться в него еще сильнее. С первого ряда я чувствовала его энергетику, его пыл. Только сейчас, с близкого расстояния я видела, насколько он отдается тому, что он делает. Прямо как я. И это вызывало у меня восхищение, я была счастлива, что среди моих знакомых есть человек, который тоже любит свою работу настолько сильно.       Сам Попов тем временем весьма шустро «стрелял» глазами по первым рядам, и когда наши с ним взгляды пересекались, я ощущала какую-то искорку между нами. И тогда все внутри меня начинало полыхать. Интересно, испытывает ли он то же самое? Теперь я постоянно задавалась этим вопросом. Мне самой пока еще удавалось держать свои чувства в узде, но я начинала опасаться за себя — если эта игра в гляделки не прекратится, то я долго не выдержу. А портить нашу с ним дружбу, которая наконец-то стала стабильной, мне очень сильно не хотелось. Покидать проект — тем более. Ой, Попов, какую же сумятицу ты внес в мою жизнь… — Ребята, вы у меня просто чудо! Люблю вас, лапушки! — после окончания шоу влетела я в гримерку и принялась обнимать их всех по очереди. — Моя любимая мордашечка! — Ксюша протянула ладошки к Антону и притянув его лицо к себе, поцеловала парня в нос. Даже немного завидно стало. — Ну что, первое выступление прошло удачно. Можно считать тур открытым, — я сдержанно обняла Арсения. — О, сейчас поздравляхены от Верон полетят во все углы! — прикололся он.       Мы посмотрели друг на друга. Его глаза так и горели огнем, он был полон радости и эйфории после выступления, а с его лица не сходила эта всеми любимая открытая улыбка. Обожаю его таким. Жаль, что я не могу похвастаться тем же самым — испытывая аналогичные эмоции, я наоборот обычно сдерживаю их, так как боюсь выглядеть глупо. А вот Арсу наплевать, что он выглядит слегка придурочным, когда счастлив — для него главное то, что ему хорошо в этот момент. Я тяжело вздохнула и по-дружески хлопнула его по плечу, ничего не ответив. Может быть, однажды он расскажет мне о том, как стать более открытой.       Я вдруг почувствовала нереальную усталость — был десятый час вечера. Все-таки долгая дорога, сборы наспех и большое количество новых эмоций дали о себе знать. Я боялась, что ребята захотят затусить в каком-нибудь баре, чтобы побухать, но они выглядели не менее уставшими. Да и вообще эта мысль была глупой — мы еще не забыли про вечеринку «Стендап камеди», нельзя же пить каждые два дня. Вот когда уже случится что-нибудь веселое, то и оттянемся все вместе. А сейчас все с трудом давили широкие зевки. Всем хотелось спать, и поэтому мы решили не мучить наши организмы и вернулись в отель, чтобы набраться сил перед завтрашними долгими, но насыщенными и интересными съемками.