You Wouldn't Even Dream It...

Я ходил в человеческие клубы как на работу – протирание штанов возле барной стойки входило в мою должностную инструкцию. Наблюдение за симпатичными барменами дало свои результаты – я неплохо разбираюсь в напитках. Все ингредиенты нашлись в соседнем шкафчике, достать лёд тоже не было проблемой. Закинув всё в шейкер и обильно сдобрив смесь «Райским молочком», принялся перемешивать ингредиенты. Я тряс сосудом, как бразильскими маракасами вверх-вниз и тихо наслаждался музыкой льда. Уже секунд через десять получился однородный напиток нужной температуры. Я перелил полученный коктейль в бокалы, процеживая с помощью ситечка, украсив каждый палочкой корицы и листиком мяты, и поставил на поднос. – Господа хорошие, прошу всех пройти в гостиную. Даниэль, зажги камин и выключи свет, пожалуйста. Посиделки у камина всегда были моей любимой частью вечера. Ангел обычно садился в своё любимое кресло, а я – возле его ног. Мы могли часами любоваться рыжими всполохами пламени и просто молчать. Иногда Даниэль зарывался в мои волосы рукой и нежно массировал голову, от чего я тихо млел, пребывая у края нирваны. Я честно надеялся, что коктейль немного развяжет языки моим друзьям и мы сможем мило побеседовать, наслаждаясь обществом друг друга, и, чтобы уж наверняка, добавил спиртного больше, чем обычно, даже не подумав о том, что с ангельским ликёром оно, возможно, не совместимо – нужно было всё-таки уточнить у друга. Эта здравая мысль не посетила мою голову, даже когда я шёл с напитками в большую, но уютную комнату с огромным пылающим камином, где уже сидели в соседних креслах мои друзья и тихо переругивались. Я громко поставил поднос на небольшой столик и впихнул каждому в руки по бокалу. Привычно устраиваясь у ног ангела, отметил скривившуюся физиономию демона и торжествующую улыбку Даниэля. Меня уже начали раздражать эти двое – ну право слово, ведут себя как дети. Я медленно потягивал на славу удавшийся коктейль и уже почти засыпал в повисшей тишине, которую нарушало только потрескивание поленьев, догорающих в камине, как вдруг Даниэль хлопнул в ладоши и как-то странно проговорил: – А, может, послушаем музыку, ребят? – Давай, – встрепенулся я, – включи мою любимую. – Конечно, солнышко. Я так и остался сидеть с открытым ртом, пока друг ходил за пультом от музыкального центра. «Солнышко»?.. Это что-то новенькое… Но, когда из колонок, размещённых в углах комнаты, полилась дивная классическая композиция в современной аранжировке, я блаженно закрыл глаза и закачался в такт музыке – всё-таки есть среди людей талантливые личности – я бы с удовольствием затрахал до смерти и автора, и аранжировщика, и исполнителей… – Габриель, – ожил Агалиарепт, и от его бархатного голоса тысячи воображаемых иголочек вонзились в позвоночник – я выгнулся от незнакомого ощущения, – станцуй для нас… Это был скорее приказ, чем просьба, но вместо того, чтобы возмутиться, я вновь очень странно отреагировал на эти чарующие звуки голоса – на моих висках выступил пот. – Да, Габи, станцуй, – хрипло прошептал вернувшийся Даниэль и помог мне встать с пола. Его длинные тонкие пальцы слишком сильно сжали моё запястье, и я сдавленно застонал – нет, не от боли, – от удовольствия. – Прости… – как сквозь пелену услышал я его голос без капли раскаянья и почувствовал сдержанное дыхание на моей шее. Да что, чёрт возьми, происходит?! Оттолкнув от себя Даниэля, я неторопливо направился к камину. Мелодия словно густой ликёр обволакивала меня, напрочь лишая связных мыслей. Первыми на музыку откликнулись руки и, отдавшись её расслабляющему настроению, я позволил ей пройти через всё тело. Не дойдя до стены полшага, я упёрся в неё головой и сделал полное медленное круговое движение бёдрами, затем развернулся и, прислонившись лишь плечами, снова сделал несколько неторопливых роскошных «восьмёрок». Я неотрывно наблюдал за своими зрителями, со странным удовольствием отмечая взгляды, полные похоти. Не ведая, что творю, очень эротично заскользил вниз по стене и присев на корточки, широко раздвинул согнутые в коленях ноги. Затем положил руку на пах и, погладив свой затвердевшей член сквозь ткань брюк, медленно провёл ладонью по внутренней стороне бедра до колена, снова вернулся к паху и, закусив губу, застонал от наслаждения, глядя помутневшим от неконтролируемого желания взглядом на друзей. А посмотреть было на что: Даниэль судорожно вцепился руками в подлокотники, напряжение сковало его тело, а учащённое дыхание было слышно даже мне; Агалиарепт же, напротив, внешне выглядел совершенно спокойным, но почерневшие глаза и стиснутая челюсть выдавали его с головой. Продолжая испытывать их терпение, я грациозно перекатился на колени и пополз к демону, не забывая вихлять задницей и тянуть носок. Опираясь на подлокотники, поставил правое колено на сиденье между ногами Ли, положил руки на спинку кресла по обе стороны его плеч и медленно, как того требовала музыка, поднялся вверх. Я не разрывал зрительный контакт, гипнотизируя своего друга и помимо воли пуская в ход все навыки и уловки по соблазнению жертвы. Агалиарепт шумно выдохнул, но на его лице даже мускул не дрогнул – только жилка на шее запульсировала, когда я поставил своё левое колено на подлокотник, снова широко раздвигая ноги, и, махнув головой, накрыл своё лицо алой вуалью волос. Держась за спинку кресла, выгнул спину и грудью очертил круг перед лицом моего демона. Я делал это медленно, провокационно, желая довести Ли до предела, а, закончив, с жадностью посмотрел на соблазнительные губы и приблизил к ним своё лицо. Когда же его жаркое дыхание коснулось моего рта, я резко отвернул голову и прижался виском к его щеке, затем провёл носом по шее, зарылся в волосы и, вновь опустился ниже, прикусил бронзовую кожу до крови. Это было последней каплей в море терпения демона, и, громко рыча, Ли грубо схватил меня за волосы и оттянул голову назад. Слёзы тот час выступили в уголках глаз, но, когда столь желанные сейчас губы накрыли мой рот, боль отошла на второй план. – Габриэль… – выдохнул он, скользнув рукой по моей груди к ремню на брюках. Ли целовал меня жадно, со всей страстью, трахая мой рот своим длинным раздвоенным на конце языком. Вот чёрт! Я таки, кажется, увижу Агалиарепта в родной ипостаси. Полутрансформировавшийся демон когтями полоснул сразу по всем пуговицам на рубашке и одним движением превратил её в лоскуты. Та же участь постигла и мои брюки. Теперь я, абсолютно голый, нетерпеливо тёрся своим членом о живот Ли. Неожиданно я взмыл в воздух, но тут же оказался нос к носу с Даниэлем – он просто перетащил меня к себе. Ни секунды не размышляя, я сжал его бедро своими коленями и нежно потёрся об него задницей, потом переместил и второе колено между его ног и легонько нажал им на пах ангела. Даниэль ахнул и вцепился мне в плечи. Глядя ему прямо в глаза, я медленно наклонился к нему и подул на лицо. Его ресницы затрепетали, а я стал свидетелем потери ещё и ангельского контроля и терпения: наши языки сплелись в очередном страстном поцелуе, вынося сознание за грани реальности. Даниэль, словно обезумев, настойчиво терзал мои губы и лихорадочно ласкал меня холодными, как лёд руками, вызывая чувственную дрожь разгорячённого тела. Я испытывал целую палитру незнакомых мне эмоций, тая как мороженое в объятиях друга. Чёрт, почему мы с ним раньше этого не делали? А то, что он ангел, а я инкуб, и то, что наш союз невозможен как таковой, совершенно меня не волновало. Сейчас в моей вселенной царили лишь я и ангел… О боже… И трансформировавшийся демон!!! Это я понял, когда меня резко оторвали от Даниэля и просто бросили на пушистый ковёр у камина. Ангел тут же вскочил с кресла, яростно сверкнув лазурными глазами без зрачков. Мои лучшие друзья, как две гадюки, застыли напротив друг друга, буравя противника ядовитыми взглядами. А у меня внезапно появилась возможность рассмотреть ангела и демона в их истинном обличии, когда все их прописные морали отошли на второй план, а сердцами завладела похоть, злость, желание и ярость. Жгучая смесь, надо заметить, которую мне, идиоту, судя по всему, придётся сейчас испить. «Блядь, парень, ты попал…» – это была последняя чёткая мысль в моей голове.