Ты мне не друг

      "Наконец-то папа вернулся домой! Больше я никуда его не отпущу, я скажу папе, как сильно я его люблю и как скучаю!" - лицо восьмилетнего Билла светилось от такой по-детски искренней радостью и обожанием, что Симона, мама мальчика, не смела ничем намекнуть об истинной цели визита ее супруга, который отсутствовал два месяца. С сжимающимся от боли сердцем она наблюдала за непоседливым сыном, весело гоняющим футбольный мяч по лужайке.       Позже, когда отец мальчика прибыл, Билл едва ли не захлебывался от переполнявших его эмоций: рассказывал отцу о школе, о своей любви, о которой так хотел сказать и о многом другом, что считал очень важным. Мальчик еще не знал, что всего через пять минут его мир перевернется и что он уже больше никогда не будет тем Биллом, который живет в его душе сейчас. Семейство Каулитц расположилось в саду: отец сидел за столом накрытым бежевой скатертью, на столе неизменно стоял графин с апельсиновым соком и фрукты; Симона стояла в двух метрах, опираясь на дверной косяк, а маленький Билл крутился вокруг любимого папы.       - Я и твоя мама больше не будем жить вместе.       В воздухе витал запах свежих домашних булочек, ветер слегка развевал скатерть и волосы, заставлял шелестеть листья деревьев в саду. Забытый мяч потерялся где-то в кустах крыжовника, но мяч мог не беспокоиться - о нем обязательно вспомнят, о подарке папы еще ни разу не забывали.       - Билли, послушай, - Симона не могла больше выносить пустой блуждающий взгляд своего единственного сына, - папа будет приходить к нам в гости, он никуда не исчезнет.       Не смотря на свой юный возраст, Билл все понял. Мальчик понял гораздо больше, чем могли подумать родители, которые сейчас с беспокойством наблюдали как стремительно гаснет свет в теплых карих глазах их чада.       - Сынок, почти ничего не изменится...       "Изменится все" - подумал про себя Билл и полез в карман, извлекая из него шариковую ручку, оставшуюся там уже не важно по какой причине. Молча мальчик протянул ее отцу.       - Это подарок, - ответил Билл на вопросительный взгляд отца.       Этот жест словно говорил о прощании. Папа поджал губы, не сумев скрыть неодобрение в своих глазах. Глубоко раненый этой сценой мальчик бросает ручку в траву и убегает в дом.

***

POV Билл

      Наши глаза встретились. Затем одновременно спустились к груди, животу, бедрам, прошелся вдоль ног, после чего быстро вернулся в исходную точку - мы снова смотрели друг другу в глаза. В следующий момент наши тела сотрясал приступ неудержимого смеха. На Томе была белая рубашка в голубую полоску с короткими рукавами, прикрывающая лишь ремень на талии, и классические брюки. Но кроссовкам Трюмпер все же не изменил. Я же в свою очередь не уступил джинсам; пришлось лишь надеть классическую обувь и белоснежную рубашку, рукава которой, не удержавшись, я таки закатал.       - Ты забыл смыть грязь с лица, - хохотнул Том.       - Напротив. Я боялся забыть о мейк-апе из-за суматохи со сменой имиджа. А хип-хоп, смотрю, навеки поселился в твоем сердце! - выразительно смотрю на его кросы.       Мы стояли на газоне у подьезда к школе Фильдер, только что встретившись. Мимо проходили ученики, спешившие к первому уроку, проявляя самый разный букет эмоций: восхищенные девочки пускали слюни, кто-то презрительно фыркал, а кому-то было не менее смешно, чем нам. Среди проходивших был и Адлер Дорнер, сплюнувший на землю со злобной ухмылкой на губах и Шерил Герц, кривившая губы при виде меня, но принимающая самый милейший вид для Тома.       - Я предаю хип-хоп, товарищей Samy Deluxe, и это разбивает мне сердце! - Трюмпер театральным жестом хватается за сердце и изображает предобморочное состояние и крайнее отчаяние, что вызывает у меня новую волну смеха.       - Гори в аду, герр Мильх, за все грехи твои! О, как же ты мог сломать жизнь самому преданному фанату хип-хопа! - продолжаю я начатое другом шоу.       Том продолжает дурачиться:       - Он меня так напугал вчера, так напугал! Ты даже не представляешь!       - Вся школа Фильдер сегодня содрогнется в ужасе! - от смеха начинает сводить живот, но я не могу остановиться и продолжаю вторить смеху Трюмпера.       - А ведь герр Мильх мне сегодня даже снился! - вдруг захохотал Том пуще прежнего, почти истерично. - Он б-бежал за мной... по-по лесам с-с б-бейсбольной битой... и орал во всю глотку, ч-чтоб я вернул ночную сорочку его бабушки!       Ответить сил не было и я просто повалился на траву, корчась от смеха, пока дрожащая от хохота рука Тома не выдернула меня обратно, поставив на ноги:       - А вообще мы здорово рискуем парень, говоря сейчас все это, когда вокруг полно шпионов, - довольная улыбка.       Трюмпер определенно любит опасность. Непосредственный, озорной и опасный. Всего за несколько дней он сумел показать себя и заявить о своей нетерпимости к ущемлению его личности. Том доказал, что он очень щедр на сдачу.       - Эй, ты только посмотри на этого бородача! - снова хихикнул Трюмпер, прищурив глаза, став невероятно милым.       Я посмотрел в сторону "бородача" в рабочей униформе "чинителя душевых кабин школы Фильдер", который с хмурым видом протискивался мимо множества учеников и бормотал, вероятно, проклятия. Когда недовольный жизнью мужчина протискивался мимо нас, мы услышали его злое бормотание:       - Откуда столько детей, черт подери!       - Это школа, - счел необходимым встрять Том, иронически растягивая улыбку и пожимая плечами.       "Бородач" стрельнул в него глазами, став злее прежнего, и двинулся дальше, таща с собой чемоданчик с инструментами, пока мы продолжали хохотать.