Эффект Спасителя

      Как только в Сторибруке появилась Эмма, жизнь Реджины поменялась кардинально, да и не только Реджины, поменялась жизнь всего города. Он стал двигаться дальше. Время стало двигаться дальше. Реджину это очень злило. Появление Эммы срывало все ее планы. Она думала, что она заберет у нее все: месть, счастье, Генри. Хотя Генри и был ее счастьем. Она так думала до того момента, пока Эмма не заговорила с ней у пристани. Она видела, что блондинка прошла тоже самое, что и она. Предательство, ложь, обман, подлость. Все это окружало их с детства. Только Эмма смогла этому противостоять, а Реджина нет. Они как две стороны одной монеты. У них даже волосы разного цвета. Они по определению, не могли быть на одной стороне, не то что друзьями. Реджину это смешило. Ведь у них получилось. Сначала, она думала, что это лишь план Эммы, так как она, ставила себя на ее место. Если бы она чего-то хотела, то давила бы на слабые точки человека. Никто бы не мог подумать, что слабая точка злой королевы или мэра – это не только Генри, но и дружба или любовь. Она всегда хотела иметь друга. И похоже, судьба решила подарить ей шанс. Когда Эмма зашла в ее кабинет и рассказала ей все, Реджина смотрела в ее глаза, она видела там надежду. Эмме определенно очень хотелось, чтобы Реджина стала ее другом. Возможно, Эмма тоже, цеплялась за тот единственный шанс иметь друга. Реджина не хотела больше размышлять на эту тему, она довольствовалась тем, что имеет.       Приглашение Эммы куда-то сходить, полностью выбило Реджину из колеи. Она никогда никуда не ходила. Она даже понятия не имеет, как себя надо вести. Но все равно, рано или поздно, ей придется согласиться и пойти. Как бы это странно не звучало, но Реджина читала книги из интернета по этому поводу, но она особо ничего не нашла, там в основном, рассказывали о том, как вести себя на свидании, а ей это не нужно. Эмма, конечно, привлекательная, сильная, храбрая… Так стоп, ты нашла себе друга, не надо делать из этого драму. Хотя, у Реджины в голове, иногда мелькали такие мысли, где они с Эммой соединились в страстном поцелуе, но она их сразу отгоняла. Она просто не могла чувствовать такое к другу. Возможно просто Реджине, это было в новинку, так как она, в основном, соблазняла врагов, а не дружила с ними. Да и вообще, при чем тут враг? Мысли Реджины шли по кругу.       Как–то она размышляла о том, что будет дальше. Ну, они с Эммой подружатся, заклятие, скорее всего, потрескается, и от него почти не будет пользы. Никто ничего не будет помнить, но время все равно будет идти. Хотя возможно, это и лучше. Они умрут, при этом не зная о настоящем. Да, это все-таки лучше.       Реджина так же думала и о том, что ей надо измениться. Если она продолжит жить местью, то потеряет все что имеет. Генри и так не верит в нее. Это очень сложно. Возможно, ей стоит хотя бы попробовать. Но не резко, а то еще подумают, что она размякла. А ей, как мэру, это ни к чему.       В последнее время, Реджина стала чувствовать, как будто внутри нее, чего-то не хватает. Чего-то, очень незаменимого для нее. Может она заболела? Она сходила к врачу, но ей сказали, что она здорова на все сто процентов. Тогда, это возможно, что-то не зависящее от этого мира. Возможно, проклятие начало съедать ее изнутри. И возможно она, скоро, превратиться в пыль.       Реджина заметила, что в последнее время, Голд ведет себя слишком странно. Он не выходит из своей лавки и все что-то там делает. Как-то она заметила, как Эмма пошла к Голду, а после, из лавки вышел он сам, с самодовольной улыбкой, как будто он… Нееет. Он не мог вспомнить. Реджине стоило это проверить.       В пятницу она вернулась домой очень поздно. И она очень устала. Генри уже давно спал, и она, будучи не в состоянии что-либо готовить, отправилась спать. В субботу она проснулась в отличном настроении. Ее тело привыкло вставать рано, но сегодня, она проснулась немного позже. На часах было десять утра. Она встала, ополоснулась под душем, переоделась и пошла вниз, готовить. Генри просыпается обычно через час после нее, его будит запах еды. Реджина прекрасно знала, что готовит очень вкусно, но ей все равно было приятно слышать это от Генри.       - Доброе утро, сынок. – сказала она, потирающему глаза Генри.       - Доброе… - протянул ребенок.       - Садись, я уже приготовила поесть.       Генри сел, и после того, как он отправил последнюю ложку в рот, Реджина услышала, как он сказал: «Как вкусно». Он пытается сдерживаться, чтобы чего не ляпнуть, так как она же, Злая Королева. Это все ее расстраивало, но она готова исправится.       - Генри… а ты не хочешь прогуляться сегодня? – спросила Реджина.       Генри немного не ожидавший такого, немного потупил. Ему приходилось, в основном, что–то придумывать, что бы она его отпустила.       - Чего?       - Я говорю, не хочешь пойти прогуляться сегодня. Я сегодня уеду в три часа за покупками, и вернусь где-то в пять. Будь дома к пяти, пожалуйста. Я хотела приготовить ужин, и мы бы вместе провели этот вечер. – Реджина прекрасно понимала, что ее сын наверняка пойдет к Эмме, но ее это не беспокоило.       - Да, конечно. Спасибо. – мальчик был очень рад этой новости. Реджина только успела доесть свой завтрак, как услышала, что дверь дома захлопнулась. Оперативности ему не занимать. Подумала Реджина. Она помыла посуду, немного убралась в доме, и кое-что решила. Надо бы отозвать Сидни от слежки за мисс Свон. Она взяла телефон и позвонила мистеру Глассу.       - Слушаю, мадам мэр. – послышался голос в трубке.       - Здравствуй Сидни, я хочу, чтобы ты прекратил следить за мисс Свон. Твои услуги меня больше не интересуют.       - Но… - голос Сидни сорвался.       - Нет, я сказала.       - Как… Как скажете, мадам мэр.       Реджина положила трубку. Как же она устала от Сидни, который проявлял чрезмерную энергию в каком–либо деле, о выполнении которого, его просит Реджина. Однажды она попросила его последить за Мэри-Маргарет, так он ей принес такое, чего лучше было не видеть. Он умудрился как-то следить за ней, когда она дома одна. После того, как он ей принес фото, где она переодевается, она отозвала его и сказала, чтобы усмирил свою фантазию. Вот что значит, быть в прошлом зеркалом. Видишь всех, в любой момент. Реджина посмотрела в зеркало, хорошо, что он не умеет следить через зеркало… Без понятия зачем, но она провела рукой по зеркалу и, удостоверившись, что ничего нет, села на диван. Что с ней вообще происходит в последнее время? Она стала слишком нервной. Ну, 28 лет работы без перерыва, и не такое сделают. Ей нужен отдых, определенно. Потянувшись, она посмотрела на часы. Ей надо бы начать собираться.       Спустя час, она уже находилась в магазине с тележкой. В общем-то, как всегда, люди искоса на нее глядели, некоторые даже не смущаясь, пялились на нее. Она уже привыкла. Так что, она спокойно взяла все, что было нужно, и направилась к кассе. Кассир даже не смотрел на нее. Он быстро все пробил, сказал цену и все. Реджина накупила много, а помочь бедной девушке никто не решался.       - Вот же, рыцари. – пропыхтела Реджина, кладя сумки в багажник машины. Как-то все запихнув, она закрыла багажник и села в машину. Она проезжала мимо лавки Голда, и увидела, что он закрывает лавку. Надо бы проверить.Она припарковала машину у тротуара и вышла.       - Здравствуйте, мистер Голд. – Реджина направилась в сторону Румпеля.       - Здравствуйте, чем обязан появлению мэра? – Румпель встал, опираясь на свою трость.       - Я бы очень хотела поинтересоваться, о чем Вы говорили с Эммой, где-то два дня назад? – Реджина посмотрела на Голда своим взглядом «убийцы». Теперь Реджина тоже его так называла. Ей очень понравилось название, подчёркивает ее натуру.       - С Эммой? – Голд нахмурился, а потом у него вдруг пришло осветление. – Вы хотели сказать, мисс Свон? Ни о чем таком, что бы побеспокоило мэра.       - А я все же хочу узнать. – Реджина выпрямилась, показывая свое превосходство.       - Мисс Миллс, будьте так любезны, отстаньте от меня. Пожалуйста. – вырвалось у Голда.       Вот оно. Я так и знала, что он помнит. Мы с ним договаривались, что, если он говорит «пожалуйста», я делаю это.       - Я хочу у Вас спросить кое-что, но прошу, скажите правду. – Реджина впилась в него глазами, чтобы просмотреть любой отблеск лжи.       - Что же Вы хотите у меня спросить? – Голд терял терпение, ему не нравилось, что его беспокоят не по делу.       - Вы помните? – Реджина сконцентрировала весь свой взгляд на Румпеле. Ни одна его мышца не дрогнула. Прошло около минуты молчания.       - Да. – ответил Румпель.       - Я знала, то-то Вы очень странно себя вели. А теперь… Вы можете объяснить, что со мной? – Голд резко посмотрел на Реджину. Как она поняла из этого, он что-то понял. И вдруг, он улыбнулся своей привычной улыбкой всезнания.       - Понятия не имею, о чем Вы.       - Что ты сделал со мной? Такое ощущение, что во мне не хватает куска. Меня разъедает изнутри. – Реджина положила руку на область выше груди. Тут, Голд совсем расхохотался.       - Извините, но сделка есть сделка. – просто сказал Голд. Тут Реджину, словно током ударило. Вот оно что. Эмма… она знает. Вот зачем она ходила к Голду. Ее кровь закипала. Все-таки она использовала ее. Эмма хотела избавиться от нее. Но как? Магии здесь не может быть… Даже у такого мага как Румпель.       Она понимала, что больше ничего не добьется от Румпеля, для него сделка выше своей души. Именно поэтому ее и нет. Внезапно она сорвалась с места и пошла, когда она ходит ей думается лучше. Она просто прошла мимо Румпеля, ничего не сказав.       Значит Эмма ее обманула? Опять ее предали. Она знала, что нельзя поддаваться чувствам, о которых ничего не знает. Кровь в ее теле закипала от злости, а обида желчью растекалась по организму, заполняя каждую его клеточку, с каждой секундой подбираясь, к ее и без того, черному сердцу. Она уничтожит ее. Она вырвет ее сердце и будет резать его по кусочкам… Вдруг она вновь почувствовала этот сладкий привкус мести, что пьянил и одурманивал сознание, властно требуя немедленного выхода. Она схватилась за голову. Нет! Я… я обещала измениться… ради Генри. Может не надо так резко все воспринимать? Вдруг я все не так поняла? Может я просто соскучилась по мести, и ищу кого-то на ком можно ее реализовать? Возможно Эмма, просто жертва обстоятельств. Она отругала себя за излишнюю надежду. Она что, превращается в Белоснежку, которая только и делала, что верила? Верила в Реджину… что она еще может исправиться. Тут Реджина встала. Она не заметила, как дошла до той самой скамейки, на которой они сидели с Эммой. Неожиданно все воспоминания вспыхнули в Реджине, и она со злостью, толкнула скамейку ногой. Прохожие резко начали расходиться подальше от бушующего мэра. Сначала на край слетела ножка, а потом, под силой тяжести и остальная ее часть, и скамейка погрузилась на дно моря.       Она тронула рукой свою щеку и поняла, что плачет. На пристани уже никого не было. Реджина села на корточки и, обхватив руками колени, начала плакать. Давно она не плакала из-за кого-то. Последний раз, она плакала на похоронах отца, и это оставило очень большой отпечаток в ее душе. Она не знала, сколько прошло времени, знала только, что много. Глаза распухли от слез, голова болела и ее тошнило. Она достала телефон, и посмотрела на него. Было уже восемь. Генри, наверное, беспо... да кого она обманывает? Он наверняка рад, что его матери нет. И наверняка, надеется на то, что ее убили. Она снова зарыдала. Ей надо идти. Домой. И выпить, много выпить. Собрав свои последние силы, она встала, натянула капюшон, чтобы никто не видел ее лица, и отправилась в машину. Кое-как доехав до дома, она даже не вытаскивала пакеты с едой. Эти шаги до дома, казались ей самыми долгими в ее жизни. Она даже не знает, что скажет Генри, если он увидит ее в таком состоянии. Как-то поднявшись по лестнице, она достала ключи. Она всегда говорила Генри закрываться, когда он один, мало ли кто мог зайти. Руки тряслись, она еле держала ключи в руках. Она пыталась попасть в замок, но ничего не получалось, она только царапала дверь и издавала очень не приятный звук, но тут дверь открылась, она ожидала чего угодно, любой картины, но не этой.       - Какого?