Спектакль длиною в жизнь. Дебют. Иллюзия справедливости.

      На следующее утро Ник приехал в больницу раньше, чем обычно, а на букете ромашек ещё сверкала роса. Войдя в больницу, Ник поздоровался с медсестрой, сидевшей в регистратуре. Зайдя в палату Джуди, он поменял букет ромашек на свежий, сел в кресло, положил её лапку в свою и начал её гладить. Не переставая этого делать, Ник начал рассказывать Джуди о том, как прошёл его вчерашний день, что он идёт по следу преступников и теперь может привлекать дополнительные силы для расследования этого дела. А ещё рассказал, как скучает без неё, ведь сейчас в его жизни есть всего две цели — жениться на ней и поймать всех причастных к этому теракту. «Мы обязательно поженимся, Морковка, ведь ты не можешь не проснуться. Я верю в тебя и с нетерпением жду этого момента. Просыпайся поскорее, я не могу жить так, без тебя я не живу, а существую. Я люблю тебя, Морковка, возвращайся скорее», — тихо сказал Ник, и мало кто смог бы увидеть, как по его щеке скатилась слеза. Поцеловав на прощание её лапку, Ник с грустью и надеждой в сердце уехал на работу.       Прошло несколько минут после отъезда Ника, и лапка Джуди еле-еле дёрнулась. Спустя несколько секунд в палату вошёл Лео Бронзокогть. Казалось, что стоило ему зайти на эти несколько секунд раньше, но буквально за минуту до этого его окликнула медсестра и сказала, что один из пациентов пошёл на поправку и его скоро можно будет выписывать. Из-за этого опоздания и того, что он не увидел движения Джуди, Лео чуть было не принял неверное решение. Он чуть не решил, что выздоровление Джуди остановилось и она не сможет сама проснуться. Когда же сможет, неизвестно. Впрочем он также подумал, что такой зверь, как Джуди, не может не проснуться, да и идёт на поправку она, а значит, всё будет хорошо. Глупость сначала подумал. Успокоив себя этой мыслью, Лео продолжил обход пациентов.       Приехав на работу, Ник только хотел было поздороваться с Когтяузером, но тот опередил его. — Пятна мои, усы, когти! Ник, ты почему опаздываешь на работу? — Бенджамин пытался придать своему голосу строгости, но у него ничего не получилось. — У меня рабочий день начинается на час позже, так решил шеф, — улыбнулся Ник. — Да ладно, быть не может! — Удивлению Когтяузера не было предела. — Может-может. В каком настроении шеф сегодня? — А то сам не догадываешься! На утренней планёрке от его рёва дрожали окна, а стены, казалось, обвалятся! Ты мне лучше скажи, почему это шеф приказал тебе сменить кабинет? — Это связано с делом о теракте. Большего, извини, сказать не могу. — Вот так всегда, Ник! Распутываешь самые сложные дела, всегда говоришь, что потом как-нибудь расскажешь, но не рассказываешь! Вот Джуди… Ой! Извини, Ник, я не хотел бередить… — В голосе Когтяузера было слышно, что он жалеет из-за того, что затронул такую больную для Ника тему. Впрочем всё отделение скучает по этой неугомонной зайке и сочувствует Нику. — Всё в порядке, Бенджамин, она проснётся, — вздохнул Ник. — Сейчас Джуд спит, но обязательно проснётся, не может не проснуться. — В голосе Ника была уверенность, а это для всех означало лишь одно: если Ник в этом уверен, то так и будет. — Ты мне вот что расскажи: как ты смог уговорить Дюка Хорьковица написать чистосердечное признание? Я краем уха слышал, что он очень много рассказал и его рассказ тянет на пожизненное заключение. Чем ты его так прижал? Или ты угрожал ему? Рассказывай! — Голос Бенджамина аж дрожал от нетерпения услышать подробности. — Извини, не могу. Понимаешь, он дал конец нити. Это всё, что я могу рассказать, остальное — тайна следствия под грифом секретности, сам понимаешь. — Ник и сам хотел рассказать, но не мог. — Да понимаю я, понимаю. Ещё бы не понимал. — Когтяузер попытался подпустить обиду в голос, но это у него не получилось, на Ника невозможно было сердиться, да и работа у него сложная, не просто так же его повысили с офицера до детектива?       Бенджамин подумал, что обычные офицеры выполняют рутинную работу, например, такую как патрули, написание отчётов, но Ник распутывает самые сложные и безнадёжные дела. Он и их доводит до конца и всегда находит совершивших преступление. Сам он думает, что после того, как шеф Бого уйдёт в отставку, то его место займёт Ник, да и другие офицеры думают так же. Вот и сейчас он распутывает дело с терактом, по его словам и тем более недосказанности, уже идёт по следу, хотя все остальные детективы были уверены, что это дело не распутать, концов нет, но Ник в очередной раз доказывает, что нет такого дела, которое нельзя распутать. Несмотря на то, что Ник недолго служит, по отделению уже ходит пословица: если дело не сможет распутать Ник, то его никто не сможет распутать. Такие слова говорят о многом. — Ладно, пошёл я к шефу, буду отчитываться, — вздохнул Ник. — Удачи тебе. Если что, иди ко мне жаловаться на него, у меня пончики есть! А лучше пончиков на завтрак в мире нет ничего. — Когтяузер старался шутить и помочь Нику, чем мог. — Не буду, — усмехнулся Ник. — У меня для него хорошие новости. — В таком случае тем более заходи, пончик для празднования — самое то! — Уговорил, зайду. Но только после отчёта шефу, а то совсем обленюсь. — Ник снова улыбнулся и пошёл отчитываться.       Ник подошёл к двери кабинета, вздохнул и постучал. — Разрешите войти, шеф? — Заходи, Ник. Может, ты хоть чем-то порадовать можешь? А то вчера жалоба пришла на один из наших патрулей, они в погоне за нарушителем, превысившим скорость, а им снова оказался Блиц, разнесли на своей машине лоток с овощами! Это хорошо, что ещё без жертв всё произошло! Нет, они у меня точно допросятся — проведу у них экзамен на умение водить машину. Впрочем довольно говорить о них, расскажи, что вчера смог узнать и куда уезжал. — Шеф, я нашёл несколько мест, в которых, предположительно, может скрываться Дуглас и где его могут навещать подельники. — Да ладно, Ник, наши детективы все клыки обломали, а ты вот так легко, с наскока, вычислил места? — Ну, не всё так просто было, разрешите рассказать? — улыбнулся Ник. — Рассказывай. — Как Вы помните, шеф, мне нужна была схема коллектора. Так вот, после того, как я получил её и изучил, я снова отправил запрос, но мне уже был нужен полный план канализации Маленькой Зверонеции, со всеми выходами, стоками, в том числе и ливневых вод. Получив его, я наложил друг на друга планы самой Маленькой Зверонеции и канализации, отметил удобные точки входа и выхода, но у меня не складывалась картина. Дело в том, что все стоки перекрыты решётками, поэтому там хода нет, я проверил отчёты службы, обеспечивающей охрану коллектора, но там не было ничего, что указывало бы на какие-либо проблемы с решётками. После этого я отправил ещё один запрос, но мне уже были нужны история строительства самого коллектора и планы его строительства. И вот тут-то мне улыбнулась удача: раньше стоки решётками не перекрывали, галереи для стока были большими и высокими, поэтому там можно идти не пригибаясь. Также несколько лет назад входы в эти галереи замуровали, так как после прокладки новой канализации старая стала не нужна, хотя её частично используют. В некоторых местах, если знать, куда идти, можно обойти бетонные пробки и попасть в неё, а вот она уже ведёт прямо к побережью, где раньше вытекали стоки. Я вчера обследовал коллектор и нашёл место, где можно выйти в старую канализацию и которым часто пользуются, также я там обнаружил немного бараньей шерсти. Рядом с путём галерей этих стоков расположено несколько складов, все они находятся за городской чертой, но ими уже не пользуются. Понаблюдав немного за каждым из них, я обнаружил, что к каждому ведёт неприметная тропинка прямо от выходов из галерей старой канализации. Заходить внутрь я не стал, чтобы не спугнуть преступников. Думаю, Дуглас через какие-то промежутки времени меняет лёжку, поэтому надо за каждым из складов установить наблюдение. И вот здесь мне нужна Ваша помощь, шеф, — вздохнул Ник. — Я всё больше и больше утверждаюсь во мнении, что следующим начальником отделения будешь ты, за день провернуть такое — это же какие мозги нужны… И какая же помощь нужна? — Шеф, нужно, чтоб наблюдение обеспечивали звери из «Глаз». Я не хочу говорить ничего плохого про парней из нашего отделения, но обычные преступники и террористы — это две большие разницы. Выходов на «Призраков» у меня нет, поэтому прошу Вас о помощи. — Ник, ты точно уверен, что он прячется там? Если нет, то лучше ещё раз проработай всё, просмотри, может, ты ошибся где-то. — Шеф, я уверен. Он точно там. — Ну смотри, если там пусто, а в катакомбы лазают дети, чтобы проверить себя на прочность, как далеко они зайдут, прежде чем им станет страшно, — одним выговором ты не отделаешься. — Я понимаю, шеф. Он там, я уверен в этом. — Хорошо, сейчас я напишу мэру, и он отдаст им приказ. — Спасибо, шеф. — Это наша работа, Ник, тут не за что меня благодарить. — Ну вы же могли сказать, чтобы я использовал только полицейских нашего отделения. — Уайлд, ты меня разочаровываешь, — строго сказал шеф Бого. — Глупый зверь этот кабинет занять не может. Впрочем ладно, сейчас я напишу мэру, не отвлекай меня. — Хорошо, шеф.       Тянулись томительные минуты ожидания. Шеф Бого общался с мэром, иногда хмурился, но всё же в конце концов улыбнулся и посмотрел на Ника. — Мэр отдал «Глазам» приказ наблюдать. Если будет что-то интересное, то нам сообщат. — Спасибо, шеф. Разрешите идти? Я просто хочу поехать к Джуди… — вздохнул Ник. — Я что, не зверь, что ли? Иди. — Благодарю Вас, шеф.       После того, как Ник уехал, в неприметном фургончике недалеко от отделения полиции состоялся разговор: — Учись, как надо работать, стажёр! Он посидел над планами, подумал, потом съездил и осмотрел место, после чего, обдумав все факты, доложил своему начальнику. — Командир, ну так я же тоже стараюсь! — Старается он… Вот Ник старается, а ты так, просто тянешь лямку, надеясь вступить в «Глаза». — Командир! — Не надо на меня так смотреть, сам знаешь, что я правду говорю. Кто чуть не завалил испытания и еле прошёл все этапы отбора? Я — скажешь? — Нет, я… — Именно. А ещё скажи мне, почему ты так долго отсылал в аналитический отдел разговор Ника и Бого? — Ничего не долго, я всё быстро сделал, это связь плохая. — Связь, значит, виновата, да? — Голос командира группы, казалось, полностью состоит из сарказма. Если в следующий раз ты будешь так же долго думать и отправлять данные, то сам побежишь отдавать их. И мне всё равно, сколько тебе надо будет пробежать, ты понял меня, стажёр? Заодно и форму свою улучшишь. — Понял… — И вообще, я не понимаю, как мы проморгали такого зверя, как Ник. Он же прирождённый аналитик! — А как же я, командир? Я тоже работаю! — Насчёт тебя не знаю, ты, скорее всего, вылетишь. Долго думаешь и медленно работаешь. Я бы подумал, что ты ленивец, если бы не знал тебя. — Вот увидите, командир, я сдам на отлично все испытания, и когда меня возьмут на службу, то на распределении попрошусь в Вашу группу. — Посмотрим, стажёр. Если всё будет так, как ты сказал, — возьму к себе, ну, а если нет — не обессудь. — Хорошо. Я буду в Вашей группе, но не стажёром, а полноправным членом! — Ну-ну… Вот когда станешь им, тогда получишь имя, а пока ты безымянный стажёр.       Продолжение следует…