В кошачьей шкуре

Месяц после пропажи Адриана. Всё, казалось бы, вернулось на круги своя. Маринетт была просто опустошена. Никакой зацепки, ничего. В виде ЛедиБаг она часто, по ночам, исследовала Париж в поисках хоть чего-то. Она не могла так больше. И ведь в глубине души девушка также очень сильно переживала за Кота Нуара… Где этот несносный котяра?! Почему он вот уже целый месяц где-то бесследно пропадает?! Конечно, синеволосая не снимала со счетов то, что парень уехал из города. Ведь он сам употреблял то, что у него очень бурная жизнь. Эх, Маринетт, не замечаешь ты очевидных вещей. Девушка сидела за столом и вязала шарфик. Последнее время она увлеклась техникой вязания, так как это довольно сильно успокаивало её измученную душу. Был уже ноябрь, а это значило, что в скором времени придут снега и холода. Хотя уже на улице была противная слякоть и дожди. "Одри", выглядывая из окна на улицу, благодарил бога за то, что Дюпэн-Чэн сохранила его жизнь и приютила. Хотя родители Маринетт вначале были крайне против животного в пекарне, но спустя какое-то время поняли, что котик вполне себе послушный и тихий, и поэтому разрешили Мари оставить его. Адриан был счастлив, ведь семья Дюпэн-Чэн была просто золотой. Где ещё таких поискать..? Маринетт, сделав очередной узелок, встала со стула и ушла вниз, чтобы принести круассанов. Адриан, видя клубок ниток на столе, прыгнул на стул и стал внимательно его осматривать. Его глаза горели, а внутренний голос так и заставлял его сделать это… Фиолетовый клубок… Такой красивый… Манящий… "Одри" был словно под гипнозом, и лапа автоматом потянулась за ним. Когда клубок оказался на полу, у кота тут же снесло крышу, и он начал раскидывать нитки, постепенно запутываясь в них. Это было божественное чувство… Кот кайфовал, не замечая того, что скоро будет обездвижен. Он плюхнулся спиной и начал кататься в нитках, получая какое-то всевышнее удовольствие. Дело закончилось тем, что "Одри" застрял и не смог двигаться. Фиолетовые нитки спутывали всё его тело, и это стало очень сильно беспокоить кота. Сделав несколько неловких движений, Адриан понял, что только ещё больше запутывается. "Блин, вот влип…" – подумал он. Но зная, что сейчас вернётся Принцесса, котик успокоился и даже умудрился задремать. Она сейчас придет и распутает его, правда, может и поругает. Но Маринетт очаровательна даже и когда злится. Вот только спустя час кот проснулся и понял, что никто его и не собирался распутывать. "Принцесса! Где ты ходишь?! Ты же пошла за круассанами!" – возмутился кот. Кстати, Маринетт знала, что кот обожал круассаны. Это, конечно, было удивительно для неё, но она всегда с ним делилась этой вкусностью. Да, Адриан обожал всё, что было не на пользу фигуре. Но поскольку он был моделью, то перепадало это всё очень редко. А сейчас, даже в виде кота, "Одри" просто объедался дома у своей любимой девушки. Только вот сейчас котяра был обеспокоен тем, что находился в "плену". Кот услышал шум и крики с улицы и понял, что Маринетт сейчас, вместо того, чтобы есть с ним вместе круассаны, спасала Париж от очередного злодея. И, похоже, даже в одиночку у неё это получалось неплохо. От этой мысли "Одри" приуныл. Наверное, в виде Кота Нуара он ей не особо-то и нужен. Леди и без него справляется. Через минут десять шум на улице стих, что означало, что героиня Парижа вновь спасла город. А ещё через несколько минут ЛедиБаг зашла в комнату через балкон и перевоплотилась обратно в Маринетт. Вылетела Тикки и они радостно всплеснули руками, дав друг другу "пять". Кот смотрел на неё и восхищался: такая красивая и отважная девушка… Слегка мяукнув, он привлёк внимание своей Леди. —Боже мой! – воскликнула Маринетт и кинулась распутывать шаловливого кота. – Как же ты так? И зачем полез за клубком? Это же очень плохо! Плохой котик! "Плохой котик… Ммм… Моя Леди, ты не меняешься. Такая же очаровательная, как обычно." – подумал кот, пока синеволосая стягивала с него нитки. По окончанию этого процесса, котик подошёл к ней и приласкался к её ногам. Маринетт погладила его по голове, а затем, обратно скрутив клубок, всё-таки добралась до круассанов и принесла их в комнату, где в течение получаса они вдвоём уплетали их за обе щеки…