Пока не сыграла в ящик

POV НамДжун       После разговора с Хосоком я попросил у Рейчел прощения и убежал, как-будто меня и не было. Это было жутко некрасиво с моей стороны оставить девушку в непонимании, но за друга я переживал больше, как бы глупо это не звучало.       Квартира Чона находилась в десять минутах ходьбы от того парка, в котором я оставил девушку. Конец POV НамДжун       Парень бежал, не видя перед собой преград. Холодный осенний воздух поступал в его легкие, и НамДжуну казалось, что они вот-вот разорвутся. Добежав до нужного подъезда, парень взлетел по ступенькам. Он хотел было дотронуться до звонка, но обратил внимание на дверь, которая была приоткрыта. Ким не на шутку испугался.       Вроде, ничего не изменилось с прошлого визита Нама, но его смущал бардак в квартире. Бутылки из-под виски, коньяка и других алкогольных напитков. Ким надеялся, что он не мешал все эти гребаные хмельные зелья. То, что НамДжун увидел потом, повергло его в шок. На уютном диванчик развалилась тушка, которая ещё 4 часа назад именовалась Чон Хосоком. Юноша начал трясти друга, хоть как-то приводить его в чувства. Поднимая тело « брата», Нам заметил, как из-под друга что-то выпало. Он потянулся и увидел иглу.       Ким НамДжун знал, что у Хосока были проблемы с наркотиками. Когда-то давно, Ким уже видел своего друга на волоске от смерти. И всё это было из-за того, что Чон влез не в ту компанию, начал играть в азартные игры и пить, и, вдобавок к этому, любил побаловаться так называемым «белым ядом».       С появлением Нама, жизнь Хо изменилась, и в лучшую сторону. Парень поверил в Хосока и помог ему избавиться от злополучной зависимости. Да были дни, когда Хосок срывался, но потом он корил себя за это. С того момента всё успокоилось.       — Черт, Хосок! Только не это! Ты же обещал! — парень был зол на друга, но кинуть его не мог. — Хосок, ну блять, я предупреждал тебя! Из уст Намджуна вырывались матерные слова. Казалось, что этот поток не закончился бы никогда.       — Давай, Чон! Ну же! Открывай глаза! Черт, да приди в себя наконец! — кричит он, макая голову друга в умывальник, который был не предназначен для таких целей.       С десятой попытки Нама, Чон всё-таки подал признаки жизни. Юноша, который только что был в нирване, начал жадно глотать воздух. Складывалось такое впечатление, что горе-друг не дышал и вовсе.       Ким НамДжун привёл в порядок друга и уложил его на тот же диванчик. Разговаривать с другом сил не было, и в таком состоянии читать какие-то лекции было бессмысленно и нецелесообразно.        Спасая друга, парень не заметил, как быстро пролетело время. Бросать друга одного он не собирался. Поэтому Ким разложил себе кресло, на котором он часто кантовался, когда был в гостях у Чона.        Ночь летела, летели мысли, лились слезы. Мужское тело, свернутое, как эмбрион, дрожало. Хосок рвал на себе волосы, мял простынь на кровати, рыдал. И если вы скажите: «Фу, он же парень» — вы ошибётесь. Мужчины — тоже люди. Каждому надо высказать свои мысли, выплакаться в подушку, побить грушу — это потребность человека.       Хосок нуждался в поддержке. Эта поддержка посапывала по ту сторону стены. Эта мысль хоть как-то грела парню душу.        Столько мыслей, а всего одна ночь. Наступит утро, и всё будет хорошо, как в детстве.        Но как в детстве уже никогда не будет.        Чон заснул. Под утро он был весь мокрый. В холодном поту. Каждый уголок комнаты был окутан смесью пота, слез и медикаментов. И еле-еле был слышен запах алкоголя.        Двое парней знали, что с утра их ждёт серьёзный разговор. Ким давно не спал, он всё сидел на кухне, нервно постукивал пальцем о стол. Чон лежал и смотрел в потолок. Парень не решался выйти. Он не знал, как смотреть лучшему другу в глаза. Ведь когда-то Чон Хосок пообещал ему завязать с «формулой смерти».       Собравшись с мыслями, Хо таки вышел на кухню и сел за стол. Повисло молчание, которое душило обоих. Закадычные друзья смотрели друг другу в глаза. Видимо, пытались найти ответы на ещё не озвученные вопросы. Разговор первым начал Хосок:       — Джун, я прошу тебя! Не вини меня! Если хочешь уходить — уходи! Я пойму тебя, зачем тебе такой друг-неудачник, который вечно встревает в какую-нибудь жопу?! — кричал парень, вскакивая со стула и подходя к окну, чтобы набрать в легкие воздух. — Прости, я обещал и не сдержал обещания. Прости… — уже тише говорил Чон.         — Господи, какой же ты придурок, Чон Хосок, — только и смог сказать Ким.        Парень встал из-за стола и подошёл к другу. Похлопав друг друга по плечу, юноши без слов поняли, что сейчас каждому следует остаться наедине со своими мыслями. И Ким ушёл. А Чон стоял и смотрел в окно. Взглянув вниз, Хо увидел уходящего брата. Смотря ему в спину, Чон Хосок сказал:       — Откуда ты, черт возьми, взялся такой? — улыбнулся парень у окна, кстати, впервые за три дня.