Пока не сыграла в ящик

— Вы должны были следить за моей дочерью! — ругался Мистер Спаркс на дежурившую сегодня медсестру, — Какого черта к ней в палату врывается посторонний для неё человек?! Я сделаю так, что ты работать больше не будешь!        Он едва не доводил молодую и неопытную девушку до слез: — А, всё! Прекращай рыдать! — развернувшись и уходя прочь к заведующему врачу в кабинет, прокричал Алексо. — Доктор Малоу, я не понял, что за чертовщина творится у вас в отделении? — нагло врываясь без стука, едва ли не накинулся на врача разозлившийся отец. — И вам доброе утро, господин Спаркс, — развернувшись на стуле с колесиками, сказала женщина лет сорока на вид. — Ага, конечно оно доброе! Какого лешего ваши сотрудники спят на постах? — озлобленно спросил отец девушки, стуча пальцами о стол главврача. — Алексо, дорогой, не кричи, — со странной усмешкой сказала врач, подходя к бунтарю. — Я спокоен, Ён! Я правда в норме, — уже более спокойно произнёс мужчина. — Ты, я смотрю, дома не был? Блузка не выглаженная, галстук наперекосяк, туфли не налакированные… Жена дома? — спросила Малоу Ён, смотря на помятый вид своего ровесника. — Ты всегда была такой глазастой? И не напоминай мне о моей, в скором будущем, бывшей жене. Ей насрать на нашу дочь, она ещё не отошла от ссоры, что была четыре или пять лет назад. Я устал от их войны, но померить я их не смог. Да, в этом есть и моя вина, — немного успокоившись, рассказал он семейные проблемы приятельнице, но резко опомнился, — Что с моей дочерью, кстати? — Рейчел в операционной. Пока безрезультатно, делаем всё что можем, — сказала врач, отходя от рабочего стола, как-то странно скривившись. — Я сейчас пойду и посмотрю как обстоят дела. Ты поспи и успокойся, — с этими словами главврач вышла.

***

— Мы её теряем! — перекрикивали врачи противные звуки аппаратов. — Тащите дефибриллятор! — крикнул доктор, который был главным на операции. — Разряд! — отчаянно кричал лекарь, вдавливая в грудь Рейчел ток. — Ещё разряд! — не прекращал попытки сохранить юной леди жизнь.       Долго врачи сражались за оживление Спаркс младшей, но так и не смогли. Звуки аппаратов оповестили о кончине девушки. Каждый доктор, который теряет пациентов, несёт этот груз до конца своей жизни. Погубленные души оставались за плечами всех спасителей человеческих жизней. — У неё был сильный передоз, сердце Рейчел не выдержало резкого адреналина, поступившего в кровь, — подготавливая отца к его будущему ночному кошмару. — Не тяните! Как она? — с дрожью в голосе нервничал родитель. — Она… Мы… В общем, команда сражалась за её жизнь, — склонив голову, проговорил ведущий врач операции. — Что? — голос был обрывистый и тихий. — Простите нас. Я знаю такое никак не забудется. Примите наши соболезнования, — усадил он отца погибшей девушки.       Но ответа не последовало. Спаркс старший молча упал на стул, взгляд стал мутный. Через две минуты он был не в этом мире душой, но телом все же оставался в госпитале.       Очнувшись от нашатыря, городской судья помчался на работу. Оттуда он позвонил жене, оповестил её о смерти дочери, но услышал только сброшенный вызов.       Найдя по базе данных электронные адреса Ким НамДжуна и Чон ХоСока, судья отправил им повестку в суд, а заодно написал им сообщение, чтобы не забыли проверить почту.       Проснувшись с утра, парни были в недоумении. Что им сейчас надо делать? Они не знали, так как были неопытны в таких делах. Что же такого случилось, что им назначен суд, да ещё и на послезавтра? На некоторое время, забыв о сказанных словах прошлой ночью, ребята стали решать проблемы вместе. — Чон, у меня есть знакомый адвокат, — голос Джуна был низок и убит. — НамДжун, я… Я понятия не имею, что сейчас делать. Я весь в твоих руках. Нужно что-то? Обращайся, — проговорил растерянный юноша. — Эх, ладно. Сам разберусь, — потерев затылок и беря всю сложившуюся ситуацию в свои руки, ответил друг.       Они просто не знали о смерти Рейчел. Пока не знали.        Через час парней вызвали в полицию. Их задержали на восемнадцать часов. Друзьям пришлось рассказывать всё знакомство со Спаркс и как вообще оказались в заброшенном здании. Джуну естественно никто не поверил о его непричастности и сказали закрыть рот. Чон рассказывал всё не скрывая, только одно умолчал. О наркоторговце. Но сказал в каком районе получил передачу.

День суда

Судьёй был друг Алексо Спаркс — крестный отец Рейчел. Парни до сих пор не знали о смерти их однокурсницы, но, как только вынесли приговор, Чон и Ким побледнели. — Встать, суд идёт! Дело о смерти дочери городского судьи, Алексо Спаркс, объявляется открытым! — стукнув молотком о стол, проговорил судья, — Ещё помимо смерти человека, дело будет идти о наркотических и психотропных препаратов или их аналогов по статье 315.3, а также изнасилование по статье 152.1. Обвиняемые, прошу подняться! Склонение определенного лица к потреблению наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов — наказывается ограничением свободы на срок до пяти лет или лишением свободы на срок от двух до пяти лет. То же действие, совершенное повторно или в отношении двух или более лиц, или в отношении несовершеннолетнего, а также лицом, ранее совершившим одно из преступлений, предусмотренных статьями 307, 308, 310, 314, 317. А также прикрытие наркоторговцев идёт как соучастие. — Прошу простить, господин судья. Мои подопечные подписали документ о неразглашении личной информации, в котором чётко было видно покушение на жизнь Чона. — Отвергнуто. Чон ХоСок должен был смотреть, что подписывал, — строго сказал судья, ещё раз стукнув молотком.       Адвокат замолчал, ему нельзя перечить хранителю закона. — Изнасилование, то есть половое отношение с применением физического насилия, угрозы его применения или с использованием беспомощного состояния потерпевшего, наказывается лишением свободы на срок от трех до пяти лет. Изнасилование, совершенное группой лиц, или изнасилование несовершеннолетней или несовершеннолетнего, наказывается лишением свободы на срок от семи до двенадцати лет. Изнасилование, повлекшее особо тяжкие последствия, а также изнасилование малолетней или малолетнего, наказывается лишением свободы на срок он восьми до пятнадцати лет. Вам есть что сказать, подсудимые? — спросил судья с каменным лицом. — Нет, всё верно. Кроме одного. Ким НамДжун не причём, — произнёс Хосок. — Перечим суду? Он был с вами, Чон ХоСок, и является причастным к этому. — Внимание! Перерыв на десять минут. Нам необходимо обсудить данную ситуацию, — городской судья встал и вышел. — Парни, прошу простите меня! Я не смог ничего сделать. Всё было слишком сложно для меня, — проговорил адвокат Чона и Кима, вытирая пот со лба.       Но парни ничего не ответили. Они просто были в шоке, не знали как реагировать на происходящие. — Встать! Судья пришёл! — выкрикнул страж порядка, — По делу о смерти Рейчел Спаркс нашлось единогласное решение. Чон ХоСок, встаньте! Вам светит пожизненное лишение свободы, а вам, Ким НамДжун, лишение свободы сроком от четырёх до шести лет. После колонии строгого режима Ким НамДжун будет отправлен на городские исправительные работы. Ваши последние слова, подсудимые? — строго, без запинки проговорил судья, как на автомате, — Ким НамДжун, вам слово! — Я… Я не знаю, — НамДжун как будто не понимал где он находится. Стул будто уходил из-под его пятой точки. — Прошу не мямлить, юноша! — выкрикнул судья, — Чон ХоСок, вам слово! Я думаю, вы будите разговорчивее, чем ваш друг! — Я полюбил её, — тихо сказал Чон ХоСок. — Суд объявляется закрытым! — двойной удар опять этим чертовым молотком и парней вывели из зала суда.