Сломанные крылья

Моя сестра мертва. Сокол сидит на небольшом холме, под размашисто раскинувшей лапы сосной, и бездумно смотрит вдаль. Листья, кружась, падают ему под лапы, но прекрасный осенний лес совершенно не трогает сердце молодого воителя. Сейчас он способен думать только об одном — о своей милой, вздорной, язвительной сестричке, которая, когда-то, была ему дороже всего на свете. Сокол представляет себе ее темные зеленые глаза, так похожие на глаза почившей матери. Ее коричнево-полосатую, мягкую шерсть, в которую так приятно было зарываться холодными ночами, проведенными в палатке оруженосцев. Куда, со временем, подевалась та теплота и понимание меж ними? Почему они отвернулись друг от друга так внезапно, так резко? Кто виной всему этому? И кто виной тому, что племя Теней сейчас хоронит ее в хвойном лесу? _ - Соколёнок, ну давай, давай, давай поиграем, - канючила Змейка, пытаясь схватить брата за короткий хвостик. Рыжий котенок вздохнул и обернулся к сестре, прожигая ее злым взглядом. - Подожди, Змейка. Ты не видишь — я наблюдаю! Полосатая кошечка выглянула из-за его спины и возмущенно фыркнула. - Что наблюдаешь, скажи на милость? Отправку патрулей? - Да, - с жаром выкрикнул Соколёнок. - Потому что когда я вырасту — я хочу стать глашатаем! И тебе тоже следовало бы подучиться, наблюдая за старшими. Котенок понял, что он сказал только после того, как его сестра выгнула спину, и с мечущимися во взгляде грозами, зашипела на него. - Что-о? Мне подучиться?! Может мне еще поползать на брюхе перед Чернозвездом, выпрашивая у него возможность пораньше стать ученицей?! Рыжий котик поёжился под немигающим взглядом сестры, и поспешно отвел глаза. - Что ты, конечно нет, - пробормотал он. - Я не то хотел сказать… Прости, в общем. Змейка демонстративно закатила глаза, сделала вдох-выдох, и уселась на землю, словно бы ничего не случилось. - Так уж и быть, предводительница Змеезвёздная прощает тебя, - ухмыльнулась кошечка, заставив брата тяжко вздохнуть. _ Папа совсем меня не любит. Соколёнок спрятался в тени детской, издали наблюдая за главной поляной лагеря. Вчерашний отцовский выговор пробудил в котенке какую-то неясную боль и чувство неполноценности. Что я делаю не так? Почему он всё свое свободное время проводит со Змейкой, а на меня даже не обращает внимания? Рыжий невольно всхлипнул и свернулся в тугой комочек шерсти. Внезапно, что-то тяжелое со всего размаху врезалось в него, заставив прокатиться по земле. Это нечто вдруг резко вскочило, визжа на всю поляну, сверкнуло зелеными глазами, и оказалось его сестрой. Змейка выдохнула, и довольно заурчала, прыгая с лапки на лапку. Брату захотелось спросить у нее «Ты придумала какую-то новую игру?», но он промолчал. Обида всё ещё была слишком сильна. Полосатая кошечка обернулась к Соколёнку и, заметив его состояние, недовольно нахмурилась. - Эй, ты чего грустишь, Сокол? Забыл — уже через поллуны мы станем учениками! - Змейка радостно взвизгнула и запрыгала по поляне. Рыжий котенок проводил ее долгим, грустным взглядом. - Или это всё из-за вчерашнего? - внезапно догадалась сестра, мгновенно присев. - Ты на папу сердишься, да? Или на меня… - малышка повесила нос. - В конце-концов, это я придумала нападение на Речное племя. Соколёнок с сомнением уставился на вечно храбрую и бессовестную сестрицу — сейчас она выглядела странно съёжившейся, а в ее глазах он прочитал неподдельную грусть. Злится на такую Змейку было невозможно. Рыжий котенок подошел к полосатой и лизнул ее в щеку. - Ничего страшного, Змей, я уже все забыл, - примирительно улыбнулся он. - Так что, друзья навсегда? - Конечно! Друзья навсегда! _ Птицелап хорошенько потянулся, прогнув спинку, и вприпрыжку сорвался в лес. Прошло несколько лун с тех пор, как они с сестрой стали оруженосцами. В наставники Змеелапке дали Полярную Сову, Птицелапу же — Ледокола. Белоснежный воитель был закадычным другом отца, и рыжий котенок нисколько не жалел о выборе предводителя, хоть сестра и вечно подначивала его на тему религиозных споров. Ну да, наша семья не такая фанатично верующая, как Ледокол, но это не значит, что мы лучше его, а он хуже нас! У Птицелапа совершенно не портилось настроение из-за подколок Змеелапки. У всех разный характер — а за луны совместного проживания, он узнал и принял характер своей сестры. Гораздо сильнее его задевало отношение Змеи к Цветочнолапке — ставшей ученицей всего луну назад. Рыже-белая кошечка была милой и доброй, и порой Птицелапу казалось, что только она могла полностью понять его. Но сестрица никак не хотела принимать то, что ее брат теперь во сне прижимается не к ней, а к дочери Жемчужной и Снега. Вынырнув из своих мыслей, рыжий ученик выпрыгнул на поляну для тренировок. Его наставник уже ждал его там. Кивнув Птицелапу, Ледокол изрек: - Подождем Цветочнолапку с наставником, - и сел на мокрую от росы, утреннюю траву. Ура, она сегодня будет заниматься с нами! Птицелап последовал примеру белоснежного, сев, и подвернув под себя лапки. Сердце пойманной птицей трепыхалось в груди. Хотелось прилизать свою шерсть волосок к волоску — чтобы красавица-ученица заметила и оценила. А вот и она! Огромным усилием воли заставив себя остаться на месте, Птицелап наблюдал за тем, как Цветочнолапка — вместе со своим наставником — подошла к котам, почтительно кивнула Ледоколу и по-доброму улыбнулась рыжему ученику. Оруженосец смущенно зарделся, пряча глуповатую улыбку. _ Вечерело. Птицелап сидел у палатки оруженосцев, вгрызаясь в сочную мышку, и наблюдая за жизнью лагеря. Старейшины как всегда собрали рядом с собой кучку любопытных котят, охочих до прослушивания древних былин. Глашатай о чем-то обеспокоенно перешептывался с предводителем. Пограничный патруль, войдя в лагерь, принес с собой противный запах Речных котов. А вот и Змеелапка, несет в зубах маленькую полевку… Стоп, Змеелапка? Позабыв о своей еде, рыжий ученик бросился наперерез сестре. Зеленоглазая кошка выглядела разбитой и странно подавленной. Птицелап удивленно повел усами. - Эй, Змейка, привет! Ты чего такая грустная? - осторожно спросил он, страшась нарваться на гнев сестры. - Ничего, - полосатая раздраженно взмахнула хвостом, бросая свою добычу в общую кучу. - Просто день такой выдался, - продолжила она, стараясь скрыть дрожь в голосе. Но Птицелап знал свою сестренку с самого детства и ему не составило труда понять, что она чувствует себя хуже некуда, и в любой момент готова заплакать. Внезапно зашуршали иголки под лапами входящих в лагерь котов, и рыжий краем глаза заметил свою мать с отцом. Змеелапка тоже их заметила. Она скрипнула зубами и бросилась к палатке оруженосцев, исчезая внутри. Ученик недоумевающе переступил с лапы на лапу, внимательно всматриваясь в лица родителей. Это из-за них она такая? Что вообще произошло? _ - Поохотимся? Змееловка удивленно подняла глаза на своего брата и ехидно спросила: - А что, Цветочная отшила? Сокол рассмеялся. Эх, его сестра, пожалуй, никогда не привыкнет к рыже-белой воительнице. Что же, пускай будет так. Кот как-то сможет находиться по обе стороны баррикад, разделяющих двух самых дорогих кошек в его жизни. - Нет, просто мы с тобой давненько не охотились вдвоем… Как брат с сестрой. Полосатая повела усами, настороженно кивнув. Сокол тут же сорвался с места к выходу из лагеря, на бегу крикнув: - Догоняй! Сестра возмущенно завопила вслед, но вскоре воитель услышал дробный перестук лап за своей спиной и понял, что она почти нагнала его. Улыбнувшись, кот вложил все свои силы в скорость, петляя между деревьями. Еще чуть-чуть — и вот он уже стоит на высоком холме, победно оглядывая простирающиеся под ним земли. А вот и Змееловка. Сестра подскочила к брату и села, пытаясь восстановить дыхание. Несмотря на крепкие, длинные лапы, зеленоглазая воительница никогда не могла обогнать Сокола. Тот считался самым быстрым котом племени Теней. - Устала, Змейка? - подколол сестру рыжий, насмешливо улыбаясь. - Ничуть, - фыркнула полосатая. Сокол усмехнулся, возводя очи к небу. Да уж, порой его сестричка была просто невыносима! _ - Эй, о чем задумался? Сокол поспешно отвел глаза от входящего в лагерь отца, сосредоточившись на сидящей рядом Цветочной, и нежно улыбаясь ей. К несчастью, ему не удалось обмануть внимательную воительницу. - Снова думаешь об Остроглазе? - рыже-белая кошка нахмурилась и ласково лизнула своего друга в плечо. - Ты же знаешь, не стоить так убиваться из-за него. Твой отец преданный и храбрый воитель — и Звёзды с ним. Рыжий кот вздохнул и зарылся носом в пушистую грудку любимой. - Я знаю. Прости, Цветик… Просто мне иногда вновь становиться так больно от осознания того, что мы с ним разговаривали всего три раза за всю мою жизнь… - Даже если так, ты в этом нисколько не виноват, - твердо ответила Цветочная, поглаживая воителя хвостом по спине. - Он сам не захотел знать своего сына. Ты не должен навязывать ему свое общение, Сокол. Я понимаю, это очень непросто — когда родители не уделяют тебе внимания… Хотя нет, не понимаю. Сама-то я родилась в полноценной семье, - горько улыбнулась воительница. - И я бы очень хотела, чтобы такая семья была и у тебя… По крайней мере, у тебя есть сестра. - Да, у меня есть сестра… И ты. _ Мама, мама, мамочка… Сокол стоит у трупа Рыжегривки, склонив голову и в последний раз вдыхая ее теплый и до боли знакомый запах. Даже смерть не смогла его заглушить. Его тогда не было рядом — осознание этого кровавой раной кровоточит в сердце. Он остался защищать лагерь, когда остальные его соплеменники бросились на битву с Грозовыми котами. Его не было рядом… а Змееловка была. Вот она — разбитая и измученная, перепачканная кровью. Смотрит на труп матери, не в силах выжать из себя ни слова. Ее сердце бьется, словно пойманная в когти мышка. Нет, она не виновата — твердит себе Сокол. Абсолютно не виновата. _ - Мама, смотри, что я поймал! - Это… мышка, мой дорогой? Неужто и правда мышь? Ты сам ее словил? - Да! Я стану лучшим воителем племени, правда, правда, правда, мам? - Ну конечно, мой маленький птенчик. Конечно станешь… Ты уже решил, кому отнесешь свою добычу? - Ну… Я бы очень хотел подарить ее папе… Чтобы он понял, что из меня выйдет способный ученик… - Ох, мой малыш… Но твой папа сейчас на охоте. Не хочешь подарить ее мне, а? - Ой, я и не подумал об этом! Извини, мамочка… Конечно же это тебе! Я тебя очень-очень люблю! - И я тебя, дорогой… Очень и очень люблю. _ - Сокол… - Цветочная осторожно подошла к другу. - Ты как? Рыжий кот сидел у края поляны, бездумно глядя вдаль. О Звёзды, зачем вы послали ему такие страдания? - Я… Всё в порядке, Цветик. Ты что-то хотела? - Вообще то… - рыже-белая замялась, переступив с лапы на лапу. - Вообще-то да. Я хотела с тобой поохотиться. Сокол уставился на воительницу, словно пытаясь осмыслить, что она только что сказала, но после некоторого времени согласно кивнул. Цветочная сразу приободрилась и радостно заурчала. - Тогда пойдем скорее! Вот уже кот и кошка лапа в лапу мчались по темному сосновому бору. Теневой вновь почувствовал погребенное горем наслаждение бега. О, это прекрасное чувство — мышцы упруго сокращаются под кожей, дыхание чутко регулируется, а ветер треплет уши. Только бег, пожалуй, мог помочь Соколу ненадолго забыть ласковые материнские глаза, которые он никогда больше не увидит. Как хорошо, что Цветочная вытащила меня из лагеря! Наконец, Теневые воители остановились прямо в сердце родного леса. Рыжий принюхался, выискивая запахи дичи. Кажется, пахнет птицей. А вот и она — сидит на земле, беспечно клюя шишки. Сокол опрометью вскочил на поваленное дерево и неслышно покрался к предполагаемой добыче. Пора прыгать. Напрягшись, Теневой уже хотел оттолкнуться от шершавой коры, как вдруг послышался оглушительный треск сучьев, и напуганная птица взмыла в воздух. Выругавшись, воитель обернулся к Цветочной. - Цветик, ты чего? Добычу сегодня пугать решила? - недоуменно спросил кот. Рыже-белая кошка смущенно взмахнула хвостом, впрочем Сокол успел заметить, что ей не слишком то и стыдно. Спрыгнув с дерева, он подошел к ней. - Что-то случилось? Ты сегодня сама не своя… Обычно во время охоты ты тиха, как мышка. Цветочная потупилась. В ее глазах промелькнул непонятный Соколу страх. - Послушай, я хотела тебе кое-что сказать… - Что же? - вопросительно вильнул хвостом рыжий воитель. Набрав в грудь побольше воздуха, рыже-белая кошка резко выдохнула: - Я беременна, Сокол. У нас будут котята. Тишина, прерываемая криками птиц в вышине. - П-правда? Ты правда беременна? Нашими котятами? То есть… я стану отцом? Сокол взволнованно забегал по лесу, а потом вдруг кинулся прямо на Цветочную, сбив ее с лап. Влюбленные с визгом и хохотом покатились по земле. - Да, будешь отцом, - воительница с беспокойством заглянула любимому в глаза. - Только я всё равно волнуюсь… Это же наши первые котята… - Ничего не бойся, Цветик, - рыжий кот нежно лизнул возлюбленную в ухо. - Я всегда буду с тобой, а ты со мной. Наше счастье будет длится вечность! _ Наше счастье будет длится вечность! А сейчас она мертва. Растерзанной грудой меха лежит у его лап. В ее прекрасных глазах навеки застыл бесконечный ужас. Всё не должно было произойти так… Сокол склонился над возлюбленной, как когда-то склонился над матерью. Их обоих постигла та же участь — бездыханно лежать у его лап. Их мех насквозь пропитался кровью и слезами. Она была беременна. Могла родить ему прекрасных котят. Они ведь еще даже не успели придумать им имена. Не успели вообразить себе цвет их шёрстки и глазок. Они были бы самыми прекрасными созданиями в мире — твердил себе Сокол. Были бы… Мать и любимая — обе погибли на глазах у сестры. Он простил ей Рыжегривку. Но Цветочную не простит… _ Охота в лесу не задалась с самого начала. Сокол битый час бегал по устланной иголками земле, но не мог найти даже жалкой полевки, которая бы скрасила ужин какому-нибудь старику. В бешенстве рванув когтями траву, кот остановился на небольшой полянке, вдыхая прохладный воздух, и стараясь успокоиться. Внезапно, из зарослей напротив показалась чья-то широкая, коричневая спина. Рыжий кот напрягся, но, завидев знакомого, тут же опустил вставшую дыбом шерсть. Дубравник приветственно кивнул соплеменнику. Сокол кивнул в ответ, и хотел было уже отправиться восвояси, как коричневый опередил его, преградив путь. Кинув хмурый и вопросительный взгляд на Дубравника, Теневой заметил в его глазах странный лихорадочный блеск. - Погоди… Выслушай меня, Сокол. Это очень важно. Да неужто?.. - Хорошо, говори, - пожал плечами рыжий кот. Блеск в очах Дубравника превратился в настоящий безумный пожар, и Сокол невольно попятился назад, но тут же одернул себя. Коричневый бы не причинил ему вреда. Несмотря на то, что являлся отцом мертвых котят его сестры. - Это насчет Змееловки… - рыжий резко зашипел и отвернулся. - Если ты хочешь, чтобы я… - Нет-нет, ты не так меня понял, - замотал головой Дубравник. - Я не об этом. Это насчет предательства Змееловки. Ч-что? Предательства?! Сокол опешил, но нашел в себе силы развернуться и встретиться взглядом с широкоплечим воителем. - Я тебя слушаю… - Однажды я вызвался патрулировать границу с Речным племенем. Это было как раз после смерти котят твоей сестры. Так как все были заняты, мне пришлось делать это самому. Когда я уже подошел было к самой границе, услышал странные голоса. Один явно принадлежал Змееловке — я узнал бы ее голос среди тысячи других, - Дубравник запнулся, но быстро продолжил: - Мне стало любопытно, и я осторожно выглянул из-за куста ежевики. Тогда я заметил как она обжимается с каким-то Речным котишкой… Насколько я понял, ее котята были от него… - То есть, от него? - воскликнул Сокол. - Это же твои котята! - Нет, они никогда не были моими, - покачал головой коричневый. - Когда Змееловка была беременна, она попросила меня сказать всем, что это я отец ее детей… Я слишком увлекся ей, чтобы отказать. В голове рыжего кота творился абсолютный хаос. Но единственная разумная мысль светила среди этого сумасшествия, так же ясно, как день. Его сестра — предательница. _ Наверняка это она убила Цветочную! Вы знаете, что такое безумие? Знаете, каково каждую ночь просыпаться с диким криком, во снах видя умирающую в муках возлюбленную, убитую жестоким зверем? Знаете, каково откусывать когти, не обращая внимания не ужасную боль? Знаете, каково чувствовать на языке соленый привкус крови? Знаете, каково это — знать, что во всем мире не осталось ни одного существа, готового тебя поддержать. Вы — нет. А Сокол знал. Сокол знал, потому что это самое безумие медленно отравляло его разум черным ядом. Она завела роман с Речным котом. Она поплатилась за это. Она убила Цветочную. Она поплатится за это… И так — раз за разом, прокручивая в голове воспоминания о былых временах, когда не было тревог и обид. Когда они — Соколёнок и Змейка — весело гоняли по поляне, играя в кошки-мышки. Когда они были невинны и чисты, и не было на их совести ничего страшнее безобидных подколок друг-друга. Но то время давно ушло. А Сокол не чувствовал к сестре ничего, кроме ненависти. _ Бег. Он уже не приносит былой радости, как и ветер, вольно свистевший в ушах. По бокам от Сокола неслись двое воителей — те, кто сегодня принесет погибель его сестре. Это было официальным приказом предводителя. Пощадить сестру он не мог. Вот и она — вышла к границе так полюбившегося ей племени. С радостью в глазах. Впервые вижу ее счастливой, после смерти котят. Сокол почти не слышал собственных слов. Вроде бы он говорил что-то о предательстве, о Реке, и еще… О Цветочной. Тихий голос сестры грустно разрезал звенящую тишину в ушах. Ты не отпустишь меня, ведь так? Конечно же нет — ответил ей Сокол. Готовый разорвать себе глотку за эти слова. Делай свое дело, глупый комок шерсти. Прости меня, сестричка. Но ты не оставила мне выбора… _ Моя сестра мертва. Нет… Я убил свою сестру. За спиной шелестят иголки. Пришедший кот не скрывается. От него волнами исходит боль и ненависть. Сокол улыбается, по запаху поняв, кто его посетитель. В памяти племени он останется героем, избавившим лес от нарушительницы Закона. Остроглаз набрасывается на сына, повалив рыжего и прижав острые когти к его горлу. Холодно и бесстрастно смотрит в глаза. Он тогда впервые видел слезы отца, оплакивающего свою дочь. - Ты никогда не смог бы занять её места. А потом — темнота, и ослепляющий белый свет вдалеке.