Наши личные демоны

«Говорят, что даже такая мелочь, как взмах крыла бабочки, может, в конце концов, стать причиной тайфуна на другом конце света» Теория Хаоса.

POV Макс. Аркадия Бэй… Почему тебя так изменила смерть одного человека? Когда я спасла Уильяма, буквально заставив его не садиться в машину, я не думала, что из этого выйдет. Но что же я натворила?! «Каждое твое решение несет за собой непоправимые последствия, Макс» — однажды, как бы невзначай, сказал мне отец. Я отмахнулась, но он оказался прав. Солнце скрывалось за горизонтом, я весь день просидела на лавочке у маяка. В полном одиночестве. Выключив телефон, позабыв про всё. Я думала о том, что происходило в моей жизни за последнее время. И что происходит здесь, в этой альтернативной реальности. Я не смогла помочь Хлое, у меня не получилось перемотать время и вернуться в прошлое, мои способности исчезли вместе с прошлой жизнью. Остались лишь отголоски, воспоминания. Я застряла здесь, в этой реальности. Кто я здесь? Член клуба «Циклон», непутевая дочь. Когда кажется, что хуже быть не может — становится ещё хуже. Сначала одно, потом другое. Как там говориться? Неприятности, как салфетки: тянешь одну, а получается десять. Вроде бы такая непринужденная фраза, а сколько в ней правды. Смеркалось. Идя по привычной для меня дороге до академии, по пути я не заметила ничего нового, но казалось, что я вижу всё по-другому. Словно мои эмоции и ощущения притупляются чувствами Макс из этой вселенной. В чём различия? Я видела красоту осени, чувствовала потребность в том, чтобы фотографировать даже в расстроенных чувствах, будто это может меня успокоить, привести в норму и вывести из затяжной депрессии, в которой я погрязла. Чистое небо надо мной, на котором появляются звёзды, месяц, стремящийся осветить мне дорогу, первые заморозки, иней на траве. Весь воздух был пропитан этим очарованием. Но Макс Колфилд из этой вселенной это было не нужно. Ей хотелось, чтобы ощущаемый ей холод исчез, и не только физический, но и душевный, чтобы алкоголь или наркотики унесли его вместе со всеми проблемами. Просто забыться. «Но что же ты получишь, Макс? Сначала ты получишь облегчение, но как только пелена с глаз исчезнет, ты будешь испытывать вину перед самой собой, тебе будет стыдно!» — говорила я самой себе, а может и той Макс, которая пока притихла и спряталась. Вдалеке я заметила окна общежития, в которых горел свет. Уже довольно поздно, но кто будет обо мне беспокоиться? Кому я теперь нужна? Но больше мне некуда идти. Я захожу в свою комнату. Нервный смешок, включаю свет. Что же со мной стало? Та же комната, только нет тех вещей, которые я люблю. Нет стены с фотографиями. Нет ничего, гардероб совсем другой, другие книги, журналы, даже страницы в социальных сетях. Вспоминаю про телефон, включаю его, не смотрю на пропущенные звонки и смс, она не для меня, просто кладу на прикроватный столик. Смотрю в зеркало. — Кто же ты на самом деле, Макс Колфилд? — вопрос, заданных самой себе. Прозвучало даже безумно. В отражение замечаю дневник, лежавший на столе под журналами. Открываю последнюю страницу, слова, написанные моим почерком: «Звонила мама, сказала, чтобы я зашла пообщаться с Хлоей. Если быть честной, то мне не хочется, я даже не знаю, о чём говорить с ней и как поддержать. Той Хлои и той Макс, которые были раньше, больше нет. О насущном, «Циклон» оказались не такими придурками, которыми казались. Понятия не имею почему, но Виктории я понравилась. Хотя поначалу она показалась мне стервой, которой все должны потакать. Нейтан не соответствует своему образу «плохого мальчика из богатой семьи …» Я захлопнула дневник, так и не дочитав. Открыла верхний ящик, на глаза сразу попался пакетик с какими-то таблетками. Кинула дневник в шкаф, захлопнула со всей силы. Вспомнила Хлою, ее улыбку, когда она меня увидела, её слова. Я легла на кровать, уткнувшись лицом в подушку и горько заплакала. Так, чтобы никто меня не слышал. Так и уснула, понимая, какую ошибку совершила. Проснулась от звука будильника. С трудом открыла глаза. В такие моменты начинаешь жалеть о том, что у тебя нет способностей к перемотке времени. Смотрю на дисплей. Шесть утра?! Какое, к черту, уведомление о подготовке к вечеринке? Боже мой! Стук в дверь. — Максин, ты в комнате? — какой-то приторный голос Виктории из-за двери. — Нет, — как бы нелепо это не звучало, нет тут её. — Ах, ну да, извини, Макс. — Заходи, — сдаюсь я. В комнату входит Виктория в своей пижаме. Черные короткие шорты и белая футболка, ничего необычного, в ее стиле. Только вот как ей удалось встать сразу с макияжем и уложенными волосами? Скорей всего она еще раньше встала, уложила волосы, накрасилась и пошла ко мне. Это же Виктория! Некоторые не меняются. — Позволь спросить, где ты пропадала два дня, Макс? — спросила она. — Нет, ладно, но ты хотя бы позвонила и предупредила. После случая с Рэйчел, я уже всякого ожидала. — А что с Рэйчел? — спросила я, прослушав нотации встревоженной «подруги». — Пропала, так и не нашли. Но я думаю, что она просто сбежала куда-то, бросив всё. Хотя я даже рада, больно уж важной персоной она себя считала, — почти что физически почувствовала презрение в голосе Виктории. Сразу вспомнилась статья в газете. Она и тут пропала, какая ирония! А ведь они с Хлоей здесь даже не знакомы, получается, что никто её не ищет. Если она сбежала, это и к лучшему. — Макс, ты долго ещё будешь лежать в кровати. У нас с тобой ещё поход по магазинам, ты не забыла? Наряды для вечеринки! — Виктория начала стаскивать с меня одеяло. — Забыла, — обиженно пробубнила я, не желая вставать с кровати. — Хватит, вот уж не знала, что ты такая соня! Да ещё и уснула прямо в одежде, не соизволила даже переодеться. В итоге меня заставили вылезти из теплой кровати в холодное осеннее утро. Кое-как добравшись до душевой, я в полном одиночестве приняла горячий душ. Вода смыла с меня всю усталость и привела в более-менее нормальное состояние. Выйдя из душа, уже в пижаме, которую мне сунула Виктория, когда я выходила из комнаты, я увидела, что я не одна такой «жаворонок». Какая-то девушка стояла ко мне спиной, напротив зеркала расчесывая волосы. — Доброе утро! — поздоровалась я, не задумавшись о том, что возможно нынешняя Макс так не делает. Когда девушка обернулась, мне захотелось ущипнуть себя, проверить, не сон ли это. Это была Кейт. Добрая и милая Кейт Марш, которая страдала из-за видео, попавшего в сеть. Кейт Марш, которая хотела спрыгнуть с крыши. Которую я смогла уговорить спуститься ко мне, протянув руку, которая плакала и просила у кого-то прощения, чьи слёзы смывал дождь. Лежавшая в больнице, вновь поверившая в людей, пишущих ей добрые слова в открытках. Мечтавшая написать книгу с рисунками для детей. Нет, это не та Кейт. Это кто-то другой. Некая незнакомка с темными каштановыми волосами, распущенными, длинными, крестик исчез, вместо её обычной пижамы была футболка с какой-то неразборчивой надписью и белые штаны. Лишь на мгновенье она обернулась посмотреть на того, кто её приветствует. Я сперва заметила замешательство на её лице, но потом она кивнула мне и вернулась к расчесыванию волос. А я, стараясь скрыть свое удивление, быстро вышла из душевой и вернулась к себе в комнату. — Ну, наконец-то! — вздохнула Виктория. — Ты выглядишь растерянной, что случилось? — Кейт Марш случилась! — снова не подумав о своих словах, ответила я. На лице Виктории отразилось раздражение. Что ж, видимо и здесь они не ладят.