Есть кто дома?

— Помоги перетащить.  Гермиона с сомнением осматривает растрепанную, взмыленную Джинни, привалившуюся к… — Зачем нам софа? Младшая Уизли презрительно фыркает. Младшая Уизли, кажется, знает о мебели что-то такое, чего Грейнджер так и не смогла постичь за прилежной учебой. Младшая Уизли приподнимает софу, ухватившись за высокую спинку, и выжидательно смотрит на Грейнджер. Гермиона покорно подхватывает софу за другой край и начинает двигаться к лестнице. — Ты перетащила к нам в комнату всю мебель в доме. Тебе не кажется, что остальным она тоже может понадобиться? — Кому из этих чурбанов нужна софа? Первый пролет они преодолевают шутя, слегка не вписываются в поворот и чертят железной ножкой по выцветшим обоям. Второй пролет дается труднее, но, наконец, они втаскивают громоздкую конструкцию в спальню. — А это что? — Гермиона с ужасом рассматривает трехстворчатое зеркало, установленное в углу. — Это трельяж. — Тре… Джинни! — Что? — возмущается младшая Уизли. — Никому из этих… Ладно, зеркало им, может быть, и пригодилось бы. — Джинни оглядывает спальню. Бросает гордый взгляд на софу и журнальный столик. Улыбается при виде огромного платяного шкафа, в котором поместилась бы вся Выручай-комната. С интересом оглядывает пока еще незанятое пространство. — Но нам это зеркало нужнее. *** — Что вы здесь делаете? Гермиона задает вопрос прежде, чем соображает, как хамски он звучит. Профессор Снейп, впрочем, не обращает на ее тон никакого внимания. — Это вопрос с подвохом? Вы ведь не можете действительно не понимать, почему я сижу в библиотеке с книгой в руках? — Я имела в виду… не знала, что кто-то сюда приходит. Северус кладет книгу на журнальный столик обложкой вниз так, что Гермиона не успевает прочесть название. — Мисс Грейнджер, нам всем следует выбрать какой-то вид деятельности, который позволит продержаться в здравом уме как можно дольше. И я бы очень советовал вам обсудить этот вопрос с вашими друзьями. Лично мне безумств Поттера хватило на всю оставшуюся жизнь. — Я думала, вы заперлись в лаборатории, — объясняет Грейнджер. Она хочет добавить что-то еще, но ловит недоверчивый взгляд Снейпа. — Здесь есть лаборатория? *** — Я вчера съел все шоколадное печенье, — в голосе Драко звучит неподдельный ужас. Гермиона смеряет его насмешливым взглядом. — Боишься фигуру испортить?  Малфой качает головой, все ещё уставившись на полки с провиантом. Джинни и Гермиона наблюдают за ним краем глаза, продолжая нарезать овощи в салат. Малфой протягивает руку к жестяной коробке, открывает крышку и демонстрирует присутствующим полную упаковку обычного магловского печенья. С шоколадом и орехами. — Здесь было пусто. Вчера. Я выкинул банку в ведро. Гермиона берет печеньку, задумчиво рассматривает на свет, откусывает кусочек, о чем-то размышляя. — Угощайся, — она протягивает банку Джинни, та послушно выуживает два печеньица разом, макает их в стоящую рядом чашку с чаем и отправляет в рот. — И ты тоже поучаствуй, — предлагает Гермиона, внимательно следя, как Малфой жует угощение. — Всего в упаковке восемь, — сообщает она будничным тоном и закрывает банку. — Мы взяли четыре. Сколько осталось? — она открывает банку снова. Завернутые в белую салфетку, там лежат все положенные восемь печений. Малфой с шумом втягивает воздух, Джинни озадаченно хихикает. Гермиона качает головой. — Вот такая математика. *** — Как мы выжили? Северус таращится в пространство невидящим взглядом, делая вид, что не слышит. Гермиона, закаленная на уроках Зельеварения, не сдается и повторяет вопрос снова. Бывший профессор бросает на нее усталый взгляд. — Почему вы думаете, что мы выжили? Грейнджер, очевидно, пугается. Подтягивает ноги в кресле, переводит встревоженный взгляд со Снейпа на притихшего в углу Драко и обратно. Профессор вздыхает обреченно, видимо, готовясь объяснить очевидное. — Как вы оценивали свои шансы в битве? Она усмехается. — Шансы в битве у всех были приблизительно равны. Северус качает головой. — У некоторых они были равны нулю. — Но кто же убил Лорда, если Поттер здесь? — удивляется Драко. На пороге гостиной появляется старший Малфой. В руках у него чайный поднос, при виде которого Грейнджер бледнеет еще сильнее. Видимо, мысль о том, что они умерли, пугает меньше, чем Малфой, угощающий присутствующих чаем. Предположительно мертвый лорд едва заметно морщится при взгляде на нее и поворачивается к сыну. — Может быть, они, наконец, взаимно аннигилировали?  *** — Это… — Палочка ублюдка, — Поттер сияет, размахивая бесполезной деревяшкой. Окружающие косятся на палочку Лорда с нескрываемым ужасом. — Как ты ее достал? — Гермиона перехватывает руку Гарри и тянет за рукав, заставляя положить трофей на стол. — Зашел в комнату, пока он спал. Еле удержался, чтобы не треснуть по башке чем-нибудь тяжелым. — Почему удержался? — интересуется Люпин. Поттер мнется и явно не хочет говорить. — Я… только не смейтесь. Люпин ободряюще улыбается.  — Я подумал, что есть какая-то причина, почему мы все здесь. И что, не разобравшись в ней, действовать резко — глупо. Что, если мы убьём Лорда, а потом вдруг окажется, что он нужен? Страшно совершать необратимые поступки. — Ну что ж, магия в этом месте, очевидно, работает, — цедит Снейп. — Как иначе объяснить резко возросший интеллект Поттера? *** — Почему здесь нет Фреда? Я видела, как он погиб. Джинни раздобыла какао. На верхней полке, под самым потолком, в нелепейшей банке с оранжевыми петухами. Бесконечная банка какао — чем не повод для праздника? Так они с Гермионой решили, устроив ночные посиделки на кухне. Гермиона сидит на высоком стуле, подложив одну ногу под себя, и пытается восстановить рецепт маминого малинового маршмеллоу. На лежащем перед ней листочке уже записаны малина и сахар. Джинни забралась на столешницу и гуляет по ней, инспектируя труднодоступные места. — Я не знаю, — Гермиона как заведенный болванчик качает головой, видимо, не собираясь останавливаться. — Сутки напролёт думаю об этом: что у нас общего, почему именно мы? Почему здесь нет Сириуса, но есть погибший не в битве Хвост? Почему мы хотим есть и спать, почему растут ногти? Почему не снятся сны? Не могу больше об этом думать. Не могу с умным видом предполагать «а может это и вовсе галлюцинация», «может быть даже не моя галлюцинация, а Хвоста». Сил нет. — Представляешь, — Джинни принюхивается к очередной безымянной коробочке специй, — он умер в Малфой-Мэноре, и теперь ему чудится твой полет на драконе, битва за Хогвартс и вот это… существование. И мы думаем, страдаем, боимся сейчас просто потому, что так устроена его галлюцинация. — Если его убить, то эта версия отпадет. Джинни поспешно спускается на пол, хватает тряпку и демонстративно протирает столешницу там, где только что ходила. Гермиона, справившись с испугом, поворачивается к так внезапно возникшему на пороге упивающемуся. Упивающийся, завернутый в халат, с нескрываемым интересом разглядывает какао. — Вам обязательно нужно кого-нибудь убивать, мистер Малфой?