Выходи за меня, бля

Viever discretion и кароч: Вот это творение, что перед вами — это говно. И да, я знаю, что нихера эти гомики-комики не поженятся.

***

Весь интернет обсуждал одну горячую новость — каминг-аут. Что это за херня? Сейчас поясню. На канале Ларина появилось новое видео. Он сам тупо сидел на диване, а голова лежала на чьем-то плече. Не успел критик сказать «Привет YouTube, с вами Ларин», как камера резко дернулась и Хованский провизжал в объектив: — Не ожидали, бля? Видео оборвалось смехом. А через несколько часов на канале Хованского появилось видео, где на его плече лежала чья-то голова. Это, конечно же, была голова Ларина. И только Хованский хотел сказать свою приветственную речь, как камера вновь дернулась, и уже Ларин сказал в объектив: — Не ожидали, мрази? Такие своеобразные признания за день набрали уйму просмотров. Кто-то думал, что комики просто пошутили, кто-то пришел в ярость. Ну, а ряды шипперов пополнились новыми бойцами.

***

— Слушай, ну хочешь, я тебе цветов куплю, что-ли? — Хованский смущенно посмотрел на возлюбленного. Ларин, обиженно поджимавший губы, метнул на него злой взгляд. — Вечно ты все забываешь! — почти как ребенок заныл Ларин. — У нас три месяца вместе. Какого хуя ты об этом забыл! Если бы Ларин был женщиной, Хованский уже б давно послал ее нахуй. Ведь, он любит своего критика. Но с тем же, сука, ненавидит за такие моменты. — Да ладно тебе! Подумаешь, забыл! Зато я тебе такую еблю устрою, похлеще меня завизжишь! — Он развел руками. Ларин отвернулся. — Хер тебе в рот, сука! — Хованский, чувствуя опасность для себя, скрылся за дверью. «Ну не виноват я, сука, что эта мразь такая щепетильная!» Он вылетел на улицу и — что удивительно — пешком помчался к Кузьме. Его обиталище было недалеко. — Никита, сука, открой! — Хованский забарабанил в дверь Гридина. Он открыл дверь через некоторое время. Высунулся из квартиры растрепанный и одетый на скорую руку. — Чего тебе в жопу надо? Я занят — у меня женщина, — злобно прошипел Кузьма и руками показал женские формы. — Пиздишь ты все. Юлик не женщина. Впусти меня, бля. Проблема «КСС» Проблемой «КСС», Хованский называл все проблемы с Лариным. Ведь, эта аббревиатура расшифровывалась, как «Картавый Сукин Сын» Кузьма недовольно сомкнул губы, но все же пустил друга. Тот, не мешкая, открыл чужой холодильник и достал оттуда бутылку холодного пиваса. И тут же вздохнув, поставил бутылку обратно. Ларин не любит, когда он пьет. Вот пизда-то, а! Не обращая внимания, на наглость гостя, Никита сам открыл себе пиво, принимаясь слушать Хованского. — И вот я тут! — закричал он под конец своей душещипательной истории. — И че мне теперь, бля, делать? Кузьма подумал чуток. — Может тебе его как в старые-добрые? Прижать к стене в туалете и отодрать? — Да не вариант, сука! Я ж не против, но этому пидарасу нежность подавай! — Хованский прищурился, вспоминая, как Ларин недавно просил помягче. — Я тогда хз… Комната погрузилась в тишину. Лишь Юлик копошился где-то в спальне, одеваясь и убирая все следы своего присутствия. Хованский почесал подбородок и задумчиво протянул: — Кузьма, как мне эту картавую мразь замуж позвать? — Зачем? — Люблю, бля. Гридин уставился на него, как на умалишенного. — Купи ему цветов, кольцо и торт. Я думаю, прокатит.

***

«И, все-таки, он сволота этот Уткин,» — думал Хованский, блуждая по Питеру в поиске дешевого ювелирного магазина. Денег у него не хватило бы даже на самое дерьмовое кольцо, но Кузьма накинул ему пару тысяч до выплат с YouTube, поэтому может и хватить. — Нахуй, короче. Заебало. Он зашел в первую попавшуюся лавку. Он ткнул пальцем в самое простое и дрыщевое на вид кольцо и положил на витрину тысячу с половиной рублей. Продавщица, лет девятнадцати на вид, просияла. — Для девушки берете? — Бодро поинтересовалась она, сгребая деньги в кассу. — Нет, блять, для парня! — Рявкнул Хованский, понимая, что реально берет кольцо для своего парня. Продавщица сверкнула глазами. На ее лице застыла ухмылка. — Я знаю, кто вы. Вы — Юрий Хованский! — Он подробно послал девку нахуй про себя. Еще со злоебучими шипперами он не общался. Девушка больше не сказала, но было видно, что ее подмывало что-то ляпнуть. Когда все было готово, Хованский буквально вылетел из лавки. Он всунул коробочку с кольцом в карман и помчался в цветочный. Все таки, ухаживать за этим, сука, критиком было выше его сил. Из цветочного он вылетел уже с букетом и пошел в винный. Он взял бутылку сухого, которую выпьет один, а Ларин скривит одну из своих мерзких саркастических ухмылок. «И че теперь? — лихорадочно думал Хованский, глядя в полупустой кошелек. — Ни на какой нахуй торт не хватит. Разве что, на ебаную шавуху.» И тут его осенило. Ларин шавуху не ест, веган, злоебучий. Но, значит, фалафель то, что надо.

***

И вот с покупками для любимой мрази было покончено, и Хованский твердым (а главное, трезвым) шагом шел домой. Даже то, что он выглядел пиздец-смешно с этими женскими подарками, не сбивало его спеси. Все должно пройти идеально. — Да открой ты мне, сука! — застонал Юра, барабаня в дверь своей же квартиры, куда Ларин «временно» переехал, ногой. Ларин выглядел уставшим. Его глаза были красными, словно он опять долбил свой ККН. Но Юра-то знал, что они красные от слез. Сопля, нахуй. — Что такое? — Ларин растерялся, увидев в руках Хованского цветы. — С тобой, сука, пришел мириться! — буркнул он, запихивая Ларину в руки цветы, вино и фалафель. Его лицо просияло, а Хованский наконец зашел домой. Раздеваясь, он смотрел на Ларина, который порхал на кухне, набирая воду в вазу. Юра ухмыльнулся и незаметно (как ему показалось) проскользнул в кухню. Он обхватил Ларина за талию, и тот начал вырываться. — Отпусти меня, мразь! Отпусти! — Хованский ущипнул его за задницу, отчего Ларин разорался еще сильнее. Он достал коробочку с кольцом из кармана и впихнул Ларину в руки, а сам пробормотал: — Выходи за меня, бля. В тот вечер вино и фалафель остались нетронутыми, а Хованский и Ларин стали самыми счастливыми на свете пидорами супругами!