Вот это я попала?! История одного пирата

Слова девочки шокировали меня, я отшатнулась от нее в полном шоке. Она подняла глаза, посмотрев на меня умоляющим взглядом, и развернулась пошла в сторону мальчика. Я развернулась и на ватных ногах медленно пошла в сторону гостиницы, где мирно спали Эйс и Бонни. Мысли в голове перемешались в один огромный поток, заставляя размышлять и думать о произошедшем. После ее слов, я словно прозрела и скинула с себя пелену гипноза. Еще вчера это смотрелось нормально, но сейчас довольно странно. Действия и движения жителей, словно у роботов, они двигались, ходили и разговаривали, смеялись, жестикулировали по написанному сценарию некого кукловода. При этом делая одно и то же. Именно вчера я заметила, что торговец цветами говорит одну и ту же фразу. — Самые свежие цветы! Покупайте! Недорого! — кричал он, размахивая руками и с глупой улыбкой на лице. Странной и жуткой, от нее у меня мурашки забегали по коже. Почему странно, ведь он придумал зазывающую фразу и активно ее использует. Если не выглядело так, будто видео запись показывали и каждый раз проматывали назад. По типу психоделики, танцующего странными движениями клоуна или двигающейся куклы.       Мальчик и девочки играли в скакалку, кто кого перепрыгнет. Их движения довольно сковывающие, а руки казались несгибаемыми также как и ноги. Девушка сидит и хмуро смотрит на часы, ждет кого-то. Бабка стоит и на всех ругается нецензурной речью. Мужчина из книжного разговаривает с почтальоном. Дед ругает бабку размахивая эмоционально руками. Это бы все не смотрелось странно, скорее даже обычный день на оживленной улице, но время… Я посмотрела на часы время пять утра и пять минут. Летний рассвет начинается около четырех утра и пятьдесят восемь минут.       Размышления об этом и сделанные мною страшные выводы добавили мне скорости от страха. Теперь сковывания не было, мое тело налилось адреналином и дали возможность сбежать от этого ужаса. Животного страха, который холодил кровь в венах. Я забежала в номер, распахнув с ноги дверь, и влетела туда словно ураган. — Ребята, здесь творится черте что! — крикнула я на всю комнату, попутно собирая вещи, к черту все. Я слишком труслива, и как бы та девочка на меня не смотрела спасать я никого не собиралась. Я не занимаюсь благотворительностью и у меня не было причин спасать этих… призраков? Духов? Кто они? — Поднимите вы свои задницы и просыпайтесь! — зашипела я, уже пиная обоих. Но они не слышали меня, а спокойно спали. Скажу больше, никто из них даже не реагировал на мои крики. Будто их мать вашу заколдовали. Я замахнулась и со всей силы стукнула Эйса по щеке. Он только отмахнулся рукой, повернулся на другой бок. — Эйсу… Эйсу, Эйсу, Эйсу, — шептала я, склонившись над ним. — Проснись! Блин! Бип-бип, Эйс! — Еще раз назовешь меня так, я тебе язык оторву! — процедил сквозь зубы Эйс, открывая один глаз. — И не делай так, ты меня заставляешь смеяться до остановки сердца! — Если других способов нет разбудить тебя, я тебя хоть по всему городу за волосы протащу, — буркнула я, продолжая собирать вещи. — Что за паника? — спросил Эйс, но тут же взялся за голову поморщившись от боли. — Как же башка болит! — Что произошло? — спросила я у него, коротко глянув. — Вчера, Бонни и я пошли прогуляться в лес, — сказал Эйс, — увидели в глубине какой-то дом, весь потрепанный, и нас вдруг что-то заманило туда. А потом тишина. — Я, конечно, очень озадачена по поводу странного и жилого дома посреди леса, но меня больше заботит какого сука хрена вы, на ночь, глядя, пошли гулять туда? — зарычала я, уже от съедаемой меня злости к этим двоим. — Нам уединиться надо было, — усмехнулся он. — Плевать! Уходим отсюда! — я закинула рюкзак на плечо и подошла к двери. — Вставай и пошли! — Погоди, Бонни что, тут оставим? — Да, мне насрать на неё, — безразлично бросила я. — Грубо, бестактно и ты словно с цепи сорвалась! — жестко сказал Эйс, и с презрением посмотрел на меня. — Алё, парнишка, я пират, и мне совершенно похрен что так и где, с кем что будет, — грубо ответила я. — Но оставлять своих друзей и только отбросы общества без единой ценности так поступают! Эйс хмуро смотрел на меня, просто молча, развернулся, пошел будить Бонни, но та не реагировала, ни на что. Тут уже надо подключать мое остроумие и взаимную неприязнь к ней. Я подошла, оттолкнув парня, крикнула ей на ухо: — Я сейчас всю твою жратву съем! Реакция не заставила себя долго ждать, девушка подскочила с кровати готовая навалять любому, кто посягнет на святое. — Что за хрень здесь творится? — бросила она, рассматривая нас. — Явно ничего хорошего, в прочем, когда мы встретили тебя, тогда уже и ясно было, что нас ждут неприятности, — пожала плечами я. — Минако! Заткнись уже! — твердо сказал Эйс. — Ой, да ну вас, — я открыла дверь, и прямо на пороге стоял внушительных размеров мужчина. И он пришел не поприветствовать новых соседей, даже дурак это поймет. Я не успела вовремя среагировать, его огромная с мою голову рука ударила меня в живот. От неожиданности дыхание сперло, из глаз полетели искры. Я откашлялась, ощутив невесомость. Дальше снова боль, звук битого стекла, и я валялась на земле, пытаясь привести дыхание в норму. Я перевернулась на бок, хватаясь за ушибленное место. Такое ощущение, что он мне все органы сплющил, больно, невыносимо больно и неприятно. Каждый вздох давался мне с трудом. Прогнувшись пополам, я посмотрела в сторону разбитого окна, откуда я удачно вышла. Оттуда выглянул Эйс, он взволнованно посмотрел на меня и снова скрылся. Послышался шум, гул это все для меня смешалось в единый звук и я уже не разбирала что там происходило. Я все еще пыталась прийти в себя, удар был слишком силен. От сильной боли мое тело сковало, словно в цепи, состоящие из кайросеки. Гостиницу охватило большое пламя, я смогла выдавить легкий смешок. — Живым не место на этом острове! Живым не место на этом острове! Живым не место на этом острове! — эту фразу я слышала везде. Она сливалась в единый гул, перекрывающий все внешние звуки. Я лежала на правой стороне, а люди вокруг что недавно веселились и смеялись, делая обычные бытовые и невинные вещи теперь шли на меня как стадо зомби и произносили эти страшные слова. Я постаралась дернуться, но у меня это не получилось. Я только выкашляла обильной слюной, все еще ощущая боль. Они ведь убьют меня! Разорвут на части, а я ничего поделать не смогу и останусь с ними навсегда, выполняя одни и те же действия изо дня в день. Вечный пленник этого острова. В долгу у смерти. Круг вокруг меня становился все уже, они приближались и еще немного коснуться меня. Вокруг меня образовалось горячее пламя, как тогда на острове папуасов. Сквозь эту пелену ворвался Эйс, пробегая мимо меня схватил на руки, и выскочил из этого порочного круга смерти. — Эйсу! — вскрикнула я, ощутив как капли слез стекали по моим щекам. — Ты как? — крикнул он мне. — Не могу пока двигаться, но уже лучше, — заплакала я. — Уже не ощущаю, как мои органы пытаются снова стать объемными, — это фраза вызвала у меня истеричный смех. — Не плачь, — сказал он уже спокойнее, мы отбежали от города, как и от шума на почтительное расстояние. — Я уже наказал его за это! — сказал твердо Эйс, но я не могла не прекратить плакать. — А где… — прошмыгнула я носом. — Бонни? Она там осталась? — Да, она задержит их, а нам надо к тому домику, — ответил Эйс. Я слабо кивнула, понимая, что слаба и сделать ничего не могу. Я ощутила себя мерзко из-за того, что я слабая и ни на что не годная. — Эйсу, отпусти меня, — тихо прошептала я. — Ты еще не пришла в се… — Отпусти! — рявкнула я, вырываясь из рук. Эйс от неожиданности отпустил, и я упала на землю, больно ударившись спиной. Теперь боль не ощущалась так остро и сильно, я взвыла больше от злости. — Не трогай больше меня! — рявкнула я. — Что с тобой? — просил Эйс, он наклонился чтобы помочь встать, но я грубо ее отдернула. — Тебе еще раз повторить? Я встала на ноги, но из-за слишком резкого подъема перед глазами все поплыло и я пошатнулась чуть снова не упала. Эйс схватил меня и предотвратил паление, он все также взволнованно смотрел на меня. — Что за хрень здесь творится? — кричала я, ощущая панику, — кто это такие? Почему мы, черт возьми, не можем нормально отдохнуть на острове, постоянно во что-то встреваем! Я не могу уже больше, как меня все бесит! Почему я не могу ничего сделать? Почему меня всегда надо спасать! — мой голос срывался на крик. — Минако! — тихо произнес Эйс и отвесил мне пощечину. Голова вмиг перестала кружиться, а в ушах зазвенело от удара, скула немного начала саднить. Это все вызвало во мне еще один ураган ярости. — Прошу тебя, успокойся. — Да пошел ты! — рявкнула я на него       Я со всей своей силой пихнула его руками в плечи, но Эйс даже не отшатнулся, он будто и не почувствовал напора с моей стороны. Он все также смотрел мне в глаза, я смотрела в его со злостью и раздражением. По щекам все также стекали слезы, я отвернулась. Эйс наклонил голову, а рукой упер на мой затылок, притянул меня к себе, поцеловал. Мои глаза округлились от удивления, также упираясь руками в плечи. Он придерживал меня за спину, чтобы не упала, продолжая легкий поцелуй. Вся моя злость и все мое раздражение сдулись, словно воздушный шар со звуком. В душе весь ураган негативных эмоции, что так рьяно травили меня, утих. Его действие настолько шокировало, я даже растерялась и не знала как себя повести. — Успокоилась? — спросил Эйс у меня. Я слабо кивнула, закусив губу, отвернулась от него. Эйс взял меня на руки и пошел к домику, который таил опасность. Оставив у меня в голове море вопросов. Как и стандартно искать его долго не пришлось, вот он стоит и теперь мне, однако, ясно, почему Эйс считал этот домик странным. Да такое ощущение, что тут лет сто никто не живет. Ему уже даже ремонт не поможет. Дом уже давно подкосило в право, грозясь упасть на бок, полностью зарос мхом, плесенью по которым ползали всевозможные жуки и прочая ерунда. Заходить внутрь не было никакого желания, но судя по уверенной походкой Эйса, он так не думает. — Это вообще можно домом назвать? — Скажу тебе больше, там все еще живут, — с сарказмом заметил Эйс. Внутри пахло сыростью, гнилью и еще фиг пойми сколько запахов вместе смешались. Я по инерции прикрыла нос, а толку не было, все равно это запах проникает через защиту. И ощущение что он теперь будет меня преследовать до конца моих дней. — Оно находиться на втором этаже, — сказал Эйс, проведя меня наверх. — Зачем? Зачем мы туда идем? Эйс оставил мой вопрос без ответа, он хмуро посмотрел наверх и уверено пошел на второй этаж. Мы зашли в одну из многих комнат и Эйс поставил меня на ноги, я немного пошатнулась, но не упала, голова уже перестала кружиться.       Чудо, которое предстало моим глазам, будет еще долго преследовать меня в моих кошмарах. Комната, облаченная полностью паутиной, посреди помещения сидит парень или человек, точнее его даже человеком сложно назвать. Он сидит в инвалидном кресле, кожа полностью сгнила на теле, местами торчали кости, он был полностью покрыт паутиной, плесенью, мхом и прочей фигней, от которой блевать тянет. Повернув в нашу сторону шею, которая глядишь и отвалится. Посмотрел на нас пустыми и неестественными глазами, как у куклы. Но эти глаза, они будто видят тебя насквозь и видят все твои страхи. Рот скривился во что-то подобие улыбки. — Давно я не принимал гостей, — прошипел парень. Его голос скрипучий и неприятный подхватила комната, разнеся эхо по всему дому. — Блин, забыли предупредить заранее, глядишь и дома бы убрался, — прошипела я, ощущая себя намного лучше. — Рад видеть живых людей, уже лет сто не разговаривал, — хохотнул хозяин квартиры. — Я не очень рада видеть развалившийся труп! — Отнюдь, красавица, я живой, только в не самом лучшем виде, — прохрипел он. — Живее всех живых, — вскинула я руки. — Кто ты такой? — Эйс подал голос. — Я Франц, хозяин и единственный живой человек этого острова, проклятый богами. Энель-таки постарался. — Интересно, за какие такие добрые дела ты был проклят? — усмехнулся Эйс. — За то, что съел два дьявольских плода, — он улыбнулся, демонстрируя гнилые зубы. Мать честная, теперь ясно, что бывает, если жадностью начнешь давиться. — И что же ты за фрукты съел? — Один фрукт типа логия созданный искусственно, это огонь. Второй фрукт, он способствует возвращать душу с того света, и держать в этом мире сколько захочу, — видно он очень долго не говорил, — поэтому меня прокляли, я гнию заживо, но тем не менее живу, не могу уже даже встать с этого кресла, ноги отвалились. И правда, кожа с ног уже слезла, оставив оголенные кости, по которым стекает гниль. — Но ты ведь не бессмертен? Ты ждешь, когда тебя убьют? — Да, я хочу умереть. Но в то же время, я хочу жить… Я двадцать лет просидел здесь, сгорая от одиночества. Поэтому призвал души не упокоенных, тех, кто погиб в море, я их собрал в одном месте. На этом острове. — То есть, ты хочешь сказать, что все это время мы на этом острове, были единственными живыми людьми? — спросил спокойно Эйс. И откуда у него такое спокойствие, я готова от страха помереть, просто глядя на то, что осталось от человека. — Да, я спокоен, когда слышу шум голосов снаружи, также я умею извлекать душу из живого создания и держать её у себя. Я отшатнулась назад, его слова меня не на шутку напугали, и снова вернулось недомогание. Неужели мы попали в ловушку? Пришли прямо к нему, подарочной ленты на нас не хватает. Я в надежде посмотрела на Эйса, в его глазах и вообще он никак не показывал, что боялся. Если боялся вообще. — У меня много гостей, — усмехнулся он, продемонстрировав гнилые зубы, из его рта пошел смрад, который способен убить даже лошадь. Эйс взглянул на меня, он протянул мне руку, чтобы я взялась за нее. Его жест я проигнорировала и снова уставилась на хозяина дома. — Добро пожаловать на остров, и вы останетесь тут навсегда, — проговорил он, подняв левую руку вперед. — Это вряд ли! — твердо прошептала я. Эйс напрягся и приготовился атаковать, но от страха остаться здесь навсегда я была ловчее и действовала быстрее, выпустив из руки воды, и заморозила ему руку, никто ничего понять не успел. Образовав кусок льдины у себя в руке, я ударила по руке и тем самым она разлетелась на множество осколков. Парень завыл. От воя уши моментально заложило, мы с Эйсом закрыли руками, но бесполезно казалось вой, проникает в мозг, сжигая его изнутри. Наклонив голову, так чтобы хоть как-то закрыть ухо, я подняла правую руку вверх, освободив воду, заморозила её, медленно подошла к нему. — Дарую тебе милость, просто сдохни, пожалуйста, — я воткнула копье изо льда в грудь парню, он дернулся, испустил булькающий звук так и остался в одном положении смотреть на меня, испустив последний вздох. Эйс смотрел на меня, а в глазах читалось нескрываемый шок и ужас, он не ожидал от меня такой жестокости. — Ему давно пора было подохнуть, жадность его сгубила, а он тем временем обрекал невинные души на страдания… — сказала я Эйсу, стоя спиной к нему. Я могла предположить, что он чувствовал, увидев меня такой. — Ты права, — прошептал Эйс. — Права… Пускай это жестоко… — проговорила я. — Так оно и должно быть, не стоит винить себя, — я услышала звук шагов и почувствовала его прикосновение, он провел по моим волосам. — Не стоит меня трогать, — я развернулась и пошла прочь из дома. Запах от гниющего тела доставляла дискомфорт. Даже идя по лесу, я чувствовала этот запах, словно он стоял рядом со мной, ходил неподалеку. Эйс больше не сказал мне ничего, он шел позади меня, и лишь шум шагов по сырой земле выдавал его присутствие. Вскоре мы пришли в город, где Бонни валялась посреди площади, раскинув руки. Ненароком подумала, что она померла, но нет дышит. — Живая, — вздохнул парень. — Мне не нравится то, что я сейчас почувствовала, — вздохнула я, стараясь казаться обычной. Эйс озадаченно взглянул на меня, — знаешь фразу «Мне плевать»? — Знаю, — усмехнулся парень. — Так вот, оно приобрело в моей душе новый оттенок, — я покачала головой, пока до парня доходило, что я именно имела в виду. Его лицо вытянулась, а на губы появилась его фирменная улыбка. — Только ей не говори, — шепнула я ему. — Тебе явно не очень хорошо, — сказала я громко, когда мы подошли к ней. Она подняла голову, осмотрела нас на степень ранения, уже обратилась ко мне, спрашивая: — А ты что доктор? — Не нужно быть доктором, чтобы понять, что ты с диагнозом, — издевательски произнесла я. Бонни усмехнулась, рассматривая меня с нескрываемым раздражением. — Ой, прости. Мне ни к чему рекомендация постоянного клиента, — пожала я плечами. На этот раз Бонни решила проигнорировать меня, но по тому, как наш общий друг катался по земле от смеха, просто так забыть это не получится. И все-таки я обожаю её троллить. — Бип-бип, Эйсу, — проговорила я смешным голосом. Они переглянулись и теперь оба смеялись, а я улыбалась. Я смогла показать, что со мной все нормально, теперь главное поддерживать этот ритм. Я отошла в сторону рассматривая город, который по всей видимости пустовал очень давно. Я опять почувствовала дерганье за штанину, опустила глаза и увидела эту же девочку, которая попросила у меня помощи. — Спасибо! — улыбнулась она и исчезла. Я тоже улыбнулась, мне стало стыдно за свою трусость, но поделать я с собой все равно ничего не могла. — Ты чего тут в пустоту улыбаешься? — спросила меня Бонни. — Что, наконец, решила пожаловаться на возраст? — усмехнулась я. — Нет, я тебя прекрасно понимаю, ты меня не очень любишь, так как ревнуешь к Эйсу, — пожала та плечами. — Не будь такой самоуверенной, цыпочка, и не дела вид, будто меня очень хорошо знаешь, — прошипела я. — Тебе ведь интересно, зачем мы с Эйсом гуляли в лесу? — она усмехнулась, а мои слова просто проигнорировала. — Не особо, — я махнула рукой, думала что серьезное. Видно, девушка не ожидала такой от меня реакции, её лицо вытянулось. Я как раз собиралась развернуться, чтобы пойти к Эйсу, но Бонни перехватила меня за руку. — Погоди, он просил у меня совета, — сказала она, я с интересом наклонила голову влево, — ну, как ухаживать за девушкой. — Что? — То, блин. Я думаю, он не зря это спросил, ибо он никогда девушками особо не интересовался. — Он гей? — воскликнула я, она заткнула мне рот. — Нет, дура. Я в плане никогда не влюблялся, — прошипела опять она. Я повернулась в сторону парня, он как раз проверял видимые повреждения на нашей лодке. — И что ты от меня хочешь? — я повернулась к ней. — У меня есть подозрения, что он влюбился в тебя, — она хихикнула, ей видно это удовольствие приносило. Теперь уже ясно, что она к нему относится как к другу. — Не мели чушь, — сказала я. — Единственное, что мы можем делать хорошо это ругаться. И если у нас есть чувства друг к другу, то это только ненависть и раздражение. — Вот увидишь, — она хлопнула мне по спине и отправилась к подплывающей лодке, на которой сидел её накама. — Ребятки, еще увидимся, — крикнула она нам, махая рукой. — Надеюсь, никогда не встретимся, — крикнула я в ответ. Она только хмыкнула. — Обязательно, увидимся, — крикнул, улыбаясь Эйс. Я повернулась, рассматривая его, глаза сверкали от счастья, из-за широкой улыбки на щеках появились ямочки, веснушки которые очень шли ему, чуть загорелая кожа. Да бред сивой кобылы, не может он быть влюбленным в меня. Я скинула рюкзак с плеч, чтобы достать резинку, чтобы убрать волосы. И замечаю то, чего никогда у меня не могло быть. У меня теперь два дьявольских фрукта, спокойно разместились в рюкзаке. Один, видно, что искусственный, но выглядит почти в как у Эйса, второй в форме звезды. Значит, когда тот монстр помер, его дьявольские фрукты переродились, в первые попавшиеся. А именно мои два яблока, которые я хранила на черный день. — Фига се подарок, — пробормотала я.