Что-то с ребёнком?
22 августа 2017 г., 00:20
Долохов периодически навещал Элен с разными небольшими подарочками: фрукты, шоколад, мороженое... всё что душе угодно. Но вот вёл он себя странновато в последнее время. Постоянно прислушивался к каждому звуку, выглядывал в окно, да и разговаривал он мало и серьёзно. Элен это не нравилось, неужели он вернулся к началу и снова стал тем холодным, жестоким убийцей? Она пыталась его разговорить, рассмешить, но ничего не получалось. Последние два с половиной месяца она пыталась избегать контакта с Антонином, постоянно находила повод куда-нибудь выйти из дома, тем самым скрываясь от него. Днём это удачно получилось, но ночью было ощущение, что в комнате помимо неё кто-то ещё есть, чувствовался холодок по плечам, лёгкие прикосновения и тихие шаги.
На следующее утро Элен встречало яркое солнце, проникшее сквозь небольшую щель между плотных тёмных штор. Девушка нехотя подняла тяжёлые веки и, поднявшись, потянулась и улыбнулась. Она давно не чувствовала себя настолько хорошо. Хэрмент погладила заметно подросший живот и нежно произнесла:
— С добрым утром, малыш.
Элен встала и отправилась на кухню, приготовить себе завтрак. Во всём доме уже были раскрыты окна, дабы запустить в дом немного света. Миссис Аттвуд она не застала, та отправилась в магазин за мукой и яйцами, чтобы приготовить любимые пироги с черникой ( а они у неё получались на славу ).
Девушка налила в кружку чаю со вкусом лесных ягод и отпила несколько глотков, прежде чем поставить её, рядом со свежим номером « Ежедневного Пророка ».
Вдруг она услышала громкий хлопок на втором этаже и шаги. Интуиция подсказала, что это не есть хорошо и пора бы спрятаться куда-нибудь. Элен захватила с собой сковороду и спряталась за углом, держа оружие наготове. Когда шаги слышались уже совсем рядом и вот показались чёрные ботинки Элен треснула пришельцу по физиономии сковородкой, что тот упал на пол, держась за кровоточащий нос.
— Мой нос! Мой прекрасный нос! Ты меня чуть не убила! — завопил Рудольфус.
— Что Вы забыли здесь? — осторожно спросила Элен всё ещё держа в руках сковороду.
— Чёрт! Я пришёл сюда просто чтобы убедиться, что Долохов не врёт, а ты сразу же за холодное оружие браться! Так и убить можно! — бранился Лестрейндж.
— Причём тут Антонин и что он мог тебе наплести? — так же боязливо спросила девушка.
— " Антонин " значит? Я заподозрил его. Он постоянно уходил, каждый день! И я решил его об этом расспросить. Поначалу он ничего не рассказывал, но потом сказал, что бегает тайком к беременной подруге, а потом ещё и выяснилось, что эта " беременная подруга " ты! Он мне не сказал, где тебя найти, поэтому пришлось всё делать самому.
— То есть, ты пришёл с миром? — опустила, поднятые руки Элен.
— То есть, ты хочешь сказать, что и правда беременна от Долохова? — изогнул бровь, лежащий Пожиратель, а Элен невинно улыбнулась и кивнула несколько раз. Рудольфус громко рассмеялся, закрыв лицо руками.
— Что смешного? — воистину ничего не понимая спросила Хэрмент.
— Ты права, ничего... Но я понять не могу, как вы так успели и как вообще у вас закрутилось это всё.
— Ну, а это уже наше личное дело... Чай будете?
***
Распивая чай за столом с Лестрейнджем Элен казалось, что сейчас он снимет эту фальшивую маску доброты и убьёт её. Это наводило на неё страх и панику, но она старалась вести себя более естественно и уверенно. — Значит, у вас с Долоховым любовь? — спросил мужчина, вертя в руках чашку с чаем. — Что за вздор и клевета? Я не люблю Долохова. У нас просто было однажды и всё. Я ничего от него не требую, но он постоянно приходит ко мне... — грустно улыбнулась Элен, — последнее время я пытаюсь его избегать. Не хочу его видеть. — В этом и дело! — возмутился Пожиратель, — ОН хочет тебя видеть. Ты его изменила. Заметно изменила. Он старается быть таким же на публике, каким и был, но я то его сразу раскусил! Он печётся о тебе. Он сказал, что убьёт меня, если я кому-либо расскажу о тебе или сам хоть пальцем до тебя дотронусь. — Не надо мне об этом рассказывать. Для меня он навсегда останется Пожирателем. — сглотнула Элен. — У тебя к нему совсем не каких чувств нет? Ну, ведь как-то ребёнка вы состряпали! Этого не происходит без каких либо чувств. — Ой, вот Вам только о чувствах и говорить! У Вас нету своих детей... да и особой любви между вами с Беллатрисой я не вижу. — А между нами и не было никогда любви. — кивнул мужчина и встал, — Я лучше пойду. Нихрена не хочу разговаривать на такие темы без выпивки, но ведь тебе нельзя. Пока. — Рудольфус трансгрессировал из дома. Элен сглотнула ком в горле и тяжело выдохнула, поджав губы. Она сделала всё правильно. Нельзя показывать свои чувства к этому человеку, особенно при посторонних. Она скучала по нему, но по прежнему не хотела видеть рядом. Элен просидела в тишине, пока не пришла миссис Аттвуд и не сообщила о том, что мать девушки попала в больницу и хочет её видеть. Хэрмент тут же отправилась в больницу к матери.***
Уже в больнице Элен разузнала, что её мать лежит в отделе « Волшебные Вирусы » и тут же отправилась на третий этаж и быстро нашла нужную палату. Осторожно открыв дверь, она заглянула в палату. Шарлотта поднялась на локтях, чтобы взглянуть на дочь, затем она улыбнулась. Для Элен видеть на лице матери искреннюю улыбку и любовь было очень неожиданно и странно. Шарлотта всегда мало уделяла внимания средней дочери, но сейчас даже персонально захотела её увидеть. Элен подошла к койке, где лежала Шарлотта и присела на край. — Ты хотела меня видеть? — спокойно спросила девушка. — Да. Я знаю, что в прошлом была просто ужасной матерью... не уделяла тебе должного внимания, не поощряла твои достижения и всё в этом духе, но... сейчас, я знаю, что уже поздно, я хочу всё исправить. Я долго не могла найти подходящий момент, тем более зная, что ты излишне упёртая, ты бы не стала со мной разговаривать, придя я к тебе... тем более, что я скоро впервые стану бабушкой и... — Мам, излишняя упёртость у меня от тебя и я знаю, что если бы Септумус не поговорил с тобой, Макгонагалл не послала вам письмо с известием о том, что я беременна, ты бы не стала со мной разговаривать. — улыбнулась Элен. — А кто хоть отец моего внука? — същурила глаза Шарлотта. — Мам, только не волнуйся, он хороший человек... — Элен, что ты скрываешь от меня? Говори, кто он. Мы всё равно одни в палате. — Ты же знаешь семью Долоховых? — осторожно спросила Элен. — Оу, да, конечно знаю... постой! Ты же не... — перевела нормальный говор на шепот Шарлотта. — Антонин?... — тоже шепотом сказала Элен. — Боже, серьёзно?... Оу, как... Мерлиновы панталоны, как тебя так угораздило? Ты же должна была просто работать учителем в Хогвартсе...! — Воу, мам, ты всё-таки интересовалась моей жизнью? — попыталась перевести тему девушка. — Дыши, Шарлотта, дыши... — успокаивала себя женщина, начиная глубоко вдыхать и выдыхать. — Всё не так плохо. Он хороший и заботится обо мне и о малыше. Я меняю его, я стараюсь. И моё старание приносит свои плоды. — Ладно, я тебе верю. Сменим тему. Поскольку ты все эти четыре месяца жила с мадам Аттвуд, а не с нами... вообщем мы с Септумусом купили тебе небольшой домик, в который ты сегодня же отправишься, — улыбнулась женщина, на что Элен тоже ответила улыбкой.***
Элен упаковывала свои вещи для переезда, как вдруг она почувствовала тот же холодок по плечам, который чувствовала ночью. Она обернулась и встретилась взглядом с Антоном. — Куда-то собралась? — Долохов подал в руки Элен несколько фоторамок. — Я переезжаю. — коротко ответила девушка и продолжила собирать вещи в сумку. — Элен, я понимаю, что ты на меня дуешься, хотя не понимаю из-за чего, но можно меня не игнорировать так жёстко? — Ты ещё не знаешь, как я игнорирую. Зачем пришёл? — с нотками безразличия спросила Элен. — Тебя увидеть, разве теперь это запрещено?... — Элен, тебе класть твои кристаллы? Я просто их положил... — спустился с лестницы Септумус и сразу же обратил свой взор на Долохова. — Хорошо, пап... кстати, Антонин — папа, папа — Антонин. Вот все и познакомились, — хлопнула в ладоши Элен. Антонин и Септумус обменялись рукопожатием и кивком. Септумус прекрасно знал, что он — Пожиратель и поэтому отнёсся к их знакомству с настороженностью. Мужчина отнёс несколько сумок Элен в машину и снова, заглянув в дом, сказал Элен, что будет ждать её в машине, ведь беременным трансгрессировать и проносится через камин запрещается. — Я не говорила, что это запрещается, но я не очень хочу тебя видеть... — Отлично, ведь теперь ты меня не увидишь примерно несколько недель, — хмыкнул Антонин. — Ты куда-то уезжаешь? — не отвлекаясь от работы спросила Элен. — Да. Уезжаю. — коротко отозвался Пожиратель. Уговорить его остаться было глупой идеей, ведь он всё равно уедет. — Почему ты так себя ведёшь? Возвращаешься к началу? — задала свои вопросы Элен и повернулась к Долохову. — Почему ты так решила? — Ты отдаляешься, снова становишься холоден... И я хочу, нет, я требую чтобы ты опять... — Элен резко замолчала и положила руку на живот. — Что? Что-то с ребёнком? — обеспокоенно спросил мужчина. — Да... — выдохнула девушка, — Он пошевелился... — она широко за улыбалась и счастливым взглядом посмотрела на Долохова. Тот был в не меньшей степени радости. Антонин обнял её и как и должно было быть Элен тоже стиснула его в объятиях. — Видишь, малыш меня любит, — пробормотал Долохов. — Любит, любит. — умилённо сказала Элен, — Не задерживайся на своём выезде, хорошо? И за нас тоже не волнуйся, Рудольфус нас пальцем не тронет и никому ничего о нас не расскажет. — Откуда ты узнала о...? — недоумевал Антонин. — Он сегодня у нас чай пил и всё мне, как на исповеди рассказал, — улыбнулась Элен. — В случае чего, вас защитит Нарцисса, я ей рассказал и учитывая то, как она любит детей, она согласилась... а сейчас мне пора. Твой отец тебя долго ждать не будет.
