Я Пожиратель, глупая ты девчонка!

Прошёл ещё один месяц. Теперь Элен чувствовала, что она и Дерек как за каменной стеной. Антонин навещал их каждый, а иногда и вовсе оставался на весь день. Недавно он услышал, как Септумус ругался на Элен за дверью. — Он бросит тебя, Элен! — пытался вразумить Элен отец. — Не бросит! Он любит меня! — доказывала свою правоту Элен. — Тогда почему не делает предложение? Почему, а? Он же тебя любит! — Это слишком рискованно для него, пап! — То есть, лучше он спасёт свою шкуру, чем сделает тебя самой счастливой девушкой?

***

Этой ночью рядом с Элен опять спал Долохов. Он начал частенько так делать. Хэрмент это безумно нравилось, ведь она могла спокойно передвинуться на его сторону и прижаться к нему, уткнувшись носом в грудь. Но сегодня был не такой день. Девушка крутилась и что-то неразборчиво шепотом бормотала. Ей снилась какая-то неразбериха, чепуха, всё было как в тумане, а потом и вовсе появился голос. Он звучал громко и властно. — Элен... — мелодично позвал её голос во сне. Она осмотрелась вокруг. Никого не было, всё одна и та же неразбериха. Голос снова начал её звать, но уже более грубым голосом. — С кем я имею честь разговаривать? — крикнула в пустоту Элен. — Не узнаёшь по голосу? — мерзко рассмеялся голос, — а я думал, ты умная девочка... Сейчас Элен был знаком этот голос. Она иногда его слышала прежде, когда была у Малфоев. Абсолютно, не было никаких сомнений, это был голос Тёмного Лорда. — Я Вас узнала... — более тихо отозвалась девушка. Ей было страшно, но ведь это всего-навсего сон и ничего страшного случиться не может... верно? — Очень хорошо. Как ты наверно поняла, я присутствую в твоём сне не просто так. — Элен молча кивнула, — Я здесь, чтобы сказать тебе, что твой отчим прав. — На счёт чего? — Долохов и правда тебя не любит. Я был, честно говоря, в шоке, когда узнал, что его пленница беременна, да ещё и от самого него. Я был расстроен тем фактом, что не узнал об этом первым. Но сейчас мне обо всём известно и я тоже могу попытаться открыть тебе глаза. — Вы не правы. Он любит меня... он сам... — ... он сам тебе об этом сказал? Я угадал? Он просто хороший актёр, Элен. Вы ему не нужны. Он хочет быть в безопасности и добыть нужную нам информацию. — Это не правда! Вы врёте! — Нет, малышка Элен. Я не вру. А если ты будешь повышать на меня голос, то я сделаю вот так... — Элен почувствовала резкую боль в животе, потом увидела кровь и мёртвого, лежащего ребёнка. На глазах навернулись слёзы. Она упала на колени рядом с младенцем, притронулась к окровавленному тельцу и заплакала. — Здесь я могу сделать, что угодно, так что не советую мне перечить. Элен открыла глаза, проснувшись в поту. Она поднялась и протёрла лицо. Долохов тоже проснулся, услышав шевеления. Он тоже поднялся и приобнял Элен, осматривая её. — Ты чего? Сон плохой? — Антонин, ты хочешь меня бросить? — Что? Кто тебе сказал такую глупость? — потупился пожиратель. — Он всё знает, всё знает... он всё знает... — лихорадочно повторяла Элен, закрыв лицо руками. — Эл, кто и что знает? — Антонин легко погладил по волосам Элен, пытаясь успокоить. — Тёмный Лорд, конечно же! Он всё знает и про меня и про ребёнка... он знает. Он мне приснился... он разговаривал со мной, а потом убил Дерека... — девушка залилась слезами. — Успокойся, прошу тебя. Это всего-навсего сон. Он ничего не знает и не узнает. — Хэрмент ещё больше расплакалась. — Милая, тебе нельзя нервничать... особенно сейчас. — Я не могу не нервничать. Я устала так жить, Антонин! Я хочу нормальной жизни, с тобой и Дереком... но, похоже этого не будет. Я всё придумала. — Почему не будет? Мы будем жить долго и счастливо. — Ты ведь хочешь меня бросить. Ты меня и не любил-то никогда. — сверкнула мокрыми глазами Элен, но в темноте этого было не видно и поэтому Долохов включил свет. Теперь было видно, насколько красная и мокрая была Элен. — Я хотел сделать это не сейчас и не в такой обстановке, но всё же... — Долохов достал из кармана брюк золотое кольцо и протянул его Гриффиндорке. — Ты... ты делаешь мне... — девушка закрыла рот рукой и зажмурила глаза. — Да. Я не тороплю тебя, я дам тебе время всё хорошенько взвесить и продумать... — Я согласна... — радостно кивнула Элен и, убрав руку ото рта, улыбнулась сквозь слёзы. — Тогда, моё первое условие: Я хочу чтобы ты больше никогда не думала, что я хочу тебя бросить. Я же люблю тебя, глупая ты девчонка! — Элен заткнула Пожирателя поцелуем.

***

Прошло несколько дней. Антонин удобно расположился в мягком кресле в поместье Малфоев. Он уже в который раз обдумывал грядущую жизнь. Он улыбнулся своим мыслям. Да, он сильно изменился. Раньше ему была чужда любовь и вообще какие-то чувства, но сейчас... он как будто воскрес, проснулся от сна. В небольшую гостевую комнату зашёл тёмный силуэт. Антонин взглянул на него из далека. Было не видно его лица, но Пожирателя совершенно не интересовало, кто пожаловал. — Ну, что ж. Поздравляю, Долохов. Антонин встал и выпрямился. Он знал, что обладателем этого голоса был Волан-де-Морт. — С чем? — безразлично спросил мужчина. — Как с чем? Ты не в курсе? Ты же у нас теперь папаша! У тебя сын родился. — наигранно улыбнулся Тёмный Лорд, но у него это плохо получилось. — Какой сын?... — Можешь больше мне не лгать. Я всё давно уже знаю. Но, я думал, что мы с тобой друзья, а у друзей не должно быть тайн. Почему же ты мне не сказал, что твоя невеста беременна и что она у тебя вообще есть. Я бы как и положено, подарил подарок, пожелал долгой и счастливой жизни... а ты вот так со мной. — покачал головой Волан-де-Морт, — Не хорошо, так с друзьями. — Убьёте меня? — холодно спросил Долохов. — Нет. Впереди главная битва и я не могу лишиться одного из лучших воинов и... всё-таки ведь мы друзья, да? А друг друга не убьёт. — Тёмный Лорд похлопал Долохова по плечу. — Но у меня условие. Выполнить его и ты прощён за свою оплошность. — Что я должен сделать, мой лорд? — Расстанься с Хэрмент. Я не хочу чтобы ты отвлекался на неё... и ребёнка тоже. Мне нужна та мразь, которой ты был до этого. — у Долохова кольнуло в груди. Он уже не представлял своей жизни без Элен, а тем более без своего ребёнка. — Я хочу увидеть своего ребёнка... в первый и последний раз... — Отличная идея! Как раз сейчас их и бросишь. Поступок настоящего Пожирателя! — мерзко улыбнулся Волан-де-Морт. — У тебя есть десять минут. Удачи. Перед глазами всплыла совсем другая обстановка. Белые стены и пол. Антонин обернулся и увидел Элен, держащую на руках младенца. Элен оторвала взгляд от ребёнка и посмотрела на мужчину. — Привет... — Пожиратель всё так же глупо и радостно улыбался. Он подошёл к койке и опустился на колени рядом на полу. — Дерек, скажи привет папе... — Элен немного опустила младенца, чтобы Долохов мог его разглядеть. — Хочешь подержать? — Я? Я не уверен, что... — У тебя получится. — мягко улыбнулась Элен и передала Дерека в руки Антонина. Он осторожно принял ребёнка. Дерек посмотрел карими глазками на отца. Долохов видел в них столько любви и надежды. Наверно, Дерек понимал, что папа оставит его. От этого на душе мужчины скребли кошки. Он не мог сказать этого, но должен был. — Элен... я должен тебе сказать, что мы должны расстаться... — опустил голову тот. Он думал, что она выгонит его, но нет. — Я не понимаю... что ты хочешь этим сказать? — осторожно спросила девушка. — Я собираюсь бросить вас. Вы мне не нужны. Я пожиратель, а значит мне никто не нужен! — Что ты такое говоришь?... — на глазах Хэрмент начали наворачиваться слёзы. Долохов положил Дерека в кроватку, стоявшую рядом с койкой. — Я как всегда спасаю свою шкуру. Я же самый трусливый и подлый из всех, кого ты раньше встречала... — Долохов не знал, что ещё говорить, но он видел, что Элен была уже готова разрыдаться, но наверное присутствие Дерека этому не давало случиться. Он начинал замечать, как всё медленно начинает расплываться. Он решил произнести заключительные фразы. — Я не люблю тебя, Элен. Никогда не любил. И твой ребёнок мне и даром не нужен. Ты лишь была очередным увлечением для меня. Долохов не раньше не позже, снова оказался в поместье Малфоев. Он понимал, что обратного пути нету. Он окончательно всё погубил.