Цена свободы

В лаборатории царил мягкий полумрак, и из-за этого помещение, где находились все семьдесят две криокапсулы со сверх-людьми, казалось меньше, чем было на самом деле. Каждая капсула подсвечивалась снизу и по бокам, что позволяло видеть находящихся там аугментов. Хан инстинктивно дёрнулся в сторону ближайшей из «колыбелей», но Кирк успел ухватить его за плечо. - Держи себя в руках, – шепнул он в ответ на грозно сверкнувший взгляд холодных голубых глаз. – Скоро ты с ними увидишься. - Прошу прощения, – тихо отозвался Сингх, глубоко вздохнув. – Нервы. - Вы просто устали, Джон, – сочувственно заметил МакКой. – По возвращении на «Энтерпрайз» я просто обязан буду провести полный осмотр Вашего организма. Харрисон молча кивнул. Его почти спокойное покладистое поведение успокоило и самого медика. Во всяком случае Леонард давно понял, что все действия Сингха были мотивированы чем-то серьёзным, и он далеко не был психопатом, каким его считали. Сейчас Харрисон был просто уставшим капитаном давно забытого корабля, и этот капитан попросту беспокоился о судьбе своей команды. - Сэр, вот данные по субъектам, по которым Вы переслали информацию. К адмиралу подошла высокая коротко остриженная женщина в белом медицинском костюме и передала в руки падд со списком выбранных Ханом членов команды. - В каком они состоянии? – хрипло спросил Сингх. Женщина перевела испуганный взгляд с него на Док-Су. - Отвечайте, Элизабет, – кивнул тот. - Состояние всех двенадцати удовлетворительное. Можем приступать к разморозке. - Выдайте мистеру Харрисону форменный комбинезон, – распорядился адмирал. – Он будет руководить процессом. - Сэр? – Элизабет удивлённо округлила глаза. – Вы уверены? - Выполняйте. Да, доктор МакКой тоже будет в этом участвовать. Капитан Кирк? - Я, пожалуй, посмотрю на это со стороны, – Джеймс поднял руки. – Всё равно я мало что смыслю в этой процедуре. Не хочу мешать. - В таком случае, нам с Вами нужно будет отойти назад. Здесь сейчас включится силовое поле. В целях безопасности, мистер Харрисон, – пояснил Док-Су в ответ на вопрос во взгляде Сингха. – И Ваших людей, и сотрудников лаборатории. Хан и МакКой отправились переодеваться, а Кирк с адмиралом поспешили отойти от капсул на несколько метров. - Сэр, вот они проснутся, допустим, нормально. И что дальше? Как они узнают Хана? - Думаю, он сможет найти способ напомнить о себе. Скорее всего, у него уже есть идея. - Мало ли, что случилось с их мозгами за триста лет. Может, у этих людей интеллект вернулся в состояние первобытного. - По себе не суди, – хохотнул Леонард почти в самое ухо капитана, отчего тот едва не прикусил себе язык. - Боунс, сукин сын, я тебя когда-нибудь прибью! - Прости, Джим, я не знал, что тебя такое пугает до обделанных ляжек, – хлопнув Кирка по плечу, МакКой перешагнул следом за Харрисоном через светящуюся зеленоватую линию, которая тянулась через всё помещение, и в следующий момент медик и аугмент оказались отделёнными едва слышно гудящей прозрачной стеной. – Джон, если что, я рядом, – обратился он уже к Хану. Тот молча кивнул и, обойдя первую криокамеру по кругу, набрал на боковой панели комбинацию из нескольких цифр. Стеклянная часть капсулы с шипением отошла чуть вверх, затем вперёд. Холодный воздух превратил дыхание Леонарда в облачка пара. Сингх же, казалось, вообще не дышал, пока высвобождал находящегося в камере мужчину. Забывшись, МакКой подошёл ближе, зачарованно наблюдая за процессом пробуждения сверх-человека. Это был молодой парень, возрастом, примерно равным возрасту Хана, смуглокожий, с чёрными вьющимися волосами. Очевидно, что каждый аугмент был помещён в свою камеру полностью обнажённым, но при температуре, когда тело впадает в анабиоз, никакая одежда не помогла бы согреться. - Я могу чем-то помочь? – шёпотом спросил Боунс. - Проследи, пожалуйста… – Харрисон осёкся, не договорив. – Простите, доктор, кажется, я забылся. Вы не могли бы попросить у кого-нибудь несколько одеял? Помню, при пробуждении, я чувствовал ужасный холод. Буквально до боли. Но согреться мне не позволили и сразу же усыпили снова при помощи лекарств. Очевидно, для процедуры изменения внешности и очистки памяти. - Момент, – МакКой тут же рванул к следящей за действиями Хана Элизабет. – Мэм, здесь есть одеяла? Эти люди совсем ледышки, их нужно будет экстренно согревать. Кивнув, женщина дала указание двум лаборантам принести одеяла. Сгрузив все на ближайшем столе, Леонард взял одно и вернулся к Сингху. Сверх-человек сосредоточенно наблюдал за тем, как с тела его соратника сходит тонкая ледяная плёнка. - Мне кажется, ему будет нужно успокоительное и обезболивающее, – осторожно заметил Леонард. – Я знаю, что значит, отморозить себе какую-то конечность. Болит, реально, дико. А тут всё тело. - Сделайте это, пожалуйста, – тихо попросил аугмент. - Так, аллергии на лекарства, надеюсь, нет? – порывшись в аптечке, Боунс разложил на небольшом передвижном столе ампулы с необходимыми препаратами. – Тьфу, что я туплю? Откуда у вас может быть аллергия? Нащупав вену на сгибе локтя размороженного сверх-человека, медик осторожно прижал к ней гипо-шприц. В тот же момент смуглокожий аугмент резко дёрнулся, принимая сидячую позу и ошалело моргая. Парню явно не хватало воздуха, но вот нехватки силы в нём явно не ощущалось. Леонард едва не взвыл, когда проснувшийся вцепился в его руку аж до хруста. - Suman! – Харрисон дёрнул смуглого на себя. – Suman, use jaane diya! Аap ek hai jo tum mein madad karata aahat kar rahe hain!* Как ни странно, хватка ослабла. На всякий случай, Боунс отскочил назад, потирая запястье, на котором теперь явно останутся синяки. Сингх же продолжал что-то быстро говорить смуглокожему на странном, каком-то рокочуще-певучем, языке. Наконец, размороженный сверх-человек задышал спокойнее, и Хан поспешил набросить на него одеяло, быстро растирая плечи. Парень всё никак не мог прийти в себя и явно не понимал, где находится, только во все глаза смотрел на того, кто пытался его согреть. - Это его зовут Суман Агрэ, – Харрисон снова заговорил на всеобщем. – Наш техник и оружейник. Простите его, доктор МакКой. Он был дезориентирован. Не понимал, что происходит. - Да ладно, ничего страшного, – Леонард снова потёр руку, привлекая этим внимание смуглого. – А он нас понимает, или вся Ваша команда говорит только на… Кстати, что это был за язык? У меня с лингвистикой туговато. - Хинди. Многие из нас говорили на нескольких языках, но для меня хинди и английский являются родными. - То есть… когда они все придут в себя, с ними можно будет общаться без переводчика? – уточнил Боунс. Хан кивнул, снова обращая всё своё внимание на проснувшегося соратника, и опять заговорил с ним на родном языке. Ожидаемой истерики не приключилось. Боунс, как и Кирк с Док-Су, находящиеся за стеной силового поля, удивлённо наблюдали за тем, как Суман с помощью своего капитана выбирается из капсулы, как кутается в одеяло, едва держась на ногах, и облегчённо приникает к плечу предводителя. - Охренеть… У Джеймса буквально отвалилась челюсть, но, вспомнив, что рядом находится Док-Су, он одёрнул форму и откашлялся. - Прошу прощения, адмирал. Вырвалось. Я… как бы… удивлён, можно сказать. - Признаться честно, я тоже ожидал несколько иного. Не менее удивлённый Майкл наблюдал, как уже улыбающийся Сингх что-то говорит размороженному аугменту, поглаживая его по голове, а тот улыбается в ответ. - Только не говорите, что они сейчас поцелуются, – хмыкнул Кирк, но, перехватив вопросительный взгляд адмирала, постарался принять серьёзный вид. – Нет, ну, разве нормальные мужики так себя ведут? Пф, ладно, неудачная шутка вышла… Тем временем МакКой осторожно приблизил к лицу Сумана медицинский трикодер. Смуглокожий аугмент настороженно взглянул на медика, но, поскольку Хан при этом был совершенно спокоен внешне, не стал сопротивляться. - А какой сейчас год? – поинтересовался он, произнося слова с лёгким акцентом. - Две тысячи двести пятьдесят девятый, – ответил Боунс. – Кстати, меня зовут Леонард МакКой. - И Вы врач. - Именно. - Это всё так необычно, – размороженный сверх-человек с нескрываемым любопытством наблюдал за действиями врача. – Ах, да, я Суман Агрэ, и… - Вам пока вредно много разговаривать, – остановил явно жаждущего общения аугмента МакКой. – Просто скажите, как себя чувствуете? - Холодно. Болит голова. И… – Суман, казалось, задумался, потом неожиданно смутился и посмотрел на Харрисона. - Ему нужно в туалет, – пояснил Сингх, вспоминая собственные ощущения, когда он только пришёл в себя после того, как люди Маркуса его «переделали». Боунс тут же махнул рукой, подзывая к себе дежурных лаборантов. - Проводите, будьте любезны, мистера Агрэ в туалет, – попросил медик. – И чтоб без глупых шуточек, если головой дорожите. Заручившись обещанием, что всё будет в порядке, Леонард перевёл взгляд на Хана, устало привалившегося к боку криокапсулы. - Он Ваш родственник? - Мой брат. МакКой, как и находящиеся за силовым полем Кирк и Док-Су, не ожидали такой теплоты в голосе того, кого считали безжалостным убийцей. Сейчас во взгляде аугмента не было и капли льда, его глаза буквально светились от счастья этой встречи. - Оу… – Боунс удивлённо округлил губы. – Не знал. - Все они, – сверх-человек жестом обвёл остальные капсулы. – Мои братья и сёстры. Пусть не по крови, не по рождению, но наши узы и связь между собой крепче кровных. Помогите мне со следующей капсулой, пожалуйста, – попросил он уже тише. Леонард выполнил просьбу. Он прекрасно видел, насколько устал Сингх, но знал, что тот не станет отдыхать, пока не разбудит всех, кого пока что было дозволено разморозить. - А что Вы ему сказали… Джон, что он узнал Вас в этом обличье? – поинтересовался медик. - Напомнил ему его слова в нашу первую встречу, когда нас только привезли на ту базу, где… создавали сверх-людей. МакКой вопросительно поднял брови. - «Ты прямо как одноногий пират. Это так круто!», сказал он мне тогда, – задумчиво произнёс Хан, наблюдая за процессом разморозки ещё одного парня, теперь уже светловолосого и с веснушками на носу и щеках. – Мне тогда было восемь, и я потерял ногу в аварии. И не только ногу, а всю прежнюю жизнь. Потом, когда учёные начали проводить надо мной опыты, основанные на генной инженерии, и у меня начала отрастать новая нога, Суман сидел у моей постели и протирал лицо мокрым полотенцем. Я тогда страдал от сильного жара и дикой боли. Мои мучители даже сами не знали, выживу ли я. Просто хотели посмотреть, чем закончится опыт. - Суки продажные… – пробормотал Леонард и на всякий случай чуть отошёл от капсулы, заметив, что лежащий в ней молодой мужчина зашевелился. Хан, как и в прошлый раз, тут же заговорил с размороженным, но теперь уже не на хинди, а на языке, похожем на немецкий. В отличие от Сумана, светловолосый не так быстро поверил в правдивость слов Сингха. Даже спокойная, размеренная речь предводителя не подействовала, как должное. Разбуженный парень неожиданно вцепился Харрисону в глотку, и тут же получил звонкую оплеуху. Резко развернувшись, он встретился взглядом с вернувшимся Агрэ, уже одетым в такую же тёмную, как Хан, униформу. - Суман? - Ты только что поднял руку на нашего капитана, – сурово произнёс смуглокожий аугмент. - Но это… это же не Нуньен. Я в жизни не поверю, что внешность можно настолько изменить. - А придётся. - Так, парень, слушай сюда, – осмелев, Боунс шагнул к блондину и сунул ему в руки одеяло. – Во-первых, хватит изображать из себя Адама в райском саду и светить тут своими причиндалами. Накинь на себя хотя бы это. А во-вторых, этот парень, которого ты сейчас душил, рискнул всем, чтобы тебя позволили разморозить. И где твоя благодарность, скотина бессовестная? Он не виноват, что первым попался тому мудаку, который понял, как можно использовать ваши способности, а чтобы твой капитан сам себя не узнал, ему сделали полную смену внешности, изменили голос, да ещё и память подчистили. А вообще, он сам тебе всё расскажет, если ты соизволишь, наконец, включить свои слуховые аппараты и мозг. Эта короткая тирада заставила слегка удивиться всех, кто находился рядом с медиком. Потом обладатель веснушек медленно завернулся в предложенное одеяло и недоверчиво покосился на Хана, которому Суман помог подняться на ноги. - У тебя на левой пятке шрам, – хрипло произнёс Сингх, держась за шею. – Мы пытались сбежать, и ты напоролся на колючую проволоку. Нам было по двенадцать, вспомни. Ты пытался взять всю вину на себя. - А избили до потери сознания тебя, потому что ты им сказал, что идея побега - твоя, – блондин пошатнулся, когда воспоминания далёкого прошлого всплыли в его голове. – Нуньен… – он шагнул к Сингху и неуверенно протянул к нему руки. – Нуньен, прости меня. Господи, да как же я… Прости, Нуньен… Харрисон сам заключил светловолосого аугмента в объятия, прижимая его к своей широкой груди. Суман, потоптавшись на месте, обнял их обоих. - Я прям сейчас расплачусь от умиления, – фыркнул Кирк, наблюдая за сверх-людьми. – Что за странная у них манера приветствовать друг друга? Сначала за глотку хватают, потом обнимаются. Док-Су только пожал плечами в ответ. Если у него и были соображения насчёт аугментов, то он решил оставить их при себе. - Малик Фергюссон, – Хан представил блондина МакКою. – Доктор Леонард МакКой. Высококвалифицированный медик и просто хороший человек, который вызвался помогать размораживать вас. - Ой, да какой я высококвалифицированный? – Боунс махнул рукой. – Был бы таким, так работал бы в какой-нибудь элитной клинике, а не болтался где-нибудь в заднице мироздания. - А док с чувством юмора, – Фергюссон схватил руку Леонарда своей ручищей и почти осторожно потряс её. – Думаю, мы сработаемся. - Вы, хоть, в курсе, где находитесь, простите за вопрос? – поинтересовался МакКой. – И в каком времени? - Ну… Нуньен нам сообщил, что сейчас двадцать третий век, и мы почти триста лет проболтались в космосе. - И Вас это не напрягает? - У нас нет оснований не верить своему капитану, – спокойно ответил Суман. – Он сказал, что есть возможность для всех нас обрести свободу и новую жизнь, и для этого нужно помочь обезвредить врага. Пока что этого достаточно. - Я введу потом всех в курс дела, – добавил Хан, переходя к следующей криокапсуле. Теперь очередь на разморозку добралась до Терессы Торн, о которой Харрисон говорил, как о специалисте по боевым искусствам. Невысокая фигуристая шатенка оказалась сдержаннее Фергюссона, но при этом весьма удивилась кардинальным переменам во внешности Хана и с восторгом выслушала краткий отчёт по поводу того, как живёт современный мир. Пройдя необходимую процедуру осмотра, Тересса подключилась к Суману и Малику, чтобы помочь Сингху разбудить остальных членов команды. В одной из последних криокапсул находилась хрупкая миловидная девушка с волнистыми каштановыми волосами. Боунс готов был поспорить, что с ней Харрисон возился с особой нежностью и осторожностью. Он заговорил с соратницей, едва только она открыла глаза, и, несмотря на почти трёхсотлетнее нахождение в стазисе, девушка вполне осознанно реагировала на тихую речь Сингха. - Это Санжай, – пояснил аугмент, встретившись взглядом с МакКоем. – Моя помощница. Леонард кивнул и молча передал ему одеяло. - Киран? – спросила Фростер, кутаясь в плотную ткань. Несмотря на то, что одеяло укрывало её фигуру полностью, девушка чувствовала себя неуютно без одежды. - Он в следующей капсуле, – ответил Хан, помогая ей встать на ноги. – Я сейчас им займусь. - Нуньен, пожалуйста… Он должен выжить… - Я позабочусь об этом. Твой сын будет с тобой, обещаю. Сингх ухватился обеими руками за края пустой криокапсулы и опустил голову, переводя дух. Глядя на него, Боунс подумал, что обычный человек уже свалился бы от переутомления. - Что же они с тобой сделали, Нуньен? – тихо спросила Санжай, убирая назад упавшие на глаза аугмента волосы. На какое-то мгновение он зажмурился, когда лба коснулась прохладная ладонь, потом глубоко вздохнул и выпрямился. - Нужно работать дальше. Переоденься пока. Находящаяся неподалёку Элизабет кивнула, приглашая следовать за собой. Фростер настороженно взглянула на Хана. - Иди, не бойся, – успокаивающе ответил он. – Эти люди не причинят нам вреда. Нельзя сказать, что аугмент сам верил своим словам, просто Санжай не должна была думать о том, что их окружают враги. К тому моменту, как она вернулась, Сингх уже запустил процесс разморозки и внимательно следил за просыпающимся сыном своей помощницы. - Мозговые функции активны, – тихо сообщил МакКой, наблюдая, как Киран медленно открывает светло-карие глаза, моргает покрытыми инеем ресницами и снова зажмуривается. Хан тут же завернул мальчика в одеяло и, прижимая к себе, опустился на стул. Ребёнок дрожал, как в лихорадке. Очевидно, его детский организм был не настолько выносливым, как у взрослых аугментов, потому что Сингх буквально кожей чувствовал повышенную температуру маленького тела. - Дайте-ка я проверю – Мак-Кой осторожно приблизил к голове Кирана термометр-присоску, после чего считал данные об общем состоянии с медицинского трикодера. - Он выживет? – дрогнувшим голосом спросила Санжай. - Да, – ответил Леонард. – Я проведу полное обследование ещё раз, когда мы вернёмся на «Энтерпрайз». Просто он ещё маленький, и ему разморозка далась тяжелее, чем вам всем. Фростер провела рукой по влажным волосам сына, убирая со лба волнистые пряди. Киран снова зажмурился и, дрожа, ещё крепче вцепился в водолазку Хана. - Нуньен, дай его мне, – попросила девушка. Харрисон собрался выполнить её просьбу, однако мальчик ни в какую не хотел отцепляться от одежды Сингха и мелко дрожал от холода. - Киран, иди ко мне, – с нежностью произнесла Санжай, снова погладив ребёнка по голове. Малыш пискнул, поёжился и уткнулся лицом в грудь державшего его сверх-человека. – Киран, что с тобой? Это же я… - Погодите-ка, – МакКой поднёс трикодер к самой голове аугмента и, словно не поверив показаниям, рискнул коснуться тыльной стороной ладони его лба. – Ни хрена себе! Я думал, у меня уже с глазами плохо. Джон, у Вас температура зашкаливает за сорок градусов. Неудивительно, что ребёнок за Вас цепляется, пытаясь согреться. Вы понимаете, что переутомление просто сшибёт Вас с ног? - Пусть греется, – упрямо произнёс Харрисон. – Я в порядке. - Хорошо, я буду знать, что сорок с лишним - это для сверх-людей норма, – недовольно пробубнил Леонард. – Наверно, когда вы болеете, она у вас до пятидесяти поднимается, но вы и такую температуру переносите на ногах. - Мы не болеем, – напомнил Хан медику, едва заметно улыбнувшись. - А, да… Ну, а если раненый сверх-человек потеряет много крови? - Тогда повышается. Организм интенсивно восполняет потерю и заживляет повреждения, что вызывает резкий скачок температуры тела. - Круто, – оценил эту способность Боунс и осторожно сжал ладонью руку Кирана. – О, уже не такая холодная. Элизабет! – он махнул сотруднице лаборатории. – Можно тут где-то одежду для ребёнка достать? Желательно потеплее. - Я выясню, – пообещала женщина, набирая в рабочем падде необходимую информацию и куда-то отправив одного из лаборантов. – Сейчас найдут. - Спасибо, – Санжай благодарно кивнула ей и предприняла ещё одну попытку взять сына на руки. На этот раз мальчик не сопротивлялся, потому что попросту уснул. Обычным сном обычного уставшего ребёнка. Уступив ей место, Хан отошёл к последней капсуле и занялся разморозкой находящегося там мужчины. - Не хотите кофе? – поинтересовался у адмирала уже откровенно заскучавший Кирк, не зная, чем себя занять. - Нет, спасибо, – отрицательно мотнул головой Док-Су. – Вы идите, если нужно. В коридоре есть аппарат, который сделает Вам любой кофе. Обрадовавшись возможности размяться, Джеймс вышел из лаборатории, попутно кивнув МакКою и показав, что хочет пить. Светлый коридор показался капитану не в пример уютнее мрачного помещения, где находились аугменты. Потянувшись и расправив плечи, он направился к приглянувшемуся кофейному автомату. _________________________________________ * *Суман, отпусти его! Ты причиняешь боль тому, кто помогает тебе!*