Возможность

Сидя на кухне, Вадик нервно курил и разглядывал газету. Которая была датирована 17 ноября 1997 года. 1997! Он до сих пор не мог понять, что вообще происходит. Вчера он уснул у себя в квартире, в 2012 году, а теперь он оказался здесь. - Вадюш, ты проснулся? - в комнату вошла Настя. Самойлов ошарашено смотрел на когда-то любимую девушку и ничего не мог ответить. Настя подошла к нему и звонко чмокнула в губы, от чего мужчина вздрогнул. - Ты чего? – подозрительно спросила она. - Я, эм, ничего. Мне идти нужно. Я к Глебу поеду. - А билет уже заказал? - Блять, я же в Питере, - тихо сказал Вадик. - Да что с тобой? – выкрикнула Настя. - Всё в порядке. Хотелось бы верить в то, что в порядке. Хотя пребывание Вадима в прошлом, ни в какой порядок не укладывалось. И единственным его желанием было сейчас найти Глеба. - Опять своему братику дозу повезёшь? – ехидно спросила девушка. Вадик одарил её злобным взглядом. - А это тебя не касается, - грубо ответил он и, схватив куртку, выскочил на улицу. Вылет был через час. Купить билет на самолёт оказалось не проблемой. Проблема была в том, что пришлось раздать автографы почти всем присутствующим аэропорта. - Второй раз я этого не выдержу, - причитал Самойлов себе под нос, оставляя очередную подпись. Наконец, все присутствующие были осчастливлены росписью Вадима Самойлова, и мужчина мог спокойно пройти на своё место в салоне. Ему казалось, что самолёт медленно движется по взлётной полосе, медленно летит и вообще стрелка часов очень медленно движется. Нетерпение и нервное возбуждение съедало его изнутри. Вот, скоро он увидит своего Глебушку. Сможет его обнять, прижать к себе. И не будет той стены между ними, которая существует в будущем. Прилетев в Москву и пройдя паспортный контроль, Вадик натянул на голову капюшон, пытаясь быть незаметным. Потому что ещё одной встречи с поклонниками не очень хотелось. До пансионата доехали быстро. У Самойлова мелко тряслись руки от нервов. Приближаясь к брату, он всё сильнее ощущал волнение. Он был рад тому, что не наткнулся на, дежуривших здесь, фанаток. - Так, второй этаж, по-моему, комната, - Вадик пытался вспомнить, где жил Глеб. Постучав, как ему показалось в нужную дверь, мужчина, прислушиваясь, ждал, пока откроют. И не ошибся. На пороге показался заспанный младший. Убирая рукой, волосы с лица, он удивлённо смотрел на старшего. - О, Вадя, а ты что тут делаешь? - Глебушка, - тихо прошептал Вадим и, толкнув брата обратно, вошёл в комнату. Глеб сразу же оказался в его крепких объятьях. Настолько крепких, что стало тяжело дышать. - Вадик, ты чего, я задохнусь, - прокряхтел он. Но Самойлов старший не мог его отпустить от себя. Слишком давно он не чувствовал его рядом. Оглядевшись и убедившись, что в комнате у брата никого нет, он робко прикоснулся губами к губам Глеба. Младший довольно простонал и ответил на поцелуй. Вадик страстно сминал губы брата, проводя языком по ровному ряду зубов и лаская нёбо. Нежности не хотелось. Он слишком долго не чувствовал Глеба. Не чувствовал это вздрагивающее в руках тело, не ощущал вкус его губ, не слышал прерывистое дыхание. Кислород в лёгких заканчивался, поэтому нехотя Вадик оторвался от него. - А что это было? – удивлённо спросил Глеб, когда смог привести свои мысли в порядок. - Соскучился, - просто ответил старший. - Помнится мне, что ты не скучал с того момента, как познакомился с Настей, - колко сказал младший. И Вадик заметил промелькнувшую боль в его глазах. Он начинал вспоминать то, как он поступал с Глебом, когда встретил Настю. Ему было откровенно плевать на всё, что не касалась его любимой. И именно тогда он начал терять всё. - Глеб, ты дома? – в комнату вошёл Саша Козлов. Глеб быстро отскочил от замершего брата и закурил. А Вадик не мог сдвинуться с места. Вот он Сашка. Живой и здоровый. Слёзы навернулись на глаза, и он кинулся к другу с объятьями. - Саня, - прошептал он, прижимая друга к себе, ощущая мокрые дорожки на щеках, - Сашка, - повторил он, улыбаясь сквозь слёзы. Вадиму казалось, что вот-вот и он сойдёт с ума. Если уже не сошёл. - Глеб, что это с ним? – удивлённо спросил Саша, похлопывая плачущего мужчину по спине. - Сам не знаю, - рокер пожал плечами и, обойдя обнимающихся друзей, закрыл на ключ дверь. - Ну всё, Вадик, отлипни от меня, - попросил Козлов. Самойлов послушно отошёл, всё ещё продолжая улыбаться. Посмотрев на Глеба, он увидел, как тот достаёт пакетик с белым порошком. - Глеб, - Саша всегда пытался остановить братьев. Хоть они и не слушали его. - Сань, не нравится, уйди, - ответил Глеб, рассыпая порошок полоской на гладкой поверхности стола, - будешь? – Спросил он старшего, скручивая трубочку из купюры. Вадик нерешительно замер.