Возможность

С того дня Вадим общался с братом только на репетициях и концертах. И это было в тягость, хотелось большего. Общения, да и не только. С Настей он тоже быть не мог, из-за её условий он испытывал к девушке только отвращение. Видя ее, хотелось плюнуть на всё и выставить девушку, пожелав счастливого пути. Но он этого не делал, ведь она слишком много знала. Глеб опять начал принимать наркотики, Самойлов понял это сразу, как только увидел брата на следующий день. И злоба на самого себя съедала его. Ведь Вадим знал, что без постоянного контроля, младший сорвётся. И этот контроль он не мог обеспечить. Вадим ждал момента, когда Настя, наконец, уедет на очередной показ, чтобы пойти к брату и поговорить. И вот такой момент наступил. Девушка уехала утром. Вадим проводив её к машине, вернулся в комнату и целый день провалялся в кровати, не зная под каким предлогом пойти к брату, чтобы не началась новая ссора. Ближе к вечеру он всё-таки нашёл в себе силы, чтобы сделать это. Но то, что он увидел в его комнате, ввергло его в состояние шока, граничащего с истерикой. Глеб лежал на полу, без сознания. По всему столу был рассыпан героин. - Неет, - сквозь зубы прорычал Вадим и кинулся к брату. Приподняв его голову, Вадим проверил пульс, который был едва ощутим. Как сумасшедший он кинулся к телефону и вызвал скорую. Пока дожидался врачей, Вадим перенёс брата на кровать и убрал со стола остатки наркотиков. Не забывая проверять пульс у Глеба, Вадим просил только об одном, чтобы машина приехала быстрее, чтобы было не поздно. На удивление Самойлова старшего, скорая приехала быстро. Врачи отогнали его от Глеба, быстро вкололи младшему что-то в предплечье и только тогда обратили внимание на него. - Вы ему кто? – строго спросил мужчина. - Брат, - тихо ответил Вадим, глядя как брата, перекладывают на носилки. - Что и как давно употребляет ваш брат? Где его документы? Вадим нашёл в столе паспорт Глеба и передал врачу. - Героин. Несколько лет. Он недавно бросил, но опять сорвался. - Глеб Рудольфович Самойлов, значит. Так, то, что рецидив хуже всего. В больницу поедете? - Да, конечно, - Вадим смотрел, как брата выносят из комнаты, и только тогда до него дошло то, что Глеб может не выжить. Схватив куртку брата, он последовал за бригадой скорой помощи. Пока Глеба быстро грузили в машину, Вадим увидел подходящую к пансионату Настю. И тогда ощутил такой прилив злости, что девушке повезло, что Самойлов не поднимал на женщин руку. - А что случилось? – спросила она, подходя к музыканту. - Слушай сюда, - прошипел Вадим, - если с ним что-то случится, в этом будешь, виновата ты, поняла! Если я потеряю брата, я клянусь тебе, я найду и убью тебя. Мне по херу, что будет со мной. Но если его не станет, ты не проживёшь и дня после него. - Вадик, - испуганно прошептала она. - Я не люблю тебя, когда же ты поймёшь уже, - чуть прикрикнул на неё Вадим, - ты не нужна мне! Да и никогда нужна не была! - Но я же... - Что ты? Что? Шантажировать меня будешь? Вперёд! Можешь рассказать всем, мне по хуй! Это из-за тебя Глеб сейчас в скорой! – Вадим сжимал руки в кулаки, чтобы хоть как-то совладать с собой. - Но я-то тут причём? – непонимающе спросила блондинка. - Вадим Рудольфович, едем? – окликнул его врач. - Иду. Ты при чём? Я нужен был Глебу. А ты, со своими идиотскими условиями! Молись, чтобы он выжил, - зло крикнул Вадим и запрыгнул в карету скорой помощи. Но едва Вадим взглянул на бледного брата, как его злость моментально улетучилась. На глаза навернулись слёзы. - Только живи, родной, - прошептал он и нежно погладил ладонь брата кончиками пальцев.