My little sniper: начало. Перезагрузка

- Подъём, Твайлайт! Подъём! Откинув тонкое одеяло, юная зебра — совсем ещё жеребёнок — скатилась с кровати на пол, ловко приземлившись на все четыре копытца. Отбросив с глаз тёмно-синюю гриву, кобылка поморгала и быстро побежала к выходу из своей маленькой, бедно обставленной комнатушки. Выбежав в коридор второго этажа, зебра в мгновение ока добежала до лестницы и прыгнула прямо на лакированные перила. С силой оттолкнувшись передними копытами, она заскользила вниз, и её хвост развевался словно тёмно-синий флаг. В последний момент соскочив с перил, она крикнула «Привет!» белой единорожке и выскочила на улицу. Чёрный земной пони стоял на узкой песчаной дорожке, окаймлявшей маленькое поселение Хуффлил — деревушку из семи домов и мельницы, расположенную в километре от пустоши, на месте которой когда-то рос Белохвостый лес. Подбежав к земнопони, зебра отдала честь и с ожиданием посмотрела на взрослого, но тот покачал головой и подобрал с травы короткий хлыст. Жеребёнок непонимающе посмотрел на пони. - Опоздание на шесть секунд, Твайлайт Спаркл Блек - негромко сказал тот. - Три удара. Зебра сглотнула. В её голубых глазах сверкнул страх, а смотревшая за ней единорожка едва смогла устоять на крыльце. Однако полосатая всё же переселила себя и развернулась крупом к жеребцу. - Хорошо, папа. Зажав хлыст в зубах, жеребец коротко размахнулся и нанёс резкий и очень болезненный удар поперёк спины. Твайлайт дёрнулась, но устояла и даже не вскрикнула, когда хлыст опустился на её спину во второй раз. Стоит сказать, что если бы кто-нибудь сбрил шерсть со спины Твайлайт, то он нашёл бы множество следов от подобного «наказания», однако отца ничуть не смущал этот факт и он опустил хлыст на дочь в третий раз. И теперь Твайлайт удержалась от стона или крика, лишь сильнее сжала зубы. - Сорок кругов. Пять минут, - услышала она новый приказ. - Опоздаешь хоть на секунду — останешься без завтрака. И снова — ни протеста, ни слёз, ни вздоха. Зебра встала в стойку, приподняв переднее копытце и готовясь к бегу. Отец, вновь положив хлыст, бросил взгляд на лежащие рядом с ними часы и стал отсчитывать секунды. - Пятьдесят пять. Шесть. Семь. Восемь. Девять... При крике «Десять!» Твайлайт рванулась вперёд и, выбивая из земли грязевые фонтанчики, побежала вокруг дома. Воспользовавшись этим, единорожка подошла к земнопони и взяла его за копыто. - Блек… Неужели это так нужно! - умоляюще зашептала она. - Твайлайт ведь любит нас, хотя мы для неё и не родные! - Я её тоже люблю, - буркнул земнопони. - И ты прекрасно знаешь, зачем я это делаю. Двадцать лет! Двадцать лет прошло с тех пор, как не стало Эквестрии! В этом мире каждый ублюдок готов убить нашу дочь! Поэтому я и делаю из неё солдата! - Но она ведь ещё жеребёнок! Я молчала, когда ты гонял её по болоту, когда она отжималась до обморока, стачивала копыта об камни, когда стреляла по живым мишеням… Но когда ты стал учить её «привыкать к боли»… Эти драки, эти наказания! - она умолкла, как бы собираясь с духом, но всё же закончила. - Такое ощущение, как будто бы тебе нравится издеваться над ней! - Дура! - резко осадил её Блек. - Ты думаешь, я от удовольствия спарринг провожу? Или я просто так учу её драться на ножах, стрелять и бегать? А этот кнут, - он кивнул на хлыст. - Думаешь, мне доставляет удовольствие её бить?! Да от её слёз и криков у меня сердце лопается! Но пойми — Эквестрии нет, пони в этом гадком мире потеряли последние крупицы морали! А кроме пони сколько мерзости бродит? Дикие кристальные псы, ожившие мертвецы, гидры, химеры, ночные твари! Думаешь, зомби или рейдер пожалеет нашу Тваечку? Или её ночные твари к себе в стаю возьмут? - Не все пони так опустились. Эквестрия — это не только территория! - Да? Понивилля нет, Кантерлот взорван, Клаудсдейл упал на землю, Мэйнхеттен и Лас-Пегасус уничтожены! Кристальная Империя исчезла, потому что ни Каденс, ни Армор не могли вынести гибели родных им пони! Мы одни в этом мире! И Эквестрии больше нет! - Эплуза жива… - Эплуза Два? Ерунда. Как и Сильвер Сити. Нет, может, там и вправду можно жить, но чтобы дойти туда, нужно пройти настоящий Тартар! И лучше будет, если Твай никогда не... Всё, тихо! Она закончила! Твайлайт, тяжело дыша, остановилась возле родителей. Бока её вздымались, зато на мордашке играла улыбка. - Ну… Я рекорд… Поставила? - прерывисто спросила она. Блек взглянул на часы: три минуты сорок секунд. На морде жеребца появилась улыбка. - Отличная работа, Тваечка. Сегодня на книгу — полтора часа. Голубые глаза Твайлайт сверкнули радостным огоньком. Чтение книг было одним из самых любимых её занятий. - А на стрельбу сколько? - Если делить на сохранённые тобой тридцать секунд… Три обоймы или пятнадцать патронов. - Годится! - Только после завтрака! - строго сказала единорожка. - Иди и умойся, Твайлайт. И подлечи спину моим зель… - Нет, - прервал её Блек. - Холодная вода — вот всё, что тебе нужно для излечения ран, - и он добавил чуть мягче. - Вечером я сам их обработаю, Твай. А пока пусть пожжёт — боль делает из простой кобылы солдата. - Да, сэр! - крикнула зебра, отдав честь отцу. - Так вы разрешаете принять душ? Жеребец усмехнулся. - Разрешаю! А ты, - он повернулся к жене. - Быстро сделать завтрак нашему маленькому солдату! И да, - тут он подмигнул Твай. - Я также разрешаю распотрошить мой запас шоколадок! - Ура! Ура-а-а-а! Весело взбрыкнув, юная зебра побежала за дом — туда, где рядом с простым деревянным туалетом находилась «душевая кабинка»: похожая на тот же туалет деревянная коробка с большой бочкой над крышей и жестяной трубой. Вбежав в кабинку, Твайлайт с помощью небольшого огневого кристалла подожгла сложенные в печке дрова и дала им разгореться. Затем закрыла дверцу и повернула вентиль подачи воды — едва тёплые струи полились на её мордашку, но почему-то они вдруг стали холоднее, ещё холоднее и просто ледяными. Твайлайт моргнула раз, другой, и... * * * ...Я открыла глаза и захлопала ресницами, пытаясь сбросить капли дождя. Затем быстро села, потрясла мордой и заползла обратно под свой нехитрый навес, растянутый между двумя соснами. Взгляд на небо прояснил ситуацию — небеса над Эквестрией затянули тёмные тучи и начался сильный ливень, так беспардонно прервавший мой сон-воспоминание. Жаль… После гибели моих родителей прошло уже четыре года, а сон с ними приснился мне только сегодня. Я поднялась с земли и принялась чистить свою некогда белую шёрстку, принявшую теперь грязно-серый цвет. Грязь, листья и веточки налипли на неё настоящим ковром, но я особенно не прихорашивалась, всё равно грязным копытом это делать бесполезно. Затем я подтянула к себе свой порядком отросший хвост и постаралась почистить и его — тоже бессмысленное занятие. Но идти под дождём не хотелось, а больше всё равно заняться мне было нечем… Впрочем, нет, кое-какое занятие у меня оставалось. Я залезла в свою седельную сумку и достала из неё бумажные листы, вшитые в общий переплёт, которую когда-то содрали с книги по кулинарии. Я нашла эту самодельную книжку рядом со сгнившим трупом единорога вчера, когда пробиралась по болоту, и решила приспособить под свой ежедневник. Теперь, открыв первую страницу, я выудила из сумки карандаш и продолжила свои записи: «Т. С. Блек. День второй (4). Время — 08:21. Продолжаю идти на восток, в Понивилль, скорее всего, к полудню доберусь. По слухам, там обосновались несколько враждующих группировок пони, попробую предложить свои услуги. Кол-во патронов — 24 шт., количество запасных обойм — 3 шт. Конец». - Надеюсь, этого никто не прочитает, - вздохнула я, захлопывая книгу. - Ладно, пора собираться, Твай. Отодвинув в сторону свою седельную сумку, я взяла в копыта ДР-8. «Dragon», снайперская винтовка для городского боя, использовалась в Гражданской (или Последней) Войне силами Эквестрии. Дальность стрельбы всего восемьсот метров, магазин на четыре патрона, зато она надёжная, удобная и производится даже сейчас, спустя тридцать лет после окончания войны. Моей винтовке, например, было всего восемнадцать лет — так же, как и мне самой… Заклятия тоже наносились современные — сглаживающее отдачу, заглушающее звук выстрела и увеличивающее скорость полёта пули. Снайперский прицел - «Фей», сетка-крест, обработанная заклятием затемнения линзы, которое так же работает как заклятие ночного видения и позволяет стрелять при помощи прицела даже ночью. Мечта снайпера… А ещё один плюс винтовки — трёхлопастной винт-спуск. Ударил один раз копытом — выстрел, ударил во второй раз — перезарядка. Не винтовка, а просто праздник. Дождь постепенно прекращался, и это не могло не радовать. Я оставила свой навес между соснами — дырявый, потёртый и старый, он уже не давал никакой особой защиты, да и мне очень уж хотелось надеяться, что в Понивилле я найду что-нибудь понаряднее. Если верить сплетням торговцев, возле города, от которого после Гражданской Войны не осталось и половины, сейчас ведётся серьёзное противостояние: слишком уж удобное место для засад на конвои, идущие в Сильвер Сити и дальше, на Юг, в ту же Эплузу. В Понивилле можно жить, ещё можно присоединиться к какому-нибудь конвою, или просто набрать припасов и пойти куда-нибудь дальше… У меня не оставалось ни родных, ни друзей, ни дома, так что в выборе пути по Эквестрии я была совершенно свободна. Закинув седельную сумку на круп, я повесила ремешок винтовки на шею так, чтобы сохранялась возможность в любой момент перехватить «Дракошу» в копыта. Глубоко вдохнув посвежевший воздух, я вышла из-под навеса и поскакала по жухлой траве на восток. Вскоре, правда, мой путь преградил небольшой лесок и мне пришлось сбавить скорости, продираясь сквозь заросли и перешагивая через корни. В лесу было сыро, холодно и противно, и я поблагодарила Селестию за то, что он оказался очень небольшой протяжённости. Выбравшись из-под деревьев, я запрыгала по лужам, пересекая небольшую лужайку перед лесом. Тут-то я впервые за сегодняшний день увидела следы того, что сотворила с Эквестрией война, окончившаяся тридцать лет назад. Говорят, когда закончилась война, ещё около десяти лет пегасы не управляли погодой, а затем ещё пять лет заново учились это делать. Ни зимы, ни весны, ни осени в Эквестрии не было, одно бесконечное лето, которое ни у кого не вызывало радости. Так или иначе, многие следы прошедшего ужаса хорошо сохранились. Одним из таких следов была полусгнившая повозка, лежащая на борту. В повозке и возле неё лежали скелеты трёх пони, обожжённые до черноты. Волна магии уничтожала лишь живых — растения, животных, пони, а вот дома и вещи рушились по естественным причинам. Судя по всему, пони пытались спастись от зелёного пламени мегазаклинаний, но оно нагнало их и сожгло. Такие места я просто ненавидела… Поднявшись на задние ноги, я взяла винтовку в копыта и пошла дальше, обходя повозку по краю, но стараясь держать скелеты пони на прицеле. Нет, я вовсе не ожидала, что они оживут, но… Скажем так, я с жеребячества боюсь мертвецов. А в мире, где мертвецы могут ожить, такой страх часто оказывается даже полезен, потому что способен спасти вам жизнь. Так что, хотя слухов о нападениях пони-скелетов я никогда не слышала, я постаралась проскочить мимо повозки побыстрее. Обойдя повозку, я внезапно ступила копытом на пепелище — облачко пепла поднялось от вверх и защекотало нос. Я чихнула, потрясла головой и огляделась. Передо мной, насколько хватало взгляда, тянулась полоса выжженной земли, как будто бы тут пролетал дракон, и от скуки выжег половину поля. Зато за полем я увидела лес, ещё реже того, через который я прошла, а сквозь стволы деревьев я увидела стены домов Понивилля, за тридцать лет потерявшие яркость цветов. Надо же, а я быстро сюда добралась. Вновь опустившись на все четыре копыта и закинув «Дракошу» на бок, я пошла вперёд, надеясь при встрече с бандитами не на пули, а на скорость. Пепел поднимался из-под моих ног, так что приходилось задерживать дыхание, чтобы идти дальше. Попытка побежать по пепелищу обернулась тем, что я оказалась в настоящем облаке пепла, закашлялась, захрипела, и дальше пошла уже медленнее. К счастью, слишком далеко идти не пришлось — полоса пепла закончилась и я ступила на зелёную траву. По-быстрому вытерев копыта об траву, я перебежала под прикрытие леса, упала на живот и поползла под кустами. Понивилль выглядел… Гораздо хуже, чем я ожидала. От большинства домов остался лишь каркас, тут и там поднимались одинокие стены, а немногочисленные уцелевшие дома казались здесь абсолютно лишними. Да и «уцелевшие» - не то слово, целыми они не выглядели. Лишённые стёкол окна или пустуют тёмными провалами, или заколочены досками, в стенах и крышах дыры, дверей нет… И ни одного пони не видно, даже бандитскую сволочь. Я подняла винтовку и прильнула к прицелу, рассматривая через него дома. Всё заросло, всё обвалилось и всё сгнило. Город был мёртв, мёртв все тридцать лет с окончания войны. Может, тут и проезжали конвои, и подвергались нападениям, но всё это были случайности и совпадения. Я не могла себе представить пони, который остался бы в этом городе надолго. - Так… - пробормотала я сама для себя. - Теперь самое время подумать, что делать дальше, Твай. Я усмехнулась и стала колдовать — конечно же, копытами - над ремешком винтовки, увеличивая и снова уменьшая его длину. Работала я так до тех пор, пока винтовка не оказалась на моём боку, смотря дулом вперёд. В таком положении можно было подумать, что на мне надето «боевое седло», да и снять винтовку так гораздо легче. Резко поднявшись, я глубоко вдохнула и побежала в сторону ближайшего дома. К счастью, никто стрелять по мне не стал, так что я вскоре оказалась возле его дверей — точнее, двери, болтавшейся на одной петле. Осторожно просунув ствол винтовки в щель, я выждала несколько секунд и открыла дверь, оказавшись в богато обставленной гостиной. Резкий запах гнили ударил в нос не хуже, чем пепел. Покашливая, я прошла вперёд. Ковёр на полу гостиной сгнил, у стола остались всего три ножки, деревянная лестница, ведущая на второй этаж, была покрыта пылью. Судя по разбросанным вокруг предметам, дом уже обследовали, наверняка что-то вынесли, но оставаться не стали. На кухне обнаружились вывороченные шкафы, холодильник, в котором комом сбились сгнившие продукты, газовая плита с оторванной дверцей и стол, единственный прошедший целым через испытание временем. Красота! Вернувшись в гостиную, я вышла на крыльцо и огляделась по сторонам. В городе царила тишина, нарушаемая разве что пением какой-то птицы. Идти дальше? А куда? В Эплузу Два, в Сильвер Сити? Эти города, которые строились по программе заселения Юга, сейчас стали центрами жизни, но шагать туда по крайней мере сейчас не хотелось. Путь от деревушки Райнхолл до Понивилля растянулся в пять дней, за которые я пережила много опасностей. Идти сейчас к Эплузе у меня не было ни сил, ни желания. Я вернулась в дом и пошла на второй этаж. Скрипучая гнилая лестница оказалась всё же достаточно крепкой, так что я смогла быстро подняться наверх. Оглядевшись, я увидела двери, ведущие в две комнаты. Хмыкнув, я подошла к одной из них, поднялась на задние ноги и попробовала открыть дверь. Та не поддалась. Тогда я сняла «Дракошу», перехватила винтовку в копыта, задержала дыхание и с силой ударила прикладом по дереву. Дверь выдержала удар, как будто бы и не прошло трёх десятков лет с тех пор, как её поставили. «Кантерлотский дуб» - подумала я. Стоит попробовать по-другому. Отойдя назад, я навела винтовку на замок, прижала уши и ударила копытом по спусковому винту. Звук выстрела болезненно ударил по ушам, пуля ударила в дверь и проделала на месте замка хорошую дыру. Ещё пара ударов прикладом — и дверь открылась. Моя пуля проделала дыру в прикроватной тумбочке, стоявшей возле маленькой кровати. Я с замершим сердцем шагнула вперёд. Чувствуя, как страх и жалость сжимают горло, я склонилась над кроватью и с облегчением выдохнула, увидев лишь пыль, заплесневевшее одеяло и подушку. Скелета жеребёнка не обнаружилось, зато сдвинув подушку, я увидела потрёпанный дневник. Задержав дыхание, я аккуратно перевернула обложку — страницы слиплись, символы расплывались, но книга всё же была не в самом ужасном состоянии… Оглянувшись, я стала перелистывать страницы, пока не нашла последнюю запись. Прищурившись, я попыталась разобрать почерк жеребёнка, что удавалось с трудом. - «Мама… Папа говорит, что… Нужно …Ехать», - я хмыкнула. - Наверное, «Уехать». Так, что там дальше… «Нужно уехать в Мэйн(...)тен, пока… Крыты г-у-м-а-н-н-и-т-т-а-р-н-ы-е коридоры. Через шесть…», или это восемь? Ладно… «Шесть дней… Спаркл атакует Кантерлот… Война окончится… Вернёмся». Всё понятно. Слава тебе, Селестия, их здесь не было. Всё же я решила закончить дело до конца и вернулась в коридор. Дверь во вторую комнату поддалась без усилий, и я перешагнула через порог. Кровать, двуспальная и большая, укрыта целлофаном, в углу шкаф для одежды, тумбочка с аквариумом, помутневшим и расколотом. И никаких следов пони. Слава Селестии и Луне. Побив копытом об копыто, я принялась за дело. Для начала я спустилась вниз, полазала по кладовой и обнаружила среди рухляди немного ржавый, но ещё пригодный к делу топор, и упаковку гвоздей. Оставив сумку на втором этаже, я повесила винтовку за спину и принялась за шкаф — навряд ли хозяева сюда вернуться, так что мебель им не понадобится. Работа оказалась тяжёлой, так что я вскоре вся взмылилась, зато смогла нарубить достаточно досок. Теперь я принялась за работу над окнами, заколачивая их и на первом, и на втором этаже. Входную дверь я вернула на петлю, и воспользовалась кусками двери комнаты жеребёнка, чтобы укрепить её. Всё это я делала не просто так — к ночи могли заявиться нежданные гости. И я опасалась вовсе не пони — существа, именуемые ночными тварями, могли зайти в этот дом. Чёрные существа с лишёнными век глазами, без шерсти, грив и хвостов, без крыльев и рогов, эти монстры уже не были пони. Даже с зомби можно договориться, а вот эти монстры с пони имеют лишь общие черты. К полудню закончив укреплять дом, я вернулась на верхний этаж и прошла в комнату «родителей». Теперь я перевернула свою сумку и высыпала из неё всё содержимое: коробку с патронами, обойму, фонарик, затем осветительный кристалл в каркасе-клетке, фляжку с водой, две банки с тушёными овощами, одну банку с консервированной кукурузой, нож, свой ежедневник, несколько карандашей, точилку и расчёску без половины зубьев. Всё моё «богатство». Денег-битов я не носила, они вообще в нашем мире лишь для картечи гордятся. Основная платёжная единица сейчас — всё, что можно купить и продать. Ну, в Эплузе, Сильвер Сити или Мэйнхеттене они ещё действуют, а вот в Эквестрии они больше никому не нужны. Одеяло я вывесила на первом этаже и пока оно сушилось, принялась за завтрак. Осветительный кристалл наполнил комнату слабым светом, которого едва хватало, чтобы разглядеть содержимое первой банки. Поставив нож на крышку банки, я нанесла резкий удар и пробила её. Теперь я осторожно прорезала отверстие и стала при помощи ножа есть тушёнку. Месиво овощей оказалось отвратительным на вкус, но в нашем мире на вкус не жалуются. Питательно — и ладно. Закончив обед и запив его водой из фляги, я вернулась за одеялом. На кровать ложиться я не стала, лишь свернула одеяло в трубку и подложила его на пол, а сама улеглась, используя его вместо подушки. До вечера можно было набраться сил. Но одно дело у меня оставалось. Перевернувшись на спину, я соединила копыта и зашептала: - Дорогие принцессы, если вы ещё живёте где-то на небесах - спасибо вам за то, что сегодня вы даровали мне кров, еду и спокойный сон. Сделайте для меня ещё немного - помогите мне уцелеть сегодняшней ночью. Да будет так. Закончив, я зевнула и закрыла глаза. Напряжение последних дней, трудный переход по Эквестрии и волнение, всё это скопилось в шар, который выгнал из меня сознание и погрузил во владения принцессы Луны. * * * Звук удара пробудил меня. Я поднялась с пола и подтянула к себе винтовку, вслушиваясь в тишину. Вдруг удар повторился. Проспала! Я поменяла магазин на полный, зажгла фонарик и стала раскладывать патроны и магазины. За это время удары по двери повторились ещё несколько раз, а затем раздался мерзкий вой. Он не походил ни на собачий, ни на волчий. Так выли ночные твари. Я провернула винт, приведя оружие к действию, и выбежала на лестницу. В эту же секунду входная дверь разлетелась в щепки и на нижний этаж ворвались четыре тени, принеся с собой лунный свет. Похоже, я проспала до ночи. - Ну-ну… - хмыкнула я. Первая тень подняла морду, взглянула на меня и зарычала. Я не стала ждать, пока монстр кинется на меня: наведя оружие на монстра, я нажала на винт. Пуля ударила чудовище в грудь и опрокинуло его на спину. Звук и вспышка выстрела привлекли внимания оставшихся трёх монстров — они бросились к лестнице. Я ударила по винту снова и снова, но на этот раз промахнулась и первая из тварей была уже на середине лестницы, когда моя третья пуля раскроила ей череп. Не теряя времени на перезарядку, я бросилась в свою комнату и захлопнула дверь, по которой через секунду застучали копыта. Вставив новый магазин в винтовку, я обернулась к двери и постаралась успокоить дыхание. Хлипкая дверь не могла долго выдерживать натиск монстров, поэтому я подтянула к себе ещё и нож — на всякий случай. Новый удар выбил дверь и первая из тварей кинулась ко мне. В свете фонарика сверкнула её оскаленная морда, сохранившая черты кобылки — однако я без жалости ударила по винту и… Ничего не произошло! Дура, я забыла, что первый удар досылает патрон, и только второй приводит в действие спуск! А через секунду тварь обрушилась на меня и прижала к полу. «Дракоша» улетел прочь. Я завопила и забилась под тварью, пытаясь отбиться от неё. Удар копытом по морде не повредил монстру, но позволил мне другим копытом нащупать нож и взмахнуть уже им. Тварь отошла, жалобно повизгивая. - Ну давай! - заорала я. Второй монстр проскользнул в комнату и прыгнул на меня в тот момент, когда я того меньше всего ожидала. Я с криком выставила перед собой нож, но монстр вонзил свои зубы мне в ногу и магия копытокинеза тут же погасла. Монстр придавил меня к полу и с рычанием стал подбираться к моему горлу. Я дёрнулась, пытаясь ударить его, но тут тяжёлое копыто обрушилось мне на голову и сознание заскользило прочь от меня. Но в последнее мгновение перед тем, как провалиться в сон, я услышала ружейный выстрел...