Кот или Вася

Целоваться они начали еще в подъезде, просто в какой-то момент девушка оступилась на очередной ступеньке, а он вовремя подхватил ее под руку, не давая свалиться с лестницы. — Спаси… Поблагодарить своего спасителя красавица так и не успела. За считанные доли секунды он умудрился не только привлечь ее к себе, но и впиться в губы требовательным поцелуем. Она лишь удивлено ахнула, а потом ответила, чувствуя, как парень в свою очередь становится нежнее. Обвила руками его шею, прижимаясь к нему всем телом. Жалкие остатки разума пытались напомнить ей о любопытных соседях, наверняка уже «прилипших» к дверным глазкам, о ее девичьей репутации, но, черт возьми, его губы оказались такими настойчивыми, а сильные руки хоть и были нежны, все же не позволяли вырваться из плена крепких объятий. Впрочем, не очень-то и хотелось. Оказывается, она успела по нему соскучиться. Коленки предательски задрожали и все-таки подвели свою хозяйку, подогнувшись в тот самый момент, когда наверху кто-то открыл входную дверь. — Вася, подожди. Парень протестующе заворчал, но руки все же разжал, позволяя девушке немного отстраниться. Она зачем-то наспех пригладила волосы, хотя они и без того выглядели отлично и потянула Ионова за рукав. — Идем. Наткнувшись в темноте на тумбочку, Кот едва не выругался, правда, успел взять себя в руки. — Этого здесь не было. Девушка заливисто расхохоталась, но услышав обиженное сопение, поспешила посочувствовать, наградить «пострадавшего» поцелуем. — Ты давно у меня не был. — Ты не приглашала. Он только целовал ее, не предпринимая никаких попыток избавить от одежды, и это было непривычно. Обычно Кот был более нетерпеливым, и это наводило на определенные мысли. Неужели сомневается? В определенный момент ей это все же надоело, и красавица предприняла робкую попытку стянуть с него ветровку, чувствуя, как парень улыбается сквозь поцелуй. В коридоре было жарко и слишком душно. Душно настолько, что кружилась голова, и не хватало дыхания. Впрочем, оба прекрасно понимали, что и в комнате ситуация не изменится. Со временем глаза привыкли к темноте настолько, что теперь можно было различить не только силуэт, но и выражения лиц друг друга. Она не видела его глаз, а точнее, эмоций, скрытых, а их глубине, но почему-то с уверенностью могла констатировать, что в голубых омутах плещется сомнение. Это чувствовалось и во всех его действиях. Вася словно до сих пор сомневался, правильно ли он поступает, и тогда она сама сделала тот самый шаг, после которого уже не будет пути назад. Завтра утром уже нельзя будет сделать вид, что все произошедшее было минутной слабостью или каким-то помешательством. Она целует его сама, отдавая всю себя и в кои-то век не требуя ничего взамен. И, кажется, это срабатывает, потому как его поведение тут же меняется, превращая его в собственника, каких стоит поискать. И можно торжествовать, потому что настоящий Ионов вернулся. Она уже больше не дрожит, ее трясет. Трясет от его близости, от эмоций, от страсти, от осознания того, что все, наконец, встанет на свои места. — Вася… И легкая курточка летит куда-то на пол, а с плеч сползает тонкая бретелька воздушного платья, и кожу тут же опаляет его горячее дыхание. — Вася… И кожа покрывается мурашками, потому как жадные губы путешествуют по ее плечам и шее. И воздуха катастрофически не хватает. И, наверное, именно поэтому в глазах темнеет, а дышать с каждой секундой становится труднее. — Вася… Тонкие пальчики уверенно стягивают с него футболку и касаются гладкой кожи. Ладошки скользят вверх, едва касаясь его шрамов. Надо же, как их много, а ведь о половине из них она даже не подозревала. И как можно было так безбашенно рисковать собой?! — Вася… Он вжимает ее в стену и впивается в шею болезненным поцелуем. И завтра наверняка придется прикрывать шею волосами, а еще лучше шарфом. Но она ничуть не против. Удивительно, но ей даже нравится его напористость. Ее ведь всегда влекло к сильным мужчинам, а Ионов именно такой. — Вася… С губ срывается еле слышный шепот, когда парень осторожно, словно стеклянную вазу, опускает ее на кровать, придавливая своим телом. Он замирает, опираясь на вытянутые руки, и пристально выглядывается в поддернутые поволокой голубые глаза. — Что-то не так? — Все так. Не останавливайся… Часы на прикроватной тумбочке показывали далеко за полночь, но им не спалось. Может, мешали завывания внезапно сорвавшегося ветра и капли дождя, стучащие в окно, может, не давала покоя близость друг друга. — Почему ты приехал? — жмурясь от удовольствия, робко поинтересовалась красавица. Парень ощутимо напрягся. — Ты против? Голубые глаза широко распахнулись, что вызвало у него смешок. Девушка обиженно насупилась, что развеселило его еще больше, а потом он вдруг стал серьезным. — Потому что я люблю тебя. Вот так просто, глядя прямо ей в глаза. На долю секунды она даже теряется, но быстро берет верх над своими эмоциями и робко улыбается. — Вась… — Ммм? По телу пробегает электрический разряд, потому что ее руки скользят по его обнаженной коже, принося наслаждение и предвкушение чего-то большего. Девушка выгибается ему навстречу, прижимаясь всем телом и, слегка прикусив его за мочку уха, горячо признается: — Я тебя тоже… За несколько часов до этого. Он не был уверен в том, что поступает правильно, когда согласился проводить ее до дверей квартиры, но, видать, делать, а потом уже думать, в его природе. И все бы ничего, если бы не гадкое чувство неправильности происходящего, поселившееся в душе. — Проходи, — Василиса гостеприимно распахнула дверь, приглашая его в квартиру, но парень застыл на пороге. — Уже и правда поздно. Она лукаво улыбнулась ему в ответ. — Да ладно тебе. — Нет, серьезно, — Ионов тряхнул головой, словно пытаясь избавиться от наваждения, — мне пора. Василиса капризно надула губки и даже уперла руки в бока, что лишь убедило его в правильности решения. — Рад был повидаться, — он порывисто обнял бывшую невесту и, коснувшись губами ее лба, поспешил обратно к лифту. — Береги себя. Темный внедорожник нес его по темному Питеру к той, для кого он был кем-то гораздо больше, чем просто Вася, кем-то гораздо больше, чем просто Кот или командир. И пусть она упрямо твердила обратное, он-то знал правду. — Кот? Кого-кого, а его увидеть она никак не ожидала. По ее предположениям он сейчас должен был наслаждаться обществом Василисы, а никак не встречать ее возле ее подъезда. — Привет, Жень. Угостишь чаем? Мура как можно безразличнее пожала плечами. — Ну, пошли. Ступенька, вторая, третья, четвертая, и мысли все не дают покоя. Почему он здесь? Шестая ступенька, седьмая… Зачем приехал к ней? Восьмая ступенька, девятая… и нога соскальзывает. Сильные руки подхватывают ее как раз в тот момент, когда мозг уже успевает нарисовать картинку позорного падения. — Спаси…