Ты какая-то странная...

Утро задалось у меня не самое удачное, но вот день выдался довольно отличный, ведь я сдала зачёт на отличную оценку и теперь со спокойной душой могу готовиться к предстоящей сессии. Еще нас отпустили с последней пары, и я вернулась домой на час раньше. И это так сказать «лишний час» решила потратить на сон, так как сегодняшняя ночь выдалась очень трудной и «подвижной». «Влад, пожалуйста, прости меня! Я, правда, не это имела в виду», — это сообщение я отправила больше трёх часов назад, но ответа все равно нет, хотя Влад был в сети двадцать минут назад. Он меня игнорирует. Я себя так паршиво никогда не чувствовала… Я боялась, что Влад меня будет использовать, но на самом деле я сама его использовала. Какая же я дура… Также я пробовала звонить ему, но он то не берет трубку, то скидывает вызов. Пользуясь, тем, что у меня есть еще немного свободного времени, решила ответить моему бывшему в WhatsApp. Его непрочитанное сообщение висит уже почти два дня. Я все времени не нахожу ответить. «Я понимаю, что ты не хочешь меня слышать, но послушай, я знаю этого Влада, с ним ты в опасности! Я надеюсь, что ты меня все-таки услышишь, так как не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, ты же мне не чужой человек…», — я быстро бежала глазами по строчкам и ничего не понимала… Что несёт этот баран? «Ты с ним в опасности», — интересно в какой? Неужели, во время объятий он меня задушит или во время поцелуя горло перережет? «Я сама с ним разберусь. Не лезь в мои дела. И, кстати, я тебе уже, как две недели чужая», — быстро набрав сообщение, кинула телефон в сумку, и, накинув зимнюю куртку, пошла на работу. Я за два дня так соскучилась по любимым пациентам, замороженных в камерах. Ох, дети мои, еще немножко, и мама вами займется. Хи-хи-хи. Единственный минус — это Анна Михайловна. Мне снова придется лицезреть ее недовольное лицо. Да я вообще с ней разговаривать не буду! *** Я пришла на работу раньше положенного времени, что немного расстроило. Мне придется лишнее время терпеть эту старуху, надеюсь, я выживу. Молча войдя в помещение, пошла за ширму, чтобы снять верхнюю одежду и переодеться в специальную медицинскую форму. Все-таки, не очень хочу свою одежду пачкать в кровь. Знаете, что меня больше всего удивило? Анна Михайловна ни слова мне не сказала, даже не повернулась, такое ощущение, что меня вообще нет, и она в морге одна. Она тоже решила о мной в молчанку поиграть? Это даже к лучшему. На мозги капать не будет. Я одела белый халат, перчатки и, протерев тщательно скальпель, подошла к первой кушетке, на которой лежал мужчина средних лет. — Сергей Николаевич, что же с вами произошло? — спросила я мужчину, прочитав его данные на листочке. — Сейчас мы это и узнаем, — я потерла ладони в предвкушении и с слегка сумасшедшими историками в глазах провела лезвием по груди мужчины. Хоть кровь и не циркулирует, брызжет она все так же сильно. Обидно, запачкала мой любимый халатик. Ну и ладно! Сделав еще два надреза, я вывернула кожу с мышцами наружу и взялась за любимые щипчики. Не без приложенной силы, я все же перекусила его ребра и так же, как и кожу, вывернула их наружу. Мне до ужаса нравится звук ломающихся рёбер. Ну все, Алёнка, это финиш… Взвесив сердце, легкие и желудок, находившиеся в ужасном состоянии, я узнала причину смерти Сергея Николаевича: хроническая язва желудка, желудочный сок разъел все органы. Мило. — Ну что, Сафронов, меньше нужно было есть чипсы с пепси, — поздно ему советовать, но я все же взвесила внутренности, зашила грудную клетку дяденьке, приступила к его мозгам. Вот что- что, а трепанацию черепа я всегда не любила. Не зачем мне на его тараканов смотреть, но, работа есть работа, подумала я, включая циркулярную пилу… *** Через полчаса я закончила с дяденькой, и, сняв перчатки с халатом, кинула их в мусорное ведро. Влад все так и не ответил… Походу, его очень сильно задели мои слова, и теперь я не уверена, что он меня простит…