Рядом с тобой

Донхэ уже замучился отвечать "не знаю" на бесконечные "почему" Син-Сина. Вот почему он задавал все свои вопросы именно ему? Почему не Чанёлю? Ах, да! Тот же ушёл пожар успокаивать, который так не вовремя случился в лесу. На следующее "почему" Сина отправили к Кёнсу, на что он лишь шмыгнул носом: - Он заперся на чердаке и не хочет со мной разговаривать! - Почему? - Это ты меня спрашиваешь? - Бекки, почему? - Хэ толкнул зевающего в его кармане эльфа. - У него депрессия опять, наверное, - потягиваясь, буркнули в ответ, даже не удосужившись вылезти из кармана. - Или кое-кто слишком часто нарушает его личные границы... - Син, другими словами, Кёнсу не любит твоих обнимашек, он тебе не кукла, - старший пожал плечами, продолжая точить нат*. От нечего делать он всё-таки решил послушать домового и заняться задним двором. - Но у меня даже друзей здесь нет! Я хочу домой! Бекки и то, у тебя из кармана не вылазит! - младший насупился и выбежал из дома. *** Сину было обидно. Еще вчера Чанёль обещал много всего рассказать, научить вызывать на берег русалок, показать белок и сводить к оборотням. А сегодня его нет и в помине, Кёнсу спрятался, Бекки спит целый день. Даже хён чем-то непонятным занят и ничего не хочет ему рассказывать ни про родителей, ни почему они сбежали. Уже второй день его пытаются помыть в какой-то бочке с водой, в туалет приходится бежать куда-то на задний двор. Благо, Кёнсу довольно хорошо готовит, хоть голодать не приходится! Короче, какой бы он ни был, этот мир, но пока он Исину совсем не по нраву. Мальчишка вздохнул, в раздумьях пиная камешек все дальше по тропинке, не замечая, что деревья давно сомкнулись над головой, а деревушки совсем не видно среди густого подроста**. Только почувствовав запах воды, Исин оглянулся по сторонам, замечая справа, в просвете меж высоких зарослей бамбука, отблеск большой воды. Неподалёку нашлась и каменная тропинка, ведущая прямо к, как оказалось, большому озеру абсолютно круглой формы. Исин застыл на каменистом берегу в восхищении от очарования дикого места. Солнце ярко отсвечивало от зеркальной в своем спокойствии поверхности воды, превращая озеро в драгоценный бриллиант. Справа озеро окружали высокие древние дубы, которые, казалось, в любой миг могли закрыть озеро от дурного и злого, как ресницы закрывают глаза от пыли и грязи. Начиная с противоположного берега длинной подводкой тянулись цветущие акации и каштаны, слева переходя в бамбуковую рощу до той самой каменистой тропинки, на которой в восхищении замер Исин. Вода плавно накатывала на крупные камни, которыми был выложен берег, перекатываясь меж ними с тихим плеском. Впервые за эти дни Син-Сину захотелось остаться здесь навсегда. Он снял кеды, закатал джинсы до колен и хотел опустить ноги в воду, как из под воды прям под его стопы вынырнул широкий лист лотоса. Мальчик попытался оттолкнуть его, чтобы окунуть ноги в воду, но лист упорно возвращался под стопы, не позволяя Сину намочить ноги. Упрямство ребенка не знало границ, поэтому никто бы из его семьи не удивился, если бы увидел, как в результате нелёгкой борьбы с растением Син просто встал на него, пытаясь оказаться в воде. Но, на его удивление, лист прочно плавал на поверхности, не позволяя даже каплям воды добраться до маленьких ступней мальчишки. Хмыкнув, Син шагнул с листа в воду, но прям под его ногу из воды вынырнул второй лист и, как и первый, стойко выдержал вес человека, пусть и не слишком большого. Закусив губу в исследовательском порыве, Син двинул к центру озера, напрочь забыв про свою неспособность держаться на плаву. Под ноги упорно выплывали все новые листы, образуя своеобразную тропинку от каменистого берега к самому центру озера, где в глубине прозрачных вод виднелось что-то тёмное, мечущееся, как собака на привязи в беспокойную ночь. Син застыл на середине озера, вглядываясь в глубину вод и пытаясь понять, что же это такое. Как будто угадав его мысли, из глубин поднялся самый крупный среди прочих лист, на который Син улёгся, опуская лицо к самой поверхности вод. Мелкая рябь и явно большая глубина не позволяли разглядеть тени на дне. Поэтому Син опустил в воду лицо, открывая в воде любопытные глаза, что позволило немного отчетливей увидеть стройное тело с длинным хвостом и водоросли, опутавшие голову крупной рыбины. Син ударил ладошкой по воде, привлекая внимание поддонного жителя, и в страхе чуть не слетел в воду, отпрянув от поверхности, когда на него взглянули глубокие глаза на вполне себе человеческом лице. От страха у Сина резко отказали ноги, поэтому вскочив в порыве убежать на берег, он тут же грохнулся обратно на лист. А секундой позже уже было бесполезно куда-то бежать, потому что из воды вынырнул парень с длинными волосами и лукавой улыбкой: - А я то думаю, почему Лотос так рано стал набухать! Сам Избранный явился! - черные глаза с длинными ресницами хитро прищурились, разглядывая испуганного мальчишку. - Что-то ты мелковат нынче! - и уже спустя минуту, принюхавшись, глаза резко открылись. - Омега, что ли?! Уау! Больше двухсот лет омег в нашем краю не было, а уж тем более Избранного омеги... Пока он болтал, в удивлении оглядывая Исина, тот очухался и пришел в свое обычное состояние любопытной почемучки: - Ты кто такой? Почему в озере живешь? Что такое "омега"? Ты тоже древний? А что ты знаешь об ... - Эй-эй, подожди, не тараторь! - тонкий мокрый палец лег поперек губ младшего, не позволяя произнести и слово. - Давай потихоньку. Ладно? Син кивнул и вопросительно уставился на взбирающегося к нему на лист... русала? Рыбий хвост говорил именно об этом. Неужели именно о таких русалках упоминал Чанёль? Исин вздохнул. Он-то надеялся увидеть красивых девушек с длинными зелеными волосами и сладким высоким голосом. У того, кто сейчас усаживался поудобней напротив, тоже были довольно длинные волосы, правда вполне себе темно-каштанового цвета. И голос был, вроде, не плох. - Ты хотя бы петь умеешь? - с надеждой спросил Син-Син у нового пока еще незнакомца. Тонкие губы изогнулись в кошачьей улыбке, и над озером полился чистый звук высокого звонкого голоса, выводящего плавную и грустную мелодию. Слова Син разобрать не мог, отмечая незнакомый язык, но музыкальный напев трогал за душу своей нежностью, от высоких нот мурашки бегали по коже. Когда русал умолк, младший громко захлопал в ладоши. - Ты так классно поёшь, хён！ - Да ладно уж, не классно, а бесподобно, - озёрный житель явно знал себе цену. - Но спасибо и на том！А сейчас я готов ответить на все твои вопросы. Начнём？Зовут меня Чен и я водяной... - Русал？- перебил нетерпеливый мальчишка. - Не русалка я, а водяной！- остроскулый поджал в недовольстве губы. - И не перебивай, а то ничего рассказывать не буду. *** Донхэ уже скосил больше половины травяных зарослей, когда в кармане завошкался маленький человечек, пытаясь зацепиться за край, чтобы вылезти наружу. - Чего это Чен распелся? - вылетая, наконец, из своего убежища, недоуменно почесал затылок эльф. Донхэ, услышав новое имя, нахмурился. - Это кто еще? - Да водяной один. Обычно сидит себе на дне и дрожит над Лотосом, - и тут же заозирался вокруг. - А где... Высказать свою мысль до конца он не успел, из леса выбежал медведь, на ходу перепрыгивая изгородь и превращаясь в Чанёля. Донхэ даже испугаться не успел, так быстро все это произошло. Он подлетел к парочке и только открыл рот, как его перебили откуда-то сверху: - Чен на поверхности. Наверное, что-то на озере случилось, - из окна чердака показалась растрепанная голова домового. - Исин там случился! - прорычал раздражённый леший. - Исин?! - нестройный хор голосов был един только в одном - в изумлении. - Он разве не в доме? - Донхэ ринулся в дом искать брата. - Нет его в доме, - Кенсу был спокоен, как всегда. - Где же он? - парень в испуге за брата поднял виноватые глаза на Чанёля. - Бекки, - начал было леший. - Да лечу я, лечу, - скривив хорошенький носик, проворчал недовольный эльф. - Следи тут за всякими мелкими, - и уже громче. - Почему всегда я?! - А кто у нас тут эльф-хранитель? - Чан поднял одну бровь. И еще раз горестно вздохнув, Бекхён улетел в сторону озера проверять, там ли Исин. *** - Хорошо-хорошо, продолжай, - нетерпеливо заёрзал, поджимая под себя правую ногу, Син-Син. - Итак, я - Чен, и мне всего 600 лет, я - хранитель этого озера, и в первую очередь слежу за Лотосом. Я, как бы, садовод, - Чен задумчиво почесал кончик острого носа. - Если тебе так понятнее. Пару часов назад вдруг стала расти почка и она очень похожа на завязь цветка. Но еще очень рано! До цветения еще пара месяцев! Поэтому я заволновался. А тут ты! Естественно, Лотос Избранного уберечь пытается. - От чего? - любопытство ребенка всё же не выдержало - Чтобы ты раньше времени цветок не вызвал! Он же еще не созрел. - А зачем мне его вызывать? - в голове Исина все никак не улягутся новости последних трех дней. - Как зачем? Чтобы получить силу Избранного. Тебе, что, еще ничего не рассказали? - Но... - договорить Син-Сину не дал тоненький голосок. - Сухо сказал, что сам всё расскажет! А ты взял и все выболтал! Вот он тебе задаст! - Бекхён разве что руки от удовольствия не потирал. - Феечка! - Исин протянул руку, чтобы поймать летающего эльфа. - Ты, наконец-то, вылез из кармана брата? - Феечка? - Чен хихикал над новым прозвищем, которое с его помощью точно не отлипнет от эльфа ближайшую сотню лет. - Ну сколько можно говорить, что я не "феечка"! - раздражению Бека, особенно в совокупности с тем, что это нелепое обращение услышала водяная язва, не было предела. - Вот поэтому я и не буду тебя охранять! Мне твой брат больше нравится! - У Избранного есть брат? - Чен не любил, когда он не в курсе всех событий. - Да, и оооочень симпатичный! - эльф явно был рад, что тема сменилась. - Кстати, Исин, тебя там все изыскались, Донхэ с ума сходит, Чан из леса всклокоченный прибежал. - А Кёнсу? - младший все еще был в обиде на спрятавшегося от него домового. - Он про меня спрашивал? - Нууу, голову с чердака высунул, а это уже многое значит, - жуя в задумчивости губу, заметил Бекхён. - Но я не хочу домой, там скучно! - мальчишка и сам не заметил, как назвал деревенский домик домом. - Мне здесь, на озере, больше нравится. Я не пойду, - и упрямо отвернулся, сложив руки на груди и выпятив и так пухлую нижнюю губу. - Чен, если ты сейчас же не приведешь сюда Исина, я пожалуюсь Сухо. А ты знаешь, как он может тебя наказать! - с берега донёсся гулкий бас. - Ну вот, Чанёль уже здесь и он жутко зол, - констатировал эльф, присаживаясь на плечо Исина. - Пошли быстрее, а то плохо будет не только Чену, но и нам всем. - Никуда я не пойду, мне еще не рассказали, что такое "омега", - продолжал упрямиться Син. Бекхён удивленно посмотрел на Чена, пытаясь понять, что тот наговорил мальчишке. - А что? - водяной прямо встретил вопросительный взгляд. - Оно само вырвалось! Он же пахнет Лотосом. Ты разве не чувствуешь? Эльф принюхался, но ничего не почувствовав, пожал плечами. - Это потому, что ты еще маленький, - продолжал стоять на своём водяной. Их спор продолжался бы, наверное, еще долго, если бы Чанёль не выдержал и, обернувшись медведем, не поплыл к середине озера. Увидев подплывающего медведя, мальчишка вскочил на ноги и топнул ногой, едва не сбросив в воду со своего плеча эльфа. Не доплыв до троицы всего пару метров, леший остановился, завидев рядом с листом, на котором сидели Исин и Ко, водяную воронку. С середины озера поднялся закрытый бутон, раскрывая свои белоснежные лепестки. Внутри сиял золотой свет, сиял настолько сильно, что разглядеть середину лотоса было просто невозможно. Исина потянуло к сердцу цветка с неодолимой силой, как ребенка к материнской груди. Он шагнул на широкий лепесток, потом еще шаг... И лепестки тут же сомкнулись, а лотос опять погрузился в озерную глубину. Глядя на все еще неспокойную воду, первым очнулся водяной: - Великий мастер, как же все рано! Чанёль взревел и в ярости кинулся на Чена, но тот, предвидя его гнев, взмахнув хвостом, скрылся в глубине. Медведю ничего не оставалось, как повернуть назад. На берегу его ждал взволнованный Донхэ. Издали он толком ничего не разглядел, но увидев лешего одного, без Исина, побледнел еще сильнее. Мокрый медведь отряхнулся от воды и побрел к деревушке, не желая обращаться в человека из-за все сильнее разливающегося в груди чувства вины. Он не выполнил поручение Сухо, не привел к нему Избранного, позволив ему необученным ступить в Лотос. Да и смотреть в лицо брата Избранного было невмоготу. Опустив головы, они брели по тропинке, совсем забыв про маленького эльфа, который от страха так и остался сидеть на плече Син-Сина. Вдалеке завыли волки, а небо покрылось темно-синими тучами. До полнолуния оставалось 12 дней. Слишком долго до встречи с Сухо. *** Кёнсу встретил их на пороге. - Где Исин? - Его забрал Лотос, - у порога медведю пришлось принять человеческое обличье. - Но ведь... - Я знаю, слишком рано, он даже не научился накапливать энергию, - леший вздохнул, боясь поднять взгляд на Донхэ. - Нам ничего не остаётся, как ждать. - Может, вы мне объясните, что случилось и где мой брат?! - Донхэ только сейчас осознал, что никто ничего делать не собирается, и что даже здесь его брат может быть в опасности. - В каком он таком лотосе? Давай вернёмся и найдём его, - он упорно тянул Чана обратно в лес. Кёнсу подошел к задыхающемуся в начинающейся истерике парню и молча обнял за талию: - Не переживай, с ним все будет в порядке, Сухо сможет его обучить даже в таком состоянии. - Объясните мне, наконец, что тут происходит! - Донхэ никак не хотел успокаиваться, пока его брат не рядом с ним. - Эй, ты! - он хлопнул себя по карману. - Ты обещал охранять нас! Но карман был пуст. - И где этот малыш с крылышками, когда он так нужен? - И правда, а где Бекки? - Кёнсу озадаченно посмотрел на старшего. - По-моему, он сидел у Сина на плече, когда он шагнул внутрь, - леший напрягал память, но все произошедшее на глазах промелькнуло так быстро, что он не был уверен ни в чем конкретном. - Бекки с Сином, я уверен, - хотя в голосе уверенности было значительно меньше. - Он же его защитит, да? - Донхэ с надеждой смотрел то на одного собеседника, то на второго. - Он же хранитель и эльф, значит у него есть какие-то силы. Так? - Великий мастер! Два ребенка вместе в Лотосе! Что мы в итоге получим?! - Кёнсу не возлагал никаких надежд на маленькую истеричку. - Я больше всего боюсь, что он не сможет контролировать свою силу, когда выйдет, - Чан опустился на пол, вытянув ноги и откинув на стену голову. - Придется просить помочь Его? - Кёнсу вопросительно взглянул на сидевшего. - А мы сможем Его найти? - тот опустил голову и взглянул прямо на домового. И тут же оба посмотрели на стоявшего на пороге человека. - Не побоишься вернуться в Сеул? - Если это поможет Исину, говорите, кого надо найти и зачем, - Донхэ был уверен, что сделает все, чтобы вернуть брата под свою защиту. - Это поможет миру, но тебе придется найти Отступника. Только он сможет быть рядом с Сином, когда он выйдет из Лотоса, - домовой положил ладошку на грудь парня. - Это будет трудно, но ты справишься, я уверен. * - Нат - серп ** - Подрост - молодое поколение леса, способное в будущем войти в верхний ярус и занять место старого древостоя, под пологом которого оно выросло