Грехи молодости

      — Что ты орешь на меня, я тебе не Вик!       Зря Беллами это сказал. Крик Рейвен оборвался, но вот выражение лица изменилось так, что ему стало совестно.       Кайл Вик числился пропавшим без вести, его не нашли ни среди мертвых, ни среди живых. Прошло уже два месяца, он должен был вернуться, куда бы его ни занесло.       Рейвен никогда не говорила о Вике после их расставания, но только сейчас до Беллами дошло, что потерю бывшего парня она все-таки переживала.       — Да, ты не Вик, — тихо сказала она и повернулась к рабочему монитору с переливающейся зеленым схемой.       Беллами понимал, что ему нужно уйти. Рабочие вопросы они уже решили, а с таким настроением Рейвен он справляться не умел. Лучше бы она орала. Или плакала. Но это Рейвен. Она справляется с потерями иначе.       Он помнил, как.       Было немного не по себе: а вдруг он ошибся... ну что ж, получит по морде, все равно заслужил уже за сегодня. Но лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и жалеть о не сделанном.       Когда Рейвен под его руками, осторожно легшими ей на плечи, развернулась, он напрягся, ожидая в лучшем случае пощечины, а в худшем — коленом по яйцам. Но она несколько секунд смотрела в упор, а потом вдруг усмехнулась и, властно притянув его голову ниже, впилась ему в губы жарким поцелуем. Беллами поддался ее напору, как и в первый раз, это было так же непривычно, и оттого так же остро и ярко. Она заставила его раздеться первым, опуститься на колени и помочь ей освободиться от фиксатора. Рабочий стол оказался рядом более чем кстати, и когда Беллами поднес ее на руках ближе, она чуть прогнулась назад и одним движением смахнула все, что занимало его поверхность, на пол.       Несмотря на ее решительность и на то, как горяч был поцелуй, Беллами чувствовал, что она не готова чисто физически. Поэтому заставил ее лечь на спину, осторожно провел ладонью по темному треугольнику волос, чуть раздвигая пальцы, и понял, что движется в верном направлении — Рейвен шире развела ноги, словно приглашая. Она дотянулась рукой до его головы, подталкивая и направляя ниже. Это было странно, но ему доставило удовольствие подчиниться. Он склонился и поцеловал ее между ног, почувствовав, как она напрягается в ожидании, и сам ощутил новый прилив желания. Когда же он скользнул языком во влажные теплые складочки, пытаясь найти самое чувствительное место, Рейвен тихонько застонала, словно только этого и ждала, и каждое движение его губ и языка сопровождалось этими низкими полувздохами-полустонами, заводя его еще больше. Он не смог дождаться, когда она скажет «довольно», сам прервался, поднимаясь поцелуями вверх по ее животу, груди, шее, — и вошел в нее одним тягучим сильным движением, вызвав новый стон. И тут Рейвен словно проснулась. Ее правая нога с силой обхватила его бедра, а ладони оказались на его ягодицах, с силой то прижимая, то отпуская, и ему ничего не оставалось, как поймать нужный ей темп.       Беллами мог собой гордиться — Рейвен все-таки кончила первой, и только после этого, когда ее руки разжались, он позволил себе расслабиться и за пару толчков освободился сам.       На столе лежать было неудобно. Беллами пришлось подняться первым, чтобы собрать одежду и принести брошенный у мониторов фиксатор. Одевались они молча, и Рейвен не позволила ему помочь с застегиванием ремешков на сложной конструкции. Однако когда они закончили поднимать с пола сброшенные со стола железки и бумаги, она поймала его руку и сказала слово, которое он не ожидал от нее услышать:       — Спасибо.       В ее глазах не было ни насмешки, ни досады, ни усталости, как в прошлый раз.       — Помогло? — тихо спросил он, как и тогда.       — Да, — ответила она, и это было не как тогда.       — Рейвен, мне сказали, Беллами с тобой? — вдруг ожила рация голосом Эбби. — Зайдите ко мне, оба.       В медчасти Рейвен чувствовала себя как дома, а вот Беллами немного напрягался. Зачем он тут?       — У меня для вас важные новости, — с места в карьер начала Эбби, и Беллами понял, что она волнуется. — Я не знаю, как вам об этом сказать, поэтому скажу прямо: Беллами, у тебя есть сестра.       Он не успел сказать, что он в курсе, потому что Эбби продолжила:       — Я не об Октавии. У тебя есть еще одна сестра, по отцу.       Он опять не успел удивиться — ему бы знать, кто вообще был его отец.       — И это Рейвен, — закончила Эбби и выдохнула. — Мы составляем базу ДНК всех жителей Аркадии, и вот такие новости обнаружили. Я несколько раз перепроверила лично. Вы должны знать...       Наступила тишина, которую нарушила Рейвен.       — А сообщить нам часом раньше ты не могла?       Беллами понимал, о чем она, но сейчас его гораздо больше волновало другое.       — Кто? — спросил он. Эбби поняла.       — Маркус Кейн. ***       — Вы казнили мою мать за из-за двоих детей, а теперь выясняется, что у вас нас тоже двое?!       — До вчерашнего дня я вообще не знал, что у меня есть дети, — попытался протестовать Маркус, но этот разговор как-то резко свернул совершенно не в ту сторону.       — Потому что вам было плевать! И на мою мать, и на меня! — запальчиво воскликнул Беллами и тут же поправился: — На нас с Рейвен и на наших матерей!       — Это не так. Беллами, послушай...       — Я не хочу слушать очередную ложь! На Ковчеге очень сложно не заметить, что женщина, с которой ты спал, забеременела.       — Но Аврора сказала, что ребенок — не от меня... — начал было Кейн и тут же понял, что зря это сказал.       Лицо Беллами пошло красными пятнами, но он сдержался, только сжал кулаки.       — Беллами, я могу как-то все исправить?       — Выйдите в открытый шлюз! — зло бросил тот, развернулся и быстро ушел.       Кейн грустно посмотрел ему вслед. ***       Второй первый разговор с внезапно обретенными детками вышел еще короче. Рейвен с ходу обрушилась на него с решительной тирадой:       — Я сразу расставлю точки над «i». У меня никогда не было отца, потому что матери было все равно, кто им окажется. Она хотела завести ребенка для получения дополнительных пайков. И для вас она была случайной женщиной на ночь, которую вы забыли, едва захлопнув дверь. Я уже взрослая девочка. И игры в «дочки-папочки» мне совершенно не нужны!       — Рейвен...       Но она сбежала еще стремительнее, чем ее брат.       Маркус решил, что для начала все не так уж плохо. По крайней мере, никто из них не попытался дать ему в морду.