Стражи пяти миров

«Мы совсем не те, кем скрываемся за маской лжи. Внутри, возможно, злобного человека, таится любовь и преданность другому. Но он живет не зная, как дорог он другому»   Маринетт сидела за своим дневником, вновь, появлялись на белых листах, черные строчки красивых букв.   Где то далеко от неё, был на другом конце города Феликс. Его руки снова были за пианино, музыка ласкала слух произведения Бетховена «Лунная Соната».   Феликс сидел в комнате один, невольно посматривая в окно, как плещется завораживающая вода, оставляя густую пену. Он смотрел, и улыбался, ведь сейчас, он представляет Маринетт. -Алекс, -Шепнула синевласка своему брату, -Я не знаю, слышишь ты меня или нет, но я всё же скажу. Я запуталась... Я влюблена в одного человека, но в то же время мне нравится его брат. Наверное это не правильно, да?   Но брат Маринетт молчал, а на аппарате, измеряющего пульс, исходили точные сигналы. Мари снова стала ждать Алекса, как и всегда, что он встанет, и улыбнется. Что он встретит её совсем иначе, нежели в первый раз.   Фел проводил пальцами по клавишам, рядом возникла Джулика, но её лицо теперь было иначе. -Ты влюбился, верно? -Усмехнулась брюнетка -И в кого же? -Поднял свой взгляд блондин на главного демона   Феликс закончил произведение, и перешел к другому, перевернув лист. «Ноктюрн 20 до-диез минор» Шопен. -В нашу светлую Мари, -Ответила Джули, -Ты так глуп, ты всё равно не сможешь быть с ней!   Но ноты стали громче, Феликс не слушал, он добавлял искру в игру на инструменте. -Это бред! Ангел и демон! Ты понимаешь, что этим ты разрушишь ад, и превратишь его в хаос! -Кричала Джулика   Ноты стали спокойнее, Феликс расслабился, ему было безразлично, что говорила его госпожа. Но всё же, блондин удосужился ответить ей. -Она полюбит меня, и ты ничего не сможешь с этим поделать -Оскалился он   Брюнетка одела солнечные очки на глаза, и исчезла. И вновь, Агрест остался один в зале. Он падший ангел, ему всего 616 от роду, играть его научила умершая мать. Именно после смерти мамы, Феликс принял кривую дорожку зла и тьмы.   Маринетт подошла к окну, и прислонила голову к стеклу. На другом конце Парижа, Феликс словно почувствовал, что сделала его любовь, и резко бросив пианино поднялся. Мари дышала паром на стекло, и выводила хрупкими пальчиками узоры. Феликс приложил ладонь на окно. -Дай мне забыть тебя, -Прошептала Мари, -Я не люблю тебя -Ты нужна мне, я ненавижу тебя, но я никогда не причиню тебе вреда, и не дам сделать тебе боль другим, -Выдохнул блондин, -Ты последняя моя надежда на что то светлое в этом безмятежном для меня мире -Мне нравится Адриан, я не хочу думать о тебе, Феликс, -Закрыла глаза Дюпен-Чен -Ты любишь меня, я знаю это, потому что я чувствую к тебе тоже самое, -Закрыл глаза Феликс   Он выпрямил ладонь, и прижал руку к стеклу. Она сделала тоже самое. Они были так близко друг к другу, но в то же время так далеко. Он любил её, но бес внутри парня, ненавидел Мари. Она любила его, но сопротивлялась, зная, что Феликс никогда не будет полностью принадлежать только ей одной.   Вдруг, внезапно пульс Алекса стих, в палату резко забежали врачи, Маринетт не понимала что происходит. Она кричала, вырывалась, но всё же, голубоглазку вывели в коридор. -Он умирает, Мари, -Прошептал Феликс -Я не хочу, -По глазам девушки потекли холодные слезы