Демоны не плачут

      Синдбад быстрым шагом направлялся в порт. Там уже Дракон и Шаркан во всю командовали матросами и скоро готовились к отплытию. Каждый из них соскучился за столь долгое время по своему дому.       Приподнятое настроение кануло в лету, как только король увидел неладное с брюнетом. Он и раньше подобное наблюдал. Нужно было как можно скорее вернуться в Синдрию.       Ямурайха как-то, спустя месяц после побега маги, подошла к Синдбаду и поделилась полученными результатами по изучению странного поведения магой и черной рух Джудала. «Я связалась с городом волшебников — Магноштадтом. Они сказали, что происходящее с Джудалом — эффект отторжения. Сам знаешь, что это два вида магой протекающих в теле. Один пытается уничтожить другой, и наоборот. Но причин выяснить не удалось. Я видела только один поток. Второго не было. Его тело уже начало разрушаться. И сколько времени у него осталось — неизвестно».       А совсем недавно с ним решил серьезно поговорить Рин. «Ты наверняка заметил — с Джудалом что-то происходит. Он не желает рассказывать об этом другим. И будет продолжать скрывать это всеми силами. Синдбад… Я доверяю его тебе. Помоги уж этому мальчишке, чем сможешь. А если что, всегда можешь обратиться ко мне. Сделаю все возможное. Только Джудала… защити».       Король чувствовал скребущее изнутри беспокойство, и сделать с этим ничего не мог. Но дальнейшие действия уже продумал, подготовил для этого почву. Осталось дело за малым — добраться до Синдрии.              С того самого момента, как судно под знаменем семи морей вышло в открытое море, темный маги ни на шаг не отходил от короля. Делал он это по двум причинам, и последняя была решающей. Первая — ему не хотелось оставаться одному. Киран не в счет. И вторая — желание вывести из себя двух генералов. Для этого он предпринимал все возможное. Мечник и так не отличался спокойным нравом, поэтому быстро психовал и начинал лезть в спор, а то и в драку, на радость брюнету.       Как ни странно Джудал и ночью не уходил, оставался спать в каюте Синдбада.       — Опять здесь ночуешь? — мужчина беззлобно усмехнулся.       — А где еще?       — У себя не пробовал?       — Там спит Киран. Не хочу сейчас находиться в одном помещении с ним.       — Почему? — мужчина искренне удивился.       — Рядом с ним будут сниться кошмары. Так что я лучше уж тут. Тем более ему мешать тоже не хочу. И постелька у тебя мягче, — маги блаженно зажмурил глаза.       Синдбад покачал головой, ни слова не говоря. Если юнцу так хочется, то пусть делает. Это только показывало, что у мужчины получается потихоньку приручать темного маги.              Весь путь до Синдрии прошел в относительном спокойствии. Шумиху наводил только Джудал, с завидным постоянством доводящий до белого каления Шаркана. И с каждым разом делал это все искуснее. Король даже думал, что до конца путешествия кто-то не доживет, или мечник свихнется. Он и не думал, что один из генералов, да еще и королевской крови, может так реагировать на издевательства… Собственно, как и другой генерал.       Дракон относился к выходкам маги с неким нисхождением. Словно взрослый к проказам несмышленого ребенка. Хотя от него ожидали неприкрытой ненависти. Как ни как, но маги был замешан во многих неприятных инцидентах. И это еще мягко сказано.       Также повелитель джинов не мог взять в толк, как Рин справлялся с неугомонным мальчишкой. А Джудал довольно долго путешествовал с пиратами на черном фрегате. Его еще и во второй раз взяли на борт. И вновь пригласили в путешествие. Хотя вроде бы Джудал нормально себя вел, по сравнению с нынешним положением дел. Может быть, сдерживающим фактором был Киран, который всегда крутился подле брюнета? А сейчас совершенно не показывался из каюты. На любые вопросы по поводу здоровья ребенка, маги отмалчивался, говорил, что ничего страшного, так и должно быть. Что именно «должно быть» было не понятно. И разъяснять никто не спешил. А при попытке навестить Кирана, король каждый раз натыкался на закрытую дверь. Но он четко помнил, как в начале пути, к нему прибежал Джудал и пожаловался на сломавшийся замок. Потом еще и показал его. По неизвестным причинам закрывающий механизм был вырван с мясом. Поэтому совершенно точно данная дверь не имела свойства запираться ни изнутри, ни снаружи. Если только при помощи магии. Тогда получается, что ребенок сам заперся? Он же все-таки волшебник. Но зачем или почему?..              Прибыв в страну, вся команда вздохнула свободнее. Даже король не всегда мог повлиять на брюнета и суметь успокоить его, предотвратить новую пакость, которая сказалась бы и на команде.       Например однажды, после очередной потасовки между Джудалом и Шарканом, король Синдрии не выдержал и, прикрикнув на них, отправил одного работать, а другого в каюту подумать над своим поведением. Брюнет естественно оскорбился и решил отомстить за уязвленную гордость.       В капитанской каюте обнаружился достаточный запас алкогольной продукции. С садистской улыбкой на губах, черноволосый юноша начал выливать в раковину по одной бутылке, при этом что-то напевая себе под нос. Когда выпивка уменьшилась вполовину, маги заметил странный пакет в дальнем углу полки. Интерес взыграл с непреодолимой силой. Подтянув мешок поближе, и заглянув в него, обнаружил небольшие грибочки. Пищащая рух говорила, что продукт вполне съедобен. По крайней мере, смерть от него не грозила. А вот какие побочные эффекты могли последовать после употребления, еще стоило разобраться. Сам брюнет пробовать их не решился. Но он знал, кто не откажет и станет подопытным кроликом.       Подкинуть немножко этих грибов в тарелку с супом беловолосому мечнику не составило труда. Самым сложным оказалось ожидание. Джудал внимательно наблюдал за любыми изменениями в поведении Шаркана из другого конца помещения, предназначенного для приема пищи, спрятавшись так, чтобы его никто не заметил.       Какое-то время ничего не происходило. А потом началось…       Шаркан встрепенулся, немного пьяно огляделся по сторонам, после чего его глаза расширились до невероятного размера. Маги замер в предвкушении зрелища. Мечник сморгнул. И рванул с воодушевленным воплем, на ходу вытаскивая из ножен меч, к борту корабля:       — На абордаж!!!       Матросы проводили очумелыми взглядами генерала Синдрии. Тот не переставал размахивать холодным оружием, сражаясь с невидимыми врагами с такого же невидимого или скорее воображаемого судна. Каких успехов тот добился, узнать было не суждено. Шаркан споткнулся о собственную ногу, попытался зацепиться хоть за что-нибудь, но повалился на спину. Его губы расползлись в блаженной улыбке. А потом, прикрыв глаза, начал делать снежного ангела, громко хохоча. Команда все еще не отошла от первого шока, а тут их настиг следующий.       Смех резко оборвался. Мечник приподнялся на локтях и очень даже резво вновь помчался к воде, сопровождая себя радостными возгласами. Но почему-то к противоположному борту.       — Моя змейка! Золотая змейка! Подожди меня!       Наверное, Шаркан все же спрыгнул бы в воду, если не подоспевший капитан корабля, вовремя поймавший беловолосого. Когда тот появился на палубе, никто не заметил. Как не заметили и второго генерала, которого пару минут назад точно не было.       Не получив ни от кого вразумительного объяснения произошедшему, злой Синдбад потащил несопротивляющуюся тушку мечника за собой. Но уйти с палубы они не успели. Шаркан встрепенулся и пнул под зад собственного короля и капитана в одном лице. Это было последней каплей, как для Синдбада, так и для смеющегося маги.       Джудал не мог больше этого терпеть. Из глаз полились слезы. Трясущееся от безудержного смеха тело темного сползло по стеночке вниз. Живот нещадно болел. Но остановить собственную истерику не получалось.       Шаркан же после столь эпичного удара направился окрыленной походкой в уже известном направлении. К борту за змейкой. Но на полпути впечатался в широкую грудь Дракона. Тот устало вздохнул и, взгромоздив мечника на плечо, понес в отведенную генералам каюту. Синдбад отправился следом.       И только когда они скрылись из виду, маги засмеялся во всю силу легких. Матросы уже не удивлялись чему-то после увиденного. Покачав головой, они разошлись по своим делам, изредка бросая настороженные взгляды на брюнета. Более-менее успокоившись, Джудал решил, что чудо-грибочки совершенно точно полезны и могут пригодиться. Поэтому вернувшись в капитанскую каюту, стал старательно запихивать в небольшой мешочек для денег. Он все равно пустовал. Точнее там лежал всего лишь один артефакт.       — Что это ты там делаешь? — недовольный голос раздался настолько неожиданно, что маги вздрогнул, выронив из рук пакет грибов.       Синдбад поднял упавшую вещь и хмуро начал разглядывать.       — Я же выбросил его, — лицо мужчины побелело. — Только не говори, что этим ты накормил Шаркана.       — Конечно нет, я же не изверг какой…       — Джудал.       — А что такого? Грибы, как грибы. Эффект, конечно, малость неожиданный. Но все же живы и здоровы. Тем более ты сам виноват. Нечего было меня наказывать. Я не ребенок, — маги рассерженно фыркнул.       — Да, ты уже не ребенок. Только ведешь себя именно так, — в голосе проскальзывали нотки разочарования. — До самого прибытия теперь ни шагу отсюда без моего ведома, — золотые глаза горели негодованием.       Король был по-настоящему зол. Почему эти двое никак не могли найти общий язык? Они даже не пробовали это сделать. А ведь маги скоро покажется во дворце. И представить страшно что же будет тогда… Взглянув сверху вниз на независимо стоящего брюнета, мужчине показалось, что он увидел боль на дне алых глаз. Возможно, именно из-за этого прозвучали следующие слова, чтобы маги не было столь обидно. Как ни как, а виноваты они оба. Да и король тоже в какой-то мере виновен.       — Шаркан так же будет находиться в своей каюте. И надеюсь больше подобного не повториться.       Прихватив с собой не совсем полезный продукт питания, мужчина ушел. А маги зловеще ухмыльнулся, пряча горькую улыбку, и продолжил выливать оставшуюся часть алкоголя.              Как потом узнал Джудал, те грибы имели пренеприятную особенность. Мало того, что вызывали галлюцинации, так еще в течение недели сохраняли это свойство. Съевший гриб, все семь дней в любой момент мог увидеть вызываемые им иллюзии. Поэтому периодически из каюты Шаркана раздавался веселый смех. Зато после этого инцидента мечник десятой дорогой обходил любые грибы, супы и самого Джудала. Мало ли, что еще тому в голову взбредет. Так что у Синдбада стало на одну проблему меньше. Но его волновало кое-что другое. Как ко всему этому отнесется Джафар? Тут уж без кровопускания вряд ли обойдется. Главное свести все последствия к минимуму.       И вот сейчас, сойдя на берег матросы готовы были перекреститься и идти в ближайший храм замаливать грехи. Они впервые так радовались окончанию плавания.