Глава 1
27 октября 2016 г., 22:55
Глава 1: Занарканд
Говорят, что крупные города никогда не спят. Даже в предрассветный час, самый темный, всегда найдутся люди, которые чем-то заняты. В дождливых бетонных джунглях кипит жизнь, которую обычно принято скрывать. В жарких, напитанных солнечным светом южных городах до утра не стихает музыка и радостный шум. Занарканд тоже не спал, но иначе, чем все они — в нем ночь просто не отличалась ото дня. Каждый человек в этом городе сам мог решать, в какое время ему работать, и сколько работать, и как, когда отдыхать и когда развлекаться. В момент, когда оранжевое солнце скрывалось за горизонтом, вспыхивали сотни тысяч искусственных огней, и среди небоскребов и парков вновь воцарялся день. В этом великом древнем мегаполисе, возведенном из темно-синего камня и металла, человеческая мысль и подчиненные ей машины сотворили реальную сказку, оживший рай, становившийся с каждым годом все прекраснее.
Некоторые люди и другие разумные существа, не знакомые с Занаркандом достаточно близко, могли бы посчитать его за аналог знаменитого города азартных игр и несдержанности. Да, именно того, что стоит среди пустыни и широко известен на Земле…но это было бы неверно. Смелая мода, неоновые огни, атмосфера радости и свободы, царившая здесь - все это было привычным для занаркандцев, и редко тревожило их чувства, открывая обычно лишь путь для науки и творчества. Мало где, в других местах и других временах, можно было бы найти такое сочетание душевного спокойствия и энергичности в работе.
Понятие преступности уже давно перешло в историю. Атмосфера города, прекрасная и чарующая, ни у кого не возбуждала желания ее нарушить, и сама по себе исцеляла тех безумцев, которые нарушают порядки ради самого нарушения. Тем, кто страдал, здесь помогали, с теми, кто радовался, радовались вместе, и так было уже много веков.
Занарканд стоял на берегу бескрайнего моря, уходящего на север, достаточно теплого, несмотря на умеренный климат города. Тяжелые волны мерно ударяли в темно-синюю высокую набережную, в прочные пирсы и сваи. Глядя на город со стороны воды, можно было подумать, что огромные дома, мосты, улицы, декоративные водопады и изящно изогнутые архитектурные конструкции, оттенявшие прямые строгие небоскребы, парки и округлые купола - все это не было сделано руками человека, а поднялось само из морских глубин.
Город стоял давно. Даже его историки не могли бы сказать, когда он появился и в какой момент стал живой утопией своего мира, однако, нам однажды предстоит узнать об этом. А сейчас давайте приглядимся к нему повнимательнее, во времени и пространстве.
Сейчас лето, довольно прохладное, как всегда в Занарканде. Возле набережной с высоты легко рассмотреть улицу, которая пересекает ее и переходит в широкий пирс. На нем стоит чей-то двухэтажный дом, похожий скорее на рубку катера с маленькими круглыми иллюминаторами, а вокруг дома столпились люди, тихо переговариваясь. В основном это молодые парни и девушки. Глаз не может уловить, в какой момент к ним присоединился мальчик в сине-лиловом плаще с капюшоном, который скрывает почти всю фигуру. Он тоже чего-то ждет, неподвижно и безмолвно стоя на краю общего собрания.
Заглянем в сам дом — похоже, нижний этаж целиком занимает одна большая комната с закругленными углами. Стены окрашены в светлый желтый цвет встающего солнца, пол устлан упругим темным покрытием, напоминающим на ощупь прочную резину. Схожий материал, надо сказать, заменяет на улицах Занарканда асфальт и бетон, привычные для земных городов. Освещает комнату люстра в виде большого матового полушария в центре потолка. Здесь и там на одной из стен висят фотографии ночных портовых видов и разных размеров портреты. Среди множества снимков лиц, серьезных и радостных, выделяются два — на одном из них запечатлена красивая, но усталая и опечаленная женщина со светло-рыжими волосами, на другом — мрачный мужчина в маленьких темных очках и проклепанной кожаной куртке с высоким, закрывающим подбородок воротником. Взгляд поверх очков, настороженный и внимательный, устремлен на зрителя.
В комнате два стола — длинный прямоугольный у стены и круглый в центре, окруженный невысокими мягкими пуфами. Еще здесь имеется миниатюрная кухня в виде буфета, раковины и электроплитки, встроенных рядом со столом в стену, крутая лесенка наверх и массивный шкаф. Рядом с ним стоит хозяин дома, молодой светловолосый парень, и неторопливо надевает странную на вид спортивную форму.
Легкие широкие ботинки отдаленно похожи на маленькие ласты. Свободные штаны из прочной ткани, чуть ниже колена, пробиты во множестве мест отверстиями в виде ромба так, что напоминают на концах штанин рыбацкую сеть. Аналогия с ней тут весьма уместна — форма это предназначается для блицбола, или «блица», водного спорта, популярного в Занарканде, а отверстия — для пропускания воды. Живот спортсмена обхватывает широкий и плотный пояс, украшенный металлическими вставками и снабженный ремнями через плечи, а мощные для его худощавой фигуры грудь и руки частично прикрывает обрезанная куртка, надетая под ремни и плотно ими зафиксированная. Последним элементом костюма стала перчатка на правой руке — плотная, тяжелая на вид, покрытая блестящими защитными чешуйками.
Блицбол существовал в Занарканде столько же, сколько и сам город. Полем для этой игры служил поначалу круглый бассейн, позднее — водная полусфера, удерживаемая над площадкой стадиона тонкой прозрачной чашей, а часто и энергетическим полем для удобства наблюдения. Играли двумя командами по пять человек — вратарь, непосредственно защищающий ворота, два свободных в передвижениях защитника и два нападающих. Целью было, как во многих других видах спорта, забить гол больше раз, чем вражеская команда, за два достаточно коротких тайма. В борьбе за мяч разрешалось использовать ряд борцовских приемов, и умение дезориентировать при этом противника значило порой больше техники плавания. Блицболисты, что неудивительно, были среди самых физически развитых людей в городе и чувствовали себя в воде как на суше.
В Занарканде жили миллионы людей, и сотни тысяч занимались спортом. Среди них насчитывалось несколько десятков профессиональных блицбольных команд, сражающихся за право называться сильнейшей и первой по мастерству. «Эйбы Занарканда» были одной из самых старых. В ней-то Тидус, именно так звали парня, и играл, а через пару часов должен был состояться матч за первенство города — финальный. Противниками были «Подземельные», команда, в старину состоявшая из шахтеров. Она сохраняла за собой титул чемпиона последние пару лет, но сегодня это положение, вероятнее всего, изменится. Еще один взгляд в зеркало, на фотографии, в окно-иллюминатор, выходящее в сторону моря. «Не будем медлить…»
Когда Тидус переступил порог своего дома и вызвал взволнованный гул со стороны собравшихся поклонников, он не знал, что вернуться сюда ему предстоит нескоро, и в тех обстоятельствах, которые сейчас было бы сложно даже представить.
***
— Подпиши мяч, пожалуйста!
— Удачи на матче, Эйбы лучшие!
— Покажешь нам выстрел Джекта?
— Спасибо, спасибо всем! Я буду играть, как обычно, играть для победы. Те, кто хочет сейчас автограф, не мешайте друг другу!
Все это было своего рода ритуалом, происходящим перед и после каждого важного матча. Почти со всеми здесь наш герой был уже знаком; именно поэтому они и пришли к его дому. Излишняя навязчивость считалась в Занарканде дурным тоном, так что обычно фанаты приветствовали своих кумиров у стадиона.
Собравшиеся знали, что Тидус предпочитал добираться до стадиона пешком и в одиночестве, и понемногу расходились. Последним, кто остался — кроме случайных прохожих, гулявших по набережной — был Фламмель Каррде, мастер-наладчик, специалист по бесчисленным машинам в подземной части города. Давний друг Тидуса вдвое старше него, в свободное время он занимался всем понемногу, от любительской астрономии до посещения спортивных матчей.
— Ну что, готов побеждать?
— Как всегда.
Каррде с пониманием кивнул.
— За тобой интересно наблюдать, Тид. И в игре, и в жизни. Я буду сегодня во втором секторе на трибунах. Жаль, что Аурон не приходит на матчи. Все скрывается… А ведь он интересный человек.
— Ты же знаешь Аурона, — усмехнулся Тидус. — Не любит публику и шум толпы.
Механик хмыкнул.
— Угу. Не представляю, как такой человек был другом твоего отца.
— Наверное, противоположности сближаются. Я много раз спрашивал Аурона об этом. Он только молчит. Скажет, когда посчитает нужным…если посчитает.
— И то верно. Ну, пойду на подземку, занять место пораньше и поболтать с прекрасными поклонницами. Удачи в борьбе!
— Спасибо… — наш герой задумчиво проводил взглядом Каррде, уже идущего быстрым шагом по направлению к ближайшей станции. Тут новый голос откуда-то сзади заставил его обернуться.
— Простите, пжалста!
Недалеко стояли трое мальчишек лет десяти в свободных рубашках и штанах из непромокаемой ткани. Один из них, повыше, держал под мышкой блицбольный мяч — чуть вытянутой, овальной формы, покрытый маленькими мягкими шипами, чтобы не выскальзывать в воде.
— А, это вы, ребята, — Тидус улыбнулся. Эта троица тоже встречалась ему не первый раз. Они обычно просили поглядеть за их тренировкой, и спортсмен не отказывался. Среди детей он всегда хорошо себя чувствовал.
Дети, мгновенно посерьезнев, кивнули и поспешно встали перед Тидусом в линию, главный положил мяч перед собой, на упругое темное покрытие улицы. За этим последовали легкие поклоны с прижатой к груди рукой — так с давних времен в блицболе приветствовали мастеров игры или лидера команды.
— Научи нас играть в блиц! — синхронно попросили «спортсмены».
Тидус, продолжая улыбаться, качнул головой.
— Не могу… У меня сейчас игра, сами же знаете.
— Конечно! Но после — будешь нас учить? Вечером?
— Постараюсь, друзья…
Блицболист хотел еще добавить — «Если только вас не позовут домой», но не успел. Еще один мальчик, в плаще с капюшоном неопределенного сине-лилового цвета, державшийся далеко в стороне, громко перебил его:
— Ты не сможешь этим вечером.
Парень вздрогнул и удивленно посмотрел на него. Лицо мальчика было почти закрыто капюшоном, но в его позе все показывало уверенное спокойствие. При этом на него не смотрел никто, кроме Тидуса, и будто никто не слышал последних слов, несмотря на громкий голос. Дети — обычные дети, с которыми он только что разговаривал, продолжали смотреть с надеждой и ожиданием на самого Тидуса. Растерянно оглядевшись, на что ушло не больше пары секунд, блицболист обнаружил, что «лилового плаща» уже не было. Казалось, он растворился в воздухе без всякого звука и следа.
— Но, думаю, лучше завтра, — закончил наконец Тидус. Внезапные слова, а затем исчезновение выбили его из колеи — на мгновение возникла уверенность, что вечером и правда будет не до игр с детворой.
Возникла — и пропала. Ладно. Кто бы ни был этот незнакомец, о нем лучше подумать позже. Быть может, рассказать Аурону? Он, наверное, поймет.
— Когда я отдохну. Игра... будет сложной, — добавил Тидус, увидев, что дети немного поникли.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Мальчишки со всей серьезностью повторили поклон — на этот раз по-другому, немного присев на одно колено и медленно взмахнув руками в стороны. Затем они медленно сложили ладони вместе. Этот жест, который тоже пришел из старинных времен, означал пожелание победы. Поднявшись, дети побежали вдоль каменного парапета набережной.
Тидус же направился к стадиону. Странный мальчик в лиловой одежде уже почти не тревожил его — по привычке, блицболист настраивался на игру, забывая все остальное. К тому же, в Занарканде всегда встречалось немало странных людей.
