1
25 июля 2017 г., 18:44
Пpежде чем использовать любое захваченное устpойство, я внимательно пpочту инстpукцию. Кодекс Тёмного Властелина
РААААУРРРААААУУУУУУРРРРРРР!!! Я подскакиваю на кровати и начинаю озираться по сторонам в поисках голодной нежити, что могла издавать настолько ужасающие звуки. Перехожу на духовное зрение и материальные объекты становятся едва видимыми фантомами в удивительно тихом и невзрачном месте. Переключаюсь на обычное зрение и еще раз оглядываю комнату. ААААУООООУУУРРРООООААААУУУУУУРРРРРРР!!! Пузо? РРРУУУРК Вот, что с людьми сон животворящий делает! Организм почувствовал слабину и требует жрать! Именно жрать, потому, что кушать просил он еще более полугода назад. Нежно глажу себя по прилипшему к позвонку пузику мысленно обещая увеличить объем и разнообразие рациона, но что оно положительно квакает. И так, нужно в магазин! Но только собираюсь сделать смелый шаг в сторону светлого будущего, как волна паники накрывает сознание. Снаружи огромное количество микробов! Там кругом люди мало понимающие в том что значит гигиена! А если… Если кто-то прикоснётся ко мне я точно умру! Микробы меня сожрут и не подавятся! Грязь. По всюду грязь! От неё невозможно избавиться я… Начинаю задыхаться перед глазами темнеет, огромным усилием воли я заставляю себя успокоится. Вот, блин, счастье-то мне привалило! Мало того, что гормоны в теле бушуют так, что побиться головой об стенку хочется, так еще и это! Занзаса мне в зятья! Прошлое у меня конечно не клубника в шоколаде, но откуда такая страсть к трагедиии? Хм… Сандей Крид (какое облегчение что родилась не в пятницу!). Пятнадцатилетний подросток. Третий ребёнок уважаемого семейства Крид. Отец Александр Крид директор преуспевающе компании, которая по брачному контракту принадлежит матери Оливии Крид живущей в каком-то ином мире или даже времени, ибо она правоверный археолог. Старшая сестра Александра де ля Хей удачно выскочила за английского аристократа, брат Максимилиан Крид достойный наследник дела отца. И я. Альбинос со слабым здоровьем о существовании которой мать увлёкшись на раскопках узнала, когда воды отошли! До этого она думала, что просто поправилась! Оливия немого отойдя от родов тут же отправила меня к отцу, чуть ли не бандеролькой — сам заделал, теперь сам и расхлёбывай. Александру такой сюрпризец пришелся не ко двору и проблемы по воспитанию свалились на нашу «экономку» мисс Брукс фактически являющейся его любовницей и по ныне. Мда, на подсознательном уровне именно мисс Брукс и Александра я воспринимаю родителями и это печально. Мисс Брукс заменила мать моей сестре и брату и без малого являлась хозяйкой дома, но вот я опять оказалась не ко двору. Жилось мне в доме не весело, а потом… Первая любовь, первый побег, первый маньяк и здравствуй сдвиг по фазе! Как сейчас, на свежую голову, вспоминаю о том, что это именно брат приказал мне уезжать, всунув в руки новенький паспорт и карточку. Я помню, тогда взяла с собой только какой-то памятный хлам, что мне притащила Оливия с раскопок до того как разочаровалась во мне из-за не любви Сандей Крид к истории (еще бы мне было её любить!), немного одежды и других мелочей, а вот шкатулку с украшениями с какого-то перепугу оставила! Вот же дитя богатеньких родителей! Их же можно было толкнуть и свалить в Италию! Так! Цель номер один! Нужно собрать жопку в горсть и выйти из квартиры! Определённо! Запаковавшись в одежду попугайски ярких оттенков синего (О, Небо! Лисурия-сан бы обрыдался от умиления при виде меня!), натянув на руки резиновые медицинские перчатки радостно в тон, запихнула в малюсенькую сумочку карточку и смело взялась за ручку входной двери. Только вперёд! Только к победе! Вперёд Сандей Крид! … Доставку продуктов вполне спокойно можно заказать через интернет. Пускать в квартиру доставщика совсем не обязательно. Сама со своей ручкой выйду на лестничную клетку, распишусь, заберу продукты. А что такого криминально в доставке? Я определённо за прогресс! К тому же следуя африканской мудрости слона нужно есть по частям! Сначала нужно набраться сил, а потом уже штурмовать стены чужой крепости! … Клин нужно вышибать клином! Только поход в супермаркет! Только хардкор! Я пытаюсь открыть дверь и понимаю, что забыла отпереть замок. Замираю словно мышь под веником. Сердце чуть из глотки не выпрыгивает, перед глазами всё плывёт, пот ручьями стекает по спине и мне до ужаса хочется в туалет. … Божий промысел. Определённо это знак с выше о том, что не стоит покидать квартиру. Нельзя игнорировать подобные знаки судьбы! Нужно прислушаться к здравому смыслу и отступить. Определённо не зачем спешить на подвиги прямо сейчас. Кому нужен этот героизм? Ради чего? Чтобы выйти на полную микробов и грязи улицу? Потолкаться среди толпы Нью Йорка испачкаться как свинья и притащить грязь к себе в квартиру? Принести из супермаркета еду, которую наверняка кто-то уже лапал своими не мытыми лапами? Там за порогом не т возможности спастись от грязи! … Скользнув в лёгкую медитацию, позволяющую отсекать все сильные негативные эмоции иду за ключами, отпираю дверь и выхожу на лестничную клетку. Что за коктейль Молотова булькает у меня в крови, что так несёт? Сдвиг по фазе, бесспорно уважительная причина для лёгкой чудаковатости, но именно что для лёгкой! Откат после завершения медитации, конечно, будет сильным, но это вынужденная мера. Сидеть взаперти в собственной квартире — идиотизм. Крупный идиотизм с учетом того, что убитые по вине одного мальчика-зайчика в позолоте (сраный выскочка с фамилией Голд!) нервные клетки взывают к отмщению. Вопиют, так сказать. Блин! Это не выход! Возвращаюсь в квартиру, выхожу из медитации и более-менее прихожу в себя только рыдая под душем. Угу. И это только после нескольких минут во внешнем мире. Что бы было сходи я в супермаркет? Окончательно бы двинулась? С тех пор как сюда переехала я ведь, так и не разобрала свой чемодан. Нужно сделать сегодня хотя бы это. За одно и оценю «великий артефакт древних» что мне на семилетие Оливия под видом подарка впихнула. Помню это была какая-то странная толстая пятиугольная тарелка из мутноватого стекла. Нужно глянуть. Разбор «сундука сокровищ» продлился не долго из «хлама» подаренного в резное время Оливией с собой у меня оказалась только та «тарелка» и парочка кусков металла причудливой формы. В «тарелке» диаметром не больше 30 см было запечатано нечто разумное с помощью пространственных искажений, а точнее оно там спало в ожидании чего-то и при малейшем желании легко могло «выглянуть» в мир. На ощупь мутно-зелёный похожий на стекло материал тёплый и немного шершавый словно шкура какого-то неведомого зверя. Занятно. Очень занятно. Сидя на полу и поглаживая «тарелку» я чувствую, как напряженные до предела нервы расслабляются, а душа начинает тянутся в небо, к солнцу, ветру и простору, ограниченному только горизонтом и моей волей. Обнимаю древний артефакт целую прямо в странный знак, искренне и от всей души благодарю за помощь. Перед тем как выйти за порог квартиры следуя предупреждению интуиции обращаюсь к своему органайзеру и выставляю режим полной маскировки. Может быть тут и нет магов или кого-то в этом духе, а может и есть сейчас только после пробуждения я слабее котёнка, к тому же если к этому добавить плачевное состояние моего тела ситуация становиться еще более неприглядной. И вот я выхожу на улицы Большого Яблока (нужно сегодняшнюю дату в календарике обвести красным). В добрый путь, блин, что ли, до ближайшего супермаркета. *** В квартире Нью Йорка только что покинутой девушкой оставленный ей артефакт по мере её удаления от него стал наливаться свечением. Пластина шириной в 50 мм и диаметром 373 мм из неизвестного полупрозрачного материала с каждой секундой всё больше теряет очертания превращаясь в пятиугольник словно состоящий из множества крупных разноцветных пикселей. Сияние достигнув определённой отметки исчезает, а пиксели начинают стремительно увеличиваться в объёме и раскладываться пока не преобразуются в железный контейнер (примерно полтора метра в высоту и два в ширину) странной конструкции, зависающий в нескольких сантиметрах от пола. На боках контейнера проступает странная эмблема в виде стилизованной буквы «М» в писаной в ромб. С напоминающим шелест листьев звуком контейнер раскрывается, пуская вокруг себя мощную волну энергии, выбивающей стёкла и превращающей всю находящуюся в ближайших двух кварталах технику в бесполезный хлам, а квартиру в настоящую свалку. Робот гуманоидной формы ростом около 170 см с бесцветной оптикой и без следов какой-либо брони на корпусе, покидает контейнер и оглядываясь по сторонам смущенно пиликает что-то на своём языке. Агенты из сектора 7 спешат на место происшествия, чтобы предотвратить возможную катарстрофу, а возможно и захватить еще один ИНП для изучения. Девушка уход которой послужил толчком к началу этих событий стоя в полумраке супермаркета с тележкой, заваленной «Choco Pie» громко сглотнула и под взглядом кассирши нервно вскрыла одну из пачек и зашелестела упаковкой вожделенной сладости. Интуиция настойчиво твердила девушке о том, что её жизнь только что сделала крутой вираж. *** Он впервые осознал себя на Арене. Первое яркое, четкое воспоминание меха было о том, что кто-то отрывает его левое крыло под восторженные крики толпы. …Сияя оптика, на которую то и дело натыкается его взгляд наполнена злым, диким огнём удовольствия и азарта вне зависимости от того кому принадлежит. Он медленно осознаёт — все они части единого существа, жаждущего увидеть, как выглядят его внутренности, как энергон покидает его системы, как от нехватки энергии гаснет искра. Существу нравиться чужая боль, вид стекающего с корпуса еще живого трансформера энергона и оно панически боится испытать всё это на своей броне. Он сам уже ничего не чувствует. Ни прикосновений, ни боли, ни собственного тела, центральный процессор исправно обрабатывает получаемую с сенсоров и датчиков информацию, искра пульсирует в своей кабине, но… Он в деактиве. Ужас заполняет его целиком. Мех закричит. Оптические сенсоры утрачивают чувствительность. На смену дикому ужасу приходит всепоглощающее желание почувствовать стекающий по своему корпусу энергон хлама! Желкого хлама оторвавшего ему его любимое крыло! Мех вырывается из чужой хватки. Он не осознаёт звуков, что издают его собственный вокодер. Тень удивления, пробившаяся сквозь отупляющую усталость в чужом, ярко алом взгляде. Противник почти не сопротивляется, когда мех наносит свой первый удар. Боль заставляет исчезнуть из красной оптики усталость и удивление. Фейсплейт искажается. Красиво. Чужая боль обнимает меха нежными волнами чистой радости. Царапины на броне. Куски брони, которые так приятно срывать. Обрывать тонкие проводки нейросетей, оставляя другие более важные для функционирования системы нетронутыми. Но он слишком нетерпелив и не может долго сдерживаться… Куски хлама, посмевшего отправить меха в деактив, разбросаны по всей площади арены. Крики толпы заглушает звуки его собственного вокодера. Мех не слышит, что говорит. Ему нужно быть услышанным! Нужно! Никто не смеет заглушать его! Ведь он сам всего лишь звёздный крик! Как они этого не могут понять?! Через его вокодер говорят звёзды! … Впервые он заподозрил, что с его центральным процессором что-то не так, когда в окружающем его хламе заметил Его. Едва переставшего быть спарклингом трансформера, явно бывшего до недавнего времени шахтёром. Звёзды нашептывали меху о том, что тот, кого он видит особенный, важный и его невозможно будет заменить. Мех осознавал, что этому трансформеру нельзя на арену сейчас — сдохнет. Заступаться или проявлять симпатию мех не пожелал и выбрал другой путь. — … Мне не нравиться, как эти порождения космической ржавчины косят своей оптикой в мою сторону. Стоит подправить их внешний вид! — радостно кричат звёзды через вокодер меха полностью разделяя его идею. Главное удержаться и не убить Его, остальной хлам можно не жалеть… Потом, когда пайку энергона этого спарклинга тайком увеличивал за счет своей подозрения в ошибке работы процессора, развеялись. С ним самим и звёздами, что говорили через него происходило что-то странное и очень опасное. Несколько попыток устранить угрозу заканчивались тем, что звёзды начинали кричать особенно громко о своем величии и тем, что он обязательно убьет каждого из совета Праймов и станет во главе Кибертрона и все тогда поймут их величие и прочувствуют на себе силу его недовольства. Это продолжалось долго и мех не собирался отступать, пока однажды, доведённый криками звёзд до предела Он не приказал им заткнутся… Звёзды Его послушали и впервые за долгое время мех мог говорить сам, по сравнению с криком, едва различимо: — … Не смей жалеть других и строить из себя жертву, Мегатрон. Мы все, кто вступил на песок арены уже в деактиве, слабая пародия на тех, кем мы были созданы Юникроном. Хлам. Не позволяй себе стать одним из нас, потому, что я прерву твоё существование в тот же наноклик. Пока ты радиусе работы моих оптических сенсоров, ты всегда у меня на прицеле. Помни об этом, лидер. — Запомню, Старскрим. Я запомню это, — прожигает его недобрым взглядом Мегатрон. Мех знает, что этот бот умеет держать данные обещания, но чем ему самому обернётся этот разговор может только гадать. Это мелкое подобие настоящего лидера, начинает его бесить и звёзды в панике поднимают свой ор… Со временем мех полюбил власть Мегатрона над звёздами, она позволяла ему самому быть услышанным, распоряжаться своим корпусом и временем, так как он считал это нужным. Им нужно было Его внимание, Его одобрение, а потому звёзды послушно затихали, разгружая процессор, переставали мешать управлять меху корпусом и проводить обработку и анализ данных, моделирования ситуаций для достижения поставленных Мегатроном целей. Только стоило Ему ослабить внимание и звёзды брались за своё. Со временем мех полюбил и это, ведь крик звёзд заглушал его собственные мысли и опасения, давали расслабиться и не обращать внимания на более мрачные вещи и события, ставшие окружать меха. Душить. Отравлять. Превращать в хлам. Останавливали тогда, когда это было нужно, заставляя отступить вместо того чтобы сорваться, как в тот, самый первый выход меха на арену. Мех не особо удивился, когда Мегатрон начал восхождение к вершинам власти. Казалось он знал, что так и будет, еще когда только засёк его своей оптикой, знал, что другие трансформеры последуют за Ним стоит ему только кинуть кличь. Поэтому, он так легко доверил инсигнию чей образ всплывал из глубин памяти, как только Мегатрон начинал отдавать приказы. Фиолетовый символ, под цвет энергона дающего им жизнь, изображающий «стилизованную морду лисы» так и просится снова занять место на крыльях и броневых пластинах. Без него сосущее чувство пустоты в глубине искры усиливалось и начинало разъедать её быстрее космической ржавчины. Инсигния — знак могущества, власти, высшей цели, знак отличия получить который должен стремиться, каждый чья оптика сверкает алым. Честь. Привилегия. Смысл функционирования. Он доверил её Ему, а затем наблюдал, как из-за наивности и отсутствия опыта в политических интригах инсигнию мешают со шлаком. Наблюдал, как надежда вернуть былое величие обращается в космическую пыль. Меха подобное положение дел не удивило. Он не ничего не чувствовал, глядя, как фиолетовые знаки отличия заменяются ботами на красные. Он не запоминал предателей, как это стоило бы ожидать — стирал из баз данных. С самого начала «раскола», как предпочитал называть предательство Мегатрон, мех любого носящего алый знак определял как цель, подлежащую скорейшей деактивации. Ждал, когда лидер наконец-то признает очевидное — идёт война и даст правильный приказ. И время пришло. Началась война. Привычная, простая, в которой ясно кто друг, а кто враг. И пока это так, давно обязанный отправиться в деактив бот чувствует себя на своём месте. Нужным. Только крик звёзд становится сильнее и безумней заглушая собственные мысли меха, мешая анализировать, заставляя делать глупейшие ошибки и… проигрывать жалким подделкам! Лидер покинул всех гонясь за Искрой. Лидер оставил бота один на один со звёздами. Вот только мех умеет идти по следу даже там, где кажется невозможно найти следов. Он найдёт Его и тот заставит утихнуть звёзды. В ставший на след воин с лисой на корпусе чует, что его цель уже близко. Еще немного… Еще чуть-чуть и…
