9
25 июля 2017 г., 18:44
Я не стану устраивать пиров во время чумы. Хорошие отношения с гостями не компенсируют плохих отношений с массами. Кодекс Тёмного Властелина
Он стал одним из немногих кому позволили помнить. Нет, не о том, что было до Падения Юникрона — о самом факте того, что никакого восстания и падения никогда не было. Что война, которою выиграв они проиграли абсолютно всё и их онлайн наказание за свершенную когда-то ошибку. Причины. Последствия. Всё было забыто, вырезано из баз данных трансформеров с точностью, которой он невольно завидовал. Он хотел уметь так же. Убирать воспоминания и тем самым облегчать страдание тех, кто не мог жить неся на себе груз прошлого, чтобы иметь возможность забыть и начать актив заново. Но тогда происходящее перестало бы быть наказанием, верно? Орион. Бамблби. Джаз. Лендмайн. Овэрлод. Хромия. Речет… очень долго мог бы перечислять имена тех, отличное качество баз данных их сохранность, приносили своим владельцам больше вреда чем пользы. У него самого была отличная память, вот только он умел забывать, если того требовала ситуация и вспоминать только тогда, когда это действительно нужно, а не для того, чтобы помучить себя чувством вины, кошмарами или еще чем-то, что сильно угнетает функции нейросетей корпуса. Даже сейчас он ощущал тянущую искру тоску своего лидера, последнего Прайма, бывшего когда-то забавным спарклингом обожающим копаться в архивах… Рэчет мог бы многое рассказать о том, как Бамблби всем отрядом долго пытались разговорить, а потом оказалось, что он не молчун, а просто учить в своё время говорить его было некому… Зато потом эту мелочь было не заткнуть! И то, что некоторые автоботы несмотря ни на что глубоко в душе были благодарны Мегатрону за порчу звукового конденсатора этого конкретного автобота, а вот за манипулятор подумывали в ответ отломать оба… для симметрии. Что Джаз, конечно, как тактик и стратег выше всяких похвал, но с фемками общаться нормально не в состоянии, в прочем, как и с подавляющим большинством трансформеров, потому, что попросту не понимает, что делает не так — на эту тему учебных данных и смоделированных ситуаций нет — не чувствует собеседников, не осознаёт двусмысленности задаваемых вопросов и сказанных слов. То, что этот умник из любопытства остался на планете вытягивающую энергию из любых источников и едва не погиб характеризовало его как нельзя точно. А сколько раз Айронхайд получал от Прайма за то, что шел у юнглингов на поводу? Главной заводилой среди этой мелочи всегда выступала Хромия, а ей вояка отказать не мог… А теперь и некому. Из всех спарклингов, что были с ними тогда в активе остались только Джаз и Би. Несчастливое поколение. Хотя может кто-то еще остался среди десов? Вполне. Вот только о ботах с красной оптикой Речету вспомнить кроме сражений нечего. — … Друг, присмотри за ним. Вся эта возня, — сверкая алой оптикой просит бывший гладиатор… Речету нечего вспомнить ни об одно дисептиконе. Совершенно нечего вспомнить. Ни об одном. *** И кто теперь тут неудачник? Кто не смог издать вовремя ни одного членораздельного звука? Над кем сейчас грянет гром? Кто тут самое слабое звено?! Удрученно вздыхаю поправляя складки свадебного платья, которое молчаливые ассистентки «лучшего в своём деле стилиста» с траурными лицами тут же укладывают обратно. Интуиции поёт дифирамбы моему светлому будущему, а мне хочется подобрав множество юбок дать стрекоча. Вот как я могла забыть о том, что в США с этими всеми дуратскими законами для разных штатов, если сильно захотеть и знать места можно и в тринадцать со свистом замуж выскочить, что говорить о целых семнадцати годах?! Угу, а еще нужно было хоть иногда следить за светскими хрониками, тогда бы я знала, что мистер Голд уже как 11 месяцев завидный жених очень тихо и мило разведшийся с женой по обоюдному согласию. Глупые у меня шутки. Инопланетяне, роботы, Армагеддон на горизонте, а я тут замуж… Щепаю себя за руку. Не сплю. Щипаю еще раз. Точно не сплю. Небо! Наверняка руки под перчатками все уже в синяках! Рядом радостно трещит нанятый мистером Голдом итальянский стилист, совершенно не задумываясь о том, что я могу знать итальянский и совершенно не следящий за языком. От схожести ситуаций, той в которой была в предыдущей жизни и той в которой оказалась сейчас становиться не по себе. Вот только там, причины своей привлекательности я примерно знала, а здесь пребывала не только в блаженном неведенье, но и искренне побаивалась их узнавать. Не выдержав очередного пассажа мастера в свою сторону, морщу нос: — Che colpa ha il gatto se il padrone è matto*, — окинув итальянца злым взглядом экспрессивно добавила. — Lʼamore è cieco. Signor, dio me ne andrei via da qui se potessi, ma qui mi ha portato una lingua troppo lunga. Il signor Gold non capisce rimbalzo e battute, quando è vantaggioso per lui. Ahimè, le donne sono indifesi di fronte a uomini forti e dobbiamo cedere. Se è così triste il suo destino, provare a me rubare da sotto la corona o di sostituire il più adatto a una donna. Vorrei полюбовалась sul risultato… dallʼaltra parte del mondo. E voi, signor? ** Мужчина собрался мне что-то ответить, но прочитав в моём взгляде то, что, если он и дальше продолжит трепать языком не пожалею денег и организую ему новую обувь… из бетона. Пробормотав что-то очень тихо под нос, мужчина продолжил ваять мой образ в тишине. Интересно, от куда его вообще выловил Голд? Лицо кажется знакомым, но вспомнить не могу. Да что же это такое?! Лучше бы этот итальянец продолжал болтать всякую чушь, это молчание еще не выносимей! На глаза наворачиваются слёзы, а безумный план побега кажется всё привлекательней и привлекательней, несмотря на то, что в нём есть место и роботам размером с двухэтажное здание, и инопланетянам, и… и медведю играющему на балалайке в качестве главного отвлекающего манёвра. Потому, что инопланетяне и роботы, конечно, круто и всё такое. Но (!) медведь с балалайкой — классика, а как известно проверенная временем классика осечек практически не даёт. Вот только где бы еще эту классику тут достать? Бросаю тоскливый взгляд в окно. Ах, почему люди не летают как птицы… без отправки после этого чуда на лабораторный стол? *** Его искра появилась уже после того, как на Кибертроне разгорелась гражданская война. Бамблби не знал иной жизни чем выматывающие сражения, поиски источников энергии и оборачивающиеся новым диактивом, не успевших стать близкими искре, ботов, редкие затишья. Он не помнил, когда в его сознании появилась эта мысль, но… Он винил во всем Оллспарк. В том, что внезапно начал затухать. В том, что перестал поддерживать жизнь на Кибертроне на должном уровне. В том… В том, что оставил их один на один позволяя уничтожать друг друга без единого шанса на примирение. Он ненавидит дисептиконов. Дисептиконы ненавидят автоботов. Первопричины войны давно не имеют значения. Для него значение имеет то, что он не в силах забыть. Крики умирающих и раненых. Безумный свет оптики, сошедших от нехватки энергии, ботов, неожиданно кидающихся на стоящих ближе всего трансформеров в попытке достать хоть немного вожделенного энергона. Лишенная движения тишина, когда враг проходит так близко, что ощущаешь его всей искрой. Разумный враг, для которого красный значок на корпусе — всё, что ему осталось от его альф — и синий цвет оптики достаточная причина, чтобы отправит в деактив спарка. Удивительно, но от разумной опасности было уйти легче, ведь то, как он прятался в коммуникациях города выслеживаемый сошедшими с ума ботами и то, с какой легкостью он проскальзывал между отрядами дисептиков делало его счастливым. Ведь это означало, что он сможет выжить. Он рос, прятаться становилось труднее, но однажды он натолкнулся на ботов с таким же значком на корпусе. Он думал в тот наноклик, что наконец обрёл своё спасение, но кроме редкого общества ботов с таким же значком на корпусе почти ничего и не изменилось. Дектив. Безумие. Разумный враг, от которого он может только убегать, заманивая в ловушку… Сожри или сожрут тебя.Оптимус Прайм.
Появление лидера всех автоботов перевернуло мир тогда всё еще спарка. Сила духа, исходящая волнами от его искры, уверенность, надёжность. Бамблби он казался чем-то нереальным, осколком совершенно другого мира. Тем, за кем он без раздумий шагнул бы и в манипуляторы Юникрона. Трансформер был таким, каким его хотел видеть его лидер. Чтобы идти за Оптимусом, Бамблби пришлось очень многое изменить в своей искре и… И когда Искра оказалась в руках автобота он не задумываясь ни на секунду отправил её в космос, это стоило ему руки и постоянных проблем с голосовым конденсатором — не сомневался и секунды не сожалел.*** Каким бы не был приказ — решения лидера не обсуждаются и не подлежат сомнению. Только… Холодно. Как же холодно… Люди… Почему они так важны для Оптимуса?.. Почему они важнее Бамблби для Прайма? В чем он его разочаровал? Чем он хуже Сэма? Холод отступает и первое, что слышит автобот это голос подопечного. — Ты в порядке? А автобот может думать только о том, что нападение на людей можно будет списать на временную потерю связи с базами данных. Размахивает оружием. Разыгрывает из себя напуганного зверя. — С тобой всё нормально? — голос белкового отрезвляет, но мех всё еще не может заставить себя убрать оружие. — Послушай, — продолжает Сэм, — Куб у меня, и десептиконы уже рядом. Это почти приводит его в чувства окончательно, но… идея с потерей связи такая заманчивая. — Нет-нет, насчёт них не волнуйся, ладно? Они тебя не тронут, — успокаивает его белковый. — Отойдите немножко. Он наш друг, всё хорошо. Время тянется. Бамбли недопустимо затягивает с принятием решение. — Так. Ну давай, опусти оружие. Они тебя не тронут. Мы отведём тебя к Искре. Время вышло. Дальше нет смысла тянуть, потеря связи с базами данных дольше может происходить только с теми, кто на грани безумия от голода. Он не примитив. Автобот послушно идёт за Сэмом. Искра, принявшая за время полёта в космосе естественные для себя размеры в тёмном ангаре вызывает гнев и неприязнь. Мех как чувствовал, что стоит сохранить протоколы по управлению размерами галактического куба, что выдал ему Прайм для перемещения Искр из раскрытого убежища автоботов в новое. И сейчас, чувствуя, как обжигает негативной энергией Оллспарк его манипуляторы мех радуется своей предусмотрительности. Если бы он удалил те протоколы, как должен был, чтобы с ним произошло сейчас? Сумел бы он следовать за Оптимусом дальше? — «Послание Звёздного Флота…» «Нечего больше тянуть!» — говорит он с помощью записей чужих голосов из местной инфосети. — Он прав. Надо уходить, ведь Мегатрон в соседнем ангаре. До Мишн-сити 35 километров. Надо вынести Куб отсюда и спрятать его в городе. *** Во всей доступной ему вселенной существуют только он и стены, которые он стремится сокрушить. Он помнит, что за стенами есть другая вселенная. Вселенная полная жизни. Вселенная, в которой у всего есть своя цель. В которой отдельно от него существует и его цель. Существуют те, кто запер его здесь создав для этого целую вселенную из пола, потолка и четырёх стен в которой ему невозможно уйти даже в офлафн, не то что в деактив. Стены исцарапаны его манипуляторами. Манипуляторами, которые сколько бы не ломались слишком быстро… оставалисьСнова. Снова. Снова.
Он Мегатрон с личным именем… с личным именем… с личным именем… Он сумеет исполнить возложенную на него его альфами цель хранить Квинтес. Он сохранит Квинтес, даже если ему для этого придётся его создать самому! И в космическую дыру всех этих моралистов Праймов с их запретами! Запретами, что мешают вернуть их народу Цель! Причину для существования. Вцепится дентапластинами в стену. Методично грызть стену вселенной.Снова. Снова. Снова
. … Пока не исчезнуть стены. … Пока он сам не исчезнет.Снова. Снова. Снова.
В целой вселенной. Во всей доступной ему вселенной существуют только он и стены. Стены, которые он стремиться сокрушить. Сокрушить, чтобы достигнуть другой вселенной. Вселенной, в которой у него есть цель. Вселенной полной жизни… Во вселенной полной жизни в которой тоже есть стены, которые ему нужно будет сокрушить, чтобы достичь цели.Снова. Снова. Снова. Снова. Сно…
*** Кто он? Трансформер пробуждался от долго, наполненного мучительными кошмарами недоофлайна. Все системы и процессоры выходили на рабочую мощность с огромным усилием. Плазменный океан боли нехотя уступал воле меха системы самодиагностики и саморемонта едва ли не выли выдавая сообщения о нехватке энергии и материалов. Он с трудом осознавал кто он и где находится, но предельно четко осознавал, если не сможет вырваться отсюда сейчас, мучения, когда от тебя отрезают по кусочкам и вырывают из тела куски жизненно важных систем — продолжатся. Кто он? Изуродованные и едва опознаваемые манипуляторы вздрагивают, по ним пробегает мелкая дрожь, позволяющая быстрее прийти в норму после долго воздействия жидким азотом на корпус. Кто он? — … Сэр, я вовсе не собираюсь поправлять вас во всём. Но это Мегатрон, вожак Дисептиконов. — Он в состоянии криостата с тридцать пятого года. Ваш прапрадедушка сделал одно из величайших открытий. С этого начался наш современный мир. Микрочипы, лазеры, космические корабли были созданы в процессе изучения этого существа. ИНП-1. Мы его так называем. — Я должен был знать, что вы прячете у себя пусть и замороженного, но всё же враждебного пришельца… — До сих пор национальной безопасности ничто не угрожало. — Зато теперь угрожает. — А почему Земля? — Всё из-за Искры. — Искры? Что это? — министр обороны заинтересовался новым, неизвестным доселе фактом. — Они прилетели сюда в поисках кубической штуки. А этот ваш мистер ИНП-1, он же Мегатрон, так его зовут, является сторонником зла и хочет с помощью галактического куба трансфомировать наши технологии и захватить вселенную. Вот его план… Сбоящая запись с систем слежения дает сознанию трансформера зацепку. С трудом он начинает анализировать данные. С помощью галактического куба трансформировать технологии и захватить вселенную? Почему настолько глупый и бессмысленный план? Зачем ему вселенная? Куб… Искра… Оллспарк… Знакомый, но многократно усилившийся голод пробуждает вместе с памятью странное ощущение граничащее с уверенностью. Его цель совершенно иная. Его цель… — Я…Мегатрон! — произносит трансформер. Словно перед оптикой возникает образ знакомой и одновременно чуждой искры, переливающейся слепящим радужным огнём. Цель… Это не Оллспарк. Цель… Нет! Нет ничего важнее Искры! Вырвавшись наружу лидер дисептиконов тут же встречается с одним из своих, тех, кто до сих пор не оставил его одного на выбранном когда-то пути. Главное не обращать внимание на его болтовню и действовать жестко. Нельзя проявлять слабость. Не перед ним. — Где куб? — Его забрали люди, — начинает заискивать мех. Мегатрон в который раз думает о том, почему еще не отправил его в деактив, чисто из жалости к другим своим подчинённым. — Ты снова подвёл меня, Старскрим, — говорит лидер почти что бессмыслицу, почти ложь, а затем приказывает, как делал на протяжении многих и многих орнов. — Взять их! Ненадолго глава дисептиконов прикрывает оптику, всем корпусом впитывая в себя ощущение тёплых лучей местной звезды, бегущих по лишенной цвета броне многочисленными бликами — энергона слишком мало, чтобы придать хоть какой-то цвет его кибертронию... Как только ржаветь не начал? Мегатрон сам удивлялся тому, насколько порой мало и одновременно много ему нужно, чтобы почувствовать, как искра замирает от ни чем не обоснованного и нелогичного счастья.Он всё еще жив.
_________________________ * Не стоит винить кошку в том, что её хозяин псих. ** Любовь слепа. Мистер, видит бог я бы сбежала от сюда если бы могла, но сюда меня привёл слишком длинный язык. Мистер Голд не понимает отказов и шуток, когда это ему выгодно. Увы, женщины беззащитны перед сильными мужчинами и нам приходится уступать. Если так печалит его судьба, попробуйте меня украсть из-под венца или заменить более подходящей женщиной. Я бы полюбовалась на результат… с другого края света. А Вы, синьор? *** когда смотрела в вики сама удивилась этому факту, но галактический куб по видео-комиксам IDW «Трансформеры: Начало» в космос кинул именно он, за что Мегатрон лично оторвал ему манипулятор и пожал мужественную шею.
