Так и должно быть

Убийство. Потемневший психо-паспорт. Опять убийство. Похищение. Потемневший психо-паспорт. Убийство. Похищение. Агр! Как я устала от этой волокиты бумаг. После убийства Юки и ранения Когами-сана меня посадили в офис. Мол, занимайся пока что бумагами. Еще успеешь набегаться за преступниками. Вот и сейчас я сижу и разбираюсь с документацией по разным преступлениям, но уже не в офисе. Это первый день, когда я смогла прийти к Когами-сану после его ранений, мне стыдно, что он пострадал из-за меня. Уже прошло около двух недель, он в хорошем состоянии и уже начал тренировки. В данный момент я сижу у него на кухне, а Шинья колотит грушу, надо бы и мне передохнуть, а то уже глаза начали болеть от всех этих буковок и циферок. Пойду лучше сделаю чашечку кофе и спрошу у Когами-сана про убийства. Пока я загружала кофейные зерна в кофе-машину, позади меня послышались шаги. -Когами-сан, а вы... Не успела я задать вопрос, как меня обняли сильные руки. Что происходит? Я спиной чувствовала его учащенное сердцебиение. Но как не удивительно, мне нравится его близость. Нравится вот так стоять в его объятиях. Правильно ли вся эта ситуация или нет? Да к чему все эти вопросы?! Если он... Я почувствовала его горячие губы у себя на шее, а затем шепот: -Инспектор, вам нужно отдохнуть... Нельзя же так перенапрягаться... Почему он так соблазнительно говорит? Или мне так кажется? Ох, Когами... После этого его проворные пальчики стали расстегивать на мне пиджак, не спеша, при этом он продолжал целовать меня в шею. Мое тело начинает реагировать на его прикосновения, выгибаясь на встречу. Я начинаю задыхаться. Когами, что же ты творишь со мной?! Пиджак уже валяется в раковине, на очереди моя блузка. Когами оголяет мои плечи, но не спешит снимать блузку целиком. Он медлит, но лишь для того, чтобы начать покрывать поцелуями мои плечи, выпирающие косточки ключиц, покусывает и тут же зализывает. Он ведет себя как животное, как хищник. Но мне нравится, нравится эта необычная ласка. Но видимо терпение у него заканчивается и он срывает блузку с меня с рыком и прижимает к столешнице. Мое терпение тоже начинает кончаться и поэтому я поворачиваюсь к нему лицом. Смотрю ему в глаза и вижу в них желание меня и что-то еще. Неужели это любовь? Шинья впивается в мои губы страстным поцелуем и подсаживает меня на столешницу. Ясно. Я поняла тебя, Когами Шинья. Сквозь поцелуй я улыбаюсь и притягиваю его за плечи к себе ближе, обнимаю, прижимаясь всем телом. Его руки бродят по моей спине, спускаясь к бедрам. Его губы на моей шее сводят меня с ума и я начинаю издавать глухие стоны. Он ловит губами мой стон, поднимает на руки и куда-то несет. Спиной я ощущаю ткань, видимо это кровать. А дальше все как в тумане. Жаркие тела, громкие стоны. Желание большего. Желания друг друга. Наслаждение. Взрыв чувств вперемешку с чувством защищенности. Как будто все стало на свои круги, как будто все так и должно быть. Лежать в объятиях этого необычного мужчины приятно. Его равномерное дыхание на моей макушке успокаивает. Неужели я стала для тебя спасательным кругом после смерти напарника? Ты и сам не заметил как влюбился? Я улыбнулась и повернулась в его объятиях к нему лицом. Он красив, его аристократичные черты и молочно-белая кожа так манят чтобы к ним прикоснуться. И я касаюсь, Когами морщит брови и сильнее обнимает меня во сне. Да, все так и должно быть. Теперь все будет хорошо. Уткнувшись лицом к нему в грудь,я начинаю засыпать, а проснувшись у нас будет новая жизнь. Новая жизнь вместе и пусть все на работе удивляются.