Забыть, чтобы вспомнить

Когда ребята вернулись домой, то ТеХён мгновенно закрылся в комнате и не выходил несколько часов. Он снова плакал, пытаясь унять боль и принять всё, что услышал за эти несколько часов. Когда плакать уже было нечем, ТеХён просто уставился в потолок. Детский страх перед Джином отступил. Его практически просто не было. В сердце появилась пустота и желание, заполнить её чем-то. Бабушка права, как и всегда. Нет ничего плохого в той любви, что есть между парнями. Она даже прошла почти 20 лет испытаний вдали друг от друга и не угасла. Более того, она стала невероятно сильнее, чище и искреннее. Да, ТеХёну пора подумать и о других. Парень вышел из комнаты и спустился вниз. Джин смотрел телевизор, но мгновенно повернулся к ТеХёну, когда услышал его. Младший смотрел немного отрешённо. Глаза опухли, и он чувствовал себя жутко уставшим, измотанным. - Ты кушал? – спокойно спросил он, оглядывая пустой стол. Джин, как и раньше, отрицательно замотал головой. - Хорошо, я сейчас приготовлю. ТеХён вяло пошёл на кухню, открывая холодильник и доставая продукты для яичного рола с рисом. Парень готовил медленно, периодически останавливаясь и потирая виски. Однако уже через полчаса, ужин был готов. Парень приготовил на двоих, но сам так и не притронулся даже к палочкам. Джин умял половину, прежде чем это заметил. ТеХён просто смотрел на тарелку, уходя мыслями куда-то далеко. Старший подсел к нему и слегка потряс. - А? Что? – ТеХён вынырнул из своих мыслей, испуганно смотря на Джина. – Ты уже всё съел? Тебе принести добавки? – Младший хотел было встать, но шатен не пустил, пододвигая чуть ближе тарелку с ролом ТеХёна. - Поешь, - мягко проговорил он, подавая ложку. - Я не голоден. - Нет, голоден, потому и болит голова. Пожалуйста, поешь, - Джин сам отломил кусочек яичницы и, на ложке поднёс к губам младшего. Тот хотел возмутиться, но только открыл рот, как ложка оказалась во рту, и ТеХёну пришлось скушать содержимое. – Если у тебя нет сил, я покормлю. Просто поешь, и я отстану. – Он отломил ещё кусочек и вновь положил содержимое в рот младшего. И таким образом ТеХён съел свою порцию даже раньше Джина. ТеХён отстранился от стола, облокотившись на стенку. Он уставился на телевизор, не заметив, как Джин быстро доел свою порцию, отнёс посуду на кухню и вернулся, усаживаясь рядом. Старший аккуратно, чтобы не напугать, притянул к себе младшего, положив его голову себе на грудь и крепко обнимая. А тот и не сопротивлялся, стараясь прочувствовать всю теплоту, по которой так соскучился. Не прошло и десяти минут, как ТеХён заснул. А следом, Джин поднял его на руки и отнёс в комнату, укладываясь рядом. Прошло несколько дней. Бабушку ТеХёна пока не выписывали, желая ещё немного понаблюдать за состоянием. А парни тем временем уже привыкли жить одни. По утрам они ездили навещать старушку, затем забегали в ближайшее кафе и ехали домой, заниматься делами. Вечером же смотрели телевизор и кушали стряпню ТеХёна, что не отличалась особым разнообразием. Но всё же лучше, чем ничего. Потом садились посмотреть какой-нибудь фильм и засыпали. Чаще ТеХён засыпал первым, а Джин его уносил. Утром же старший уходил из кровати чуть раньше, давая младшему ещё немного поспать. - Не уходи, - сказал как-то ТеХён, что проснулся от возни Джина. И тот не ушёл, прижимая к себе младшего. Но это утро отличалось от других. ТеХён смотрел в глаза Джина слишком пристально и волнующе. - Джин, - парень протянул имя старшего, словно пробовал на вкус. – Я… Я люблю тебя. Джин замер, даже не моргал. Сон это или реальность? ТеХён медленно потянулся к губам старшего, оставляя мягкий поцелуй и отстраняясь. - ТеХён, я больше не могу себя сдерживать. - Что? – ТеХён не понимал. - Я не могу терпеть. Каждое утро, видя тебя таким спокойным и не защищённым, я убегаю в ванну, потому что… я… у меня… там… - Младший медленно опустил глаза в сторону нижнего белья старшего. - У тебя… Стоит? – ТеХён еле закончил фразу и мгновенно покраснел. Джин просто кивнул, не в силах ответить. Русоволосый и сам не понял, как так вышло, но его рука потянулась к трусам старшего и легла поверх бугорка. Джин взвыл, запрокидывая голову. А ТеХён стал слегка поглаживать плоть. - Я боюсь, Джин. Это же будет больно. Но… Я, кажется, тоже этого хочу. Джин мгновенно притянул лицо младшего к себе за подбородок и впился страстным поцелуем, углубляя его. Он полностью уложил парня на спину, нависая сверху. - Я постараюсь быть нежным и не быстрым. Звучало странно, но ТеХён поверил. Джин медленно раздел младшего и себя, совершенно не смущаясь своей наготы. Он стал гладить ТеХёна по груди и животу, затем поднялся на шею и вновь опустился вниз, беря в руку плоть младшего. Тот громко застонал от приятных ощущений. Джин же вновь припал к губам младшего, водя своим органом по бедру ТеХёна. - Я уже не могу, - русоволосому хотелось разодрать простынь от наслаждения. Джин отстранился, хватая с тумбочки какой-то крем. Он выжал почти весь тюбик себе на пальцы и аккуратно стал вводить их в ТеХёна, раздвигая узкое колечко. Младший выгнулся в спине, почти крича на весь дом. Но боль прошла быстро, уступая место наслаждению и удовольствию. Старший больше не мог терпеть, надеясь, что растянул достаточно. Он резко вошёл в ТеХёна на всю глубину, что была возможна и замер, слыша, как заверещал младший, брыкаясь под ним. Боль была нестерпима, но отступать было поздно. Джин просто сцепил руки младшего над головой и начал медленно двигаться, поцелуями убирая капли слёз. Но не прошло и минуты, как ТеХён стал стонать и подмахивать, потому Джин отпустил его руки. Младший мгновенно соединил их на широкой спине старшего и притянул ближе, затягивая в глубокий поцелуй. Такая отдача, пробудила в Джине звериное чувство собственника. ТеХён теперь полностью его и никто не отнимет парня. Даже он сам не исчезнет. Все тайны раскрыты, и раны зашиты. Да, конечно, не до конца. Однако, любовь и счастье теперь на первом месте у ТеХёна. А это самое важное для Джина. Старший зарычал, наслаждаясь запахом младшего и слегка прикусил плечо парня. Он яростно вдалбливал того в кровать, желая зайти ещё глубже. Почти разрывая ТеХёна изнутри. Младший уже трижды достигал пика, изливаясь на себя. Но Джин всё не останавливался. Он перевернул парня на живот, вновь входя резко и глубоко. Младшему даже стало страшно, но получаемое наслаждение продолжало отключать мозг. Джин потянул ТеХёна за бёдра, заставляя встать на четвереньки и раздвинуть ноги шире. У младшего почти не было сил, но крепкие руки помогали держаться. - Ты только мой, - зарычал Джин каким-то пугающе странным голосом. – Ты навсегда только мой. – Старший потянул ТеХёна за волосы, заставляя стоять только на коленях. Одной рукой он доводил до очередной разрядки младшего, а второй провёл по шее, поворачивая лицом к себе и целуя в губы. На самом деле, он уже неоднократно разряжался в младшего, да только останавливаться не хотелось. Ему просто было мало такого нужного и податливого ТеХёна. Он вновь поставил его на четвереньки и наконец, громко зарычал, делая последний толчок и испускаясь в младшего. ТеХён вновь закричал, также пачкая простынь и упал без сил. Он тяжело дышал, чувствуя на себе жар от тела Джина. Безумство? Нет. И это любовь. После такого утра, Джин зажимал младшего, где только можно, желая вновь почувствовать себя внутри него. ТеХён уже изрядно вымотался, однако, когда Джин только начинал прикасаться к нему, желание ответить не заставляло себя долго ждать. ТеХён сдержит обещание и будет счастлив. Это уже так. Он стал намного сильнее и увереннее в себе. А рядом с Джином, как за каменной стеной. Правда вот сделать из него полноценного члена общества ещё предстоит. Но только после поцелуя.