CHANYEOL NEXT DOOR: Movie XXX

Розовая лошадь с радужной гривой во весь опор несётся на него и с радостным ржанием перепрыгивает надувной не менее розовый бассейн, искрящийся пузырьками шампанского, где он в окружении русалок насвистывает незамысловатый мотив Gee gee baby и проглатывает искусно выловленную в бассейне медузу. Розовая лошадь удаляется, оставляя радужный шлейф, а медуза противно и склизко липнет к нёбу, напоминая о себе гадким послевкусием. Огромный шар прокатывается по полю с ярко-голубой травой, вдаль по которой ускакала лошадь, и врезается в огромную красную кеглю величиной с дом. Кегля кренится и падает, задевая, как оказывается, другие стоящие за ней, производя жуткий грохот. Бум. Бум. Бум. Звук резонирует в ушах противной болью, а кегли всё падают и падают, как домино друг за дружкой, пока не превращаются во вращающийся потолок. Бум. Бум. Бум. Более отчетливо и резко перерастает из звука падения кеглей в нетерпеливый стук во входную дверь. Чанёль хватается за свою несчастную голову, готовую расколоться на тысячу кусочков от очередного настойчивого удара. Ещё удар. Чанёль мычит нечто бессвязное, пытаясь встать, но поскальзывается на мокром полу, скользит вперед и упирается носом в дверь, в которую так требовательно сейчас стучат. Чанёль плохо соображает, но у него нехорошее предчувствие. Если хорошо постараться, то можно вспомнить радостную рожу Бён Бэкхёна, который только и был счастлив упиться до поросячьего визга, предлагал отметить окончание съемок у Чанёля дома, а именно в его джакузи, которое он так и не опробовал за полгода, как въехал в новую квартиру. Ещё вспышки памяти рисуют разливающего всем напитки Чунмёна, Чондэ с протянутыми в руке таблеточками и уверяющего, что «ничего плохого не будет». Потом Чонин танцевал на столе, а Минсок с бешеными глазами сбегал в магазин и принес целый пакет сырой рыбы, которую раскидал по полу. К тому моменту Лэй у Чанёля на глазах трансформировался в сияющего единорога и ответил, что «кажется ему пора», и ускакал, цокая копытами, в Нарнию, которая нашлась у Чанёля в шкафу. Чанёль встряхивает головой и, кое-как справляется с замком, чтобы, наконец, отворить такому настойчивому незнакомцу. - Вы залили меня, - голос тихий и явно с плохо скрываемой злостью. Чанёль моргает и таращится в пустую стену перед собой. - А? Ч-что? Кто здесь? Ответом служит резкая боль в ухе, а его голова опускается ниже. - Я здесь, - тяжелый взгляд из-под недовольных мохнатых гусениц-бровей и поджатые пухлые губы. – Вы залили меня! В голосе незнакомца прорезаются высокие ноты. Чанёль мотает головой в попытке освободить от захвата начинающее жечь огнём ухо, но всё тщетно. - Я…я..,- тянет он, стараясь соединить звуки в осмысленную фразу. – Я не… заливал! Ай-ай! Он вскрикивает, когда его тянут за ухо сильнее, разворачивая лицом к открытой двери, за которой виднеется весь масштаб разлившейся в прямом смысле катастрофы. - Ой, - Чанёль весь поникает и даже попытки высвободить многострадальное ухо прекращает, когда вода выплёскивается ему под ноги в общий коридор. Но тут сосед его отпускает и, оттолкнув, прошмыгивает в квартиру. Кажется, в этот миг, сознание, наконец, возвращается к Чанёлю. - Эй! Постойте, куда вы! Это частная собственность! – кричит Чанёль вслед. Но незнакомец лишь невозмутимо отвечает, не сбавляя шаг: - Спасать свой паркет, раз потолок спасти я уже не в силах. Чанёль срывается с места и семенит следом, вновь поскальзываясь на сырой рыбе, будь неладен Минсок с его глюками! Сосед, не обращая внимания на резво рассекающее водную гладь тело позади, уверенно подходит к джакузи, из которой хлещет вода, и перекрывает кран. По квартире Чанёля разливается мертвенная тишина, разрываемая лишь звуком редких капель, плюхающихся из перекрытого крана в озеро воды, берущей начало в джакузи. Чанёль, распластавшись на полу, приподнимается на локтях над водной гладью и боится произнести хоть слово. Дурман начинает потихоньку спадать и до его сознания уже доходят отголоски масштабов пиздеца, правда ещё не в полной мере. - Молись, чтобы на твоём счету было достаточно денег оплатить ремонт моей квартиры, - голос соседа спокойный и довольно тихий, но Чанёль знает, к кому он обращен и нервно сглатывает ком в горле, пока его кишки завязываются в узел от скользящей угрозы в голосе его оппонента. Он оглядывается по сторонам, но его друзья куда-то свалили все как один, оставив его одного в затопленной квартире, по которой начинает разливаться зловоние начавшей потихоньку протухать сырой рыбы. - Мне пизда, - коротко резюмирует Чанёль и откидывается назад, тут же подскакивая, едва не захлебнувшись водой. С высоты его роста картина открывается ещё более печальная. Перевернутые стулья, дрейфующая рыба (Я прикончу тебя, Минсок!!!) на пару с пивными жестяными банками, окурки и скопище стаканов нашли своё место на журнальном столике, не считая полупустых пачек от чипсов и прочих закусок, которые частично разбросаны по столику и дивану, частично затонули где-то в районе дорогущего ковра из шкуры коровы. О нет, его любимый ковёр! В себя его приводит хлопок закрывшейся за соседом двери, и Чанёль, уныло оглядевшись по сторонам ещё раз, бредёт за тазом, чтобы начать собирать воду, если это бедствие вообще возможно ликвидировать, не успев залить всё вплоть до подвала дома. Он собирает воду уже три часа кряду, обдумывая, кого он прикончит первым: Бэкхёна или Чондэ. Гениальная идея с джакузи принадлежала Бэкхёну, а Чондэ усугубил всю ситуацию волшебными пилюлями. И сколько раз Чанёль божился не связываться с Чондэ и его любовью к экспериментам с неизвестными веществами? Сцену жестокой расправы над нашкодившей парочкой в его мозгу прерывает настойчивый стук в дверь. Зачем стучать, когда есть звонок, недоумевает Чанёль. Но всё же идёт открыть дверь с мокрой тряпкой в руке. Большая часть воды уже собрана. Осталась лишь пара мелких лужиц, с которыми он как раз и расправлялся. - Я поживу у тебя, - на пороге стоит его сосед снизу с двумя чемоданами. У Чанёля отвисает челюсть. – У меня обвалилась с потолка штукатурка. Поживу тут, пока не закончится ремонт. Испортившийся паркет не так страшен, как падающий тебе на голову потолок. Не дожидаясь ответа, новый сосед, теперь уже по его собственной квартире, отодвигает Чанёля в сторону и проходит внутрь, завозя свои два чемодана. - Кстати, меня зовут До Кёнсу. А там ты плохо вытер. И ещё дальше лужа под диваном блестит. Чанёль всё ещё пребывает в шоке от происходящего, когда за его спиной скрипит раздвижная дверь шкафа, из которой показывается всклокоченная макушка Лэя. - У тебя будет сосед. Поздравляю, - Лэй вылезает, шатаясь из стороны в сторону. В руке у него розовая фигурка Пинки Пай из коллекции Чанёля. - Ты не ушел? – первое, что способен выдавить из себя Чанёль за последние минуты. Лэй мотает головой. - Нет, я был в Пони-лэнде, а вот сейчас я ухожу, - он озирается по сторонам в поисках своей обуви, и, найдя её всю мокрую, недовольно хмурится. – И ты, это извини, но меня стошнило там, в шкафу. Чанёль думает, что у него, наверное, пар из ушей валит. Он рычит и стукается лбом о дверной косяк, бодая его. И тут в неравной борьбе с деревянными досками на него снисходит озарение. Чёрт! Он резко отрывается от своего не очень увлекательного занятия и резво скачет в свою комнату, чтобы спрятать всё то, что не следует видеть новоиспеченному соседу, подальше от его глаз.

***

Чанёль размеренно двигается, запрокинув голову. Полуприкрытые шоколадно-золотистые зрачки хищно поблескивают в обрамлении пушистых ресниц. Пухлые губы то и дело облизывает розовый язык, чтобы призывно мелькнуть и скрыться в своей влажной пещере. Черные волосы сырые и слегка всклокочены, кое-где прилипают к лицу и шее мокрыми прядями, по шее и груди струятся капли пота. Чанёль стонет низким басом. Он профессионал. Движения и позы отточены до совершенства часами перед зеркалом и километрами отснятой пленки с кинофильмами 18+. Бэкхён старается не меньше, пусть это и незаметно невооруженным глазом. Его волосы раскинулись по подушке светлыми прядями, рот распахнут для сладких стонов, глаза прикрыты, одна нога на плече Чанёля, руками он ласкает себя. Поза на самом деле жутко неудобная, потому что вторую ногу нужно держать так, чтобы не заслонялся обзор оператору и при этом не забывать красиво постанывать, а не кряхтеть от усилий, к тому же свет от прожекторов слепит глаза, хоть и направлен не прямо. Но при всём при этом, кажется, что Бэкхён целиком и полностью увлечен процессом, но даже так он видит машущего руками за спиной операторов режиссера, что пора бы уже и кончить, что Бэкхён и делает, застонав ещё громче для пущего эффекта, и тут же пачкает себе живот. Дальше Крис знаками показывает, что нужно взять у Чанёля в рот и сделать красивый камшот (о, боги, Бэкхён не тупой, он читал сценарий и обсуждали они всё раз двадцать). Бэкхён отталкивает рукой Чанёля, чтобы тот вышел из него, целует в губы и затем опускается, чтобы несколькими движениями умелого рта довести Чанёля до оргазма и размазать его сперму по своему лицу и подбородку. Зрителям такое нравится. - Стоп! Снято! – громогласно кричит Крис, хотя тут глухих нет. – Всем спасибо, все свободны. Хотя… - О нет, - Бэкхён закатывает глаза, вытирая рот и шею покрывалом. – Что опять? - Ты… ты…, - Крис багровеет. – Опять портишь инвентарь, когда есть бумажные салфетки! - Ой, да ладно тебе, - Чанёль хлопает режиссера по плечу. – Скажи лучше, как я был в роли Цезаря? Я шикарен, да? Да, да, да?! Бэкхён думает, что дальше его глаза закатиться просто уже не могут, поэтому улучает момент и сваливает со съемочной площадки, пока Крис отвлекся на самовлюбленного нарцисса Чанёля, хотя и мысленно благодарит его, потому что знает, что Пакчан специально всё это подстроил, чтобы Бэкхён успел слинять и избавить себя от нудных речей. - Неплохо, - выдаёт Крис, явно меньше, чем ожидает услышать Чанёль. - Я тут подумал, может лучше переснять финальную сцену и сделать из неё оргию? - Но мы уже отсняли две групповухи в самом начале… - А вдруг этого мало? В такие моменты Чанёль начинает сомневаться, кто тут режиссёр и главный сценарист. В общем и целом ему нравится работать с Крисом, ведь он совсем не похож на стандартных режиссеров порнофильмов, которые стремятся запихнуть в одну дырку побольше членов, не особо заботясь о сюжете. Судьба свела их пару лет назад на съемочной площадке, куда его с Бэкхёном отобрали после кастинга для работы над новой лентой жанра ню. И уж если начинать про то, как всё было, то вероятно следует начинать с самого начала. А самое начало для Чанёля, это когда он в возрасте трёх лет переехал с родителями в солнечную Калифорнию – штат сёрфинга, марихуаны и Силиконовой долины. Тот период он вспоминать не любит, да и практически не помнит толком ничего из того времени, когда он не понимал окружающих людей и не ладил с местными детьми, пока детская способность всё схватывать на лету не взяла своё, и он не овладел английским, как своим родным корейским. Всё же жизнь иммигранта не так легка, даже в столь многонациональной и фактически состоящей из приезжих стране, как США, особенно, когда твои родители ехали за лучшей жизнью, а всё вышло, как у всех, ну разве чуточку успешнее. По мнению Чанёля крошечный ресторанчик его семьи на задворках Кореа-тауна, даже на корейскую мечту не тянул, не то чтобы на американскую. В общем-то, дальше всё у него было, как у всех – школа, выбор колледжа после, провал экзаменов, временные подработки и попытки всё же поступить куда-то на учёбу, чтобы не застрять пожизненно в роли кассира в Wendy’s или клерка в Safeway. Тогда-то всё и случилось. Здесь стоит заметить, что Чанёль был не такой как все. Нет, у него не было третьего глаза, хвоста или лишних конечностей, всё оказалось намного прозаичнее, но для самого Чанёля не менее сложным в жизни. Он был геем. У него не было периода пиздостраданий со свойственным скорее подростковому слэш фанфикшену «О, мне нравится этот парень! Кажется со мной что-то не то! Ой, мамочки, да я же гей!», чем реальной жизни. Он просто принял себя таким, какой он есть, а также Чанёль с раннего детства обладал важным знанием о том, что об этом не следует трепать направо и налево языком. Не то чтобы он был совсем асоциален, напротив, Пак был безумно общительным, и вокруг него с детства вилась куча девушек, а подруги старшей сестры умилялись пухлому карапузу и всегда подкармливали его сладостями. В средней школе он даже ходил на свидания с девчонками, но дальше поцелуев не заходило. О да, причиной послужила его физиология и, как можно догадаться, пресловутый нестояк на слабый пол. И вот к 18 годам он оказался в тупике самоопределения и личностном кризисе, к которым жирным плюсом шла полная неустроенность личной жизни. В этот самый момент он и познакомился с Бэкхёном. Можно сказать, очередная банальность его жизни. Любопытство, авантюризм и бурлящие гормоны привели Чанёля на местный гей-сайт к объявлению «Ищу красивый и выносливый член». В красоте своего члена Чанёль никогда не сомневался, даже отодвинул резинку трусов, чтобы убедиться, а вот выносливость… Секс на тот момент у него был пару раз с парнем из старшей школы, но тот выпустился на год раньше и свинтил в Йель, так что у них ничего не сложилось. В итоге Пак решил, что возьмет не качеством, так количеством, уж очень хотелось горячего тела на подушке рядом, чтобы ночью заниматься жарким сексом, а утром целовать в лобик и отвоевывать свой кусок одеяла, тем более, он уже снимал отдельную крошечную комнату-квартирку. Чанёль многого не ждал от встречи с незнакомцем, но она превзошла все его ожидания. Парень оказался невысоким, миловидным и тоже корейцем. Казалось бы, какой смысл удивляться очередному иммигранту в городе, нашпигованном ими, как сарделька салом, но Чанёль долго и нудно расспрашивал Бэкхёна о том, что тот помнил о Корее, так как перебрался много позже Пака, лет в 12. Бэкхён терпеливо отвечал на вопросы ровно до того момента, пока они не переступили порог квартиры Чанёля. Даже сейчас, вспоминая, уголки губ Чанёля ползут вверх, обнажая ряд ровных белоснежных акульих зубов. Бэкхён был искусен, неудержим и ненасытен. Казалось, он с первого взгляда учуял неопытность Чанёля, но даже намёком не дал ему почувствовать себя неловко, взяв всё в свои руки, губы и далее по списку. Бэкхён научил его практически всему, что знал, оставив себе лишь несколько фирменных приёмов доведения до оргазма. Они стали встречаться, секс был практически ежедневным. У Чанёля болели губы и член, он начал подозревать у Бэкхёна разновидность мужской нимфомании, но виной всему был неудержимый темперамент, с которым Бэку было тяжело сладить. Он перебрался в квартиру Чанёля и Пак уже не знал куда бежать, как вдруг Бэкхён начал приходить домой уставшим, перестал требовать ежечасно секса. Чанёль вначале обрадовался, но потом почуял неладное. Тайна раскрылась через два месяца их с Бэкхёном отношений, когда тот притащил Чанёля на съемки в своём новом фильме 18+, как раз тогда, как Чанёль уволился с последнего места работы во Fridays. Чанёль видимо вообразил себя Отелло, когда чуть не придушил Бэкхёна там на месте, но его успели оттащить, ставшие ему много позже близкими друзьями Минсок и Чондэ (или коротко Чен). Тот день Чанёль вспоминать не любит до сих пор. Его час оттаскивали от повизгивающего от страха Бэкхёна, потом отпаивали виски, рассказывали о прелести работы порноактёром, а потом подсунули какой-то контракт, наконец, утихомирившемуся Паку. Чанёль согласился. Он сам от себя не ожидал, но внезапно поставил подпись, отчасти благодаря мысли, что теперь он сможет отомстить Бэкхёну и трахнуть других мальчиков. Съемки они в тот день кое-как всё-таки провели. Чанёль был настолько пьян к тому моменту, что уже мало что помнил, а на утро так, вообще, хотел забыть, но виноватый взгляд Бэкхёна с чашкой зеленого чая у изголовья кровати, непонятно как оказавшегося в своей квартирке Чанёля, если не растопил его сердце, то хотя бы добавил ложку мёда в дегтярную бочку его обиды на своего парня. Но с Бэкхёном они всё-таки расстались. Не сразу, но это должно было произойти рано или поздно, сейчас Чанёль это понимает. Не сошлись характерами, как принято говорить о большинстве причин расставания. Они продолжали участвовать в съемках и жить вместе, но уже не было той близости, которая была между ними раньше. Чанёль просто не мог доверять так, как прежде. Он, конечно, свыкся с реалиями порнобизнеса и менял разных партнёров в пределах съемочной площадки, как и Бэкхён, но для него главное табу о честности было нарушено. Изначально там было ещё что-то и о верности, но в связи с издержками новой профессии Чанёль решил опустить этот пункт. Тогда-то он и заметил, что Бэкхёном кое-кто очень интересуется, можно было сказать даже, что одержим. Чанёль решил уступить, ведь у них всё равно уже были хорошие дружеские отношения, но Паку хотелось другого. Чанёлю хотелось доверия, любви и понимания, хотелось отдать свои длинные, красивые и иногда неуклюжие конечности в чьи-то заботливые крепкие руки и забыть о проблемах насущных. Как-то так вышло, что Бэкхёна он сам подтолкнул к Чондэ, который из кожи вон вылезал, чтобы его явная для всех, кроме самого предмета воздыхания, любовь заметила его. Чондэ часто снимался с ними в тройничках, ещё тогда в низкосортных полулюбительских видео в мотелях на старую камеру Kodak. Он был нежен и страстен с Бэкхёном на съемках, приносил ему хотдоги без глютена и с соевым мясом, вытирал салфетками лицо и тело от спермы, тащил в душ, ревнивым взглядом следя за Чанёлем и заматывая падающего от усталости Бэкхёна в махровое полотенце, размером с два Бэкхёна. Позже Бэкхён, виновато потупив глаза в пол, что-то лепетал Чанёлю про «а неплохо было бы втроём». Чанёль лишь хмыкнул, и они даже попробовали так жить какое-то время, но в итоге решили разъехаться. Чанёль с самого начала видел по Чондэ, что тот не станет делиться, ни за что и никогда. Он может уступить, может прогнуться, но в итоге оттянет всё внимание на себя и заберет себе своё. Так вышло и с Бэкхёном. Но, в конце концов, никто из них не пожалел, тем более Чанёль твердо знал ещё одну вещь, что случись что, но именно Чанёлю, несмотря на всю свою ревность, Чондэ бы доверил Бэкхёна, что собственно он иногда и делал, вверяя Бэкхёна ему на съемках целиком и полностью, но всегда при этом следил зорким взглядом. Промыкавшись пару лет по низкобюджеткам, судьба свела эту троицу и ещё Минсока, оператора с самых первых съёмок Чанёля, с Крисом. Именно Крис вывел их на новый уровень, а Чанёль стал звездой порно, также как и Бэкхён. Чанёль даже удостоился нескольких премий AVN в категориях «новичок гей-порно» и несколько раз «лучший актер года в гей-порно», самого желанного «порно Оскара» всех работников порноиндустрии. Впервые они увидели Криса на более-менее сносной съемочной площадке в доме у бассейна, когда он как бы между делом сел у забора на пластиковый белый стул и наблюдал за процессом, не показывая никаких эмоций на лице. После он подошел к Чанёлю и всучил ему свою визитку, коротко продиктовав адрес и озвучив приглашение на кастинг. Ещё немного подумав, Крис вновь раскрыл портмоне и протянул визитки Чену и Бэкхёну, затем развернулся и вышел из калитки, не прощаясь. На собеседование они пошли все вместе, прихватив ещё и Минсока. По телефону от кастинга Крис отказался, передумав и сказав, что уже видел их в деле. На встрече, зыркнув исподлобья на Минсока, он расспросил их об ожиданиях от работы с ним, пожеланиях к съемкам, а дальше его глаза загорелись, и он принялся с воодушевлением рассказывать о том, что их ждёт. Тут стоит немного рассказать о самом Крисе. Выходец из Китая с канадским гражданством, он с детства тяготел к искусству, ему прочили карьеру то ли художника, то ли критика-искусствоведа, для чего он и приехал поступать в Лос-анджелесский UCLA и даже поступил, но, проучившись год, понял, что это не его. Статичное искусство его не удовлетворяло, он впал в депрессию, закрылся в себе и даже начал заливать образовавшуюся пустоту в душе алкоголем, пока к нему не примчал его эксцентричный кузен Тао, пинками затолкал в холодный душ протрезветь, а сам открыл окна выветрить запах вонищи нестираных носков и прокисшей китайской еды, коробки из-под которой валялись за диваном. После Тао отпаивал Криса какой-то мерзкой настойкой из крови змеи и женьшеня, а сам в красках рассказывал, зачем он приехал к нему в Лос-Анджелес. Тао грезил о карьере сценариста, он протянул Крису выуженную из чемодана кипу измятых листов и ждал, пока его братец прочитает и оценит его гений. - А от меня ты чего хочешь? – вопрошал Крис, сплевывая в китайскую коробку с тухлятиной мерзотную настойку, пока Тао закатывал глаза и терял бдительность. - Как что? Ты будешь режиссером! Ясное дело, что легендарным режиссером Голливуда Крис не стал, но какими-то судьбами через брата знакомого чувака друга третьего чувака и бла-бла-бла его занесло в порноиндустрию. Вначале Крис был помощником режиссера, где он поднаторел в деле и оброс нужными связями и спонсорами, а затем кинулся в бизнес, как в омут с головой, подпинываемый сзади своим слишком надоедливым кузеном. Идеи у Тао были, мягко говоря, специфичны, но благодаря врожденному вкусу Криса они приобретали сносные человеческие очертания. Так первый сценарий носивший название «Любовь и зомби» был переименован в «Секс и зомби», ведь ясное дело любовь у зомби только к мозгам, а учитывая специфику их кино, зомби должны были любить совсем другие части тела и ,главное, не откусывать. Эти пометки ярким салатным маркером Крис оставлял в сценарии, где уже черным и перманентным, он перечеркивал кровь, кишки и другие прелести, оставленные Тао и свойственные больше хоррору. Собственно «Секс и зомби» стал первым фильмом, за который Чанёль с Бэкхёном отхватили свой первый порно Оскар. Также тонкое чувство прекрасного и врожденная хватка помогли Крису заполучить лучшие съемочные площадки и декорации, оставшиеся ещё со съемок нашумевших блокбастеров 80х и 90х годов, когда ещё снимать на рире и дорисовывать спецэффекты не вошло в привычку. И вот непосредственно сейчас они снимают новый фильм по мотивам нашумевшей Клеопатры с Элизабет Тейлор в главной роли. Кто исполняет Клеопатру, не сложно догадаться, так же как и о роли Цезаря. К моменту настоящих съемок за плечами съемочной группы уже накопился четырехлетний опыт, море фанатов, которые следили за ними в соцсетях, и приличная сумма в банке. Кстати, стоит отметить, что Крис был натуралом к великому удивлению Чанёля. Его, вообще, позже поразил тот факт, что множество актеров гей-порно имеют традиционную ориентацию, а также жен и постоянных подружек, и что на самом деле то, что Чанёль встретил парочку геев на съемках в лице Чондэ и Бэкхёна, оказалось скорее исключением из правил. Весь секрет заключался в сумме гонорара, а также сохранении семейных уз и отношений, ведь намного меньше шансов, что мужа из семьи уведет другой мужчина, нежели другая женщина, к тому же многие женщины не считали секс своего партнера с мужчиной за измену, тем более, когда по признанию их сильных половинок, все действия совершались скорее механически. - Эй, ну как тебе твой новый сосед? – Чанёля из флэшбэка выдергивает звучный голос Чена, который стал рядом с ним под душем, уже искупав уставшего после съемок Бэкхёна. Чанёль оборачивается. Так и есть. Бэкхён завернут в огромное махровое полотенце и потягивает фраппучино со вкусом зеленого чая. Кажется, Чондэ успел сбегать после своей сцены в Старбакс на соседней улице. Чанёль приходит в себя и перекрывает мощный поток воды, долбящий его в макушку. - Отвратительно. Ужасно. Тлен. Боль. Я даже не знаю, какие эпитеты подобрать, чтобы описать это. - Всё так плохо? – Бэкхён выгибает бровь, хлюпнув ледяным коктейлем. Чондэ тоже перекрывает воду и вслушивается в разговор. - Хуже. Не. Бывает, - Чанёль разделяет слова, подчеркивая весь драматизм сложившейся ситуации. – Честное слово я бы вас придушил, но нам вместе ещё работать. От этих слов Бэк сильнее кутается в полотенце и на всякий случай беззвучно посылает Чену за спиной Чанёля сигналы S.O.S одними губами, отчего Пак складывается пополам от смеха. Просмеявшись, Чанёль, наконец, изрекает. - Он заставил меня есть овсянку по утрам. - Быть не может! – Бэкхён выпускает изо рта трубочку. - Ещё как может! – парирует Чанёль. – Он мне заявил, что раз я привел его квартиру в негодность, то там, где живёт он, а именно в моей квартире, все живут по его правилам, а все - это я! Мне в кошмарных снах будет сниться эта склизская дрянь. - Иу, какая гадость, - поддакивает Чен. – Ну, а че ты не мужик что ли? Ты не пробовал отказаться? Чанёль взрывается. - Да ты его самого видел? Этот взгляд, эти его бровищи?! Как он из-под них на меня смотрит! А вы не стесняйтесь, приходите и познакомьтесь! Бэкхён корчит испуганную рожицу: - Да, нет спасибо, не стоит. - А я говорю, стоит, - орёт Чанёль ему в ухо и чувствует крепкую руку Чена на плече. - Чанёль, ты это полегче, он не виноват. - Именно, - голос Чанёля становится спокойным. – Потому что виноваты вы оба. Ох, как я жду следующих съемок. Что там у нас после «Клеопатры»? «Побег рабов из Рима»? Помнится, в сценарии есть сцена порки. Так вот готовьтесь, что вашим задницам мало не покажется, будут как помидорки. Чанёль злобно ухмыляется. Бэкхён начинает икать от выпитого коктейля. - Чондэ, спаси. - Не могу, - Чондэ бледнеет так же, как и Бэкхён. – Я там тоже в этой сцене. Валим отсюда, пока он сильнее не разозлился. Бэкхён всё понимает с полуслова и, издавая визг, скорее напоминающий сурикатов, они несутся к своим шкафчикам с одеждой в раздевалку, сопровождаемые диким ржачем Чанёля. Вот знают же паршивцы, как его рассмешить. Не то чтобы Чанёль не был серьёзен в своей угрозе, просто он не имел привычки долго злиться, особенно на своих друзей.

***

Чанёль приоткрывает дверь своей квартиры и просовывает внутрь голову, прислушиваясь. Всё тихо, но опасный сосед может притаиться, где угодно. - Голова застряла? – Чанёль подскакивает от голоса сзади и ударяется плечом о дверной косяк. Кёнсу, как ни в чём не бывало, стоит позади с пакетами с едой и явно ждёт от него каких-то действий. - Так и будешь стоять в дверях? - Нет, давай помогу, - раскрасневшийся от своего глупого поведения Чанёль выхватывает пакеты из рук Кёнсу и мчит на кухню, попутно чуть не прихлопнув соседа дверью. Он оставляет пакеты на столе и, пока Кёнсу возится с замком, скрывается за дверью своей комнаты. Чёрт, как-то неудобно вышло. Чанёль скидывает с себя уличную одежду и надевает свободные цветастые хлопковые штаны и любимую линялую футболку с логотипом Red Socks. Он подходит к стеллажу с различными комиксами, книгами и фигурками и воровато оглядываясь по сторонам, словно его вот-вот могут застать с поличным на месте преступления, достает откуда-то из самого неряшливо заваленного отсека бережно спрятанный от посторонних глаз выпуск Macho, известного гей-журнала. С обложки на него смотрит он. Вечная плотная чёрная кожаная маска прорезями для глаз, ноздрей и рта, и черные же боксёры на идеальных бёдрах, руки скрещены на груди, но не скрывают тёмные соски и рельеф мышц. Чанёль даже через печатный глянец чувствует, как взгляд прожигает насквозь, хотя из-за маски глаз толком не видно. Чёрный Властелин. Его давний краш, его наваждение, его большая тайна (хотя, от Бэкхёна ни одна тайна ещё не ускользала, но Чанёлю не обязательно об этом знать). Чёрный Властелин, о котором не известно практически ничего, кроме его фильмов и того, что он уже четыре года подряд получает AVN, как лучший актер в жанре BDSM. Чанёля влечёт к нему ужасно. Он не может объяснить, что же в этом мужчине его так цепляет, фильмы которого, спрятанные в коробку под кроватью, он пересмотрел вдоль и поперёк. Чанёль смотрел эти видео с трепетом и ужасом. Нет, определённо, он бы не позволил сделать с собой это и никогда засунуть в себя ту штуку тоже, не говоря уже про остальное, от чего, даже у такого опытного актёра и профи в своём деле, как Чанёль, волосы на затылке шевелились. Но что-то не позволяло ему оторвать глаза от экрана и, обняв подушку, покусывать её уголок при просмотре. Чанёль не знал, в чём кроется такая зависимость. Тем более Чёрный Властелин был доминантом и снимался в жесткой жести, а страшная тайна Чанёля заключалась в том, что свой цветочек он пока ещё хранил не сорванным и всегда был в активной позиции. К тому же этот актёр был слишком загадочным. Никто не видел его без маски, по крайней мере, ходили такие слухи, из чего можно было сделать вывод, что парень не хочет огласки о своём роде деятельности. Чанёль листает журнал и вздыхает, рассматривая сексуальные позы Чёрного Властелина в фотосете, как его прерывают настойчивым стуком в дверь. - Чанёль, ты тут? – голос Кёнсу доносится из-за двери. – Я зайду? Чанёль спохватывается и сует журнал куда-то в стопку книг, как дверь приоткрывается и заходит Кёнсу. Он мнётся какое-то время на пороге. - Я хотел позвать тебя обедать. Я там всё приготовил. Мисо суп и отбивные с рисом. На этих словах Кёнсу замирает и, сопровождаемый полным ужаса взглядом Чанёля, протягивает руку ему за спину. - Я не и не догадывался, что ты такой извращенец! Я думал, что твои фото во весь рост с обнаженным торсом и в джинсах с расстегнутой ширинкой в гостиной, это самое извращенское, что я видел в твоей квартире, но это… Кёнсу резко подносит фигурку Пинки Пай к лицу Чанёля. - … это верх извращенного вкуса и вульгарности, - заключает он и ставит фигурку на место. Чанёль, наконец, приходит в себя. - Эй, ты оскорбил тут самое святое! – доносится в спину уходящему Кёнсу. - My little Pony это прошлый век, - смеётся тот уже у двери в комнату Чанёля, а затем, обернувшись, произносит с улыбкой. – А вот Принцесса Пупырка – это другое дело. Едят они молча, как и всегда, когда выдается такой момент. У Чанёля съемки в самом разгаре, а сегодня он успел отсняться с утра пораньше и упорхнуть домой свободной пташкой, как раз к обеду. Обычно они только завтракают, когда Чанёлю приходится заталкивать в себя ненавистную овсянку, но всё остальное, что готовит Кёнсу получается просто божественным. Даже остатки остывшей еды, которую Чанёль хомячит ночью, вернувшись со съемок, прямо из миски в холодильнике. Но, кстати, об овсянке. Чанёль набирается мужества, пережевывая кусочек сочной отбивной, мысленно репетирует речь, и, наконец, выпаливает на одном дыхании. - Можно тебя кое о чём попросить? Давай ты не будешь больше готовить овсянку по утрам. Она ужасна! – он всматривается в реакцию Кёнсу и резко втягивает шею, словно опасаясь удара. Кёнсу замирает с ложкой супа в руках, а затем произносит. - Я думал, она тебе нравится. Ты её всегда так быстро съедал. Чанёль мнется, но всё же произносит: - Это потому, что когда ешь быстро, то вкуса не чувствуется. - Ладно, заменим овсянку яйцами с беконом, это ты хоть ешь? Чанёль радостно кивает, а Кёнсу продолжает. - Ты бы сразу сказал, я её тоже не очень люблю, но, говорят, она полезна для здоровья. - Эй, но ты же сам говорил, что твой дом твои правила, - Чанёль не понимает, что тут вообще происходит. Кёнсу слегка заливается краской и произносит. - Я был зол. Ты испортил мою новую квартиру, куда я только-только въехал. Если бы я залил тебя, ты бы не захотел меня придушить, а потом отхлестать по лицу той тухлой рыбой, что у тебя тут плавала? Вот так хрясь по одной щеке, а потом хрясь по другой! - Ладно-ладно! – Чанёль поднимает вверх руки. – Я понял. Они перестают есть и одновременно тянутся к стаканам с лимонадом, отпивают по глотку и размышляют каждый о своём. - Прости, - Чанёль произносит чуть слышно. – Я так и не извинился за всё это. Я был под кайфом и мало что помню. Кегли падали, потом ты стучал в дверь, и я поскользнулся на рыбе и моя квартира была залита водой. Как и твоя. Мне очень жаль, я возмещу ущерб, как и обещал. Что там с ремонтом? Кёнсу смотрит на Чанёля внимательно, затем отвечает. - Спасибо. За извинения и, вообще, - Чанёлю кажется или голос Кёнсу стал чуть ниже, а на его щеках выступил едва заметный румянец? – С рабочими я договорился, они всё оценили и обещали закончить где-то за месяц. Так что я не навсегда. - А жаль, - шутит Чанёль. – Кажется, я уже привык к домашней еде. Кстати, а кем ты работаешь, если не секрет? - Я фрилансер, - Кёнсу делает ещё один глоток лимонада. – В свободное время, я посещаю курсы кулинарного искусства и помогаю в приюте для животных. - Вау, да ты крут! А я… я… в общем не знаю, как это сказать. Моя профессия довольно специфична… - Ты порноактёр, - заканчивает за Чанёля Кёнсу. У Чанёля чуть ли в буквальном смысле челюсть не падает на пол. Да кто этот До Кёнсу вообще такой? Он маньяк? За Чанёлем следят и вынашивают нехорошие планы? Кёнсу протягивает Чанёлю салфетку. - У тебя изо рта лимонад капает. Я прямо вижу немой вопрос на твоём лице, но ты всего лишь не удосужился убрать свои награды с полки над плазмой в гостиной рядом с твоими шедевральными фото. А в том, что читать я умею, ничего удивительного. Лучший порноактер года. Весьма польщен таким соседством. Чанёль всё ещё немного в шоке, но, наконец, приходит в себя. - Ты маньяк? А если нет, то не боишься, что вдруг я тебя изнасилую? Кёнсу коротко хмыкает и отвечает. - Не боюсь, у меня хороший хук справа. Посудку помоешь? Я в душ, - Кёнсу одаривает Чанёля ослепительной улыбкой и выходит из-за стола.

***

У Чанёля застряла в зубах петрушка, которую просто так не выковырять. Да, он пытался. Да, неоднократно. Но либо он сейчас пророет себе тоннель в мозг зубочисткой либо зайдет в ванную комнату и достанет тихонько зубную нить. Одна проблема: ванная занята и там Кёнсу принимает душ, но у Чанёля терпеть нет никаких сил. Он осторожно прокрадывается к двери, скрипя всеми вздыбленными после потопа половицами, и прижимает ухо к двери. За дверью слышен весьма отчётливый шум воды, и Чанёль пытает удачу, поворачивая дверную ручку. Ручка поддается. Он просачивается к навесному шкафчику над раковиной, но так и застывает. Душевая кабинка запотела, но даже так видно, как Кёнсу стоит под душем и смывает шампунь. Капли стекают по его весьма привлекательному телу, как отмечает про себя Чанёль, пока Кёнсу руками водит по волосам, вспенивая их, и затем подставляет голову под тёплые струи. Чанёль скользит взглядом ниже и на секунду застывает. Он приближает лицо к кабинке и даже на автомате стирает пар со стекла, чтобы лучше рассмотреть. Этот член… Довольно большой для весьма скромного телосложения Кёнсу, вряд ли дотягивающего ростом до 170 сантиметров. Где-то он его уже видел, этот член… - Ты что делаешь?! – оказывается, Кёнсу умеет визжать, как девчонка. – И кто тут маньяк из нас двоих?! Чанёль подскакивает выпрямляясь. - Прости, извини! Но твой пенис... он случайно нигде не снимался? - Что?! Отстегнулся и поскакал в рекламные ролики? Тебе не кажется странным то, что ты несешь? И отвернись, наконец, пожалуйста! - Прости, прости. Чанёль красный, как помидор, до самых кончиков ушей вылетает из душевой, забыв даже про зубную нить. Вот гадство! Почему именно с Кёнсу он попадает в разные дурацкие ситуации? Чанёль быстро переодевается, пока его сосед не вышел из душа, и выскальзывает за дверь. Кажется, сегодня он будет долго гонять по ночному городу на своем Ягуаре, погруженный в раздумья.

***

«Дорогой дневник, Я даже не знаю с чего начать, я хочу снова написать о своём соседе. Чёрт, это так неловко, потому что я всё время влипаю в нелепые ситуации с ним. Но за сцену в душе я решил извиниться, купив ему торт, и кажется, он простил меня и не считает больше маньяком. (Что ещё за сцена в душе? Я что-то не знаю о тебе, Пак Чанёль? – приписка рукой Бэкхёна) А ещё он очень крутой. Реально, я не думал, но вчера он пригласил меня с собой в приют для бездомных животных. У них там есть ещё отряд добровольцев из ветеринаров и просто тех, кто хочет помочь. Когда мы прибыли в приют, как раз поступил вызов о собаке, попавшей в беду. Кёнсу предложил мне поехать с ними, и я согласился, не раздумывая. Мы поехали куда-то на окраину Лос-Анджелеса в мексиканские кварталы. На месте выяснилось, что это оказался пятимесячный щенок корги, который застрял под сетчатой оградой, пытаясь проползти под ней, но сильно поранил шкурку и теперь только скулил, не в силах пошевелиться, так как в его спину впилась проволока. ( (ಥ﹏ಥ)- рыдающий смайлик от Бэкхёна) Он также был очень истощен. ( (╥﹏╥) (╥﹏╥) (╥﹏╥) больше рыдающих смайликов от Бэкхёна). Мы освободили его и отвезли в приют. Кёнсу всё время гладил щеночка в машине и тот даже начал вилять хвостом. Я надеюсь, этот щенок найдёт хороших хозяев. Я думаю, что я даже знаю, кому он понравится. Бэкхён, я знаю, что ты снова читаешь мой дневник, поэтому щенка я привезу тебе на следующей неделе, как только он поправится. ( ♡＼(￣▽￣)／♡ - счастливый смайлик от Бэкхёна) О чём же я писал? Ах да, о Кёнсу! Если честно, то я начинаю всё больше и больше испытывать к нему симпатию, и мне кажется, что это взаимно. Но меня всё равно влечет к Ч. (Ченнинг Татум?! Я уже год читаю твой дневник и не могу понять, что за таинственный Ч., но точно не Че Гевара и не Чарли Чаплин, – приписка рукой Бэкхёна) (Мне тоже интересно, кто это, – приписка рукой Чена) (И мне, – приписка рукой Минсока) (Идите нахер все из моего дневника!!! – Чанёль). Я понимаю, что мы далеки друг от друга, но то, что я испытываю к нему это что-то очень сильное. Но я всё же думаю попробовать с Кёнсу, поэтому у меня с ним завтра свидание. Очень неожиданно на самом деле. Я поначалу думал, что он натурал, я всё ещё немного в шоке. И да, я ещё не написал, что после посещения приюта мы разделили с ним один прекрасный момент. Когда фонари уже начали зажигаться, а мы, сидя в моей машине, рассекали посвежевший воздух вечерних улиц, окрашенных в последние розовые лучи уходящего солнца, он предложил показать мне одно прекрасное место. (У меня такое чувство, словно я читаю, любовный роман, беее, – приписка рукой Бэкхёна) О Боже!!! Это офигенно! Я уже сколько лет живу в ЛА, но даже не задумывался, что это место реально есть, ну то есть оно, конечно, есть, я видел его в кино, но у меня даже мысли не было найти его. А там такой шикарный вид на даунтаун. Я прямо представил себя Саммер, а Кёнсу Томом, хотя… Нет, всё же по характеру я больше похож на Саммер. И вот мы сидели на лавочке в парке и смотрели на эти горящие огнями небоскрёбы в сумраке. Кёнсу был такой красивый. Не могу ручаться, но мне кажется, что он покраснел. Или это мои уши горели? А ещё у него такие необыкновенные губы… Они похожи на сердечко. (500 дней лета! Как мило! Фанат фильма рыдает во мне! – приписка рукой Чена). А потом мы спустились вниз к машине, по дороге купили два молочных коктейля и поехали домой. (Ээээ, и это всё?! Ты его даже не поцеловал? – приписка рукой Бэкхёна). Я очень переживаю о завтрашнем дне. У нас будет ужин. Мне купить цветы? Или я после получу букетом по голове? Так много мыслей, ох, и опять у меня из головы не выходит Ч. Такое чувство, словно я предаю его. (┌( ಠ_ಠ)┘сосед Чанёля, каким вижу его я, - рисунок Бэкхёна на полях тетради)». Чанёль разглядывает художество Бэкхёна, тяжело вздыхает и откладывает дневник в сторону. Боже, куда бы он его не спрятал в их офисе или в раздевалке в своём шкафчике, Бэкхён его вечно находит. - Эй, парни, как думаете, почему Чёрный Властелин взял себе такой псевдоним? - У него комплексы? – откликается Чондэ. – Может у него там маленький член и большое эго. - Я бы не сказал, что маленький, судя по его фильмам, - Чанёль задумчив. Бэкхён отвлекается от своего занятия в порчи имущества фирмы и перестает рисовать на столе. Так он коротал время в ожидании Криса перед обсуждением сценария нового фильма. - Кай вон, вообще, Белоснежка, и кто знает, какие комплексы скрывает его тёмная натура, - Бэкхён оборачивается и ухмыляется приоткрывшему глаза Каю, который свернулся калачиком в кресле. - Просто я люблю мультик про Белоснежку, а ты Бэк, иди в пень. - Ой, ладно-ладно, - Бэкхён примирительно поднимает вверх руки, но как только Кай прикрывает глаза и вновь кладёт голову на подлокотник, то показывает ему язык и с чувством выполненного долга отворачивается.

***

Чанёль уже полчаса пытается выбрать, что ему надеть. На кровати валяются разные модные джинсы, брюки, даже смокинг виднеется на спинке стула и все это венчает горка футболок и рубашек на подушке. На самом деле Чанёль понимает, что ведёт себя немного глупо, ведь свидание у них в его гостиной и смокинг это будет слишком. Наконец, он останавливается на бледно-розовой рубашке с закатанными рукавами и черных джинсах с прорезями на коленях. Чанёль осматривает себя ещё раз в зеркало гардеробной и сделав глубокий вдох, направляется к гостиную, но выходя, задевает коробку под кроватью и оттуда выскакивает на пол журнал с укоризненно смотрящим Черным Властелином. Чанёль ловит себя на том, что внутри что-то неприятно колет и ворочается, будто он предает сейчас своего парня. Конечно, нет. Глупость какая! Чанёль злится и заталкивает ногой журнал обратно под кровать. В гостиной Кёнсу уже ждет, нервно щелкая пультом от телевизора. За его спиной виднеется накрытый стол с зажженными свечами. - Я хотел включить ещё и джакузи, но моя квартира пока что помнит печальные последствия, поэтому передумал. Чанёль улыбается. - Ты прав, лучше не рисковать. Я и сам не знаю, исправно ли там всё после прошлого раза. Они садятся уже было за стол, как Чанёль подскакивает и бежит к музыкальному центру. - Я думаю, что нам не помешает музыка, тем более атмосфера располагает. Он щелкает кнопками меню и, наконец, выбрав Стиви Вандера, включает музыку и возвращается в полумрак гостиной, разбиваемый лишь отблесками свечей. Они какое-то время молча едят жареную рыбу с гарниром из ароматного риса и овощей. Кёнсу готовит непередаваемо вкусно, а Чанёль всегда любил поесть, поэтому какое-то время они не отвлекаются от еды. Затем Чанёль, проглатывая последнюю помидорку черри из салата на своей тарелке, тянется к бокалу с вином и делает глоток. - Знаешь, я бы никогда не подумал, что затопив тебя пару недель назад, мы будем сидеть вот так на свидании. И что ты… - Гей? – заканчивает за него Кёнсу. – Прости, у каждого свои недостатки. Но я тоже не ожидал. - Да нет же, - машет руками Чанёль. – Я не считаю сексуальную ориентацию недостатком, просто я всё ещё не могу поверить, что мне так повезло, даже после всего… Ну, тех неудобных вещей, которые ты пережил из-за меня. Чанёль краснеет, Кёнсу тоже. - Да всё нормально, - голос Кёнсу слегка хрипит. Он тоже тянется за бокалом и отпивает больше половины. Чанёль пялится в свой пустой бокал и чувствует неловкость между ними. - Знаешь, но больше всего я удивлён, что ты в курсе моей профессии и не побрезговал. Ты же понимаешь, что я продолжу сниматься, ведь это моя работа? Кёнсу сжимает руками свои колени и смотрит себе в тарелку, не смея поднять глаз на Чанёля. - Я всё понимаю, но это же работа, так ведь? Ты ведь не состоишь ни с кем в отношениях? - Раньше состоял, но он теперь лишь мой партнёр по съемкам и большую часть времени мне хочется его придушить, так что тут не волнуйся. Они замолкают и не знают чем бы себя занять. Кёнсу доливает вино, тут же отпивая из своего бокала, Чанёль ковыряется вилкой в тарелке. - Может, потанцуем? – Чанёль откладывает вилку и встает из-за стола. Он протягивает руку Кёнсу и, под сменившейся трек-лист, они начинают медленно кружить в танце по гостиной. Чанёль прижимает Кёнсу к себе, у Кёнсу узкие плечи, но крепкое и подтянутое тело, он очень горячий и расслабленный в руках Чанёля. Он приподнимает голову и облизывает губы, затем тянется к губам Чанёля. Их рты встречаются. Губы Кёнсу мягкие, но умелые и напористые, как и сам Кёнсу, который уже хозяйничает языком во рту Чанёля. Они, продолжая целоваться, начинают шарить руками по телам друг друга и медленно двигаться в сторону дивана. Чанёль целует шею Кёнсу, а он в свою очередь пытается расстегнуть пряжку на джинсах Чанёля, как Чанёль внезапно затихает и отстраняется, аккуратно убирая руки Кёнсу от своего ремня. Затем он слышит, как словно не своим голосом, произносит: - Прости, я хочу быть честным, но я не могу. Мне кажется, я люблю другого. Кёнсу весь замирает. - Зачем тогда было это свидание? Какого чёрта? - Прости меня, - Чанёль хочет потрепать Кёнсу по плечу и как-то утешить, но тот отбрасывает его руки. – Это не то, что ты думаешь, у меня никого нет сейчас. Я его даже не знаю, но… чёрт, я знаю, что я идиот, но я не могу с собой ничего поделать. Мне кажется, что прямо сейчас я ему изменяю. И ты мне нравишься, очень. Ах, я опять всё испортил. Кёнсу застегивает свою рубашку и поправляет одежду. - Если тебя это успокоит, то да, ты всё испортил. - Кёнсу, пожалуйста, не надо так. Дай мне шанс, я всего лишь хотел быть честным. Кёнсу уже выходит из гостиной к себе в гостевую комнату и бросает по пути: - Честнее было бы не приглашать меня на свидание и дать понять, что мне ничего не светит. Чанёль предпринимает попытку последовать за ним, но Кёнсу хлопает у него перед носом дверью своей комнаты.

***

Чанёль угрюмой фигурой сидит за столом под внимательными взглядами, ожидая очередное обсуждение нового проекта с актерами каста, но Крис, как всегда опаздывает. - Может, всё-таки расскажешь, что у тебя происходит? – Бэкхён осторожно подсаживается к Чанёлю. – На тебе уже второй месяц лица нет, а на съемках ты трахаешь меня, как мешок с картошкой. Чанёль не отвечает. С другой стороны к нему подсаживается Чен. - Бро, слушай, мы тут все давно друг друга знаем, если можем тебе чем-то помочь, то обращайся, но на тебя без боли не взглянешь. - Мы все не чужие, - подключается Минсок. Чанёль тяжело вздыхает и произносит. - Если я расскажу, вы обещаете от меня отстать? Увидев в ответ утвердительные кивки, он начинает свой рассказ, опуская некоторые детали. - А через пару дней он съехал, - заканчивает Чанёль. - Теперь понятно, почему из тебя и слово про то свидание нельзя было вытянуть, - хмурит брови Бэкхён. - И ты не остановил его? – удивляется Чен. – Не поговорил, не написал письмо? - Я писал записку, но он съехал со своей квартиры, после того, как ушел из моей. Он снимал свою. Да, и что вы все от меня хотите? Я был в двойственных чувствах. Я думал, что поступаю правильно, ведь я же фактически говорил ему правду. - То есть ты разрушил свои нормальные отношения с живым человеком, которые ещё даже не успели начаться, променяв его на этого своего таинственного Ч., которого ты даже не знаешь? – Бэкхён негодует. – Прости, Чанёль, что вынужден говорить тебе это, но ты идиот. - А кто такой Ч.? – спрашивает Кай из своего кресла. - Ченнинг Татум, - не секунды не сомневаясь, отвечает Бэкхён. – Он по нему уже давно слюни пускает. - Это не Ченнинг Татум! – звереет Чанёль. – Да и какая теперь разница? Кёнсу мне не вернуть. Я понятия не имею, где он живет теперь. Я даже в тот приют для животных ездил, где мы были, но мне сказали, что там он теперь не появляется, а только деньги им на счёт переводит в качестве благотворительной помощи. Это всё, что мне удалось выяснить о нём, так что о какой помощи от вас можно говорить, когда вы вообще его в глаза не видели? Достали! Пошли все к чёрту, обсудите сценарий без меня и не забудьте промыть мне кости на тему, какой я идиот! После этих слов Чанёль подскакивает и вылетает из помещения, хлопнув дверью. - Чанёль, вернись, мы закроем тему и не будем обсуждать её больше! – кричит вслед Минсок, но до Чанёля доносятся лишь обрывки фразы, а сам он уже далеко на лестнице. - Ну, ничего не поделать, - резюмирует Чондэ. - Он и без нас понимает, что сглупил. Наверное, вообще, не стоило вынуждать его рассказывать, тем более нам ещё вместе работать. Чондэ машинально потирает ягодицу, вспоминая, что им с Бэкхёном всё-таки досталось на съемках за затопленную квартиру. - Ой, Чанёль обронил бумажник, - Бэкхён тянется к вещи, чтобы поднять её с пола, как оттуда выпадает небольшое фото, судя по краям, вырванное из журнала. На фото Чёрный Властелин. - Пресвятые шушпанчики! – восклицает Бэкхён. – Вот это поворот.

***

- Мне обязательно завязывать глаза этой повязкой, - спрашивает Чанёль, пока Бэкхён его куда-то тащит. - Да, обязательно, иначе сюрприза не получится. - У меня от ваших сюрпризов волосы седеют, - хмыкает Чанёль, но повязку надевает. Они заходят в комнату, в которой уже находятся Чондэ и Минсок. - Это будут не совсем обычные съемки, - начинает Минсок. Чанёль ничего не видит, но то, что представляет из себя комната, он помнит. Они сейчас на одной из стандартных съемочных площадок. Разве что на кровати в этом помещении есть крепления для рук и ног, когда тут снимаются фетиш-фильмы. Бэкхён подталкивает Чанёля к постели и закрепляет правую руку, Минсок помогает с левой. - И где же ваш сюрприз? Что же такого решил снять Крис, чего нет в первоначальном сценарии? - Сейчас узнаешь! – с этими словами Бэкхён срывает с Чанёля повязку и тот с ужасом видит перед собой Чёрного Властелина в кожаных брюках и неизменной чёрной маске. - О, боже! – только и может произнести Чанёль. У него внутри бушует ураган эмоций, он даже не знает, радоваться ему сейчас, бояться или плакать. Вот он, предмет его тайных вожделений и мечтаний, только руку протяни. Этот человек чистое воплощение того, чем бы Чанёлю хотелось обладать, и, возможно, он был бы сам не прочь отдаться в его руки. Но, определенно, без камер. Да, так вероятно и было бы пару месяцев назад, но сейчас Чанёль так сильно запутался. Он не знает, как теперь ему быть. А тем временем Властелин подходит к нему и ведёт рукой от ступни по ноге выше к паху, скользя пальцами по ткани джинсов, забирается рукой под футболку и трогает соски, как Чанёль начинает выдирать руки из креплений. - Стой! Я так не могу! Я люблю другого, а ты… Нет, мы не можем сейчас участвовать в этих съемках! Я люблю До Кёнсу! Властелин замирает и смотрит Чанёлю прямо в глаза, хотя тому кажется, что из него душу сейчас вынимают. Взгляд тяжелый, задумчивый. И тут происходит, неожиданное. Он тянется к молнии на затылке маски, расстёгивает и снимает её под завороженные взгляды всех присутствующих. - Ты продинамил меня целых два раза, Пак Чанёль, - Кёнсу смотрит на него негодующе. А сам Чанёль теряет дар речи. – Ты оттолкнул меня на свидании и делаешь это снова. Я не понимаю, кажется, я проигрываю сам себе уже второй раз! - Ты…, ты… КАК, ВООБЩЕ? Тут в дело вмешивается Бэкхён, потому что остальные присутствующие тоже мало что понимают в происходящем. - В общем, когда я пару раз позвонил в офис Ченнинга Татума и меня послали, я начал подозревать, что он не тот таинственный Ч., о котором мы уже давно читаем в дневнике Чанёля. Чанёль, высвободивший одну руку, дико фейспалмит от рассказа Бэкхёна. - Потом, я случайно (!!!), все присутствующие тут свидетели не дадут соврать, увидел фото нашего дорогого Дио в бумажнике Чанёля. Не таращь так на меня глаза, Пакчан… - Почему Дио? – перебивает Чанёль. - Потому что мы снимались с Бэкхёном, если память не изменяет, в «Горячих попках», - вклинивается в разговор Кёнсу. – А Дио, потому что это моё имя для съемочной команды, реальное знает только бухгалтерия и компания, с которой у меня подписан контракт. Бэкхён кивает. - Плохо ты с ним фильмы смотрел, если меня не узнал, - добавляет Бэкхён. – Я там был в красной маске. И тут Чанёль начинает понимать, кого же так сильно напоминал ему тот сабмиссив, ведь фильм он пересмотрел вдоль и поперёк. - А, вообще, вы два полных идиота! Вы сохли друг по другу несколько лет, но так и не смогли толком сойтись! - Эй, вообще-то я пытался, - подаёт голос покрасневший Кёнсу, но его слова еле слышно. - А я не знал, кто он! – возмущается Чанёль, не упуская случая свободной рукой поглаживать ягодицу Кёнсу, чему тот ни разу не сопротивляется. - Ну, что забабахаем тогда шикарное видео вашего воссоединения? – спрашивает Минсок, с камерой на изготовке. - Я думаю, этот момент они хотят оставить только для себя, - Чондэ тянет Минсока и Бэкхёна в сторону двери. Кёнсу набирается храбрости и поворачивается к Чанёлю, у которого теперь самого куча вопросов. - Ты сох по мне, Бэкхён сказал. Это правда? Кёнсу опускает голову ниже, пряча румянец на щеках. - Если ты про то, есть ли у меня коллекция твоих фильмов, то, да, есть, и я смотрел их все. Ты очень впечатляющ в активной роли. - Как и ты…, - отвечает Чанёль и чувствует, что краснеет до кончиков ушей. Чанёль, высвобождает вторую руку и притягивает Кёнсу к себе, вовлекая в поцелуй. Какой вкусный и соблазнительный, думает Чанёль, как же он скучал по нему. - Поехали ко мне? – спрашивает Чанёль. – А то я отсюда чувствую, как эти упыри стоят под дверью и наблюдают. Кёнсу улыбается. И вновь тянется губами к губам Чанёля. - А лучше переезжай ко мне, - в поцелуе произносит Пак. – И я тебя прокачу на своём пони… - Заманчивое предложение, - Кёнсу отрывается от его губ и смотрит в глаза. – Меня ещё никто не катал... на своём пони... Чанёль сглатывает. Что ж баш на баш. - А я тебе позволю сорвать мой цветочек, - Чанёль снова слышит свой голос, словно со стороны и тут же краснеет. – Ой… Едва борясь с обоюдной эрекцией, Чанёль и Кёнсу пулей вылетают из помещения, почти сшибая в дверях компанию любопытствующих. - И трахались они долго и счастливо, – несется им вслед звонкое напутствие радостных друзей Чанёля.

The End