* * *
Что душит больше, физическая или моральная боль? Скорее всего второе, правда? Мы никогда не замечаем, какие люди окружают нас и на, что они вообще способны. Человек — это такое непонятное существо. Никогда не возможно определить какой человек не пообщавшись с ним. Многие судят по одежде, многие по внешности, но никто и никогда не задумается над тем, что пришлось пережить человеку с некрасивой внешностью и со старой одеждой. Возможно, когда-то этот человек блистал на сцене, был успешным, красивым, но определенные жизненные обстоятельства сделали его именно таким, отбросом общества, и дали понять, кто на самом деле человек, а кто сущность живущая только ради себя. Анжелика сидела на кушетке в кабинете гинеколога, уставившись в одну точку. Руки дрожали, а мысли никак не могли соединится в единую цепочку. Все, что ты строил годами может разрушиться в один миг и никогда не предугадаешь, когда именно это случится и, что делать потом. Сейчас в голове девушки всплыли воспоминание недавнего вечера. Memories Девушка лежала на плече репера, выводя рукой, непонятные узоры на груди парня. Оба были обнажены, с удовлетворенными улыбками на лице. Лика немного приподнялась на руках, заглядывая молодому человеку в глаза. — Тем, а как ты отнесешься к тому, если у нас появятся дети? — Анжелика в упор посмотрела на Пиндюру, который нервно сглотнул. — Ты беременна? — Лика растерялась, такой резкости от Артема она явно не ожидала. — Нет, но, если так случится… Бросишь меня? — Нет, любимая, нет конечно, просто прошу тебя давай пока не будем торопиться… Пока что я хочу пожить для нас, а через годик другой мы обязательно заделаем с тобой мальчика или девочку, который будет будить нас с тобой по утрам громким смехом. Просто сейчас, когда я чуть не потерял тебя, я хочу наверстать все упущенное время, и как мне кажется, беременность сейчас не самый лучший вариант… Мы все еще успеем, ты не сердишься? — Нет, не сержусь… Люблю тебя. — Люблю тебя. Memories end Лика вышла из кабинета, обязуясь придти через несколько недель. Она была рада тому, что наконец смогла забеременеть, но тот факт, что Артему на данный момент это было не нужно, беспокоил ее. В принципе, Пиндюра уже не мальчик, ему почти тридцать, что совершенно не скажешь по его поведению, и дети в его возрасте это нормально, но видимо сам парень еще не хотел взваливать на себя такую ответственность, как ребенок. Тут совершенно нечего бояться, многие становятся отцами и в семнадцать лет, даже Рамм, которому всего двадцать два, уже имеет ребенка, которому четыре года. С тяжелым сердцем, но с улыбкой на лице девушка отправилась домой. Ужин. Ужин на двоих сейчас был самым оптимальным вариантом для того, чтобы рассказать Пиндюре о ребенке. По дороге Лика зашла в магазин и купила все, что было необходимо для готовки, а уже к семи вечера все было готово. Переоделась, накрасилась и принялась ждать парня, который задерживался. Через полчаса раздался телефонный звонок, Пиндюра сказал, что задержится на работе и объяснит все позже, мол непредвиденное ЧП. Лика нахмурилась и, тяжело вздохнув упала на диван в гостиной. Сначала она просто смотрела телевизор, укутавшись в плед, но потом ее вдруг постигло желание позвонить подруге, с которой они так давно не общались. — Лика? Привет, наконец-то ты решила вспомнить обо мне. Как ты? — Катюш, прости, в последнее время я слишком увлеклась работой и Артемом, наверное, у тебя многое изменилось, не так ли? — хитро улыбаясь, спросила девушка. — Мы с Владом снова вместе… — Я рада за вас, правда, ты достойна быть счастливой. — Спасибо, ну, а как у вас с Пиндюрой? — девушка закусила губу, пытаясь сообразить, как объяснить всю ситуацию, но когда на заднем фоне она услышала голос Рамма, который что-то шептал Муллиной, то все сразу же вылетело из головы. Почему он не на работе? — А почему Влад не с парнями? Артем сказал, что у них, что-то произошло на работе… Он давно пришел? — Эм, еще два часа назад, но Владик сказал, что его отпустили самого первого, ибо у него все хорошо по вокальной части, а ребята еще работают, — голос Муллиной звучал не правдоподобно, и даже если Анжелика не видела лица подруги, она могла определить по голосу врет та, или нет. — Понятно, ну ты передавай Рамму привет, а мне уже пора, потом созвонимся. Теперь Лика была уверена, что Артем ей наврал, но только для чего? Неужели он вновь путается с кем-то? Положив телефон под подушку и выключив телевизор, Анжелика уснула прямо на диване, даже не смыв макияж и не переодевшись.* * *
Артем переступил порог своей квартиры уже за полночь. Глаза сами закрывались от навалившихся дел, которыми репер занимался практически целый день. Медленно переступая с ноги на ногу, дошел до кухни, где на столе увидел потухшие свечи, а уже в гостиной обнаружил возлюбленную, которая сладко спала. Тихо вздохнув, репер перенес девушку на кровать и осторожно переодел в свою футболку. Накрученные локоны, водопадом спадали на подушку, а брови иногда сводились к переносице. Долго копошиться репер не стал и уже после пятиминутного душа, лежал рядом с любимой. Некоторые важные решения, которые люди принимают для себя, потом в корне меняют их жизнь. Сегодня Пиндюра хотел наконец получить то, чего так долго добивался и ждал, но как уже по заученному сценарию все пошло совершенно не так, как предполагалось. Месяц назад, будучи в Питере на концерте, Теме представился случай, которым он уверенно воспользовался. На презентации новой песни Нюши, ребята познакомились с молодым человеком, который был ювелиром. Естественно, Пиндюра заинтересовался его работой и попросил нового друга сделать кольца для него и Анжелики. Обручальные кольца, с гравировкой внутри. Артем давно принял решение, жениться на Лике, чтобы она уже точно никуда не ушла от него. Сегодня был тот самый день, когда курьер должен был доставить кольца в Москву, ведь возможности поехать в Питер самому сейчас не было. Все было уже оплачено, осталось только получить, но случилось так, что парень, который должен был приехать в пять часов, не приехал и в семь, а после Пиндюре сообщили, что он попал в аварию и сейчас находится в больнице. Сколько же нервов и времени Тема убил на следователя, который не хотел просто так отдавать кольца реперу. Сначала больница, потом полиция. Именно поэтому и пришлось соврать возлюбленной, не раскрывать же все карты, ну.* * *
Лика стояла на кухне около плиты, переворачивая очередной блин. В наушниках громко играла музыка, а тело само « дергалось » ей в такт. Пиндюра тихо подошел сзади и обнял девушку, та дернулась, но даже не повернулась в сторону репера. — Лик, что-то случилось? — Пиндюра не сразу заметил белые проводки, просвечивающиеся сквозь волосы девушки, поэтому еще несколько раз повторял один и тот же вопрос. Но когда наконец понял, что она его не слышит, ударил себя ладошкой по лбу и выдернул наушники из ушей возлюбленной. Закатив глаза, Лика громко выдохнула и наконец удосужилась посмотреть на Артема. — Что с тобой? — парень взял девушку за руку, но она выдернула кисть и отошла от молодого человека, при этом выключив газ. — Тем, ты опять? Ты же обещал… — Опять, что? — Спутался с кем-то? — Что ты несешь? Если такие подозрения у тебя возникли от того, что я пришел сегодня домой за полночь, то это полная чушь! Неужели ты думаешь, что я снова начну изменять тебе после того, как еле — еле вернул? — глаза репера поменяли цвет, а ноздри носа, раздулись. — А где же ты тогда был? Только не надо говорить, что задержали на работе! Вчера, когда я звонила Кате, то хотела поговорить с ней наедине, но рядом постоянно вертелся Рамм, а когда я спросила почему он не в офисе, то она сначала замялась, а потом сказала, что Влада отпустили самого первого, ибо у него все нормально с вокалом, а вам еще держат, но я то знаю, что это неправда! — Да, неправда… — Тема вздохнул, опускаясь на стул. — Значит я была права? — голос дрогнул, а глаза стали наполняться солеными слезами. — Нет! — Артем снова вскочил на ноги, подбегая к возлюбленной и прижимая ее к подоконнику, — Я бы никогда, после того, что нам пришлось пережить, не сделал тебе больно еще раз, никогда, слышишь? — Я беременна, Тем… — закрыв глаза, произнесла Лика. — Правда? Я рад… Я очень рад! — Пиндюра подхватил девушку на руки и стал медленно кружить, при этом звонко смеясь. — Ты же не хотел детей… сейчас… — Сейчас это неважно, главное, что у нас будет малыш, а то, что я говорил… У нас же будет еще целая вечность, чтобы наверстать упущенное. Только верь мне, ладно?