Двоих из «Сейрин» закрыли на складе в Хэллоуин

       Хэллоуин — один из тех немногих праздников, которые любят отмечать все: как парни, так и девушки, как ботаники, так и спортсмены. В день всех святых появляется возможность воплотить в жизнь самые страшные легенды, отомстить тем, кто издевался над тобой весь год, сфотографироваться с призраками, зомби или вампирами, стать тем, кем ты всегда мечтал и, конечно, наесться сладостей до тошноты. Одно лишь плохо в самом таинственном и жутком празднике — подготовка. Костюмы, странные закуски, украшения и страшилки сами себя не сделают. Игроки «Сейрин» тоже возились с декорациями, расставляли тыквы-светильники по кабинетам и перетаскивали парты со стульями в спортзал, чтобы освободить как можно больше места. Одному лишь Кагами досталось самое скучное и нудное, на его взгляд, задание − прибраться в кладовой, расставить весь инвентарь по местам, помыть мячи и прогнать пауков.        Бросив в угол пакет со свечами и костюмом, на котором тренер так настаивала, Кагами взялся за работу. После напряжённой тренировки, пары часов возни среди пыльных полок, ещё и на пустой желудок, на него напала какая-то чудовищная усталость. Сначала Тайга только зевал и сонно водил шваброй по полу, но через некоторое время перестал бороться с желанием прикорнуть на сложенных в углу матах. Домыл последнюю полку и прилёг всего на минутку, чтобы восстановить силы.        Вечерний сон прервал внезапный хлопок и последовавший за ним скрежет. Спросонья оказалось невозможно распознать возню ключа в замочной скважине и быстро удаляющиеся шаги. Только после сладкого подтягивая, призывающего мышцы к действиям, Тайга осознал, что произошло минуту назад. В слепой надежде кинулся к запертой двери, пару раз ударил по ней кулаком и громко крикнул. Ответом стала лишь немая тишина. Ещё одна попытка привлечь хоть чьё-нибудь внимание не увенчалась успехом, как и последующая. Дело могло дойти до повреждения школьного имущества, если бы за спиной Кагами не раздался вечно спокойный и негромкий голос: — Все уже ушли. — Куроко! — резко отскочив в сторону и рефлекторно занеся руку для удара, рыкнул Кагами. — Тебе и костюм не нужен, чтобы людей пугать! — успокаивающе выдохнув и искоса посмотрев на товарища по команде, он спросил. — Ты-то здесь почему? — Я просто мячи принёс, но меня не заметили и заперли тут. С тобой.        Надежда на нормальный праздник медленно, но верно тлела. Придётся сидеть на тёмном складе, пока кто-нибудь не заметит отсутствия двух… точнее одного игрока, и выть волком от тоски. Мысли Кагами становились всё темнее и меланхоличнее, тоскливее и серее, чего о Тетсуе сказать было нельзя. На его лице расцвела загадочная ухмылка, а в глазах вспыхнули искорки азарта. Что-то в светловолосой голове зарождалось. Тайга знал, что пожалеет об этом, но всё равно поинтересовался, от чего Куроко так хитро улыбается. Тот достал из пластиковой тыквы-корзинки чёрный маркер, развернулся спиной и принялся что-то рисовать на баскетбольном мяче. Скоро он предстал перед Кагами с нарисованным лицом всем известного Джека. — Ты что, сдурел?! Рико за это убьёт. — Успокойся, зануда, отмоем потом, − пообещал Тетсуя, всучив другу этакое подобие бессмертного символа Хэллоуина. — Раз уж нас закрыли, почему бы не отметить здесь? У тебя ведь с собой костюм? И свечи, кажется.        Последовал несколько рассеянный кивок, а с ним и заинтересованность. Крутя в руках мяч, Тайга пытался склонить себя на сторону согласия. Лучше уж принять участие в довольно безумной затее, чем сидеть и хандрить из-за собственной беспечности. Баскетболисты принялись расставлять повсюду свечи, порой не с первого раза их зажигая, прицепили к окну приведение из белой тряпки, в силу своих творческих способностей чиркали страшные зубастые мордочки на спортинвентаре. Если не придираться к мелочам, общая атмосфера получилась вполне себе приемлемой для Хэллоуина, осталось лишь найти, чем перекусить, и одеться подобающе.        Кагами поменял школьный пиджак на кожаную куртку с наплечниками, усеянными притуплёнными шипами, натянул перчатки с длинными когтями, прицепил багровый плащ, а вместо ремня через шлёвки продел пояс с длинным остроконечным хвостом. Последний элемент костюма Кагами отложил, неожиданно для себя задумавшись. Остальные из «Сейрин» сейчас пугают всех подряд, выпрыгивая из-за угла, выселятся, не думая ни о чём, прибывают в нейтральной и непринуждённой атмосфере. А парочку первогодок занесло в такую двусмысленную ситуацию, что становилось не по себе.        Какое-то напряжение одолело всё тело, мышцам стало не комфортно внутри, как бывало после длительного отдыха и бездействия, всё ныло и ждало чего-то, требовало. Вот только не удавалось понять, чего именно. Есть хотелось или размяться немного, Тайга не мог определить. Он протяжно выдохнул и решил отвлечься, отпраздновать вместе с Куроко. В конце концов, его могло не оказаться рядом, а уж в одиночестве точно не развлечёшься. — И кем ты оделся? — послышался за спиной вялый голос. — Демоном, ясное дело!        Дав очевидный ответ, Кагами обернулся, дабы столкнуться с маленьким шутником лицом к лицу и повергнуть его своим ярким образом, однако тут же оцепенел. Дар речи в мгновение ока пропал, а дыхание остановилось, когда распалённый и энергичный взгляд остановился на парне, стоящим напротив. Блузка с рукавами-фонариками, двухслойная юбка до бёдер, длинные чулки, аккуратные туфли, перчатки с лентами на запястьях, шляпа с широкими полями и длинной тульей, склоняющейся к полу. Всё чёрное с золотистой отделкой, ремешками и кокетливыми бантиками, где побольше, где поменьше. Пусть Куроко спортсмен, но мускулатура у него была выражена куда слабее, чем у остальной команды. Он вообще был довольно маленьким и слабым, поэтому женская одежда смотрелась на нём очень ладно и симпатично. Вот только за милой внешностью остался всё тот же колючий характер. — Демон? Как банально, — равнодушно бросил Тетсуя. — Заткнись! Ведьма как будто не банально! — Если парень оделся ведьмой, то нет. — Кстати об этом… Почему это ты в женском костюме?        Куроко рассказал о своём недолгом путешествии в магазин, о том, как полтора часа простоял в очереди, надеясь, что его всё же заметят, и пытался привлечь внимание. Но когда это случилось, остался один единственный набор. Пришлось его брать, ведь нельзя идти на Хэллоуин без костюма. Вдруг Куроко замолчал и уставился на товарища. Какое-то время внимательно разглядывал его, а затем подозвал указательным пальцем. По наивности своей Кагами послушался и наклонился к другу, ожидая какого-то тихого и таинственного шёпота. Куроко поднял руку и без какого-либо зазрения совести ударил Кагами по макушке. Схватившись за ушибленное место, он едва сдержался, чтобы не врезать Куроко в отместку. — Ты совсем обнаглел?! Зачем это сделал? — Ты ведь сам сказал, что в демона оделся. Какой же демон без рогов? — И ты любезно мне их наставил? У меня ведь накладные есть! — продемонстрировав ободок с длинными изогнутыми рогами, прорычал Тайга.        Не обратив на это никакого внимания, Куроко сменил тему, спросив, чем же можно заняться на складе, обычном мрачном складе. Кроме конфет и спортивных принадлежностей нет абсолютно ничего. По крайней мере, так Кагами думал. Тетсуя недолго порылся в корзинке полной сладостей, пока не достал нечто совершенно неожиданное, карты. Теппей хотел показать товарищам по команде чему научился, лёжа в больнице: разным играм, перетасовке и строительству хрупких бумажных домиков, но после демонстрации забыл колоду на скамейке. Куроко честно собирался вернуть пропажу, но обстоятельства самым наглым образом помешали. Зато теперь от этой маленькой неприятности есть польза — можно развеять скуку. Но играть на интерес, как бы то ни было иронично, не интересно. Куроко надоедал своим навязчивым предложением, тыча в лицо Кагами карту за картой и уговаривал согласиться. В итоге он сдался, но попросил придумать какую-нибудь ставку, чтобы придать игре риск и азарт. Поправив шляпу, Куроко перебирал пришедшие на ум варианты: — Можем сделать ставкой конфеты. — Мы что, дети малые? — процедил сквозь зубы Тайга, шустро жуя одну из них. — На тыквы? — Они не наши! И вообще, это не тыквы, а мячи. — Ну, а на раздевание? — вот тут Кагами действительно удивился и даже не сразу сумел найти, что ответить. Не определил, шутка это или нет, от чего немного вспылил. — Ты совсем с ума сошёл? На раздевание нужно с девушкой играть!        Этот комментарий не остался без мгновенной реакции Куроко. И секунды не думая, он вновь развернулся спиной и принялся что-то чудить, активно двигая руками. Интерес становился всё сильнее, заставляя Кагами крутить головой в надежде подглядеть. Долго ждать не пришлось. Куроко повернулся к товарищу, угрожающе тыкаясь в него двумя баскетбольными мячами, заменяющими огромную идеально круглую грудь. Они, подложенные под блузку, стянули на себя всю ткань, оставляя плоский животик оголённым. Выглядело довольно забавно, только Кагами юмора не оценил, слишком он был плоский. Или наоборот чересчур пышный, не сумевший вызвать даже лёгкой усмешки, а только ещё более кислую мину. Тетсуя поник головой, признавая сокрушительное поражение. Как бы ни старался, а развеселить Кагами не получалось. — Извини. Я хотел поднять тебе настроение. — Пусть лучше валяется, — тускло произнёс Кагами, махнув рукой. Но Куроко так старался: и в девчонку нарядился, и грудь себе нацепил, сыграть предлагает, лишь бы помочь приободриться, а Кагами только ворчит. Это показалось ему не самым достойным поведением. Он признал, что сам себе портит настроение вместо того, чтобы хотя бы попробовать исправить ситуацию. — Ладно-ладно, давай сыграем, — Тетсуя тут же расцвёл в улыбке и поправил свой пышный бюст, напоминая о ставке. — Окей, на раздевание. Только не хнычь, когда проиграешь.        Оказалось, что Куроко вообще ни разу не брал в руки карты и не знал правил даже покера. Смирившись с этим, Кагами предложил самую простую из всех возможных игр: перетасовать карты и тянуть по одной из любой части колоды. У кого карта окажется старше, тот и выигрывает. Никаких хитростей и таланта не нужно, только удача. В первом раунде победил Тетсуя, несмотря на то, что вытащил семёрку. Пришлось Кагами скинуть на пол плащ. За ним последовала сначала одна, а потом другая перчатка. Довольный чередой побед, Куроко весь светился от гордости и сел, немного расставив ноги в стороны.        Из-за такой неловкой позы Тайга беглым взглядом заметил нижнее бельё Куроко — чёрные семейники с ярко-рыжими тыквами. Где такие детские трусы удалось найти, Кагами оставалось только гадать, но как бы нелепо они не смотрелись, а к костюму идеально подходили. По какой-то загадочной причине сразу после этого удача перешла к Кагами. Тетсуе пришлось снять перчатки, каждую из туфель, искусственные груди, а потом и блузку. На этом Тайга решил закончить игру. Вовсе не потому, что боялся потерять почти завоёванный титул чемпиона или возможности увидеть Куроко обнажённым, а из-за вдруг повысившейся в комнате температуры.        К горлу подступил комок. Стало как-то неловко и при каждом взгляде на Куроко ситуация делалась всё хуже. Иногда в раздевалке удавалось видеть его полуголым, но не так близко, не до того, что можно рассмотреть каждую мелочь. Руки Тайги мелко подрагивали, не могли удержать карты. Играть дальше он не видел смысла из-за пугающих симптомов, понемногу захватывающих тело. Не должно быть такой реакции на другого мужчину, тем более на того, кто постоянно говорит, что думает и напрочь лишён чувства такта.        Махнув рукой, Кагами сказал, что играть больше не желает и вскочил на ноги. Вестибулярный аппарат не успел отреагировать на резкую смену положения, поэтому отдал голове немедленную команду закружиться. Ещё и тряпка, будто специально выползшая из-под шкафа, кинулась под ногу и помогла поскользнуться. В недолгом падении Тайге удалось выбрать наиболее удобную и мягкую посадочную площадку. Из-под его рухнувшего тела жалобно раздался сдавленный писк, молящий дать хоть немного воздуха. Кагами упёрся в пол ладонями, огромными, будто у породистого щенка, и с трудом приподнялся. Послышался глубокий вдох. Долго валяться Кагами не собирался, но только двинул ногой, как она во что-то упёрлась. Тут же раздался совсем краткий, едва слышный и будто скомканный полустон. Не пришлось долго соображать, чтобы понять, во что же уткнулось колено. Покраснев, Кагами был уверен, что за такую выходку Куроко точно врежет или пнёт в брюхо. Он может маленький, но очень мстительный.        Готовясь к удару, Тайга закрыл глаз и вжал голову в плечи, однако ничего не произошло. Ни через секунду, ни через десять. Осторожно повернувшись, Кагами посмотрел на придавленного под собой Тетсую и столкнулся с ним взглядами. Ещё ни разу не приходилось видеть в них такую беспомощность, растерянность и податливость. Голубые глаза блуждали по стенам, стеллажам и полкам, по всему, лишь бы не смотреть на одного яркого, сильного, целеустремлённого человека, ослепляющего своим светом. Со стороны Куроко мог показаться напуганным, встревоженным, но это было совсем не так. Пользуясь замешательством, он протянул руки, обхватил мощную шею, приподнялся и легко коснулся плотно сжатых губ своими. Недолго царствовала тишина, намёки на смирение и элементарное непонимание. Кагами широко распахнул глаза и пытался осмыслить произошедшее. Поддавшись первобытным чувствам, Тайга резко оттолкнулся от пола, сел на колени и угрожающе сверкнул глазами, смотря на Тетсую сверху вниз. — Какого чёрта ты творишь?!        Кагами захлестнули двоякие чувства. Помимо злости и желания прибить маленького нахала, внутри возникали отголоски чего-то странного, но приятного, необычного, но будоражащего, безумного, но интересного. Подмывало попробовать снова этот странный микс, и в тоже время сбежать от него подальше. Сердце Тетсуи билось намного чаще, но не как во время напряжённой игры, а совсем по-другому. Постоянно сбивалось с привычного ритма. И глаза смотрели иначе, с нежностью и лёгким волнением. Наблюдая за неровным дыханием и неуверенными прикосновениями, Тайга понял, чего Куроко на самом деле хочет. Чтобы его вели, показывали ему путь и освещали своим ярким светом, дарили цель, к которой можно идти вместе, к которой он сможет подталкивать, оставаясь в тени. Такова природа призрачного игрока и он не может вести себя иначе. Выбрал Кагами своей путеводной звездой и, видимо, собирался следовать за ней дальше, чем они оба предполагали.        Осознание этого не позволило ударить или обругать Тетсую, тем более, когда он лежит в такой беспомощной позе и не может выбраться из-под тяжёлого тела. Чувствовалось напряжение в нижней части живота. Там собиралось тепло, стараясь сбежать от которого, Куроко двинулся назад. Немного успокоился, набрал в лёгкие воздух, и решил довести дело до конца. Посмотрел на Кагами, ожидая какой-либо реакции. Злясь и одновременно недоумевая, он не собирался действовать спонтанно. Сначала воззвал к логике, а затем попробовал прислушаться к чувствам, пытаясь найти подсказки. Из-за комка, вставшего в горле, Кагами ничего не говорил. Подождав ещё немного, Куроко снова нарушил тишину: — Ты ведь мой свет? — Вроде того… — Тогда… Не мог бы ты заняться со мной сексом? — И какая тут связь? — процедил Кагами, потрясённый услышанной просьбой. Сначала её удалось принять за нелепую шутку, однако интонация и выражение на лице Куроко говорили о твёрдости его намерения. Кагами попытался сказать как можно тактичнее, чтобы не обидеть. — И вообще, мы оба парни, если ты не заметил. — Я думал, на это ты и рассчитывал, когда задел моё сам знаешь что. — Это была случайность! — Тайга уже приподнялся, как Куроко очередным прямым вопросом остановил его. — Я тебе противен?        Тетсуя смотрел на Кагами с сожалением, печалью и другими неприятными эмоциями. Они читались в замедленном дыхании и сжатых от волнения пальцах. Никогда ещё не приходилось видеть этого сильного и целеустремлённого мальчишку таким напуганным. Приподнятые брови, едва разомкнутые губы, чуть не наворачивающиеся на глазах слёзы говорили о страхе быть отвергнутым и сильных чувствах, которые Куроко испытывал к Тайге. Сумел сказать о них, довериться, и совсем не хотел получить отказ. Но Кагами находил в себе силы лишь беззвучно открывать рот, не представляя, чем мог привлечь Куроко. Считал, что они друзья, отличная команда, даже братья по духу, но никак не пара. С ним удавалось вести себя свободно и открыто, не бояться показаться глупым или неправильным. Поэтому Кагами не мог сказать, как именно относится к Тетсуе и кем его считает. — Нет… Вовсе нет. Ты мне нравишься, ну, как человек… Но, боже, Куроко, — Тайга отвернулся, чтобы спрятать покрасневшее лицо, говорил одновременно с волнением и долькой радости, — почему я? Как я мог понравиться тебе? — Ты — мой свет… Прошу, всего один поцелуй, а дальше решай сам.        Такое предложение казалось верным и справедливым. С одного поцелуя никому не убудет, а Куроко сможет успокоиться, поверить в себя и попробует найти нормального парня. Или же окончательно влюбится и ни за что не отстанет от предмета своего воздыхания. Набираясь смелости, Кагами старался не встречаться с Куроко взглядами. Сжал пальцы на его узких плечах и уткнулся в его губы своими. Куроко не сразу понял, что это и есть обещанный поцелуй, но после осознания решил не скромничать. Поцеловал глубоко, без стеснения используя язык, выгибался навстречу и сжимал рубашку Тайги.        А он за отведённое время пытался как можно скорее узнать, на самом ли деле хочет продолжения, не пожалеет ли о нём и не сбежит ли на полпути. Если это произойдёт, Тетсуя не простит. Стоило как можно скорее сделать выбор: остаться друзьями и забыть, или попробовать стать ближе. Что Куроко откроет в таком случае, какие черты своего характера позволит увидеть, к каким результатам приведут такие отношения — Кагами хотел найти ответы на каждый из вопросов. И одновременно боялся не совладать с истинной сущностью Куроко.        Он сам разорвал поцелуй и отодвинул от себя Тайгу, с ожиданием заглядывая в его глаза. Волновался, как среагирует, разозлится или нет, уйдёт или останется. Понимал, как сильно рискует, но не мог больше ждать и надеяться, что всё как-нибудь получится само собой. Так не бывает. И оба понимали, что уже завтра не смогут вернуться к прежним отношениям и смотреть друг на друга так же, как раньше. Уже завтра всё станет другим, и только от одного человека зависит, каким именно.        Оттягивая момент, Кагами осмотрел сначала комнату, колыхающиеся занавески и изрисованные мячи, а затем перевёл взгляд на Куроко. Свет догорающих свечей играл на его мышцах, отражался в широко распахнутых глазах и придавал сияние волосам. Плоский живот, стройные ноги, которые полупрозрачные чулки только украшали, юбка и сползшая на пол шляпа заставляли видеть образ милой девушки. Возможно, если бы Куроко был ей, Кагами не мешкал ни секунды и предложил встречаться. Но Куроко парень и этого не изменить, в отличие от отношения к нему.        Тайга поднял Тетсую на руки и, не отвечая на посыпавшиеся от него вопросы, понёс к матрасам. Небрежно бросил на один из них, лежащий на полу, а сам сел на колени. Молчал и только пристально наблюдал за Куроко. Юноши медленно дышали, не торопились совершать каких-либо действий, изучали обстановку. Упираясь рукой в стену, Кагами наклонился к Куроко и прижался к его щеке. Глубоко вдохнул запах и медленно выдохнул, щекоча светлую кожу. По телу пробежала мелкая краткая дрожь. Но радоваться Куроко не спешил, пусть всем сердцем надеялся, что всё идёт к той самой черте, о которой приходилось только мечтать.        Тайга выглядел настроенным серьёзно, держал пальцы на изящной талии и собирался с силами. Дружба потребовала много времени, зародилась через тернии ссор и пререканий, что говорить о чём-то большем. Однако именно эти тёмные стороны, которые парни успели увидеть друг в друге, могли стать фундаментом доверия. Поймав себя на мыслях о совместном будущем, Кагами уткнулся носом в шею Куроко, скрывая румянец на щеках. Посмотрел на оголённые плечи и грудь Куроко, затем на живот, и добрался взглядом до задравшейся юбки. Снова усмехнулся над нелепыми семейниками. Всё-таки Тетсуя казался милым, особенно сейчас. Положив широкую ладонь на его щёку, Кагами неуверенно и очень кратко поцеловал его. Ненадолго отстранился и снова поцеловал, смелее и глубже, в который раз пытаясь понять, готов ли рискнуть.        Куроко взял Тайгу за плечи и сполз ниже, опираясь на копчик. Согнулся в спине, чтобы было удобнее, и прикрыл глаза. Немного волновался и не мог перестать считать, что Кагами поступает так из жалости, а не по своей воле, но боялся спросить. Отвлекая не самым искусным поцелуем, он стал ощупывать бока и поясницу Куроко, пробегал пальцами по каждому рёбрышку. Недолго потрогал бёдра, убеждаясь, что всё очень даже похоже на секс с девушкой. Такие же ноги, руки, шея, волосы, глаза и кожа. Только из груди весь объём ушёл в другое место. Что-то пробурчав, Кагами одной рукой взял Тетсую под колени, а второй принялся стягивать с него бельё. Он замер и только наблюдал за Кагами. Понемногу стал чувствовать себя неловко, растерялся и не удержал язык за зубами. — Кагами, ты извращенец, — попытался успокоиться Куроко шутливым, но не самым деликатным замечанием. — Извращенец?! А кто предложил в карты на раздевание играть? — в какой-то момент Кагами хотел зло пошутить, но пересилил себя и сохранил равнодушие. — Вспомни, чью просьбу я выполняю.        Куроко мило улыбнулся и прикрыл глаза. Нечто подобное он и надеялся услышать от прямолинейного и простодушного Кагами. Возможно, он и сам был не против нежно прикасаться к парню, целовать его за ушком и успокаивать банальными, но искренними фразами. Гладить кожу, покрывать стеснительными поцелуями плечи и руки, слабо покусывать пальцы, заставляя Тетсую залиться краской и закрыть лицо ладонью. Стыдясь, он не заметил, с каким умилением смотрит на него Кагами. У него появлялось желание защитить Куроко и показать, что не собирается заставлять его. Аккуратно подведёт и подготовит, а не возьмёт превосходящей силой.        Стараясь не потерять самообладание, Тетсуя сдавленно постанывал, вцепляясь в запястья Кагами. Иногда пытался отодвинуть его, но безуспешно. Зажмурился, когда почувствовал прикосновения к внутренней части бедра. От напряжения Кагами молчал. Задрал юбку и ненадолго замер, надеясь убедить себя в правильности собственных действий. В последний раз всё хорошенько обдумал прежде, чем ткнул пальцем в головку члена Куроко, который протяжно выдохнул через рот, дрогнув. Он пыхтел и нервничал всё сильнее с каждым движением чужой руки.        Расслабившись, Тетсуя не сразу понял, что Кагами раздвинул его ноги и пододвинулся ближе. Дрожащими пальцами сражался с молнией на брюках, негромко ругался и старался лишний раз не смотреть на Куроко. Тот едва сдерживался, чтобы опять не начать болтать из-за волнения и ненароком не рассердить такого опасного и крупного партнёра. Любовался его покрасневшим лицом, сильными руками, которые совсем недавно прикасались с несвойственной им нежностью и осторожностью. На поле Кагами всегда был агрессивным и жёстким, но теперь проявил совершенно противоположные качества.        Наконец стянув брюки и трусы, он пристроился к Куроко вплотную, задевая его член своим. Послышался писк. Обычно Куроко без тени сомнения шёл на безумства, не терял надежду даже при огромной разнице в счёте, вёл себя смелее своего возраста и способностей, рисковал, не задумываясь о последствиях. Поэтому видеть его таким хрупким и нежным было сплошным удовольствием. Кагами старался дышать ровно и не показывать того, как сильно волнуется, иначе мог подорвать уверенность Тетсуи. Наполнил лёгкие воздухом и взял его за бёдра, притягивая ближе. — Я что, не сверху? — Конечно, нет! — возмутился Кагами. — Как тебе такое в голову пришло? — Просто... У тебя очень большой, — испуганно заметил Куроко. — Да помолчи ты уже.        Сказав это, Тайга чмокнул его в лоб. Краткий, едва ощутимый поцелуй помог совладать с бушующими эмоциями. Куроко понял, что бояться нечего. Не мог дождаться, когда ощутит Кагами внутри, однако он не решался начать. Мог повредить невинное тело и причинить Тетсуе боль, чего совсем не хотел. Даже подготовить достойным образом его не получится, никакой смазки или хотя бы крема под рукой нет. Можно попробовать обойтись так, но Куроко вряд ли оценить этот жест самопожертвования. С некоторой печалью посмотрев на него, Кагами постарался как можно аккуратнее отказаться от его просьбы: — Прости, но я не могу это сделать сейчас… Мы даже в кино не сходили ни разу, а ты такое предлагаешь! — Куроко было растерялся, но быстро нашёл, за что можно зацепиться. — Сделать сейчас? А потом? — с надеждой спросил он. — Давай начнём со свидания.        Не сдерживая счастливой улыбки, Тетсуя воодушевлённо кивнул. Кагами снова обхватил своей огромной рукой его член, заставив Куроко вздрогнуть и закусить нижнюю губу. Он закрыл глаза и сжался, взяв Тайгу за плечи, кратко постанывал, издавал смущающие негромкие звуки. Нутро горело от каждого прикосновения и слова. Куроко казалось, что его касаются раскалённой сталью, от которой тело начинает плавиться. Ещё несколько раз Кагами провёл вдоль его члена, сжал у основания и снова проскользил вверх, потерев головку большим пальцем. Стоило коснуться внизу, дотронуться до ануса, как Тетсуя кончил, зажмурившись.        Напряжение отпустило мышцы, позволяя устало развалиться на матрасе. Тайга торопливо натянул штаны и только после этого сел рядом с Куроко, приобнял его и прислонил к себе. Шляпа одиноко лежала возле двери, свечи догорали, а один из мячей скатился с полки и поскакал по намытому полу. Парни не смотрели друг на друга и не знали, с чего начать, но чувствовали себя как никогда спокойно. Чуть позже сумели обсудить обещанное свидание, договорились не питать особых надежд, но и не запирать чувства вопреки современным устоям. Смотрели в потолок, случайно встречались взглядами, обменивались неловкими улыбками и снова отворачивались друг от друга. Кагами чувствовал смущение, а Куроко — радость. Он твёрдо верил, что может доверить ему свои чувства, ощущал себя в полной безопасности, как физически, так и морально. Парни не собирались оказаться запертыми на складе в Хэллоуин, но теперь были благодарны этой случайности.