Предательство бывает разное

Светало. Артур, не спавший всю ночь, принялся расталкивать сонных рыцарей. Гвейна пришлось пару раз пнуть, так оглушительно он храпел. Недовольный гомон наполнил поляну, но королю было все равно, с рассветом нужно было отправляться в путь. Ближе к обеду на горизонте замаячили очертания башни. *** Утро прошло относительно спокойно, пленникам даже принесли завтрак. Правда, к обеду Александр закатил такую истерику, что даже Мелинда не могла его успокоить. Как бы там ни было, но ребенок чувствовал приближение беды. Через некоторое время пленников вывели из башни. Кормилица молча передала ребенка Гаюсу, тот понял все без слов. Время пришло. Всех троих привели в тронный зал. Моргана как раз выслушивала донесения разведки. Завидев пленников, она хищно оскалилась. - Ну, вот и все, Мерлин, - начала колдунья. – Вы с сыном станете погибелью Артура, он почти достиг цели, но, боюсь, ему не суждено увидеть вас перед смертью. Мерлин буквально полыхал от ярости, но сделать ничего не успел. За спиной мага сверкнула молния. На месте Мелинды стояла Нимуэ. Юноше показалось, что он видит ее впервые. Женщину окружал ореол силы. Те воспоминания, что хранил юный маг, не отражали и сотой доли действительности. Саксов раскидало, как котят, хотя жрица даже пальцем не пошевелила, да что там, она даже не взглянула на них! Ее взгляд был направлен на Моргану, та инстинктивно вжалась в кресло, пытаясь защититься. - Моргана, я пыталась тебя образумить, но, к сожалению, ты так и не поняла, для чего тебе была дана магия. Ты должна была помочь Артуру и Мерлину объединить Альбион и вернуть магию в Камелот, но ты еще больше настроила брата против волшебства. За это я, верховная жрица, лишаю тебя, Моргану Пендрагон, магической силы, - грозно проговорила колдунья. Нимуэ протянула руку к Моргане и начала читать заклинание, принцессу окутало золотое сияние, которое постепенно начало перетекать в руку верховной жрицы. С последними звуками сияние исчезло, а Моргана безжизненно повисла на подлокотнике трона. - Она жива? – обеспокоенно спросил Мерлин, как бы там ни было, ему было жаль Моргану. - Она без сознания, скоро очнется, - улыбнулась женщина. - Нимуэ, как Вы здесь оказались, и, вообще, что происходит?! Гаюс! Лекарь со жрицей задорно рассмеялись, будто только что кого-то удачно разыграли. Нимуэ забрала Алекса и принялась что-то ворковать будущему наследнику, предоставив объяснения Гаюсу. - Мерлин, она все время была здесь в облике Мелинды, как до этого много лет подряд в Камелоте. Правду знал только я. - Но она же пыталась меня убить! Женщина укоризненно посмотрела на мага. - То, что нас не убивает, делает нас сильнее, - обратился лекарь к подопечному. – Если бы Нимуэ тогда не строила козни, перед нами бы не стоял один из самых величайших магов, а к башне не приближался великий король былого и грядущего. - А что же тогда случилось на острове? - Небольшое представление для одного зрителя, - ответила жрица. – Если бы Артуру было суждено умереть в тот день, то даже я не смогла бы его спасти. Баланс действительно существует, чтобы кто-то родился, кто-то должен умереть, но спасти человека ценой жизни другого невозможно. А молнии… Мерлин, мне подвластны все стихии, неужели бы я не отразила удар молнии? Я спокойно перенеслась за ближайший валун и наблюдала оттуда за вами двумя. И кстати, Артур уже поднимается по лестнице, удивляясь, что никого нет. Мне перевоплощаться? - Не надо, все равно я не стану ничего скрывать от него, хватит секретов, - ответил Мерлин. Нимуэ лишь пожала плечами. Через мгновенье в зал ввалился отряд рыцарей Камелота во главе с королем. Первой реакцией Артура было облегчение от того, что все живы, вторым было потрясение от присутствия в зале давно умершей ведьмы, третьей была злость от того, что Мерлин спелся с этой колдуньей. - Артур, успокойся! Никто здесь не предавал тебя. Я – Мелинда, и всегда ей была. Я все еще твоя кормилица, которая любит тебя и желает только добра. Прошу, не устраивай сцен, все очень устали, давай вернемся в Камелот и там обо всем поговорим, - обратилась Нимуэ к королю. – И если ты попытаешься себя повести, как венценосный осел, то я заберу Мерлина с ребенком, и ты их больше никогда не увидишь. Артур все еще кипел от злости, но страх потерять дорогих людей пересилил, и он со вздохом опустил меч. От всего случившегося у короля голова шла кругом, Мелинда, оказавшаяся, как считалось, давно погибшей ведьмой, Моргана, не оказавшая сопротивления… Кстати, где она? Король обвел взглядом зал и только тогда заметил сестру. - Что с Морганой? – поинтересовался король. - Она теперь простая женщина, я лишила ее сил, - ответила жрица. - И что мне теперь с ней делать?! - Отпусти ее, Артур, - впервые за долгое время обратился к королю Мерлин. – Она сама себя наказала, без магии ей нечего делать в Камелоте. *** Лагерь было решено разбить у подножия башни. Артур старался не смотреть на Мерлина, после той реплики они не сказали друг другу ни слова. Король все еще сомневался, что его простят, он не знал, как подойти к магу, что сказать, да и вообще, стоило ли мириться? Артур просидел возле костра весь вечер, Мерлин же старался не выходить из шатра. В лагере повисло напряженное молчание, даже Гвейн старался лишний раз не открывать рта. Рыцари уже спали, когда рядом с Артуром села Нимуэ. - Иди к ним, не мучай себя и Мерлина. Король грустно посмотрел на кормилицу. Пускай она была другой, но глаза у нее остались такими же добрыми и любящими, только морщинки в уголках пропали. - Мели… Нимуэ, я причинил ему слишком много боли. - Да, но он тебя любит, и ты его любишь, а это главное. Не делай ему еще больнее, иди! А то разозлюсь и притащу тебя за шкирку, - женщина шуточно потрясла кулачком. Артур улыбнулся и, собравшись с силами, направился в шатер. Подойдя, он аккуратно отогнул полог. Его глазам открылось самое прекрасное зрелище, какое он когда-либо видел. Обнаженный по пояс Мерлин прижимал к себе малыша, окутанного золотистым светом. Глаза любимого светились теплотой и нежностью. Артур не мог отвести взгляда. Через несколько минут свечение пропало, и Мерлин начал пеленать малыша. - Не стой на пороге, а то сквозит, ребенка простудишь, - не поднимая глаз, сказал маг. Артур прошел внутрь и сел напротив Мерлина. - Можно его подержать? - тихо попросил король. Юноша кивнул и аккуратно передал Александра. Артур еще никогда в жизни не испытывал таких трепетных чувств. Он держал на руках своего сына, сына от любимого человека. Все эти дурацкие законы и правила показались вдруг такими ничтожными. Какая разница, маг Мерлин или нет, главное, что они любят друг друга, а остальное ерунда. - Прости меня, я был таким дураком. Я не должен был прогонять тебя в ту ночь, ведь ты – моя жизнь. Я могу жить без еды, сна, даже воздуха, но без тебя моя жизнь лишена всякого смысла. Я не хочу жить без тебя! – воскликнул король. - Ты должен жить, потому что я не хочу воспитывать нашего сына в одиночку, - улыбнулся Мерлин сквозь слезы. Артур счастливо улыбнулся, свободной рукой притянул Мерлина к себе и поцеловал, вложив в этот поцелуй всю любовь, нежность и страсть, которые накопились за столько времени. *** Жизнь в Камелоте текла своим чередом. Люди спокойно приняли отмену запрета на магию. Друиды и прочие волшебники наконец-то смогли вести спокойную жизнь. Конечно, среди магов были и те, кто насылал порчи и мор, но их находили и судили, так же, как других преступников. Нимуэ стала придворным магом, и они с Гаюсом поженились на удивление всему Камелоту. Гвеневра осталась главным советником и вскоре после описанных ранее событий вышла замуж за Гвейна, а через пару месяцев весь замок научился определять трезвость сэра Гвейна по полету туфель его жены: летит туфля вдогонку - значит, навеселе, не летит - значит, трезвый. Что касается Мерлина и Артура, то тут, думаю, все понятно. Через неделю после возвращения молодых обручили, и Мерлин был коронован.