***
Рик послушно шел рядом, смотря на спину спасителя и его Люсиль, резво крутящуюся в руках. Его тело дрожало то ли от накопившейся злости, то ли от вида её лихорадочных бледно-зеленых глаз, трупного цвета кожи и некой измученности, имя которой было — безысходность. Граймс чувствовал себя настолько ничтожно, что зелень бесконечного леса с неимоверной силой давила на него. — Рик, не думай, что я конченый ублюдок, — спокойно начал Ниган, смотря из стороны в сторону и идя куда-то вперед, но заметив вдалеке ходячего, прибавил шаг, схватив Граймса за рукав куртки. Спаситель без опаски взял шипящее существо за слоящуюся под перчатками кожу плеча и спросил, — Что ты чувствуешь? Граймс безэмоционально посмотрел на ходячего, который так старательно пытался укусить его; на это обвисшее, худое лицо, которое было таким же, как и тысячи других мертвых лиц. — Ничего, — ответил Рик, смотря в обесцвеченные глаза. — Правильно, нам насрать на них, но представь, если бы сейчас на его месте стоял твой сынок, паршиво было бы, правда? — ударив порядком надоевшего ходячего, Ниган взглянул на Граймса. Впервые, на лице спасителя были совершенно иные эмоции, он без какой-либо надменности смотрел на Рика, который до сих пор не мог понять, что всем этим хотел сказать Ниган. — Да ладно, ты ничего не понял? — Нет… — осторожно ответил Граймс. — Ну вот, не зря же я говорил, что ты тупой, — выражение лица Рика изменилось и бросив исподлобья злобный взгляд, он оскалил зубы, — Ой, да ладно тебе, я же не виноват, что ты так туп… — Заткнись, — осмелев, перебил Граймс. — Сам с собой разговариваешь, Рик? Ну правильно, тебе как раз было бы неплохо заткнуться и не перебивать меня. Значит, слушай сюда. В этой жизни за всё нужно платить, мои ребята, которых вы убили, мне были близки так же, как и тебе твои. Как бы ты поступил на моем месте, если бы кто-то расхерачил людей твоей группы? Так что, не нужно видеть во мне злодея, я выживаю так же, как и ты. А теперь… Пиздуй к машине, а то нас заждались. Ничего не ответив, Граймс пошел вперед думая о словах Нигана. Его будто бы озарило и причины для ненависти одна за другой исчезали, не в силах противоборствовать аргументам и тому течению жизни, что сопутствовало Рику с самого начала апокалипсиса. Он будто бы посмотрел на себя со стороны и эта, вроде бы, простая истина Нигана окончательно заставила Граймса добровольно прыгнуть в темную и неизведанную пропасть, уступая место тому, кто оказался намного сильнее его. Но даже после этих слов, он не мог смириться со смертью друзей. Подойдя к машине, Граймс ожидал увидеть «собак» Нигана, но кроме пары ходячих никого вокруг не было. — Не думай, что после этих слов, я начну к тебе хорошо относиться. — Ты думал, что я сказал тебе это, только для того, чтобы серенады по ночам петь, ага, блять, размечтался, — голос Нигана стал ещё ниже. Толкнув Рика к двери автомобиля и прижавшись к его спине, спаситель, обжигая своим частым дыханием шею Граймса, резко схватил его за руки, заламывая назад. И когда тот, оказался в беззащитном положении, тихо прошептал слова, от которых по телу Рика пробежала знакомая дрожь, сравнимая с еле ощутимыми электрическими разрядами, но на этот раз, он уже не чувствовал отвращения. — Я ненавижу тебя так же, как и ты меня, но ты всё равно мой, Рик, — томно произнес Ниган над ухом Граймса, от чего тот непроизвольно громко вздохнул.***
Они подъезжали к Хиллтопу и огромная группа Нигана уже стояла у открытых ворот. Рик с удивлением посмотрел на спасителя, но тот только улыбнулся, остановившись у входа. Выйдя из машины, Ниган направился к своим ребятам, которые стали докладывать о проделанной работе. Граймс все также сидел в ожидании, не имея ни малейшего понятия, что делать дальше. К нему подкрадывалась мысль о том, чтобы быстро перескочить на другое водительское сиденье и умчать в Александрию, чтобы помочь Мэгги как можно скорее. Но понимание того, что Ниган все равно будет знать все его планы наперед, заставляли Рика нервно постукивать пальцами, составляя логичный план побега. — Ты так и будешь здесь сидеть и думать как сбежать или пойдешь к вашей этой, как там её, Мэгги вроде? — открыв дверь спросил Ниган и успев схватить уже спешившего в сторону больничного пункта Граймса, напомнил ему, — Не забывай, Рик, я везде.«And Iʼm bleeding, and Iʼm bleeding, and Iʼm bleeding, Right before the lord. All the words are gonna bleed from me, And I will sing no more, And the stains coming from my blood, Tell me „go back home“.»