Shippers Come In

За окнами уже давно темно. Лишь в некоторых местах светят уличные фонари, освещая путь редким прохожим. Юнги задумчиво стоит у окна, думая об очередной сигарете. Но все сейчас дома, да и он давно обещал бросить. Он поворачивается к Чонгуку, спящему на кровати, и пытается понять, что будет дальше. К чему приведет их глупое желание свести согруппников, которые, видимо, уже давно сошлись. Матерясь сквозь зубы, Мин качает головой и закрывает глаза, продумывая, дальнейшую ситуацию. Слышатся чьи-то шаги и легкое покашливание. Намджун. — Ты уже проснулся? — скорее уточнение, чем вопрос. — Джин-хен просил проверить и позвать на ужин, пока все не остыло. — Да, щас приду, — Шуга кивает и вздыхает глубоко, смотря на Гука и выходя из своей комнаты. В голове продолжают вертеться всякие мысли о происходящем и обо всех последствиях. Для начала надо поговорить с Хоби, думает он, заворачивая на кухню и замечая сидящих там Сокджина и Чимина. Они что-то обсуждают в полголоса и замолкают, завидев Юнги. — Привет, — тихо говорит Пак, улыбаясь вошедшему хену. — Как спалось? — Да нормально, — отвечает рэпер, наливая себе чай и садясь за стол. — Мы с Чонгуком сегодня что-то разговорились и уснули, даже не заметив, — он неловко смеется, понимая, что его отговорки звучат глупо. Да и перед кем он оправдывается? Они же не знают всех обстоятельств. — А мы сегодня с Тэ гуляли, потом он куда-то свалил, сказав, что хочет с кем-то встретиться, — начинает Чимин, помешивая свой чай. — Мне пришлось гулять самому, потому что домой что-то не хотелось. Встретился с Джин-хеном и Мони-хеном и мы гуляли вместе. Какое-то время они трое разговаривали о проведенном дне, о планах на следующие выходные, о выходе новых интересных фильмов. Но даже за разговорами Юнги умудрялся загоняться по поводу этих чертовых шипперских штучек. В какой-то момент ушел Чимин, сославшись на усталость. Сокджин и Юнги молчали. В комнате слышался лишь звук чайной ложки о стенки чашки. Чай давно остыл, но руки двигаются тупо на автомате. Хочется что-то сказать, но слова не приходят на ум и Шуга просто открывает и вновь закрывает рот. — Между вами с Чонгуком что-то происходит? — вдруг серьезно спрашивает старший. — Это тяжело объяснить, — вздыхает Мин и откидывается на спинку стула, оставляя наконец чашку в покое. — Даже не знаю как это все можно назвать. — Тэ рассказывал мне, что вы двое пытаетесь свести его с Хосоком, — улыбаясь говорит Джин. — Ну, было дело, — смеется Юнги, понимая насколько все это глупо, — не знаю, что на нас нашло. — Мда, — Джин смеется в ответ и вновь становится серьезным. — Главное, будьте осторожны ладно? Не важно, что между нами всеми будет, но это не должно нас разрушить. Мы — семья, не забывай. — Да. Мы — семья.

***

Позже, после уборки на кухне, Юнги находит Хосока в студии. В последнее время Чон начал усердную работу над собственным микстейпом. Старший внимательно слушает и делиться советами и объективным мнением. Юнги вновь вспоминает работу над собственной микстой, когда он не спал ночами, пытаясь привести песни к идеалу. Понемногу парни разговариваются и смеются громче, вспоминая смешные и странные моменты во время записи. Но слова заканчиваются и они просто с улыбками смотрят куда-то в пустоту, каждый погруженный в свои мысли. — Слушай, я хотел спросить, — осторожно начинает Мин, — между вами с Тэхеном же что-то есть, да? — Блин, хен, ну опять ты за свое, — смеется младший, пытаясь замять тему. — Ну так ответь, есть или нет? — Юнги стоит на своем. — Даже если есть, разве вас это должно касаться? — Я интересуюсь как друг, — отвечает тот. — Понимаю, что раздражает когда лезут в личную жизни, нам ли этого не знать, но я просто хотел сказать, что в любом случае поддержу вас. Ты же знаешь, можешь поговорить со мной в любой момент. — Я знаю, хен, — кивает Хосок, улыбаясь широко, — спасибо. Они замолкают ненадолго, вновь погружаясь в работу. В студии становится почти тихо, если не брать в счет играющей музыки. Нет никакого напряженного молчания или неловкости, просто каждый пребывает в своей голове. Каждый задумывается о чем-то своем. Юнги в очередной раз думает о неправильности своего поступка, о том, чего не стоило делать. О чем-то он жалеет, например, о случайно открытой вкладке видео, но не о произошедшем ранее. Возможно, это произошло бы в любом случае. А может и нет, но с какой-то стороны это даже кажется правильным. В какой-то мере это помогло немного расслабиться, хоть и нагрузило тонной мыслей. В очередной раз хочется головой об стену, но толку от этого? Телефон в кармане вибрирует от входящего вызова. Юнги испуганно дергается, выбираясь из глубин мозга и достает мобильник. Звонит Чонгук. Интересно, зачем? — Хен, ты в студии? Шуга мычит в ответ, соглашаясь. — Надо поговорить. Хосоки-хен с тобой? Старший опять угукает. — Щас приеду, — разговор окончен. — Кто звонил? — спрашивает Хосок, не отрываясь от экрана. — Чонгукки, — отвечает Мин, — приехать хочет. Чон в ответ почему-то вздыхает. Видимо, понимает к чему все это ведет. Вертится мысль, что эти двое скорее всего что-то видели, но знать ответа на этот вопрос особо не хочется. Но его мнения ведь никто не спрашивал.

***

Через полчаса заваливается Гук, с дебильной улыбкой глядя на сидящих. Юнги невольно вжимает плечи, желая провалиться сквозь землю, а макнэ тем временем подходит все ближе и ближе. — Приве-ет, — тянет он, обнимая со спины Хоби. — Как у тебя дела, хен? — Нормально вроде, — щурясь отвечает тот, пытаясь придумать как избежать той самой неловкой темы. — Ты как? — Да ваще супер, — мелкий улыбается во все зубы и обнимает крепче. — Ты в порядке? — удивленно спрашивает старший Чон, странно косясь на макнэ. — Ну конечно, — моментально отвечает Чонгук, тихо смеясь. — Так чем вы тут занимаетесь? — Ничем интересным, работаем, как обычно, — говорит Хосок, стряхивая руки младшего с плеч. Юнги все это время молчит, пытаясь слиться со стеной. Он всеми силами пытается сделать вид, что его здесь нет, но от глаз Чонгука ему все равно не ускользнуть. Не открывая глаз, Мин чувствует прохладную руку, которая хватается за его ледяную, и тянет куда-то к выходу. У него недостаточно сил, чтобы противостоять Чонгуку, так что приходиться просто идти за ним. Едва выйдя за дверь, Гук бросается обнимать старшего. Тот пытается не задохнуться и тихо похлопывает его по спине. — Ну что, хен? — спрашивает младший, наконец отпустив Юнги. — Наша работа выполнена? — Какая еще работа? — недоумевает Мин. — Ну создать ВиХоупов. — Так они были еще до нашей с тобой идиотской затеи, так что технически мы ничего не сделали, кроме того, что спалили их не за самым правильным делом, — кривится Шуга, мотая головой и пытаясь отогнать представшую перед ним картину. — Да какая разница, — отмахивается Чонгук. — Главное, что мы удостоверились в их существовании. Юнги пожимает плечами, слыша где-то в голове голос Хосока, который спрашивает должно ли вообще кого-то кроме них это касаться? Конечно, в какой-то степени это касается всей группы, но все-таки это личное. Неприятно ведь, когда кто-то вламывается в твой мир. В результате все привело к тому, что главные шипперы убедились, что ВиХоупы из риал и даже сами сошлись. Юнги не мог продолжать себе врать, что на этом все закончится, потому что ему правда нравится Чонгук и совсем не так, как должен бы. Они стараются не поднимать этой темы при всех и не создавать лишнего шума. Все знают, но никто не обсуждает это, потому что никто не в праве их осуждать. У каждого должен быть свой выбор. — В общем, вот так вот, — заканчивает свой монолог Юнги. Он сидит в гостиной с лидером, спустя много дней и вдруг решает рассказать о своем недолгом шипперском увлечении. — Мда-а, — тянет Рэпмон, шокированно глядя на друга. — Нам остается только переименоваться в пидорысонендан, блять. — Хорошее название, — смеется старший, — полностью описывает всю нашу суть. Намджун кидается в Юнги подушкой, но все-таки начинает смеяться вместе с ним, понимая, что ему не остается ничего, кроме как принять все как есть. Да и что он может сказать? Отношения с Сокджином то никто не отменял.