За спиной у них

год 2252, (Кадету) энсину Джиму Кирку девятнадцать; у него за спиной — Тарсус и первый курс Академии Звёздного Флота, потому что, раз уж он пережил такое, остаётся только идти дальше, а любовь к космосу, видимо, передаётся по наследству. (Хирургу) младшему офицеру медицины Леонарду МакКою двадцать пять; он закончил медицинскую академию Сан-Франциско — космос ему не по душе, но служащие Звёздного Флота знают о других расах лучше всех, а почти-уже-доктору в глубине души хочется быть способным помочь любому (опустошающая черта для врача). На USS «Республика» у обоих практика, они там и знакомятся: Джиму во всём надо быть первым, так что он первый доброволец в десант, хоть и энсин, первый получивший рану на миссии (да-ладно-это-просто-царапина), первый серьёзный пациент Леонарда, который доводит его до бешенства. И, похоже, его первый друг на этом корабле. Кирк юный и безбашенный, но что-то в нём выдаёт внутренний стержень и заставляет воспринимать балбеса всерьёз — МакКой спишет всё на знаменитую фамилию. (И узнает про Тарсус только пятнадцать лет спустя). Они достигают мастерства в разыгрывании всего экипажа и выгораживают друг друга перед начальством, Леонард привыкает ворчать, что Джим мешает работать и что вечно приходится латать того после высадок — В общем-то, из них получается отличная команда. год 2256, Младший лейтенант Джим Кирк заканчивает Академию с отличными оценками (и спорными отношениями с почти всем преподавательским составом), Доктор Леонард МакКой приходит на его выпуск под руку с Джоселин, которая и не скрывает округлившийся живот. Одного давно замечает командование, другого — научное сообщество, они часами болтают про свои проекты и исследования, и будущее кажется необъятным, потрясающим и родным, как космос. год 2259, Джим работает в Академии инструктором, а Леонард проводит операцию за операцией. Про Кирка говорят, что он ходячая энциклопедия и в его классе невозможно выжить, но в их редкие встречи с другом он неизменно улыбается, разговаривает за двоих и возится с маленькой Джо. К концу трёх лет Джима повышают до лейтенанта (возможно, им просто очень хочется уже куда-нибудь его отправить); Леонард совершает открытие в области хирургии на человекоподобном мозге (и находит способ приживания трансплантатов ткани, который искали не один десяток лет). Они встречаются на станции, чтобы пропустить по стаканчику, прежде чем рвануть в совершенно разные концы космоса — на USS «Фаррагут» и Драмию II. Одному управлять фазерной станцией, другому — программой по прививанию целой планеты; их пути всё ещё идут параллельно, зато впереди ждут звёзды с распростёртыми объятьями. Потом всё, конечно, катится в пропасть. год 2263, Кирк долго мотается в миссиях, они пишут друг другу из областей, где есть связь; МакКой шлёт ему фотографии дочери, пока в этом есть смысл, и отказывается смотреть на присылаемые другом красивые изображения космоса: он ему больше не верит. А потом связь с Фаррагутом остаётся только у командования Флота. До простых смертных доходят обрывки: столкновение c облакообразным существом в районе Тайко IV, мертвы двести членов экипажа, включая капитана Гарровика, лейтенант Кирк принял на себя командование кораблём — Джим думает, что будет очень обидно не вернуться, потому что так много осталось сделать. Леонард не знает, что делать, если Джим не вернётся, потому что у него вообще ничего не осталось. год 2264, Леонарду МакКою тридцать семь, и у него за спиной — почти полностью погибшая из-за их врачебной ошибки Драмия II (хотя это была не его вина), обвинение, снятие обвинений, на несколько месяцев раньше нужного отключённый от аппарата жизнеобеспечения отец (хотя это была не его вина) и несколько лет беготни от себя по всему квадранту, которые стоили ему семьи и дочери (хотя это была… нет, здесь он серьёзно облажался). Джиму Кирку тридцать один, и за спиной у него — слишком поздно выстрелившие фазеры Фаррагута, спасение корабля, обвинение, снятие обвинений и присуждение звания капитана «Энтерпрайз», самого молодого во всём Флоте (он всё-таки стал первым). Когда они встречаются спустя пару месяцев после возвращения Джима, Леонард думает, какая же между ними теперь пропасть: Одного все его трудности только закалили, другого — вогнали в отчаяние. И если у одного впереди пятилетняя миссия, у другого — ничего. Впрочем, оказывается, так думает он один. — Доктор Марк Пайпер подал в отставку, — начинает Кирк издалека. — Очевидно, из-за дружеских отношений с капитаном Пайком не захотел служить на корабле без него. — Вот как, — бормочет МакКой, ни разу не обманутый джимовым непринуждённым тоном. — Так что место начальника медицинской службы свободно, — говорит почти-капитан вкрадчиво. Воздух застревает у Леонарда в горле. Джим улыбается. — Ты же не… — Боунз, ты лучший врач альфа-квадранта, — Кирк убийственно серьёзен. — Ты нужен мне на моём корабле. — А ты подумал, нужно ли это мне?! — взрывается МакКой всем накопленным за это время ядом. — Космос не принёс мне ни черта хорошего! Только смерть и болезни в тишине и темноте. — Мой космос — другой. Полетели, покажу, — смеётся Джим, и, чёрт бы его побрал, это самое вдохновенное, что Леонард слышал за последние несколько лет. От одного тогда остаются кости. От другого — записка с координатами и дурацким «будет весело» на барной стойке. На планете у них обоих вообще ничего не остаётся, а значит, ничего не держит. Потом всё, конечно, становится лучше.