После распада

Мёрси уже взрослая, ей почти тридцать, и она уверенно идет по коридору медицинского центра. - Госпожа Циглер... здесь тяжелый случай, - слышится испуганный голос молодой медсестры, кажется Майя. Знаю-знаю, слышала уже, - думает про себя Циглер, а сама хмурится и распахивает дверь, даже не отвечая. Она видела такие случаи не раз, не два, даже не десять: юбилеям таких "тяжелых случаев" потерян счет. Со временем страх перестал сопровождать доктора Циглер во время сложных операций, не осталось и жалости: нельзя жалеть то, что вынужден сейчас будешь резать, сшивать и снова резать. Мёрси устало вздыхает и смотрит на скальпель в своей руке. Три часа было потрачено на спасение чужой жизни. Ангела смотрит в зеркало и немного пугается: взлохмаченная, слегка безумная. Overwatch распался больше года назад, но свой "след" успел оставить. Мёрси говорит Майе, что ее ни для кого нет, распускает волосы и отправляет сообщение через почту. Ответ приходит мгновенно: "Живу, Циглер, шестеренки еще крутятся". Ангела почти улыбается, она готова была бы сгрести Торнбьорна в охапку и разговаривать с ним до самого утра, но он в другой стране. Она просто надеется, что еще хоть кто-нибудь ответит на ее письма. Она скучает.